Про­сто хо­ро­ший че­ло­век

Istorii Iz Zhizni - - Жизнь Прожить -

Ава­рия, по­сле ко­то­рой я офи­ци­аль­но ста­ла си­ро­той, слу­чи­лась так ра­но, что я ни­че­го не пом­ню. По­то­му и не ощу­щаю се­бя бро­шен­ной. И все это бла­го­да­ря мо­е­му де­душ­ке Во­ло­де. Он неве­ро­ят­ный че­ло­век. Дед под­рост­ком пе­ре­жил вой­ну, стал си­ро­той, вы­учил­ся, по­стро­ил дом. А по­сле то­го как ов­до­вел, сам вос­пи­тал сы­на, сми­рил­ся с его по­те­рей и взял на се­бя по­чти груд­но­го мла­ден­ца. Вы мно­гих та­ких знаете? Я — ни од­но­го! — Дедушка, ло­ви ме­ня! — кри­чу и бе­гу к нему с го­ры. Мне не страш­но, знаю, ру­ки деда, са­мые силь­ные и на­деж­ные в ми­ре, обя­за­тель­но под­хва­тят

ме­ня, и я ни­ко­гда не упа­ду. — А-а-а… — ре­ву во весь го­лос. Де­ду­ля под­хва­ты­ва­ет ме­ня и уса­жи­ва­ет на ко­ле­ни. — Ме­ня Се­реж­ка про­гнал… Он жа­ди­на! Не дал на ка­че­лях по­ка­чать­ся! — Да, нехо­ро­шо по­сту­пил, — дедушка за­дум­чи­во по­че­сал за­ты­лок. — Что бу­дем де­лать? — На­ру­га­ем его? — Да ну! Да­вай ка­че­ли де­лать. — Прав­да? — не ве­рю сво­е­му сча­стью. Де­ду­ля ко­па­ет яму, что­бы уста­но­вить столб, на ко­то­рый при­кре­пит пе­ре­кла­ди­ну. Я ста­ра­тель­но кра­шу ки­сточ­кой си­де­нье. Мои ка­че­ли бу­дут яр­ко-го­лу­бы­ми, что­бы на них до­ле­тать до неба… У ме­ня бы­ло все: иг­руш­ки, кни­ги, пла­стин­ки, маг­ни­то­фо­ны. И да­же то, че­го не бы­ло у маль­чи­шек из на­ше­го дво­ра. — На­деж­да, иди сю­да! Я услы­ша­ла де­душ­кин го­лос, вы­ле­те­ла на крыль­цо и за­мер­ла. Ма­шин­ка! «Моск­вич». Яр­ко­си­ний, с чер­ны­ми си­де­нья­ми, крас­ны­ми фа­ра­ми и… мой? — Деда, это мне? — про­шеп­та­ла. — А за что? — тут же спа­ро­ди­ро­ва­ла лю­би­мый муль­тик. — Про­сто так! — рас­сме­ял­ся де­ду­ля и под­хва­тил ме­ня на ру­ки. — А вдруг не справ­люсь? — А я на что? Не бо­ись, деда ря­дом и под­страху­ет! Я усерд­но кру­ти­ла пе­да­ли, жа­ла

Де­ду­ля го­то­вил мои лю­би­мые блю­да, на ночь чи­тал сказ­ки, по­мо­гал с уро­ка­ми

на клак­сон, учи­лась пар­ко­вать­ся, сда­вать за­дом и пе­ре­стра­и­вать­ся. Мое сча­стье бы­ло та­ким огром­ным, что, да­же ко­гда со­сед­ский жа­ди­на Се­ре­жа по­про­сил про­ка­тить­ся, не смог­ла от­ка­зать. По­том был пер­вый ве­ло­си­пед и уро­ки ез­ды. Мы с де­дом ка­та­лись к озе­ру, где он учил ме­ня пла­вать. Кро­ме это­го, кон­тро­ли­ро­вал мою еже­днев­ную за­ряд­ку. — На­деж­да, вста­вай! — стя­ги­вал с ме­ня оде­я­ло. — Ну деда, дай по­спать… — бры­ка­лась я. — Еще пять ми­нут… — Не вста­нешь, по­лью во­дой! По­ду­мав, что он шу­тит, хмык­ну­ла и по­вер­ну­лась на дру­гой бок. Но че­рез несколь­ко ми­нут на мое ли­цо по­ли­лась хо­лод­ная во­да! — Дед, ты что! — за­кри­ча­ла я. — А го­во­ри­ла, спать хо­чешь, — хи­хи­кал он. — Смот­ри, ка­кая бод­рая. Умы­вай­ся и на за­ряд­ку. Дед на­учил ме­ня все­му, что я умею. Он тер­пе­ли­во си­дел со мной, ко­гда вы­пол­ня­ла до­маш­ние за­да­ния, де­лал по­дел­ки — сна­ча­ла в са­дик, по­том — в шко­лу, шил юб­ку, ко­то­рая мне при­гля­ну­лась у по­друж­ки. Мы про­шли с ним всю на­у­ку — от таб­ли­цы умно­же­ния до пре­да­тель­ства по­дру­жек. — Он це­ло­вал­ся с Ви­кой, — ры­да­ла у деда на пле­че. — Ну и лад­но, — лас­ко­во от­ве­чал он и гла­дил ме­ня по го­ло­ве. — Что же тут лад­но­го? — воз­му­ща­лась я. — Ты узна­ла, что че­ло­век не за­слу­жи­ва­ет тво­ей люб­ви. И не ста­нешь тра­тить на него свое вре­мя. Да и о по­дру­ге мно­гое по­ня­ла. На­дю­ша, вре­мя и опыт — это са­мое цен­ное, что у те­бя есть. Ты сэко­но­ми­ла ку­чу вре­ме­ни и по­лу­чи­ла бес­цен­ный опыт. Я по­чти ночь не спа­ла, раз­мыш­ля­ла над сло­ва­ми де­ду­ли. И по­ня­ла, что он аб­со­лют­но прав! Какое сча­стье, что Ро­ма це­ло­вал­ся с Ви­кой, как здо­ро­во, что я это уви­де­ла, рас­ска­за­ла де­ду и по­лу­чи­ла муд­рый со­вет! Дедушка стре­мил­ся к то­му, что­бы я уме­ла прак­ти­че­ски все и бы­ла неза­ви­си­мой. — На­день­ка, ты мо­жешь заплатить день­ги и по­лу­чить взамен то­вар или услу­гу. Это про­ще все­го, по­то­му мно­гие идут этим пу­тем. Я пред­ла­гаю те­бе на­учить­ся справ­лять­ся са­мо­сто­я­тель­но. Не ра­ди эко­но­мии, а что­бы не за­ви­сеть от чу­жо­го на­стро­е­ния, за­ня­то­сти. По­ни­ма­ешь? — Ко­неч­но, деда. С го­тов­кой у ме­ня прак­ти­че­ски по­лу­ча­ет­ся, прав­да, все еще не дру­жу с те­стом, но и его по­бе­дю! И бы­ли дол­гие, неспеш­ные и де­таль­ные уро­ки. Дед у ме­ня знат­ный ого­род­ник, на его уро­жаи об­ли­зы­ва­лись все со­се­ди. С ка­кой лю­бо­вью и за­бо­той он под­хо­дил к каж­до­му ку­сти­ку и ли­сточ­ку! Расте­ния чув­ство­ва­ли и бла­го­да­ри­ли пло­да­ми. А аб­ри­ко­со­вое ва­ре­нье? Это же ше­девр! Ни у ко­го та­ко­го не про­бо­ва­ла. Обыч­но пло­ды про­сто пе­ре­кру­чи­ва­ют и по­лу­ча­ет­ся джем, на вто­ром ме­сте по по­пу­ляр­но­сти — аб­ри­ко­сы доль­ка­ми в си­ро­пе. У дру­гих доль­ки по­лу­ча­лись вя­лы­ми, тем­ны­ми, а си­роп мут­ным. Де­ду­ли­но ва­ре­нье мог­ло пре­тен­до­вать на звание цар­ско­го! Каж­дая аб­ри­кос­ка бы­ла це­лень­кой, ту­гой и по­лу­про­зрач­ной. А си­роп… Ви­де­ли, как в ре­кла­мах по­ка­зы­ва­ют мед, ко­гда он сте­ка­ет с лож­ки про­зрач­ным ру­чей­ком? Вот та­кой он был в этом ва­ре­нье. Мы с де­ду­лей со­би­ра­ли мно­го аб­ри­ко­сов. Нуж­но бы­ло и род­ню, и дру­зей уго­стить, да и се­бя не об­де­лить. Та­кая же ис­то­рия бы­ла и с клуб­ни­кой, она у де­душ­ки рос­ла как ми­ни­мум с дет­ский ку­ла­чок. Мы успе­ва­ли уго­стить всех со­се­дей и на­ва­рить ва­ре­нья на всю зи­му. Спу­стя па­ру лет дедушка с гор­до­стью ска­зал, что я ста­ла ого­род­ни­ком не ху­же его. Я об­лег­чен­но вы­дох­ну­ла, но он до­ба­вил, что при­шло вре­мя дру­гих уро­ков... Те­перь я умею го­то­вить, ого­род­ни­чать, ме­нять про­клад­ки в кра­нах, про­чи­щать за­бив­ший­ся уни­таз, чи­нить ро­зет­ки и элек­тро­при­бо­ры, вби­вать гвоз­ди, ко­лоть дро­ва, класть кир­пи­чи и мно­гое дру­гое. Как толь­ко дедушка по­нял, что на­учил ме­ня все­му, он рез­ко сдал. За ме­сяц из бодро­го по­жи­ло­го муж­чи­ны пре­вра­тил­ся в дрях­ло­го ста­ри­ка. Все его во­семь­де­сят три го­да слов­но на­ва­ли­лись, рас­плы­лись по ли­цу мно­го­чис­лен­ны­ми мор­щи­на­ми. — Дед, ты че­го? — при­са­жи­ва­лась у его кро­ва­ти. — Не взду­май, я же без те­бя про­па­ду. — Ни­че­го, На­дю­ша, спра­вишь­ся. Это мой по­след­ний урок... Нуж­но уметь от­пус­кать тех, ко­го лю­бишь. Я оста­вил те­бе доб­рот­ный дом, на­учил все­му, что знал сам, с про­фес­си­ей ты опре­де­ли­лась, с го­ло­ду не по­мрешь. А мне по­ра от­дох­нуть, устал… Де­ду­ля ушел в ту же ночь. Ти­хо и спо­кой­но. Про­сто уснул и не проснул­ся. Го­во­рят, та­кую смерть Бог да­ет толь­ко хо­ро­шим лю­дям. Пусть он не со­вер­шил гран­ди­оз­ных от­кры­тий, не спас мир, за­то сде­лал то, че­го мно­гие ро­ди­те­ли не мо­гут. Он вос­пи­тал ме­ня. Я ча­сто бы­ваю на клад­би­ще, рас­ска­зы­ваю но­во­сти, про­шу со­ве­та, го­во­рю, как ску­чаю. По­след­ний урок по­ка не за­вер­шен: от­пу­стить са­мо­го род­но­го че­ло­ве­ка так и не смог­ла. На­де­юсь, дедушка на ме­ня за это не в оби­де...

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.