«ЕДИН­СТВЕН­НЫМ СПА­СЕ­НИ­ЕМ ДЛЯ НАС БЫЛ ДОРОГОСТОЯ­ЩИЙ АНТИДОТ, КО­ТО­РО­ГО НЕТ В УКРА­ИНЕ. НАМ УДА­ЛОСЬ НАЙ­ТИ ЕГО ТОЛЬ­КО ЗА ГРА­НИ­ЦЕЙ»

Двое ки­ев­лян, ко­то­рых боль­ше го­да на­зад отра­ви­ли тал­ли­ем, вы­жи­ли и ак­тив­но вос­ста­нав­ли­ва­ют­ся по­сле слу­чив­ше­го­ся. «ФАКТАМ» ста­ли из­вест­ны но­вые де­та­ли ре­зо­нанс­но­го де­ла

Fakty i kommentarii - - СИТУАЦИИ - Ека­те­ри­на КОПАНЕВА

Об этом ре­зо­нанс­ном де­ле «ФАКТЫ» рас­ска­зы­ва­ли в де­каб­ре 2018 го­да, ко­гда ста­ло из­вест­но о стран­ной смер­ти 21-лет­не­го ки­ев­ско­го так­си­ста Мак­си­ма Бе­ло­ко­ня. Сна­ча­ла у него про­яви­лись симп­то­мы, по­хо­жие на грипп. Поз­же у пар­ня от­ка­за­ли но­ги и ста­ли вы­па­дать во­ло­сы. Боль­ше трех недель у вра­чей ушло на то, что­бы опре­де­лить при­чи­ну его стре­ми­тель­но ухуд­ша­ю­ще­го­ся са­мо­чув­ствия. Ко­гда на­ко­нец уста­но­ви­ли, что это отрав­ле­ние тал­ли­ем, бы­ло позд­но.

Че­рез 40 дней с точ­но та­ки­ми же симптомами по­пал в боль­ни­цу отец Мак­си­ма Вла­ди­мир. А вско­ре те же симп­то­мы бы­ли вы­яв­ле­ны и у кол­ле­ги Вла­ди­ми­ра Бе­ло­ко­ня. У обо­их муж­чин ана­ли­зы по­ка­за­ли отрав­ле­ние тал­ли­ем.

Не про­шло и неде­ли, как вы­яс­ни­лось, что в ки­ев­ской боль­ни­це ле­жит еще один па­ци­ент с та­ки­ми же симптомами — Ва­дим Ки­се­лев. То­же так­сист. В де­каб­ре 2018 го­да состояние Ва­ди­ма Ки­се­ле­ва бы­ло близ­ко к кри­ти­че­ско­му. Муж­чи­на не мог хо­дить и да­же раз­го­ва­ри­вать. У него вы­па­ли во­ло­сы, на­ча­ли от­ка­зы­вать внут­рен­ние ор­га­ны. Вра­чи опа­са­лись де­лать прогнозы. А в СМИ озву­чи­ва­лась вер­сия, что кто-то це­ле­на­прав­лен­но тра­вит ки­ев­ских так­си­стов.

С тех пор про­шло боль­ше го­да. К сча­стью, и Ва­дим Ки­се­лев, и Вла­ди­мир Бе­ло­конь вы­жи­ли. Ва­дим Ки­се­лев при­зна­ет­ся: в де­каб­ре 2018 го­да уже сам не ве­рил, что оста­нет­ся жив. Муж­чи­на рас­ска­зал «ФАКТАМ», как ему это уда­лось. А та­к­же со­об­щил о но­вых об­сто­я­тель­ствах за­га­доч­но­го отрав­ле­ния.

«Мы по­лу­чи­ли ре­зуль­та­ты слиш­ком позд­но. В ор­га­низ­ме сы­на по­шли необ­ра­ти­мые

про­цес­сы»

До слу­чай­ной встре­чи в боль­ни­це Вла­ди­мир Бе­ло­конь и Ва­дим Ки­се­лев ни ра­зу в жиз­ни не ви­де­лись и ни­че­го друг о дру­ге не слы­ша­ли. В ка­ком-то смыс­ле Ва­ди­му Ки­се­ле­ву спас­ла жизнь оглас­ка в СМИ си­ту­а­ции с се­мьей Бе­ло­конь. Вра­чи, ко­то­рые не зна­ли, как ле­чить Ва­ди­ма, из СМИ узна­ли, что это мо­жет быть отрав­ле­ние тал­ли­ем. Так и ока­за­лось.

— Ме­ня пол­то­ра ме­ся­ца, счи­тай­те, не ле­чи­ли, — рас­ска­зал «ФАКТАМ» Ва­дим Ки­се­лев. — Мне ста­ло плохо еще в ок­тяб­ре. Симп­то­мы про­яви­лись 14—15 ок­тяб­ря. По­сле обыч­но­го ра­бо­че­го дня по­чув­ство­вал стран­ное по­ка­лы­ва­ние в но­гах. Лег от­дох­нуть, но по­ка­лы­ва­ние толь­ко уси­ли­ва­лось. А на­ут­ро я уже с тру­дом смог встать с кро­ва­ти. Ру­ки и но­ги оне­ме­ли. А еще по­яви­лась необъ­яс­ни­мая сла­бость, недо­мо­га­ние… Мое состояние стре­ми­тель­но ухуд­ша­лось. Ме­ня по­ло­жи­ли в боль­ни­цу, но ана­ли­зов, ко­то­рые мог­ли бы по­ка­зать тал­лий, ни­кто не де­лал. В ре­зуль­та­те упу­сти­ли вре­мя. Вра­чи пред­по­ла­га­ли, что это нев­рал­гия. А мне ста­но­ви­лось все ху­же.

Ва­ди­ма на­ча­ли му­чать бо­ли. Вы­па­ли во­ло­сы. До­шло до то­го, что муж­чи­на не мог да­же взять в ру­ки чаш­ку. Бес­ко­неч­ные об­сле­до­ва­ния не да­ва­ли ре­зуль­та­та — вра­чи не мог­ли опре­де­лить­ся с ди­а­гно­зом.

Прак­ти­че­ски ана­ло­гич­ная си­ту­а­ция за ме­сяц до этих со­бы­тий про­ис­хо­ди­ла в дру­гой ки­ев­ской се­мье. В сен­тяб­ре 2018 го­да с та­ки­ми же симптомами по­пал в боль­ни­цу 21-лет­ний Мак­сим Бе­ло­конь.

— Но­чью Мак­сим ра­бо­тал (сын учил­ся в На­ци­о­наль­ном авиа­ци­он­ном уни­вер­си­те­те, по но­чам под­ра­ба­ты­вал так­си­стом), а на сле­ду­ю­щий день ему ста­ло плохо, — рас­ска­за­ла

«ФАКТАМ» ма­ма Мак­си­ма Бе­ло­ко­ня Ок­са­на. — Мак­сим вспом­нил, что про­шлой но­чью вме­сте со зна­ко­мым пил ко­фе, и этот ко­фе по­ка­зал­ся ему очень стран­ным. «Он был слиш­ком горь­ким и ка­ким-то вяз­ким», — рас­ска­зал сын. Хо­тя ча­сто по­ку­пал ко­фе в том ларь­ке и рань­ше все бы­ло в по­ряд­ке… Мак­сим жа­ло­вал­ся на по­ка­лы­ва­ние в ру­ках и но­гах. А по­том на­ча­лись силь­ные бо­ли — как буд­то с него сди­ра­ют ко­жу. Че­рез два дня он уже не мог встать.

Ко­гда это про­изо­шло, сы­на от­вез­ли в боль­ни­цу, но там ни­кто не знал, что с ним де­лать. Мак­сим, ко­то­рый рань­ше во­об­ще не бо­лел, уга­сал на гла­зах. Бо­ли толь­ко уси­ли­лись, на­ча­ли вы­па­дать во­ло­сы.

Мак­си­ма пе­ре­во­зи­ли из боль­ни­цы в боль­ни­цу, но это ни к че­му не при­ве­ло. Толь­ко по­сле то­го, как его ро­ди­те­ли са­ми на­шли на­уч­но-тех­ни­че­ский центр, где со­гла­си­лись ис­сле­до­вать ана­ли­зы пар­ня, ста­ло из­вест­но о пре­вы­ше­нии со­дер­жа­ния тал­лия в ор­га­низ­ме.

— Но ре­зуль­та­ты мы по­лу­чи­ли слиш­ком позд­но, — про­дол­жа­ет Ок­са­на. — В ор­га­низ­ме сы­на по­шли необ­ра­ти­мые про­цес­сы. Он уже не мог го­во­рить, бре­дил, на­ча­лись гал­лю­ци­на­ции. Мак­сим впал в ко­му. Из-за то­го, что ор­га­низм был силь­но ослаб­лен, на­ча­лась тя­же­лая брон­хопнев­мо­ния. Мак­си­ма не спас­ли.

Отец Мак­си­ма Вла­ди­мир Бе­ло­конь по­чув­ство­вал сла­бость и по­ка­лы­ва­ние в ко­неч­но­стях че­рез 40 дней по­сле смер­ти сы­на. Ему ста­ло плохо сра­зу по­сле по­ми­нок. По­ни­мая, что симп­то­мы очень по­хо­жи, Вла­ди­ми­ру сде­ла­ли ана­лиз на со­дер­жа­ние тал­лия в кро­ви. Он ока­зал­ся по­ло­жи­тель­ным — под­твер­ди­лось ана­ло­гич­ное отрав­ле­ние. Толь­ко вы­яви­ли его, к сча­стью, зна­чи­тель­но рань­ше, чем в слу­чае с Мак­си­мом.

«На ле­че­ние я по­тра­тил все свои сбе­ре­же­ния и да­же взял кре­дит»

— Дру­зья, ко­то­рые при­хо­ди­ли ко мне в боль­ни­цу, сей­час го­во­рят: «Ду­ма­ли, что ты умрешь», — вспо­ми­на­ет Ва­дим Ки­се­лев. — Си­ту­а­ция дей­стви­тель­но бы­ла кри­ти­че­ской. Со­дер­жа­ние тал­лия в кро­ви бы­ло в ты­ся­чу раз вы­ше нор­мы! Я уже не мог да­же раз­го­ва­ри­вать — го­лос про­пал. Но по­ни­мал, что дол­жен дер­жать­ся... И мне дей­стви­тель­но по­вез­ло, что в со­сед­ней па­ла­те ока­зал­ся Вла­ди­мир Бе­ло­конь с уже под­твер­жден­ным ди­а­гно­зом…

Един­ствен­ным спа­се­ни­ем для нас был дорогостоя­щий антидот, ко­то­ро­го нет в Укра­ине. Нам уда­лось най­ти его толь­ко за гра­ни­цей. Каж­дая таб­лет­ка — по­чти сто ев­ро. Все­ми прав­да­ми и неправ­да­ми мы до­ста­ва­ли пре­па­ра­ты из Гер­ма­нии и Рос­сии... Вла­ди­ми­ру по­вез­ло боль­ше — он стал при­ни­мать пре­па­рат по­чти сра­зу по­сле то­го, как по­пал в боль­ни­цу. А в мо­ем слу­чае пол­то­ра ме­ся­ца бы­ли упу­ще­ны. На по­куп­ку ан­ти­до­та я по­тра­тил все свои сбе­ре­же­ния и да­же взял кре­дит. Вме­сте с ка­пель­ни­ца­ми и со­пут­ству­ю­щи­ми пре­па­ра­та­ми ино­гда ухо­ди­ло до 25 ты­сяч гри­вен в день. Боль­шое спа­си­бо дру­зьям и про­сто нерав­но­душ­ным лю­дям, ко­то­рые, узнав о мо­ей бе­де, по­мо­га­ли деньгами. Один я точ­но не спра­вил­ся бы, для ме­ня это со­вер­шен­но неподъ­ем­ные сум­мы. Но лю­ди ме­ня спас­ли.

Пер­вые улуч­ше­ния я стал за­ме­чать уже по­сле Но­во­го го­да. На­при­мер, смог са­мо­сто­я­тель­но во­ткнуть за­ряд­ное устрой­ство в ро­зет­ку. Это бы­ло огром­ным до­сти­же­ни­ем — до ян­ва­ря во­об­ще не мог под­нять ру­ку. А тут по­сте­пен­но по­яви­лись си­лы. Пер­вой мо­ей «ган­те­лью» стал 30-грам­мо­вый тю­бик из-под кре­ма. Еще я мог дер­гать при­вя­зан­ные к кро­ва­ти ве­рев­ки — так я звал мед­сест­ру. Звать при­хо­ди­лось да­же для то­го, что­бы мне по­пра­ви­ли коф­ту на спине. Пом­ню, как в де­каб­ре чуть не пла­кал от от­ча­я­ния, ко­гда вы­пи­са­ли мо­е­го со­се­да по па­ла­те. По­ни­мал, что те­перь да­же неко­му бу­дет дер­жать ря­дом со мной та­рел­ку и кор­мить… Но, к сча­стью, антидот по­сте­пен­но де­лал свое де­ло и я мед­лен­но шел на по­прав­ку.

Ко­гда 28 фев­ра­ля сдал оче­ред­ной ана­лиз, вы­яс­ни­лось, что со­дер­жа­ние тал­лия в кро­ви умень­ши­лось на 50 про­цен­тов по срав­не­нию с преды­ду­щим ре­зуль­та­том.

Ва­дим Ки­се­лев еще два ра­за сда­вал ана­ли­зы. По­след­ние ре­зуль­та­ты по­ка­за­ли, что со­дер­жа­ние тал­лия в кро­ви не пре­вы­ша­ет до­пу­сти­мой нор­мы. По­сле это­го на­ча­лась ре­а­би­ли­та­ция.

— По­лу­чи­лось, что мне при­шлось при­ни­мать антидот несколь­ко ме­ся­цев, — го­во­рит Ва­дим Ки­се­лев. —В боль­ни­це № 18 я ле­жал в ре­а­би­ли­та­ци­он­ном нев­ро­ло­ги­че­ском от­де­ле­нии. А че­рез 20 дней ме­ня вы­пи­са­ли до­мой. Я то­гда уже мог сде­лать пять — де­сять ша­гов. Пом­ню, еще в боль­ни­це по­ста­вил се­бе цель за неде­лю отказаться от ин­ва­лид­ной ко­ляс­ки. Дру­зья не ве­ри­ли, что это воз­мож­но. Но я та­ки смог са­мо­сто­я­тель­но дой­ти до сто­ло­вой. Это был успех (улы­ба­ет­ся).

Че­рез пол­то­ра ме­ся­ца по­сле вы­пис­ки Ва­дим Ки­се­лев смог сам вый­ти на ули­цу. Сей­час он пе­ре­дви­га­ет­ся на ко­сты­лях. Уже на­чал хо­дить в спорт­зал. О ра­бо­те так­си­стом ре­чи по­ка нет, но зато Ва­дим стал ра­бо­тать по спе­ци­аль­но­сти — ме­ди­цин­ским пси­хо­ло­гом.

— Жду мо­мен­та, ко­гда смо­гу сесть за руль, — при­зна­ет­ся муж­чи­на. — Я знаю, что это бу­дет. Вот Вла­ди­мир Бе­ло­конь уже ез­дит за ру­лем и хо­дит без палочки. Так как при­чи­ну его со­сто­я­ния опре­де­ли­ли на­мно­го рань­ше, чем у ме­ня, его и ле­чить на­ча­ли рань­ше. По­это­му он уже по­чти пол­но­стью вос­ста­но­вил­ся. У него три ра­за в неде­лю спор­тив­ные тре­ни­ров­ки.

До этой ис­то­рии мы с Вла­ди­ми­ром не бы­ли зна­ко­мы. Но те­перь ча­сто об­ща­ем­ся. И у нас у обо­их есть во­про­сы, ко­то­рые по­ка оста­ют­ся без от­ве­та.

«По­кой­ный Мак­сим Бе­ло­конь то­же пил ко­фе в за­бе­га­лов­ке. Но это бы­ли раз­ные

за­ве­де­ния»

Есть ли связь меж­ду эти­ми отрав­ле­ни­я­ми? Кто за всем этим сто­ит? И есть ли по­до­зре­ва­е­мые? С мо­мен­та отрав­ле­ния Мак­си­ма Бе­ло­ко­ня про­шло уже пол­то­ра го­да. И Ва­дим Ки­се­лев, и се­мья Мак­си­ма Бе­ло­ко­ня воз­му­ще­ны без­дей­стви­ем по­ли­ции.

— Ко­неч­но же, мы са­ми пы­та­лись уста­но­вить ис­ти­ну. Увы, — взды­ха­ет Ва­дим Ки­се­лев. — Раз­го­ва­ри­вая с по­ли­цей­ски­ми, я бук­валь­но по­се­кунд­но вос­ста­но­вил день, ко­гда мне ста­ло плохо. Экс­пер­ты го­во­рят, что тал­ли­ем лег­ко отра­вить, до­бав­ляя его в на­пи­ток или еду. Я весь день так­со­вал и, ко­неч­но, пил ко­фе в ка­фе… По­кой­ный Мак­сим Бе­ло­конь, по сло­вам его ма­мы, то­же пил ко­фе в за­бе­га­лов­ке. Но это бы­ли раз­ные за­ве­де­ния.

— А отец Мак­си­ма?

— Тут то­же слож­но. В ма­шине, на ко­то­рой ез­дил Мак­сим, а по­том и его отец, об­на­ру­жи­ли ша­ри­ки рту­ти. Эту ма­ши­ну дол­го об­сле­до­ва­ли экс­пер­ты в за­щит­ных ко­стю­мах. И в этой же ма­шине отец Мак­си­ма под­во­зил сво­е­го кол­ле­гу, ко­то­рый по­том то­же был гос­пи­та­ли­зи­ро­ван. К сча­стью, муж­чи­на по­лу­чил мень­шую до­зу тал­лия, по­это­му по­пра­вил­ся рань­ше всех. Но в этой же ма­шине боль­ше ме­ся­ца ез­ди­ла ма­ма Мак­си­ма Бе­ло­ко­ня, и с ней все в по­ряд­ке. — Ва­шу ма­ши­ну осмат­ри­ва­ли? — До сих пор это­го не знаю. Ма­ши­на при­над­ле­жит служ­бе так­си, в ко­то­рой я ра­бо­тал. Мне ни­кто ни­че­го не го­во­рит — ни на фир­ме, ни в по­ли­ции. Не удив­люсь, ес­ли ма­ши­ну не осмот­ре­ли. Ко­гда в кон­це 2018 го­да об этих отрав­ле­ни­ях ста­ли со­об­щать СМИ, рас­сле­до­ва­ние вро­де бы сдви­ну­лось с мерт­вой точ­ки. Но по­том опять со­шло на нет. В по­ли­ции нам да­ли по­нять, что у них хва­та­ет дру­гих, с их точ­ки зре­ния бо­лее важ­ных, уго­лов­ных дел. А на­ше, де­скать, неко­му рас­сле­до­вать. Но не­уже­ли то, что лю­дей в Ки­е­ве кто-то тра­вит тал­ли­ем, не важ­но?! — Ко­го-то по­до­зре­ва­е­те?

— Да. У нас с Вла­ди­ми­ром Бе­ло­ко­нем есть вполне обос­но­ван­ное по­до­зре­ние. Но я не мо­гу его озву­чить, что­бы не спуг­нуть воз­мож­но­го пре­ступ­ни­ка.

— Счи­та­е­те, что вас с Вла­ди­ми­ром отра­вил один и тот же че­ло­век?

— Да. И этот че­ло­век сей­час на сво­бо­де.

Вла­ди­мир Бе­ло­конь это под­твер­жда­ет:

— Я вам боль­ше ска­жу: по­чти каж­дый день ви­жу это­го че­ло­ве­ка. Но рас­сле­до­ва­ние по непо­нят­ной при­чине оста­но­ви­лось.

Не­ко­то­рые СМИ со ссыл­кой на соб­ствен­ные ис­точ­ни­ки со­об­ща­ли о еще двух слу­ча­ях отрав­ле­ния тал­ли­ем в Ки­е­ве. Яко­бы в 2019 го­ду с та­ким же ди­а­гно­зом бы­ли гос­пи­та­ли­зи­ро­ва­ны муж­чи­на и по­жи­лая жен­щи­на. Но в по­ли­ции эту ин­фор­ма­цию не под­твер­жда­ют. На во­прос «ФАКТОВ» о том, по­че­му рас­сле­до­ва­ние гром­ко­го де­ла за­сто­по­ри­лось, в пресс-служ­бе ки­ев­ско­го глав­ка по­ли­ции нам от­ве­ти­ли:

«До­су­деб­ное рас­сле­до­ва­ние про­дол­жа­ет­ся. Рас­сле­до­ва­ние на­хо­дит­ся на кон­тро­ле у Глав­но­го управ­ле­ния Нац­по­ли­ции Ки­е­ва».

При этом ка­ких-ли­бо дру­гих по­дроб­но­стей нам не со­об­щи­ли, ар­гу­мен­ти­ро­вав это тай­ной след­ствия: «Ин­фор­ма­ция, ко­то­рую вы за­пра­ши­ва­е­те, от­но­сит­ся к ин­фор­ма­ции с огра­ни­чен­ным до­сту­пом».

— Боль­ше все­го мы бо­им­ся, что де­ло про­сто «со­льют», — го­во­рит Ва­дим Ки­се­лев. — И что че­ло­век, на сче­ту ко­то­ро­го уже как ми­ни­мум од­но убий­ство и три по­ку­ше­ния на убий­ство, оста­нет­ся без­на­ка­зан­ным.

Тал­лий — се­реб­ри­сто-бе­лый ме­талл с се­ро­ва­тым от­тен­ком, не име­ет вку­са и за­па­ха. От­но­сит­ся к вы­со­ко­ток­сич­ным ядам. Для ле­таль­но­го ис­хо­да до­ста­точ­но 1 грам­ма тал­лия. У Мак­си­ма Бе­ло­ко­ня об­на­ру­жи­ли 80 грам­мов. Тал­лий про­ни­ка­ет в ор­га­низм не толь­ко че­рез пи­ще­ва­ри­тель­ный тракт, но и че­рез ко­жу и ор­га­ны ды­ха­ния. Опас­ность за­клю­ча­ет­ся еще и в том, что пер­вые при­зна­ки отрав­ле­ния тал­ли­ем на­по­ми­на­ют грипп или брон­хопнев­мо­нию. Че­ло­ве­ку на­зна­ча­ют ле­че­ние, ко­то­рое, как пра­ви­ло, неэф­фек­тив­но. По сло­вам экс­пер­тов, с точ­ки зре­ния отрав­ле­ния, тал­лий счи­та­ет­ся «удоб­ным» ядом. Это ве­ще­ство до­ста­точ­но рас­про­стра­нен­ное, оно ак­тив­но ис­поль­зу­ет­ся в про­мыш­лен­но­сти.

В 1987 го­ду всю Укра­и­ну шо­ки­ро­ва­ла ис­то­рия Та­ма­ры Ива­ню­ти­ной, по­су­до­мой­ки из ки­ев­ской шко­лы № 16, ко­то­рая спе­ци­аль­но тра­ви­ла де­тей и учи­те­лей тал­ли­ем. Та­ма­ра Ива­ню­ти­на вме­сте с сест­рой и ро­ди­те­ля­ми отра­ви­ли рас­тво­ром Кле­ри­чи (со­дер­жа­щим тал­лий) ми­ни­мум 13 че­ло­век. Са­му Та­ма­ру поз­же рас­стре­ля­ли, а ее род­ных при­го­во­ри­ли к дли­тель­ным сро­кам за­клю­че­ния. То­гда пра­во­охра­ни­те­ли бро­си­ли все си­лы на рас­кры­тие се­рии за­га­доч­ных отрав­ле­ний. В слу­чае же с те­пе­реш­ни­ми отрав­ле­ни­я­ми го­во­рить об эф­фек­тив­ном рас­сле­до­ва­нии, су­дя по все­му, по­ка не при­хо­дит­ся.

«ФАКТЫ» бу­дут сле­дить за раз­ви­ти­ем со­бы­тий.

«Рас­сле­до­ва­ние по непо­нят­ной при­чине оста­но­ви­лось. И мы опа­са­ем­ся, что че­ло­век, на сче­ту ко­то­ро­го уже как ми­ни­мум од­но убий­ство и три по­ку­ше­ния на убий­ство, оста­нет­ся без­на­ка­зан­ным», — го­во­рит Ва­дим Ки­се­лев

О стран­ной смер­ти 21-лет­не­го ки­ев­ско­го так­си­ста Мак­си­ма Бе­ло­ко­ня «ФАКТЫ» рас­ска­зы­ва­ли в де­каб­ре 2018 го­да

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.