РУЛЕТКА С МАКОМ И ИЗЮМОМ

Football (Ukraine) - - РЕДАКЦИОНК­А - Ар­тем ФРАН­КОВ

По­во­дом для на­пи­са­ния это­го ма­те­ри­а­ла ста­ло неуем­ное ис­поль­зо­ва­ние тер­ми­на «рус­ская рулетка» в фут­боль­ных ре­пор­та­жах, в том чис­ле по­свя­щен­ных черт зна­ет ка­ким на­ци­о­наль­ным чем­пи­о­на­там.

От ав­то­ра

Рус­ская, она же гу­сар­ская (впро­чем, нерус­ско­языч­ные ис­точ­ни­ки не за­труд­ня­ют се­бя по­ис­ком си­но­ни­мов) рулетка. Гу­са­ры, се­ре­ди­на 19 ве­ка или на­ча­ло 20-го, шам­пан­ское, мно­го шам­пан­ско­го, блеск эпо­лет. Па­трон в ба­ра­бан ре­воль­ве­ра, несколь­ко слу­чай­ных по­во­ро­тов, мож­но о ру­кав, ствол (не ду­ло!) к вис­ку и на­жа­тие на спус­ко­вой крю­чок (не на ку­рок!). При­лив ад­ре­на­ли­на га­ран­ти­ро­ван, это вам не на ре­зин­ке с мо­ста.

Рус­скую ру­лет­ку зна­ют все. Точ­нее, им ка­жет­ся, что они зна­ют – по­то­му что речь идет об от­кро­вен­ной пур­ге, име­ю­щей к Рос­сии и рус­ским, рус­ской куль­ту­ре и рус­ским во­ен­ным бо­лее чем от­да­лен­ное от­но­ше­ние.

ФРАН­ЦУЗ­СКИЙ ШВЕЙЦАРЕЦ ЕДЕТ ПО­КО­РЯТЬ США

Тер­мин «рус­ская рулетка» име­ет го­раз­до бо­лее позд­ний и чет­ко у с т а н о в л е н н ый ис­точ­ник – пло­до­ви­тый ав­тор при­клю­чен­че­ских ис­то­рий, «на­пи­сан­ных муж­чи­на­ми для муж­чин » , преж­де все­го об Ино­стран­ном ле­ги­оне Жорж Ар­тюр Сюр­дес (Surdez), ро­див­ший­ся в швей- цар­ском Бьенне (Би­ле), но фран­цуз по про­ис­хож­де­нию (1900–1949). Его отец Эжен был ча­сов­щи­ком, пья­ни­цей и злост­ным хо­до­ком по ба­бам, страш­но недо­воль­ным жиз­нью, на ма­те­ри Ма­ри ле­жал до­маш­ний очаг и сна­ча­ла пя­те­ро, а по­том трое де­тей – стар­ший брат Жор­жа Жиль­бер упал с де­ре­ва, сест­ра Бланш раз­би­лась, ка­та­ясь на сан­ках, и мать окон­ча­тель­но уве­ро­ва­ла, что их се­мья про­кля­та. Па­паш­ка пе­ри­о­ди­че­ски ис­че­зал ку­да-то в на­прав­ле­нии оче­ред­ной лю­бов­ни­цы, воз­вра­щал­ся с пья­ной дра­кой и пус­кал сле­зу о том, как хо­ро­шо жить в США – Эжен по мо­ло­до­сти про­вел че­ты­ре го­да в Нью-йор­ке, сбе­жал в Ев­ро­пу из-за без­ра­бо­ти­цы и очень жа­лел.

В пе­ри­од недол­го­го про­свет­ле­ния ро­ди­те­ли за­де­ла­ли Жор­жу еще од­но­го бра­ти­ка по име­ни Жиль­бер, на этот раз млад­ше­го, и за­со­би­ра­лись… Ку­да бы вы по­ду­ма­ли? Ко­неч­но, на Зем­лю Обе­то­ван­ную. Нет, ни­ка­ко­го Из­ра­и­ля не бы­ло еще и близ­ко, а по­то­му речь шла о та­ком но­сталь­ги­че­ском Нью-йор­ке.

Вско­ре вы­яс­ни­лось, что США во­все не род­ная мать, а очень да­же су­ро­вая ма­че­ха. Жорж ни­как не мог овла­деть ан­глий­ским язы­ком и слу­жил объ­ек­том непре­рыв­ных из­де­ва­тельств в шко­ле, ро­ди­те­ли

кру­ти­лись, за­ра­ба­ты­вая гро­ши, про­чим род­ствен­ни­кам то­же бы­ло не до стра­да­ний под­рост­ка, и Сюр­дез вы­гре­бал сам как мог. Он еще в Швей­ца­рии и Фран­ции на­учил­ся сбе­гать от окру­жа­ю­ще­го ми­ра в кни­ги. До­во­ди­лось ему об­щать­ся и с ве­те­ра­на­ми Ино­стран­но­го ле­ги­о­на, бо­роз­див­ши­ми Ев­ро­пу в по­ис­ках слу­чай­но­го за­ра­бот­ка, и слу­шать их за­во­ра­жи­ва­ю­щие рас­ска­зы об эк­зо­ти­че­ских стра­нах и тво­рив­ших­ся там же­сто­ко­стях.

В 19 лет Сюр­дез по ра­бо­те во фран­цуз­ском пред­ста­ви­тель­стве от­пра­вил­ся в да­ле­кую ко­ман­ди­ров­ку в Аф­ри­ку, по­бы­вал в (или на?..) Бе­ре­ге Сло­но­вой Ко­сти и дру­гих стра­нах, по­сле че­го кар­ти­на ми­ра в во­об­ра­же­нии Жор­жа сло­жи­лась. Вер­нув­шись в США в 22-м, он на­пи­сал в де­кла­ра­ции, что не на­ме­рен за­дер­жи­вать­ся доль­ше, чем на пол­го­да – но остал­ся на всю жизнь. Не­дол­гую, но пло­до­твор­ную свою жизнь. За од­ним ис­клю­че­ни­ем – по­езд­ка с же­ной в Аф­ри­ку и Даль­ний Во­сток в кон­це 20-х, ко­гда они по­ки­ну­ли бо­га­тую и про­цве­та­ю­щую стра­ну, а вер­ну­лись в боль­ную, ни­щую, на гра­ни вы­жи­ва­ния. Ве­ли­кая Де­прес­сия…

Ну а по­ка Сюр­дез стал пи­сать, и вско­ре ему по­вез­ло. Ро­ман «Бо Гест» неко­е­го ан­гли­ча­ни­на Рена, от­ро­дясь не бы­вав­ше­го в Аф­ри­ке, но по­свя­тив­ше­го свои пи­са­ния ро­ман­ти­че­ско­му ге­рою Май­к­лу Beau Ге­сту, сбе­жав­ше­му от по­зо­ра в Ино­стран­ный ле­ги­он, стал ди­ко по­пу­ля­рен в Шта­тах. Мно­го­чис­лен­ные де­ше­вые жур­наль­чи­ки, спе­ци­а­ли­зи­ро­вав­ши­е­ся на pulpчти­ве для невзыс­ка­тель­ных и по­про­сту ма­ло­гра­мот­ных чи­та­те­лей, тре­бо­ва­ли про­дук­ции, и Сюр­дез стал од­ним из тех, кто ее по­став­лял. В 1923 го­ду уви­дел свет его пер­вый ро­ман «Ме­чи Су­да­на», и Жорж за­был, что та­кое нуж­да. Не вспом­нит да­же по­сле кра­ха в 1928-м – про­сто при­дет­ся в два ра­за больше ра­бо­тать.

СТРАН­НЫЙ СЛУ­ЧАЙ СЕРЖАНТА БУР­КОВ­СКИ

Пе­ре­прыг­нем че­рез несколь­ко лет, ина­че мы рис­ку­ем за­стрять в био­гра­фии не са­мо­го из­вест­но­го и ка­че­ствен­но­го пи­са­те­ля, пусть и слег­ка пре-

зи­рав­ше­го соб­ствен­ное твор­че­ство.

«Рус­ская рулетка. Стран­ный слу­чай сержанта Бур

ков­ски (чи­сто рус­ская фа­ми­лия, как же-с! Тем не ме­нее – да, по сю­же­ту он Crazy Russian из фран­цуз­ско­го Ино­стран­но­го ле­ги­о­на. – А. Ф.), ко­то­рый умер мно­ги­ми смер­тя­ми, и его дру­га Фель­д­хай­ма, ко­то­рый дол­жен был объ­яс­нить од­ну из них стар­шим офи­це­рам».

По сло­вам сержанта Ху­го Фель­д­хай­ма, Бур­ков­ски (на ил­лю­стра­ции Алек­са Рэй­мон­да изоб­ра­жен, как по­ло­же­но, ка­кой-то не то кал­мык, не то Дер­су Уза­ла) при­стра­стил­ся к иг­ре в «рус­скую ру­лет­ку» в 1917 го­ду, ко­гда его часть сто­я­ла в Ру­мы­нии, а жизнь вне­зап­но по­те­ря­ла вся­кий смысл. Шма­лял он так в се­бя, шма­лял и на­ко­нец за­стре­лил­ся, что бы­ло вполне есте­ствен­но. По­пут­но он вы­иг­рал у Фель­д­хай­ма ме­сяч­ный оклад де­неж­но­го со­дер­жа­ния, но но­чью при­нес день­ги об­рат­но – мол, я знал, где па­трон в ба­ра­бане ре­воль­ве­ра. Фель­д­хайм день­ги не взял, тут-то Бур­ков­ски и по­гиб. «Не сле­ду­ет ли под­де­лать ра­порт на­счет при­чи­ны его смер­ти?» – за­кан­чи­вал­ся рас­сказ.

Для 1937 го­да, ко­гда эта ко­ро­тень­кая story на 1600 слов по­яви­лась в аме­ри­кан­ском жур­на­ле Collier’s (счи­та­ет­ся пи­о­не­ром жур­на­лист­ских рас­сле­до­ва­ний; Те­одор Ру­звельт на­зы­вал это го­раз­до про­ще – «раз­гре­ба­ние гря­зи»), опи­сан­ное вы­гля­де­ло чер­тов­ски кру­то. На­род впе­чат­лил­ся на­столь­ко, что стал не толь­ко под­ра­жать – вот это ад­ре­на­лин! – но и при­пи­сы­вать всем рус­ским склон­ность к по­доб­ным иди­о­то­пья­ным иг­ри­щам; в кон­це кон­цов, рус­ские то­же уве­ро­ва­ли, что они лю­бят раз­го­нять ту­гу-пе­чаль по­доб­ным ма­ка­ром – см., к при­ме­ру, фильм «ДМБ» или же «Ду­э­лянт».

СУИЦИД ПО-АМЕРИКАНСК­И

На са­мом де­ле, ку­да бо­лее при­вер­же­ны этой са­мо­убий­ствен­ной иг­ре ока­за­лись аме­ри­кан­цы, и уже в мае 37-го н е к т о То­мас Х. Марк­лим­лад­ший от­празд­но­вал вы­стре­лом в соб­ствен­ную го­ло­ву 21-й день рож­де­ния. Он стал пер­вым. Поз­же пи­са­ли, что швейцарец Сюр­дез су­мел про­бить ды­ру в несо­кру­ши­мо оп­ти­ми­стич­ной пси­хи­ке сред­не­ста­ти­сти­че­ско­го граж­да­ни­на США. Про­кля­тая иг­ра про­ник­ла на ки­но­экра­ны – 12-лет­ний Фи­липп Фер­нетт за­стре­лил­ся в при­сут­ствии при­я­те­ля, «по­то­му что мы вспом­ни­ли, что ви­де­ли в ки­но при­коль­ную иг­ру и за­хо­те­ли по­про­бо­вать». Еще че­рез два го­да два под­рост­ка за­стре­ли­ли де­воч­ку, при­ста­вив пи­сто­лет ей к гру­ди. В год вне­зап­ной и остав­шей­ся сов е р шен­но не з а ме­чен­ной смер­ти Сюр­деза, 1949-й, в Шта­тах по­гиб­ло 22 иг­ро­ка в «рус­скую ру­лет­ку».

Жорж Сюр­дез вряд ли по­ки­нул этот мир счаст­ли­вым, хо­тя о его угры­зе­ни­ях со­ве­сти ни­че­го не из­вест­но. В 43-м го­ду его бро­си­ла же­на, с ко­то­рой они про­ве­ли вме­сте бо­лее два­дца­ти лет – ко­гда в 53-м Гол­ли­вуд экра­ни­зи­ру­ет ро­ман Сюр­деза «Ка­ра­ван Де­мо­на», Эдит бу­дет наг­ло утвер­ждать, что они не раз­ве­лись, а по­то­му все ав­тор­ские пра­ва при­над­ле­жат ей как един­ствен­ной на­след­ни­це… В 1945 го­ду Сюр­дез на­пи­шет свою един­ствен­ную не при­клю­чен­че­скую, не ма­ку­ла­тур­ную ис­то­рию – ав­то­био­гра­фи­че­ский ро­ман «Ро­ди­на», по­свя­щен­ный Швей­ца­рии и Фран­ции, Аме­ри­ку он так и не су­мел по­лю­бить, хо­тя не по­ки­дал ее по­чти три де­ся­ти­ле­тия. Кни­га вы­шла на удив­ле­ние удач­ной и кри­ти­ки вы­со­ко оце­ни­ли ее, но чи­та­те­ли не при­ня­ли – они и рань­ше по­до­зре­ва­ли за этим «ля­гу­шат­ни­ком» стрем­ле­ние про­лезть в се­рьез­ные пи­са­те­ли… Ку­да там – и про­да­жи пред­ска­зу­е­мо ока­за­лись крайне низ­ки­ми.

Так и ушел Сюр­дез из жиз­ни, оста­вив по­сле се­бя толь­ко миф о «рус­ской ру­лет­ке». Оста­лось невы­яс­нен­ным – он всё это вы­со­сал из паль­ца или всё-та­ки слы­шал нечто от рус­ских эми­гран­тов, разъ­ез­жая по Аф­ри­ке?!

P. S. А как же «Фа­та­лист» Ми­ха­и­ла Лер­мон­то­ва, вы­шед­ший в да­ле­ком 1839 го­ду, спро­си­те вы? Это ль не опи­са­ние рус­ских за­бав?!

Отве­чу: во-пер­вых, иг­ра­ет в ПОХОЖУЮ иг­ру серб Ву­лич; во-вто­рых, речь идет об обыч­ном пи­сто­ле­те, в ко­то­ром то ли есть пу­ля, то ли нет, и ко­то­рый к то­му же вполне спо­со­бен до­пу­стить осеч­ку; в-тре­тьих, ни­ко­му из сви­де­те­лей, в том чис­ле Пе­чо­ри­ну, да­же в го­ло­ву не при­хо­дит ис­про­бо­вать нечто в этом ро­де на се­бе – все в ужа­се; в- чет­вер­тых, ни­кто не име­ну­ет это рус­ской ру­лет­кой (а Лер­мон­тов во­об­ще знал та­кое сло­во?); в-пя­тых, рас­сказ « Фа­та­лист » не об азар­те, а о судь­бе и пред­опре­де­ле­нии: Ву­лич не су­мел за­стре­лить­ся, за­то по пу­ти до­мой на­рвал­ся на пья­но­го ка­за­ка и был за­руб­лен. Чер­тов­ски на­по­ми­на­ет ко­мич­ное из­ло­же­ние по­доб­ной ис­то­рии в кон­це филь­ма «Фор­му­ла люб­ви».

Фель­д­хайм и Бур­ков­ски. А это точ­но не Дер­су Уза­ла?

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.