«ПО ЗАКОНАМ РОС­СИИ МНЕ ЗА МОЙ РО­МАН МО­ЖЕТ ГРОЗИТЬ ПЯТЬ ЛЕТ ЛИ­ШЕ­НИЯ СВО­БО­ДЫ»

Та­тья­на Жу­ри­до­ва, опи­сав­шая ан­нек­сию по­лу­ост­ро­ва в кни­ге «Втор­же­ние в Крым. 2014», со­би­ра­ет­ся отказаться от рос­сий­ско­го граж­дан­ства и ищет по­ли­ти­че­ско­го убе­жи­ща в Ев­ро­пе

Fakty i kommentarii - - ЧЕЛОВЕК СРЕДИ ЛЮДЕЙ - Ве­ра ЖИЧКО

Ав­тор кни­ги «Втор­же­ние в Крым. 2014» Та­тья­на Жу­ри­до­ва так объ­яс­ни­ла свое на­ме­ре­ние отказаться от рос­сий­ско­го граж­дан­ства: «Невоз­мож­но оста­вать­ся под вла­стью тех, кто спо­со­бен на бес­пре­дел». О том, как ок­ку­па­ция Кры­ма в счи­та­ные дни бес­по­во­рот­но из­ме­ни­ла ее жизнь, пи­са­тель­ни­ца рас­ска­за­ла «ФАКТАМ».

«Те­перь счи­таю во­ен­но­слу­жа­щих РФ бан­дой, людь­ми без че­сти

и со­ве­сти»

— Та­тья­на, как для вас на­ча­лась ок­ку­па­ция Кры­ма, о ко­то­рой вы пи­ше­те в сво­ей кни­ге?

— Ок­ку­па­цию я уви­де­ла в Ин­тер­не­те 25 фев­ра­ля 2014 го­да. Это про­изо­шло неожи­дан­но, по­то­му что в Кры­му в то вре­мя бы­ло спо­кой­но и ни­че­го не пред­ве­ща­ло во­ен­но­го втор­же­ния войск РФ. В ро­мане, из­дан­ном в де­каб­ре про­шло­го го­да в Поль­ше, я опи­са­ла свои ощу­ще­ния, ко­гда уви­де­ла ле­тя­щие со сто­ро­ны Рос­сии в Крым бо­е­вые вер­то­ле­ты и дви­жу­щи­е­ся длин­ной че­ре­дой БТРы без опо­зна­ва­тель­ных зна­ков: «Втор­же­ние! Во­ен­ное втор­же­ние на чу­жую тер­ри­то­рию — вот как это на­зы­ва­ет­ся! Не­ожи­дан­ное и под­лое втор­же­ние на тер­ри­то­рию со­сед­ней, дру­же­ствен­ной стра­ны! В мир­ный Крым, в Укра­и­ну, в Ев­ро­пу, на­ко­нец!»

Я — дочь со­вет­ско­го офи­це­ра, вы­рос­ла в во­ен­ных го­род­ках СССР, по­это­му хо­ро­шо знаю на­зва­ние то­му, что уви­де­ла. Те­перь счи­таю во­ен­но­слу­жа­щих РФ бан­дой, людь­ми без че­сти и со­ве­сти, опо­зо­рив­ших свою стра­ну.

— Как дол­го вы про­жи­ли на по­лу­ост­ро­ве и ко­гда уеха­ли?

— Мы с бра­том пе­ре­еха­ли в Крым из Лат­вии в 2008 го­ду из-за его бо­лез­ни. Кли­мат по­лу­ост­ро­ва ока­зал­ся спа­се­ни­ем для бра­та. Про­жи­ли там пять лет. Пла­ни­ро­ва­ли при­об­ре­сти жи­лье и остать­ся на­все­гда. Но 6 мар­та 2014 го­да по­ки­ну­ли Крым и боль­ше ни­ко­гда там не бы­ва­ли.

Мне с пер­вых дней ан­нек­сии ста­ло яс­но, что ухо­дить об­рат­но во­ен­ные РФ не со­би­ра­ют­ся. Бы­ло страшно. И ста­ло со­вер­шен­но оче­вид­но, что ар­мия, ко­то­рая на­де­ла на ли­ца мас­ки и на­прав­ля­ет ав­то­ма­ты на мир­ных крым­чан, мо­жет со­вер­шить по от­но­ше­нию к без­оруж­ным лю­дям лю­бые пре­ступ­ле­ния и не по­не­сет за это ни­ка­кой от­вет­ствен­но­сти.

В пер­вые же дни ок­ку­па­ции мне ста­ло по­нят­но, что про­ис­хо­ди­ло в Чечне и Гру­зии. На са­мом де­ле, а не по вер­сии рос­сий­ских СМИ, ко­то­рым мы как рус­ско­языч­ные жи­те­ли Лат­вии (в то вре­мя я про­жи­ва­ла в Лат­вии) то­гда вполне до­ве­ря­ли. Ведь рос­сий­ские СМИ убеж­да­ли нас, что в Чечне рос­сий­ская ар­мия за­щи­ща­ет мир­ных жи­те­лей от бо­е­ви­ков. А в Кры­му я с ужа­сом осо­зна­ла, что ру­ко­во­ди­те­ли Рос­сии бес­стыд­но лгут с экра­на те­ле­ви­зо­ра.

На­ча­лось про­зре­ние. Бу­дучи до­че­рью офи­це­ра, я с дет­ства при­вык­ла ве­рить ар­мии и за­сы­пать под мер­ный то­пот сол­дат­ских са­пог за ок­ном в уве­рен­но­сти, что это идут за­щит­ни­ки. И вдруг ока­за­лось, что это не за­щит­ни­ки, а агрес­со­ры. Ис­пы­та­ла на­сто­я­щий шок. При­шлось за­но­во осмыс­ли­вать ре­аль­ность. Мы с бра­том на­ме­ре­ны отказаться от рос­сий­ско­го граж­дан­ства, по­то­му что невоз­мож­но оста­вать­ся под вла­стью тех, кто спо­со­бен на та­кой бес­пре­дел. Не дай бог ни­ко­му иметь рос­сий­ское граж­дан­ство, это все рав­но, что быть из­го­ем, про­ка­жен­ным!

— Хо­ти­те стать граж­да­на­ми Лат­вии?

— К со­жа­ле­нию, мы уже не смо­жем это­го сде­лать. Хо­тя в Лат­вии, ку­да на­пра­ви­ли служить мо­е­го от­ца, я про­жи­ла дол­гие го­ды: учи­лась, ра­бо­та­ла, вы­шла за­муж и вы­рас­ти­ла де­тей. Но, ко­гда Лат­вия об­ре­ла сво­бо­ду, мы офор­ми­ли граж­дан­ство Рос­сии, посколь­ку бы­ли уве­ре­ны, что обе эти стра­ны пой­дут по де­мо­кра­ти­че­ско­му пу­ти раз­ви­тия. А сей­час мы с бра­том пы­та­ем­ся по­лу­чить по­ли­ти­че­ское убежище в Поль­ше, где у мо­их де­тей вид на жи­тель­ство.

«Пре­по­да­ва­тель по­обе­щал по­мочь мне

из­дать сказ­ки, ес­ли на­пи­шу ро­ман о том, как в Лат­вии… при­тес­ня­ют

рус­ско­языч­ных»

— Вы — эт­ни­че­ская рус­ская. Не ис­пы­ты­ва­ли при­тес­не­ний в Лат­вии, где со­вет­ский пе­ри­од счи­та­ют ок­ку­па­ци­ей?

— Нет, ме­ня и мою се­мью ни­кто не на­зы­вал ок­ку­пан­том. Все раз­го­во­ры о яко­бы при­тес­не­нии рус­ско­языч­ных

в Лат­вии — это вы­дум­ки рос­сий­ской про­па­ган­ды.

Мы с бра­том ра­до­ва­лись рас­па­ду СССР, как и боль­шин­ство жи­те­лей Лат­вии. Меч­та­ли о сво­бо­де — о том вре­ме­ни, ко­гда мож­но бу­дет го­во­рить то, что ду­ма­ешь, не опа­са­ясь, что те­бя уво­лят с ра­бо­ты за неосто­рож­ное сло­во, на­при­мер, о ком­му­ни­сти­че­ской вла­сти. Это бы­ло сча­стье, ко­гда по­яви­лась воз­мож­ность от­кры­вать част­ные пред­при­я­тия, за­ра­ба­ты­вать.

Из пуб­ли­ка­ций о пре­ступ­ле­ни­ях эпо­хи ста­ли­низ­ма впер­вые услы­ша­ли прав­ду о пак­те Мо­ло­то­ва — Риб­бен­тро­па, о том, что Крас­ная ар­мия в 1939 го­ду ок­ку­пи­ро­ва­ла Лат­вию. Мы ни­че­го об этом не зна­ли. Ведь в СССР всем нам — и рус­ским, и ла­ты­шам — пре­под­но­си­ли эти факты со­всем ина­че.

Лю­ди по-раз­но­му ре­а­ги­ро­ва­ли на ис­то­ри­че­скую прав­ду об ок­ку­па­ции Лат­вии в 1939 го­ду. Кто-то пы­тал­ся оправ­дать по­ли­ти­ку СССР, кто-то осуж­дал. Мно­гие счи­та­ли, что это все в про­шлом, и к нам, се­го­дняш­ним, уже ни­ка­ко­го от­но­ше­ния не име­ет. Од­на­ко ни­кто из рус­ско­языч­ных в Лат­вии не мог из­ме­нить про­шлое. Нашлись очень немно­гие, кто, не при­няв прав­ды, разо­зли­лись и уеха­ли в Рос­сию. Боль­шин­ство же рус­ско­языч­ных жи­те­лей Лат­вии оста­лись в этой стране и за­тем при­вет­ство­ва­ли ее при­со­еди­не­ние к Ев­ро­со­ю­зу.

Ду­маю, лишь бла­го­да­ря усерд­ной крем­лев­ской про­па­ган­де не­ко­то­рые ве­рят в миф о том, что в

СССР бы­ло хо­ро­шо. Эти жерт­вы про­па­ган­ды го­то­вы оправ­дать все пре­ступ­ле­ния со­вет­ско­го ре­жи­ма и при­ду­мы­ва­ют бай­ки о при­тес­не­нии рус­ско­языч­ных.

Я с та­ки­ми людь­ми по­сто­ян­но стал­ки­ва­юсь. Как-то об­ра­ти­лась за про­тек­ци­ей к сво­е­му пре­по­да­ва­те­лю в Ли­те­ра­тур­ном ин­сти­ту­те в Москве (за­оч­но окон­чи­ла че­ты­ре кур­са это­го ву­за), по­ка­зав ему свои сказ­ки. Они ему по­нра­ви­лись. Но по­обе­щал по­мочь с их из­да­ни­ем толь­ко в том слу­чае, ес­ли я на­пи­шу ро­ман о том, как… в Лат­вии при­тес­ня­ют рус­ско­языч­ных!

Так что мои кни­ги, оче­вид­но, ни­ко­гда не бу­дут из­да­ны в Рос­сии. А за ро­ман «Втор­же­ние в Крым. 2014», по рос­сий­ским законам мне гро­зит до пя­ти лет ли­ше­ния сво­бо­ды. Ведь мой Крым — это Укра­и­на, а в Рос­сии та­кая точ­ка зре­ния уго­лов­но на­ка­зу­е­ма.

— Ваш ро­ман по­свя­щен «укра­ин­ско­му на­ро­ду, ко­то­рый стой­ко бо­рет­ся за свою неза­ви­си­мость».

— Без­мер­но вос­хи­ща­юсь укра­ин­ца­ми, их пас­си­о­нар­но­стью, стрем­ле­ни­ем к сво­бо­де и неза­ви­си­мо­сти. Вос­хи­ща­юсь и укра­ин­ски­ми во­ен­ны­ми, доб­ро­воль­ца­ми и во­лон­те­ра­ми. А ка­кие ум­ные и сме­лые со­вре­мен­ные укра­ин­ки! Ири­на Дов­гань, Ла­на Зер­каль, Яни­на Со­ко­ло­ва, Ма­ру­ся Зве­робой для ме­ня насто­я­щие ге­рои. Но хо­чу, что­бы мой ро­ман чи­та­ли и «ват­ни­ки». Чи­та­ли и про­зре­ва­ли.

— Дей­стви­тель­но ве­ри­те в про­зре­ние «ват­ни­ков»?

— Да. Ведь я и са­ма дол­гое вре­мя бы­ла «ват­ни­цей». Вос­пи­ты­ва­лась в се­мье со­вет­ско­го во­ен­но­го, в со­вет­ской шко­ле, чи­та­ла га­зе­ту «Пи­о­нер­ская правда». Но, на­чав са­мо­сто­я­тель­ную жизнь, столк­ну­лась с ре­аль­ной, а не ки­нош­ной дей­стви­тель­но­стью и про­зре­ла.

— Сей­час вы про­жи­ва­е­те в Ев­ро­пе. Там по­ни­ма­ют, что Рос­сия за­хва­ти­ла укра­ин­ский Крым?

— Не все. В Гер­ма­нии, где мы с бра­том сна­ча­ла пы­та­лись по­лу­чить по­ли­ти­че­ское убежище, в ла­ге­ре бе­жен­цев я раз­го­во­ри­лась с охран­ни­ком. Этот па­рень дав­но пе­ре­брал­ся в Гер­ма­нию из Рос­сии. Спро­си­ла, как он от­но­сит­ся к за­хва­ту Кры­ма. Он ска­зал: «Нор­маль­но. Как я по­нял, крым­чане про­ве­ли ре­фе­рен­дум, и все вы­ска­за­лись за Рос­сию. То­гда и во­шли вой­ска».

Я ему рас­ска­за­ла о том, что рос­сий­ские во­ен­ные неожи­дан­но на­вод­ни­ли по­лу­ост­ров, окру­жи­ли укра­ин­ские во­ин­ские ча­сти, тре­буя от укра­ин­ских во­ен­ных сдать­ся. А фей­ко­вый «ре­фе­рен­дум» про­ве­ли спу­стя две неде­ли по­сле во­ору­жен­но­го за­хва­та во­ин­ских ча­стей и пра­ви­тель­ства Кры­ма. За­тем спра­ши­ваю со­бе­сед­ни­ка: «Вы счи­та­е­те, это нор­маль­но, ко­гда во­ен­ные пе­ре­хо­дят с ору­жи­ем че­рез гра­ни­цу, втор­га­ют­ся в со­сед­нюю стра­ну, окру­жа­ют во­ин­скую часть дру­гой стра­ны и круг­ло­су­точ­но дер­жат во­ен­ных за­бло­ки­ро­ван­ной ча­сти под при­це­лом сво­их снай­пе­ров? Это нор­маль­ное по­ве­де­ние ар­мии РФ?» «Нет, ко­неч­но, — ска­зал. — Я об этом не слы­шал, по­че­му об этом ни­кто не рас­ска­зы­ва­ет?»

Был еще и та­кой эпи­зод. В Поль­ше спро­си­ла у ту­ри­сток-рос­си­я­нок: «Ска­жи­те, а вы на са­мом де­ле ве­ри­те, что крым­чане хо­те­ли при­со­еди­нить­ся к Рос­сии?» Они по­смот­ре­ли на ме­ня недо­умен­но: «Ну да, ко­неч­но». То­гда я ска­за­ла: «Я про­жи­ла в Кры­му пять лет до его ан­нек­сии Рос­си­ей. Там не бы­ло ни­ка­кой на­пря­жен­но­сти, все бы­ло нор­маль­но. Неожи­дан­но ту­да за­шла ар­мия РФ, окру­жи­ла го­ро­да, укра­ин­ские во­ин­ские ча­сти, ве­лев всем сда­вать­ся. У лю­дей был шок. Крым­чане про­си­ли рос­сий­ских во­ен­ных уби­рать­ся об­рат­но, но те от­ве­ча­ли мир­ным жи­те­лям по­лу­ост­ро­ва: «Отой­ди­те, это не ва­ше де­ло, вас ни­кто не спра­ши­ва­ет». Рас­ска­за­ла со­бе­сед­ни­цам, что я дочь во­ен­но­слу­жа­ще­го и ни­ко­гда не ду­ма­ла, что рос­сий­ские во­ен­ные так по­сту­пят. Жен­щи­ны от­ве­ти­ли, что они не зна­ли об этом и ста­ли мне со­чув­ство­вать.

Так что я уве­ре­на: сле­ду­ет рас­ска­зы­вать лю­дям прав­ду. Нуж­но за­став­лять их про­зре­вать.

2014-й год. Рос­сий­ские во­ен­ные во­шли в Крым, окру­жи­ли го­ро­да, укра­ин­ские во­ин­ские ча­сти, ве­лев всем сда­вать­ся

Та­тья­на Жу­ри­до­ва про­жи­ла в Кры­му пять лет

Свою кни­гу Та­тьяне Жу­ри­до­вой уда­лось из­дать в Поль­ше

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.