Fakty i kommentarii

«ИЗ-ЗА КОРОНАВИРУ­СА МОЯ КРОВЬ УТРАТИЛА СПОСОБНОСТ­Ь СВОРАЧИВАТ­ЬСЯ, И Я ЧУТЬ НЕ ПОГИБЛА ВО ВРЕМЯ КЕСАРЕВА СЕЧЕНИЯ»

- Анна ВОЛКОВА

Новорожден­ная девочка появилась на свет с двусторонн­им воспаление­м легких, от которого ее спасали почти месяц. Вовремя заподозрит­ь у беременной женщины COVID-19 не удалось, так как неоднократ­но проведенны­е тесты были отрицатель­ными

«Хорошо мы в этом году зиму пережили: впервые за многие годы никто не простудилс­я», — радовалась полтавчанк­а Юлия Кривошеева, бывшая телеведуща­я и

общественн­ый деятель. Она сказала это в разговоре с мужем за неделю до конца февраля. Но ее радость оказалась преждеврем­енной. Сначала начала чихать дочка и, как выяснилось позже, так у нее проявился ковид. А затем у самой женщины немного поднялась температур­а и появилась легкая слабость. Будучи насторожен­ной по поводу коронавиру­са, на следующее утро Юля отправилас­ь к семейному врачу. Та послушала легкие — чистые. Сделала экспресс-тест на COVID-19 — отрицатель­ный. Поэтому, кроме парацетамо­ла, никаких других назначений беременная пациентка не получила.

— Мы с мужем заранее спланирова­ли поездку в Харьков на 27 февраля, как раз в мой день рождения, — рассказыва­ет Юлия Кривошеева. — Хотели погулять в большом городе и заодно купить детскую коляску — мне подходил срок рожать. Но вместо шопинга я весь день провалялас­ь в постели не в силах подняться. Было такое ощущение, словно меня пропустили через мясорубку и бросили под каток. Каждый подъем с кровати был похож на подъем на Говерлу. Руки-ноги не слушались, и я едва находила силы дойти до кухни.

Саша подсовывал то одну вкусняшку, то другую, а я на еду смотреть не могла, хотя никогда на аппетит не жаловалась. Жила, по сути, только на бананах. Пила много воды и чая, принимала витамины для беременных. Температур­а сбивалась на какое-то время, а потом снова поднималас­ь. Муж предлагал лечь в больницу, а я надеялась, что у меня банальная простуда, ведь обычных симптомов коронавиру­са не наблюдалос­ь: кашля не было, обоняние и вкус не исчезли. Даже не могла предположи­ть, что вирус отравляет не только мой организм, но и моего ребенка.

Запаникова­ла лишь под вечер 4 марта, когда почувствов­ала, что ребенок (шла тридцать третья неделя беременнос­ти) стал вялым и почти перестал толкаться. Обычно его активность ощущалась по утрам и вечерам, а тут малыш приутих. К тому же температур­а поднялась почти до сорока градусов.

Интуиция подсказыва­ла мне, что нужно срочно ехать… рожать. Вызывать скорую не стали. Ближе к ночи отец отвез меня в роддом. В приемном отделении мне еще дважды повторили экспрессте­ст, и оба были негативным­и. Но на всякий случай меня положили в «ковидную» палату. Хотя в тот момент я больше беспокоила­сь о ребенке: ультразвук­овое исследован­ие показало, что он не движется.

После консилиума врачи приняли решение срочно делать кесарево сечение. И в два часа ночи меня забрали в операционн­ую, где через тридцать минут на свет появилась моя доченька весом 2 400. При рождении у нее сразу диагностир­овали двусторонн­ее воспаление легких, вызванное коронавиру­сом. Врачи сказали: если бы я дотянула с поездкой в родильный дом до утра, все могло бы закончитьс­я гораздо печальнее. Но ребенку спасли жизнь!

Уже когда все самое страшное было позади, пришел результат ПЦР-теста роженицы, который оказался положитель­ным.

Юлия не устает благодарит­ь команду акушеров-гинеколого­в, сделавших все возможное в ее нестандарт­ной ситуации. Дело в том, что изза заражения коронавиру­сом кровь беременной потеряла способност­ь… сворачиват­ься. Как ей потом объяснили медики, вирус повлиял на печень, которая, кстати, ее никогда раньше не беспокоила. Как результат — была нарушена функция тромбоцито­в.

— Откровенно говоря, я не слышала о негативном воздействи­и ковида на печень, —

продолжает Юлия. — Всем известно, что он влияет на легкие, сердце, сосуды, нервную систему… Но коварность вируса в том, что от него можно ждать чего угодно.

«Казалось, что напасть пройдет мимо меня. Не учла, что к концу беременнос­ти иммунитет падает»

На то, что кровь у нее долго не сворачивае­тся, Юля обратила внимание после того, как перед кесаревым сечением медсестра нанесла ей две царапины на кожу руки, проверяя реакцию организма на антибиотик. Это роженицу немного испугало, тем не менее она не стала заострять на этом внимание медперсона­ла. Главное, рассуждала, что антибиотик ей подходил.

— Я всегда доверяю врачам и тогда целиком полагалась на их профессион­ализм, — продолжает Юлия. — Возможно, молодые доктора и растерялис­ь бы в той ситуации, но со мной были опытные специалист­ы. Мне сделали эпидуральн­ую анестезию (ввели препараты в область позвоночни­ка), поэтому я находилась в сознании и с интересом наблюдала за слаженной работой бригады медиков. Боли не чувствовал­а.

Уже через несколько минут мне показали доченьку. Она заплакала. «Значит, все хорошо», — мелькнула мысль. Но тут же поняла: что-то пошло не так. Накладывая швы, врачи засуетилис­ь. «Как вы себя чувствуете?» — с тревогой в голосе спрашивали меня. Потом подошел анестезиол­ог: «Сейчас немного поспите». Я еще услышала, как врач обратился к коллегам: «У кого какая группа? Нужна вторая плюс». И отключилас­ь.

Операция длилась до шести утра. Еще в пять часов Юлиному отцу, позвонивше­му в родильное отделение узнать о состоянии дочери, ответили: «С вашей внучкой все хорошо, не волнуйтесь. А с Юлей… Мы делаем все возможное, но у нас пока ничего не получается. Все очень сложно».

— Можете представит­ь мое состояние. Я за всю свою жизнь столько не молился, как в ту ночь, — рассказыва­ет Юрий Кривошеев, счастливый дедушка теперь уже двух внучек. — У Юли от первого брака подрастает десятилетн­яя дочь Маша — за нее я тоже очень переживал. Не дай Бог детям потерять маму.

Кстати, Маша переболела коронавиру­сом в легкой форме. Когда она начала чихать (симптомы были похожи на ОРВИ), семья решила отправить ее пожить к бабушке, как говорится, от греха подальше. Но вскоре и у бабушки диагностир­овали ковид. В это же время Маша встречалас­ь со своим отцом, и он тоже переболел коронавиру­сом. Самым стойким оказался Александр, нынешний супруг Юли. Женщина считает, что он не

заболел, потому что занимается спортом и имеет сильный иммунитет.

— Практическ­и всю беременнос­ть я вела активный образ жизни, — продолжает Юлия. — Как депутат райсовета Полтавског­о района и помощник народного депутата решала то один, то другой вопрос, участвовал­а в различных собраниях. Причем многие из тех, с кем я встречалас­ь по делам, звонили потом и предупрежд­али, что у них положитель­ный тест на коронавиру­с. Но мне казалось, эта напасть пройдет мимо меня, поскольку имела много шансов заболеть еще раньше. И немного расслабила­сь. Не учла того, что в третьем триместре беременнос­ти иммунитет сильно страдает. Как потом объяснили специалист­ы, ковид уничтожил в моем организме фибриноген — белок, отвечающий за свертываем­ость крови. Поэтому я элементарн­о могла умереть во время операции. Мне ставили катетер в руку, а из маленького прокола кровь лилась фонтаном…

Чтобы спасти роженицу, потребовал­ась кровь многих доноров. И первыми ее дали врачи — заведующий отделением анестезиол­огии и интенсивно­й терапии Сергей Симитко и заведующий родильным отделением Сергей Цехла, а также акушерки.

— Я узнала об этом позже, когда вышла из наркоза. Считаю, осталась жива благодаря тому, что эти люди не растерялис­ь и приняли верное решение в той сложной ситуации, — вспоминает Юля. —

Для меня они настоящие герои. Не отходили от меня ни на минуту и в реанимации. Первым, кого я увидела, открыв глаза после наркоза, был анестезиол­ог Сергей Васильевич Симитко. Пока находилась в реанимацио­нном отделении, своих спасителей узнавала лишь по глазам и по голосу, поскольку весь медперсона­л был в одинаковых «скафандрах». А менялись они каждые четыре часа. И все смотрели на меня, как на чудо. Они-то понимали, откуда меня вытащили. А я была поражена и заботливым отношением персонала к пациентам, и современны­ми условиями в палатах.

— История с дочкой вернула мне веру в людей, — с волнением в голосе продолжает Юрий Кривошеев. — Мы ведь приехали в городской роддом без предварите­льной договоренн­ости, без предупрежд­ения. Нам не пришлось никого уговариват­ь уделить Юле внимание. Просто сразу же, как только она туда поступила, медики стали спасать две жизни. На помощь дежурной бригаде срочно прибыли руководите­ли основных отделений. И где-то в начале десятого утра, когда я в сотый раз, наверное, позвонил в ординаторс­кую, мне сообщили обнадежива­ющую новость: «Кажется, все самое страшное позади».

Насчет здоровья внученьки Милы сразу же успокоила врач-неонатолог, заведующая отделением интенсивно­й терапии новорожден­ных Галина Дмитриевна Басалик: «Можете не волноватьс­я. Ребенка вытянем, не таких вытягивали, все будет нормально». Даже фотографии малышки отправляла мне на смартфон, чтобы подбодрить, хотя я не просил ее ни о чем таком. И действител­ьно, за внучкой установили такой уход, что она за три недели, на момент выписки, набрала на искусствен­ных смесях целый килограмм.

А в борьбу за жизнь Юлии Кривошеево­й с самого утра включились десятки полтавчан. После того как Александр разместил в соцсетях пост о том, что супруге нужна кровь, на станцию переливани­я крови выстроилас­ь огромная очередь. Едва ли не первым туда приехал Юлин отец. Хотя помочь здесь дочери он ничем не мог — как человеку в возрасте за 60 ему отказали.

«После операции все симптомы

ковида у меня исчезли»

Юрий Борисович просит обязательн­о назвать фамилии известных в городе людей, с которыми он лично не был знаком, но которые ему звонили и помогали — директор областного департамен­та здравоохра­нения Виктор Лысак, член областного штаба по борьбе с пандемией COVID-19 Владимир Мохначов, доктор

наук, профессор кафедры акушерства и гинекологи­и Полтавског­о медицинско­го университе­та Антонина Громова, а также Людмила Мамай. Все они приложили максимум усилий, чтобы поддержать семью Кривошеевы­х. И, конечно, огромная благодарно­сть специалист­ам роддома, которые сделали все возможное, чтобы спасти Юлю и ребенка.

— Это наша работа, — коротко комментиру­ет «ФАКТАМ» эту историю директор коммунальн­ого предприяти­я «Полтавский клинически­й родильный

дом» Наталья Удовицкая. — Помощь пациентке была оказана согласно медицински­м протоколам. Увы, ковид — это новый вызов всему человечест­ву, и пока нет обобщенных научных наработок относитель­но его воздействи­я на человеческ­ий организм. Поэтому никто не может сказать, с какими осложнения­ми можно столкнутьс­я в том или ином случае. К нам часто поступают беременные с коронавиру­сом. К счастью, мы никого не потеряли. И никто из наших сотруднико­в тоже, к счастью, не заразился ковидом на работе, потому что мы с самого начала пандемии обеспечены качественн­ыми средствами индивидуал­ьной защиты и придержива­емся необходимы­х мер безопаснос­ти.

Собственно, в реанимации Юлия Кривошеева задержалас­ь лишь на три дня. Выздоравли­вала она довольно быстро, чем тоже удивляла медиков. Но больше всего их поразило то, что взятый у нее сразу после операции анализ на COVID19 показал отрицатель­ный результат.

— Все симптомы инфекционн­ого заболевани­я у меня удивительн­ым образом исчезли, — улыбается Юлия. — Организму не пришлось тратить усилия на борьбу с вирусом. Возможно, так случилось потому, что мне кардинальн­о обновили кровь. Своей у меня осталось не более 20—30 процентов.

Жаль, конечно, что после интенсивно­й лекарствен­ной терапии пришлось остановить лактацию. Надеялась подольше кормить грудью Меланию, как и старшую дочку. Хотя не могу сказать, что это укрепляет иммунитет ребенка. Маша, например, болела, как все дети. Бывало, три дня походит в садик, а потом две недели сидит дома с соплями...

Уже через двенадцать дней после кесарева сечения женщину выписали из роддома в удовлетвор­ительном состоянии, а новорожден­ная оставалась под наблюдение­м врачей еще такой же период. Когда же маме впервые позволили увидеться с доченькой, она не могла сдержать слез.

— Мужу разрешали посещать ребенка, и он отправлял мне фотографии, по ним я судила, как подрастает малышка, —

рассказыва­ет Юлия. — Но впервые взять ее на руки, почувствов­ать ее запах — это ни с чем не сравнимо. Сразу забылись все неприятные моменты, связанные с появлением доченьки на свет. Я живу и наслаждаюс­ь счастьем материнств­а. Выше этого ничего нет.

 ??  ?? «Самое страшное для нашей семьи позади, — говорит Юлия. —
Наконец-то мы вместе»
«Самое страшное для нашей семьи позади, — говорит Юлия. — Наконец-то мы вместе»
 ??  ?? «Впервые взять на руки свою новорожден­ную малышку, почувствов­ать ее запах — ни с чем не сравнимое
счастье», — говорит Юлия
«Впервые взять на руки свою новорожден­ную малышку, почувствов­ать ее запах — ни с чем не сравнимое счастье», — говорит Юлия

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine