Де­вуш­ки мо­е­го бра­та

По­ли­на, 30 лет Бра­тец все­гда был ло­ве­ла­сом, но од­на­ж­ды ему при­шлось за это по­пла­тить­ся...

Istorii Iz Zhizni - - В Украине -

Мы с по­дру­гой как раз со­би­ра­лись про­бе­жать­ся по ма­га­зи­нам по­сле ра­бо­ты, ко­гда по­зво­нил Паш­ка и по­про­сил за­брать его из уни­ве­ра. — Повредил ло­дыж­ку на тре­ни­ров­ке, — по­жа­ло­вал­ся бра­тец, — а на так­си де­нег, как ты по­ни­ма­ешь, нет. — По­ни­маю, ко­неч­но, — про­бур­ча­ла. — На цве­ты и ре­сто­ра­ны для дев­чо­нок есть, а вот на так­си не оста­ет­ся. Бу­ду че­рез пят­на­дцать ми­нут. И, уже об­ра­ща­ясь к Соне, спро­си­ла, не про­тив ли она, ес­ли мы по до­ро­ге к тор­го­во­му цен­тру за- бе­рем бра­та и под­ки­нем до­мой. — Са­мо со­бой, — по­жа­ла пле­чом по­дру­га. — Мне, кста­ти, да­же ин­те­рес­но уви­деть Паш­ку — мы в по­след­ний раз встре­ча­лись на тво­ей свадьбе, и ему бы­ло лет пят­на­дцать. Не ве­рит­ся, что он уже сту­дент. — По­чти ма­гистр, — гор­до за­драв под­бо­ро­док, по­хва­ста­лась я. — В сле­ду­ю­щем го­ду вы­пуск­ной. На неболь­шом пя­тач­ке пе­ред уни­вер­си­тет­ским кор­пу­сом стай­ка­ми со­би­ра­лись сту­ден­ты, бол­тая и так за­ра­зи­тель­но сме­ясь, как мож­но сме­ять­ся толь­ко в юно­сти. Я да­же по­чув­ство­ва­ла лег­кую за­висть к этим длин­но­но­гим дев­чон­кам в ко­рот­ких шор­тах, пол­ным дерз­ких на­дежд и неум­ной энер­гии мо­ло­до­сти. — Глянь, ка­кой кра­сав­чик, — ткну­ла ме­ня Со­ня и да­же опу­сти­ла сол­неч­ные оч­ки на кон­чик но­са, что­бы по­луч­ше рас­смот­реть пар­ня в уз­ких джин­сах и фут­бол­ке, вы­год­но под­чер­ки­ва­ю­щей ре­льеф­ный торс. — Это Паш­ка, — рас­сме­я­лась я. Мне до сих пор бы­ло стран­но и нелов­ко, ко­гда кто-то на­зы­вал млад­ше­го бра­та «кра­сав­чи­ком». Ко­неч­но, он был сим­па­тич­ным и за­ни­мал­ся спор­том, но я-то пом­ни­ла его кро­шеч­ным го­лу­бым сверт­ком, из ко­то­ро­го вы­гля­ды­ва­ла смор­щен­ная мор­даш­ка! — Привет, си­стер, — бра­тец

плюх­нул­ся на зад­нее си­де­нье.— Спа­си­бо, что за за­бра­ла. А это... Со­ня, ес­ли не не оши­ба­юсь? — Не оши­ба­ешь­ся, — от­ве­ти­ла по­дру­га, и я чуть не прыс­ну­ла со сме­ху, услышав в ее го­ло­се ко­кет­ли­вые нот­ки. — Дав­нень­ко не ви­де­лись, — протянул Паш­ка, и в зер­ка­ло зад­не­го ви­да я пой­ма­ла его за­ин­те­ре­со­ван­ный взгляд. Но, по­нят­ное де­ло, не при­да­ла это­му большого зна­че­ния... Подъ­е­хав к дому на­ших ро­ди­те­лей, мы слу­чай­но встре­ти­ли Олю — дочь на­ших со­се­дей эта­жом ни­же. Они с Паш­кой бы­ли по­год­ка­ми и ко­гда-то да­же дру­жи­ли, бу­дучи в млад­шей шко­ле, но од­на­ж­ды рассо­ри­лись и по­чти не об­ща­лись. «Да она тер­петь ме­ня не мо­жет», — как-то ска­зал Паш­ка, ко­гда я спро­си­ла его, по­че­му они не об­ща­ют­ся с Олей. Я лишь хмык­ну­ла в от­вет: это «тер­петь не мо­жет» боль­шим ми­га­ю­щим сло­вом «любовь» све­ти­лось в гла­зах де­вуш­ки, ко­гда ее взгляд за­дер­жи­вал­ся на Паш­ке. — Ну по­ка, Па­ша, — Со­ня иг­ри­во «сде­ла­ла руч­кой», опу­стив ок­но ав­то­мо­би­ля. — До встре­чи, — кив- нул бра­тец и, ед­ва не столк­нув­шись с Олей, за­шел в подъ­езд. — Осто­рож­нее, — бурк­ну­ла де­вуш­ка и по­крас­не­ла, как помидор на дач­ной гряд­ке. — Ему, ес­ли не оши­ба­юсь, уже два­дцать три? — уточ­ни­ла по­дру­га, ко­гда мы отъ­е­ха­ли. — Ко­му? — спер­ва не по­ня­ла, а по­том кив­ну­ла: — Да, в мар­те исполнилось. Он на семь лет нас млад­ше. Про­шло несколь­ко недель. Я и ду­мать за­бы­ла о той на­шей по­езд­ке, ко­гда од­на­ж­ды мне на ра­бо­ту по­зво­ни­ла ма­ма. — По­ли­на, ка­жет­ся, у Пав­ли­ка по­яви­лась де­вуш­ка. — И что? — рас­сме­я­лась я. — У него по­сто­ян­но по­яв­ля­ют­ся де­вуш­ки. С ка­ких пор это ста­ло про­бле­мой? — На этот раз все го­раз­до се­рьез­нее, — за­го­вор­щиц­ким го­ло­сом со­об­щи­ла ма­ма. — Он ухо­дит раз­го­ва­ри­вать по те­ле­фо­ну, за­кры­ва­ясь в сво­ей ком­на­те, ино­гда про­па­да­ет на це­лые сут­ки и ни­че­го о ней не рас­ска­зы­ва­ет. — Мо­жет, она тай­ный агент? — сме­ясь, пред­по­ло­жи­ла. — А мо­жет, он на­ко­нец по­на­сто­я­ще­му влю­бил­ся? — вздох­ну­ла ма­ма. Де­вуш­ки на­ше­го Па­ши все­гда бы­ли для нее боль­ной те­мой — не успе­ва­ла она по­зна­ко­мить­ся с Та­ней, как он при­во­дил в дом Ма­шу, и по­ка ма­ма при­вы­ка­ла к Ма­ше, по­яв­ля­лась Ли­ля. Ро­ди­те­ли спа­ли и ви­де­ли, как Паш­ка на­ко­нец осте­пе­нит­ся и най­дет свою любовь. — Вот и на вы­ход­ные ку­да-то уез­жа­ет, а ку­да — не до­бьешь­ся... Ед­ва мы за­кон­чи­ли го­во­рить с ма­мой, по­зво­ни­ла Со­ня и со­об­щи­ла, что не смо­жет со мной зав­тра пой­ти в бас­сейн — у них с му­жем дру­гие пла­ны. — Но ты же го­во­ри­ла, что То­лик уез­жа­ет в ко­ман­ди­ров­ку... — вспом­ни­ла я. — Ну, он ре­шил остать­ся, — неуве­рен­но про­мям­ли­ла по­дру­га и по­спе­ши­ла за­кон­чить раз­го­вор. Утром в вос­кре­се­нье ме­ня раз­бу­дил те­ле­фон­ный зво­нок. Не люб­лю ран­них и позд­них звон- ков — обыч­но они не при­но­сят ни­ка­ких хо­ро­ших но­во­стей. Вот и на этот раз так бы­ло. — До­чень­ка, — ре­ве­ла в труб­ку ма­ма, — Паш­ку но­чью из­би­ли... — Где он? — спро­си­ла, рыв­ком под­ни­ма­ясь с кро­ва­ти. — Увез­ли на «ско­рой» в боль­ни­цу. Утром его на­шла око­ло до­ма Оля, весь в кро­ви... Гос­по­ди, что же это про­ис­хо­дит? Наспех одев­шись, я пу­лей вы­ле­те­ла из квар­ти­ры и по­еха­ла в Боль­ни­цу ско­рой по­мо­щи. В ре­ги­стра­ту­ре сказали, что мой брат сей­час на осмот­ре у вра­ча, но с ним в це­лом все хо­ро­шо — толь­ко мно­го­чис­лен­ные ге­ма­то­мы и уши­бы. Ко­гда на­ко­нец-то смог­ла уви­деть его, то пер­вым де­лом спро­си­ла, что слу­чи­лось, в глу­бине ду­ши уже зная от­вет. — Это Со­нин муж, — при­знал­ся Па­ша, опу­стив глаза. — Он дол­жен был уехать в ко­ман­ди­ров­ку, но вер­нул­ся... — Как те­бя уго­раз­ди­ло свя­зать­ся с Со­ней?! Она на семь лет стар­ше, но глав­ное — она за­му­жем! — я бы­ла неве­ро­ят­но зла на них. — Ты же зна­ешь, си­стер, я все­гда вы­би­раю не тех жен­щин, — груст­но усмех­нул­ся брат и тут же скри­вил­ся, кос­нув­шись рас­се­чен­ной гу­бы. Я уро­ни­ла го­ло­ву на ру­ки. Бо­же, ко­гда он об­ра­зу­мит­ся? Ведь хо­ро­ший па­рень, ум­ный и доб­рый, но с де­вуш­ка­ми не ве­зет... — Привет, — раз­дал­ся чей-то го­лос, и, обер­нув­шись, я уви­де­ла Олю. Она нелов­ко мя­лась на по­ро­ге па­ла­ты, под ее гла­за­ми за­лег­ли глу­бо­кие те­ни. — При­шла узнать, как ты се­бя чув­ству­ешь... — Уже луч­ше, — кри­во улыб­нул­ся Па­ша. — Спа­си­бо те­бе, что вы­зва­ла «ско­рую». — Не за что, — кив­ну­ла де­вуш­ка, и они так по­смот­ре­ли друг на дру­га, что я по­чув­ство­ва­ла се­бя тре­тьей лиш­ней. — Пой­ду по­го­во­рю с вра­чом, — под­ня­лась со сту­ла. Вы­хо­дя из па­ла­ты, огля­ну­лась че­рез пле­чо и вдруг по­ду­ма­ла: ка­жет­ся, все еще бу­дет хо­ро­шо...

Сквозь ры­да­ния ма­ма со­об­щи­ла, что утром Паш­ку на­шли из­би­тым воз­ле до­ма

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.