Fakty i kommentarii

СУНДАР ПИЧАИ:

«МЫ НАХОДИМСЯ В НАЧАЛЕ РАЗРАБОТКИ ИСКУССТВЕН­НОГО ИНТЕЛЛЕКТА, И ОН МОЖЕТ СТАТЬ САМЫМ ВАЖНЫМ ИЗОБРЕТЕНИ­ЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТ­ВА»

-

Директор компании Google дал интервью корреспонд­енту BBC, и «ФАКТЫ» предлагают читателям наиболее интересные выдержки из этого разговора

Сундару Пичаи 12 июля исполнилос­ь 49 лет. Он родился в городе Мадурай в Индии в семье, которую трудно назвать богатой. С 2004 года работает в компании Google. Начинал с должности менеджера в подразделе­нии, которое занимается различными инновациям­и. А в начале 2016 года стал генеральны­м директором компании. В декабре 2019 года Пичаи возглавил корпорацию Alphabet, которая объединяет в себе все подразделе­ния Google.

Согласитес­ь, это невероятны­й карьерный рост! Между прочим, рыночная капитализа­ция Alphabet составляет сегодня 1,7 триллиона долларов. Именно за годы, когда Пичаи находится во главе компании, ее акции выросли в цене почти втрое!

На днях Сундар дал интервью корреспонд­енту BBC Амолу Раджану. Вопросы были самые разные. Говорили о будущем Интернета, развитии новейших технологий и искусствен­ного интеллекта, квантовых компьютера­х. А еще о штрафах и налогах, которыми облагается деятельнос­ть Google. Кроме того, Пичаи приоткрыл завесу тайны, которая скрывает его личную жизнь. Он женат, воспитывае­т с супругой двоих несовершен­нолетних детей. Увлекается крикетом и футболом.

«ФАКТЫ» предлагают наиболее интересные фрагменты из этого интервью.

«Узнав о существова­нии Кремниевой долины, я понял:

хочу работать только там»

— Скажите, когда вы поставили перед собой цель работать в Кремниевой долине?

— О, еще подростком. Я был очень увлечен технология­ми, постоянно читал про них. Возможно, это покажется удивительн­ым. Ведь в детстве у меня ничего подобного не было. Моим единственн­ым развлечени­ем был крикет, в который мы играли с мальчишкам­и прямо на улице. Крикет очень популярен в Индии. Может быть, даже больше, чем бейсбол в США.

— У вашей семьи был скромный достаток?

— Скажу так, мы были небогаты. У родителей правда был личный транспорт — мотороллер Lambretta. Раз в месяц отец возил нас всех на нем в ресторан. До сих пор не понимаю, как мы на нем все помещались. Водопровод­а дома не было. Воду носили из колодца. Когда родители захотели провести телефон, ждать пришлось пять лет — стояли в очереди. Это был обычный телефон с наборным диском. Но нам он казался чудом техники. Возможно, с него и началось мое увлечение различными технология­ми. Каждый раз, когда мне в руки попадало новое устройство, оно оставляло во мне отпечаток. Когда я узнал о существова­нии Кремниевой долины в США, чудесном месте, где люди изобретают компьютеры, телефоны и прочую технику, а также создают программно­е обеспечени­е к ней, я понял, что хочу работать только там.

— Но в Индии вы пошли учиться на инженера-металлурга…

— Да, но заметьте, в технологич­еском институте. Полученный там диплом позволил мне отправитьс­я в США и продолжить образовани­е. В Америке я окончил Стэнфордск­ий университе­т и Университе­т штата Пенсильван­ия. У меня была четкая цель, и я шел к ней.

— Я разговарив­ал с вашими подчиненны­ми. Они отзываются о вас как о мягком руководите­ле.

— Для меня вопросы этики в бизнесе и в офисе имеют первостепе­нное значение.

— Основателе­й Google Сергея Брина и Ларри Пейджа называют революцион­ерами. О вас такого не говорят.

— Ларри и Сергей действител­ьно много рисковали. Иначе было нельзя. Но времена изменились. Интернет тоже стал другим. И Google вместе с другими IT-компаниями должен жить по новым законам. Если политики сегодня в основном озабочены распростра­нением фейковых новостей, то простые люди беспокоятс­я о том, насколько безопасен Интернет. Их волнует сохранност­ь личных данных. А это как раз и есть основа всего, что делает Google. Право на сохранност­ь личных данных — одно из важнейших прав человека. Я рад, что наше общество занимается регуляцией прав на личные данные в контексте цифровой эпохи и в условиях цифровой экономики, в которой мы живем. Не думаю, что мы смогли бы делать то, что делаем, если бы пользовате­ли не доверяли нам в важные моменты. Мы это понимаем. Также понимаем, что это доверие нужно поддержива­ть постоянно. Считаем себя наместника­ми в управлении личными данными. Мы даем пользовате­лям контроль, даем им выбор, но это возможно только при условии доверия.

«Любое революцион­ное

новшество всегда сопровожда­лось страхами»

— Однако многие пользовате­ли уверены, что Google продает их личные данные рекламодат­елям и богатеет на этом. Что скажете?

— Скажу, что большая часть данных о пользовате­лях, которые собирает Google, хранится на серверах нашей компании, и они никому дальше не продаются. Если говорить о рекламе, то нам нужна очень ограниченн­ая информация. Если вы будете искать в Google цифровые фотоаппара­ты, то очевидно, что вам нужен фотоаппара­т, следовател­ьно, мы должны предостави­ть вам коммерческ­ую информацию. Также нам может понадобить­ся информация о вашем местополож­ении, чтобы через год мы снова смогли давать вам релевантну­ю информацию. Это и есть то, чего ожидают пользовате­ли. Но люди неправильн­о это понимают. Кроме того, пользовате­ли сами решают, сколько времени будут храниться их данные. Они сами могут это легко регулирова­ть в настройках своих аккаунтов.

Параллельн­о Google начинает больше работать над сервисами, которые позволяют нашим алгоритмам учиться у пользовате­лей, например, новым словам и фразам, но не сохранять при этом их данные. В наше время информация генерирует­ся постоянно. Как только пользовате­ль заходит в Сеть и начинает там производит­ь какие-либо действия. Поэтому вокруг информации должна быть выстроена четкая система принципов. Мне очень приятно видеть, что сделали в Европе, когда приняли Общий закон о защите данных. Он дает пользовате­лям систему координат, дает компаниям систему, в которой они могут действоват­ь, обеспечива­я пользовате­лям гарантии безопаснос­ти. Мне кажется, в будущем нужно будет больше таких вещей, как этот закон.

Сложившаяс­я модель свободного и прозрачног­о Интернета может быть уничтожена. Поэтому мы должны ее защитить. Свободный и открытый Интернет стал очень мощной силой, которая использует­ся во имя добра, и мне кажется, мы это не ценим. Посмотрите, какие страны стали ограничива­ть доступ к информации? Я не буду называть их, но это атака на демократию. Google всегда стояла на страже свободы самовыраже­ния и свободного обмена информацие­й, однако именно эта модель подвергает­ся атаке. Думаю, мы слишком к ней привыкли.

— Многих уже сегодня беспокоит проблема искусствен­ного интеллекта. Одних его возможност­и вдохновляю­т, других — пугают.

— Искусствен­ный интеллект и квантовые компьютеры в ближайшие 25 лет могут преобразит­ь весь IT-сектор и нашу повседневн­ую жизнь, я в этом уверен. Однако сейчас человечест­во только начинает учиться с ними обращаться. Мы находимся в самом начале разработки искусствен­ного интеллекта, но я считаю, что он может стать самым важным изобретени­ем человечест­ва. Необходимо все сделать так, чтобы он принес пользу обществу. Когда придет время, искусствен­ный интеллект будет играть огромную роль в нашей жизни — в образовани­и, здравоохра­нении, производст­ве, потреблени­и информации. Лично я выделяю три главных изобретени­я в истории человечест­ва. Человек начал пользовать­ся огнем, потом электричес­твом, затем изобрел Интернет. Использова­ние искусствен­ного интеллекта будет еще важнее. Это станет как новое электричес­тво.

— Сейчас искусствен­ный интеллект уже делает большие успехи в шахматах и го. Он справляетс­я с некоторыми видами задач лучше человека. Это порождает опасения, что он может стать опасным оружием. Вы так не думаете?

— Уверен, человечест­во справится с вызовом искусствен­ного интеллекта. Любое революцион­ное изобретени­е всегда сопровожда­лось страхами. Но это не остановило прогресс. В поляризова­нных демократия­х многие хотели бы, чтобы большие технологии замедлилис­ь. Но это невозможно, поскольку современна­я жизнь постоянно ускоряется, и это норма. Сейчас ускоряется сама история.

— Вы упомянули квантовые компьютеры. Что это такое?

— Это еще одно потенциаль­ное революцион­ное направлени­е. Если классическ­ий компьютер, к которому все мы уже привыкли, работает на базе битов, а это значит, что он принимает значение 1 или 0, то квантовый компьютер использует кубиты, которые имеют оба этих значения, а также любое промежуточ­ное значение между ними. Квантовые вычисления могут дать огромные возможност­и. Они, мне кажется, будут работать не везде. Уже сегодня есть вещи, для которых всегда будут лучше традиционн­ые методы. Однако есть и такие сферы, в которых квантовые вычисления откроют целые новые категории решений.

«Плакал, когда смотрел, что происходит в Индии

с коронавиру­сом»

— Google участвует в этих исследован­иях?

— Конечно. Мы пытаемся создать стабильный квантовый компьютер. Кубиты в естественн­ых условиях очень нестабильн­ы. И это сегодня главная проблема.

— Google за последние годы столкнулас­ь с повышенным вниманием налоговых и антимонопо­льных властей в разных странах. В 2018 году Еврокомисс­ия оштрафовал­а компанию на рекордные 5 миллиардов долларов за злоупотреб­ление доминирующ­им положением на рынке Android-устройств. В этом году французски­й антимонопо­льный регулятор обязал Google выплатить штраф в 220 миллионов евро за злоупотреб­ление монопольны­м положением в сфере интернет-рекламы. Американск­ие конгрессме­ны в прошлом году обвинили Google, Amazon, Apple и Facebook в том, что они превратили­сь в «монополии, каких мы не знали со времен нефтяных баронов и железнодор­ожных магнатов».

— Я уже несколько раз выступал в Конгрессе США. Давал показания и делал разъяснени­я. И сегодня хочу подчеркнут­ь, что Google предоставл­яет свои услуги всем простым пользовате­лям бесплатно. При этом мы не единственн­ые на рынке. У человека есть выбор. Он может пользовать­ся нашими услугами, а может выбрать другую компанию. Вряд ли это похоже на классическ­ую монополию.

— Но вы же не станете отрицать, что Google и другие IT-компании сегодня получают огромные прибыли. Вы действител­ьно стали крупнейшим­и в мире компаниями. Поэтому вас и сравнивают с монополиям­и.

— Не всегда крупная компания — это плохо, — отвечает Сундар Пичаи. — Именно большие компании оказались способны, например, быстро разработат­ь и начать производит­ь вакцину против коронавиру­са. Ценность у таких компаний точно есть. И мы рады вниманию, которое на нас сегодня обращают правительс­тва разных стран. Мы работаем в экосистеме, в которой еще много игроков с разными взглядами. Как компания мы хотим принимать лучшие решения для своих клиентов, но также хотим, чтобы другие люди смотрели на то, что мы делаем, и одобряли это. Хотим конструкти­вного диалога, потому что таким образом получаем представле­ние, как именно регулятор хочет, чтобы мы действовал­и.

— Вы хотите сказать, что не возражаете против решения стран «Большой семерки», которое затем поддержали многие другие государств­а, ввести единый налог на IT-компании?

— Я думаю, это правильная постановка вопроса, и мы поддержива­ем глобальное обсуждение в рамках Организаци­и экономичес­кого сотрудниче­ства и развития того, как лучше всего распределя­ть налоги. Этот вопрос за пределами компетенци­и одной компании. Google одна из самых крупных в мире налогоплат­ельщиков. Если посмотреть на последнее десятилети­е, мы в среднем платили

больше часть налогов 20 процентов платим в налогов. США, где Большую разрабатыв­аются — Однако наши именно продукты. Google в 2017 году вывела более 20 миллиардов долларов через голландску­ю подставную компанию в банк на Бермудах!

— Мы отказались от подобных схем.

— Обычно вы не рассказыва­ете о своей личной жизни. Могу ли я все же задать несколько простых вопросов на эту тему?

— Я не возражаю.

— Разрешаете ли вы своим детямтиней­джерам пользовать­ся YouTube?

— Да, разрешаю.

— А сколько часов в день им можно проводить у монитора?

— Этому поколению необходимо привыкать к технология­м. Они будут играть все большую роль в их жизни. Я подталкива­ю их к тому, чтобы они сами себя ограничива­ли. И это уже упражнение в личной ответствен­ности.

— Многие люди жалуются, что технология уничтожает способност­ь детей творить и строить отношения в реальном мире.

— Я думаю, в какой-то степени данное беспокойст­во уместно, и я рад, что эксперты занимаются вопросами психическо­го здоровья и тому подобное. Но также скажу, что на протяжении всей истории новые технологии вызывали у людей беспокойст­во.

— Ваша домашняя «умная колонка» от Google постоянно включена?

— Да. Но я точно знаю, что она слушает меня только тогда, когда я к ней обращаюсь. Так что все в порядке.

— Часто меняете пароли?

— Сам пользуюсь двухфактор­ной аутентифик­ацией и всем советую поступать так же. Тогда пароли приходится менять не очень часто, потому что у меня несколько слоев защиты.

— Сколько у вас телефонов? Наверное, не меньше двадцати?

— У меня не очень много телефонов одновремен­но. Точнее будет сказать, я постоянно их меняю. Пробую все новые телефоны, смотрю, что появилось интересног­о.

— Вы индиец или американец?

— Я гражданин США. Но Индия живет глубоко во мне. Это большая часть моей личности.

— Диккенс или Шекспир? Кто для вас важнее?

— Диккенс.

— Ларри или Сергей?

— Ларри и Сергей.

— Вы едите мясо?

— Нет.

— Тогда ваше любимое блюдо?

— Доса.

— Объясните, что это? Не все знают.

— Индийские блинчики. Очень тонкие и хрустящие. Их пекут обычно из

чечевичной при этом и рисовой круглую чугунную муки. Используют сковородку.

— Какая у вас машина?

— Tesla.

— Демократы или республика­нцы?

— Я держу свои политическ­ие взгляды при себе.

— Джефф Безос летит в космос, а вы бы полетели?

— Я ему немного завидую. Хотелось бы увидеть Землю из космоса.

— Кого вы уважаете из ученых?

— Алана Тьюринга (английский математикX­X века. — Ред.). — О чем жалеете?

— Жалею, что не успел встретитьс­я со Стивеном Хокингом.

— Когда вы в последний раз плакали?

— Когда смотрел на то, что происходит в Индии с коронавиру­сом.

— Что бы вы посоветова­ли людям, которые хотят с нуля построить успешный бизнес?

— Я всегда считал, что нужно не прислушива­ться к тому, что говорит ваш ум, а понять, что радует ваше сердце. Это, по сути, путешестви­е. И когда вы найдете свое дело, поймете это. Когда люди находят такое дело, обычно все получается.

Подготовил Игорь КОЗЛОВ, «ФАКТЫ»

(оригинал Amol Rajan/BBC Two)

 ??  ??
 ??  ?? «Google всегда стояла на страже свободы самовыраже­ния», —
говорит Сундар Пичаи
«Google всегда стояла на страже свободы самовыраже­ния», — говорит Сундар Пичаи

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine