Ло­вуш­ка для пен­си­о­не­ров

Мои ро­ди­те­ли на ста­ро­сти лет ре­ши­ли вдруг за­нять­ся биз­не­сом, но я как-то сра­зу не при­да­ла осо­бо­го зна­че­ния их но­во­му увле­че­нию. А зря...

Moja Sudba - - Новости - Фа­ми­лии и име­на дей­ству­ю­щих лиц из­ме­не­ны

«Ма­ма ни с то­го ни с се­го за­яви­ла, что они не со­би­ра­ют­ся звать при­я­те­лей в го­сти. «На­до­е­ло од­но и то же, – ска­за­ла она. – Леш­ка вы­пьет лиш­не­го, ста­нет рас­ска­зы­вать пош­лые анек­до­ты, его же­на бу­дет си­деть с кис­лой ми­ной, а Яков Вла­ди­ми­ро­вич уснет пря­мо за сто­лом»...

Íа­ко ако­нец-то смо­гу вы­гу­лять ту ч чуд­нень­кую коф­точ­ку, кот ко­то­рую ты мне по­да­ри­ла на прош про­шлый день рож­де­ния, — ра­до­ва­лас ра­до­ва­лась ма­ма. Я пе­ре­ло­жи­ла труб­ку к дру­го­му уху (это у уже бо­ле­ло от трес­кот­ни) и спро­си­ла: — Вы что, в го­сти со­бра­лись? — Нет, нас с от­цом при­гла­си­ли на пре­зен­та­цию! — вос­тор­жен­но со­об­щи­ла ро­ди­тель­ни­ца. — Сей­час рас­ска­жу те­бе, как бы­ло де­ло! Я слу­ша­ла впол­уха, из­ред­ка встав­ляя «угу» и «ну на­до же». Объ­яс­нять, что у ме­ня сроч­ная ра­бо­та и шеф по­сто­ян­но сто­ит над ду­шой, все рав­но бес­по­лез­но. Ма­ман по­со­чув­ству­ет и, как ни в чем не бы­ва­ло, про­дол­жит де­лить­ся по­след­ни­ми сплет­ня­ми и впе­чат­ле­ни­я­ми. — В об­щем, у от­ца недав­но опять разыг­рал­ся ра­ди­ку­лит, а мазь за­кон­чи­лась. Тут как раз в поч­то­вый ящик бро­си­ли бес­плат­ную га­зе­ту, а там ре­кла­ма но­во­го сред­ства. Ес­ли по­ку­па­ешь две ба­ноч­ки, вы­хо­дит де­шев­ле, да еще и скид­ка для пен­си­о­не­ров… На сло­ве «скид­ка» я на­вост­ри­ла уши: она обо­жа­ет по­ку­пать все де­ше­во, да­же ес­ли это в ито­ге ока­зы­ва­ет­ся невы­год­но. Впро­чем, мно­гим лю­дям та­кое свой­ствен­но, но у нее пря­мо ка­кая-то ма­ния. Спо­соб­на по­ехать на дру­гой ко­нец го­ро­да, ес­ли в та­мош­нем су­пер­мар­ке­те на кол­ба­су це­на ни­же на две ко­пей­ки. Ма­туш­ка про­дол­жа­ла ще­бе­тать: — По­зво­ни­ла по те­ле­фо­ну, ука­зан­но­му в объ­яв­ле­нии, по­го­во­ри­ла с де­вуш­кой-опе­ра­то­ром. Она при­гла­си­ла нас с па­пой на пре­зен­та­цию. У них там все очень со­лид­но, но ко­ли­че­ство при­гла­ше­ний огра­ни­че­но, по­это­му на­до при­хо­дить с до­ку­мен­та­ми, под­твер­жда­ю­щи­ми лич­ность. — Ма­ма, ни в ко­ем слу­чае, про­шу! — я от­влек­лась от таб­ли­цы на мо­ни­то­ре. — Ты ведь не зна­ешь этих лю­дей. А вдруг они от­бе­рут бу­ма­ги и бу­дут вы­мо­гать за них день­ги? Или офор­мят на твой пас­порт кре­дит, или… — Ты ме­ня за ду­роч­ку дер­жишь? — оби­де­лась та. — Я не со­би­ра­юсь нести глав­ное удо­сто­ве­ре­ние лич­но­сти. А вот пен­си­он­ное возь­му. Спо­рить с ней бес­по­лез­но, по­это­му да­же не пы­та­лась. Мы на­ко­нец по­про­ща­лись, я по­ло­жи­ла труб­ку и пол­но­стью по­гру­зи­лась в ра­бо­ту. Обыч­но мы с ма­му­лей со­зва­ни­ва­ем­ся каж­дый день. Ес­ли за­бы­ваю звяк­нуть, она на­би­ра­ет мой но­мер с во­про­сом: «У вас все в по­ряд­ке?!» Ко­гда вы­яс­ня­ет, что в хо­ро­шо, оби­жа­ет­ся на мою за­быв­чи­вость и невни­ма­ние к ее пер­соне. Но тут про­изо­шло стран­ное: я, за­мо­тав­шись, не свя­за­лась с ро­ди­тель­ни­цей, а она мне не пе­ре­зво­ни­ла! Не зная, как ре­а­ги­ро­вать, на­бра­ла ее на сле­ду­ю­щий день — и сно­ва стран­ность. — При­вет, сей­час за­ня­та, по­го­во­рим по­поз­же, — ска­за­ла ма­ма и от­со­еди­ни­лась. Я удив­лен­но уста­ви­лась на ап­па­рат. Мо­жет, мне это толь­ко снит­ся? Ка­кие де­ла мо­гут быть для ма­му­ли важ­нее, чем по­жа­ло­вать­ся на плохую по­го­ду, от­цо­во вор­ча­ние и со­сед­ку-хам­ку? В вы­ход­ные от­вет на этот во­прос был по­лу­чен. Ма­ман, по­ста­вив пе­ре­до мной необъ­ят­ную та­рел­ку с го­луб­ца­ми, до­воль­но со­об­щи­ла: — Все, про­бле­ма с па­пи­ным ра­ди­ку­ли­том ре­ше­на!

Ли­дия, мно­го и на­пря­жен­но ра­бо­та­ет Ма­му не вол­но­ва­ло ни то, что я ужас­но за­гру­же­на, ни то, что у ме­ня над ду­шой по­сто­ян­но сто­ит на­чаль­ник. Она та­рах­те­ла без умол­ку

Кро­ме су­пер­дей­ствен­но­го кре­ма, у от­ца те­перь есть уни­каль­ный по­яс из шер­сти ти­бет­ской ла­мы. Пред­став­ля­ешь, этих лам па­сут та­мош­ние мо­на­хи. По­это­му и уход за ни­ми осо­бый, тща­тель­ный. Уже не го­во­ря о том, что свя­тость ни­ко­гда не по­ме­ша­ет… Я по­перх­ну­лась го­луб­цом: — Ко­му не по­ме­ша­ет? По­я­су от ра­ди­ку­ли­та? Ма­ма рас­сер­ди­лась: — Не пе­ре­ина­чи­вай мои сло­ва, ты пре­крас­но по­ня­ла, о чем речь. Кста­ти, что там у Ли­зы? Как все­гда, ко­гда раз­го­вор за­хо­дит о доч­ке, мне ста­но­вит­ся стыд­но. Ба­буш­ка ис­кренне лю­бит внуч­ку и же­ла­ет ей все­го са­мо­го луч­ше­го, толь­ко вот пред­став­ле­ние о луч­шем у мо­их ма­мы и до­че­ри со­вер­шен­но раз­ные. Па­ру ме­ся­цев на­зад Ли­за­ве­та ка­те­го­ри­че­ски за­яви­ла, что не по­едет этим ле­том на да­чу с ба­буш­кой и де­дом. С тех пор я все пы­та­юсь по­до­брать сло­ва, что­бы со­об­щить ма­ме непри­ят­ное из­ве­стие. Пред­став­ляю, как она рас­стро­ит­ся... В кух­ню во­шел отец: — Оль, я что-то ни­как не мо­гу разо­брать­ся в си­сте­ме бо­ну­сов… Ма­ма всплес­ну­ла ру­ка­ми: — Ну это же очень про­сто! При­во­дишь дво­их — по­лу­ча­ешь скид­ку в пять­де­сят про­цен­тов. А ес­ли тро­их… — Это вы о чем? — спро­си­ла я, ра­ду­ясь, что мож­но сме­нить те­му раз­го­во­ра. Па­па сму­щен­но за­хи­хи­кал: — Вот, ре­ши­ли с ма­те­рью на ста­ро­сти лет за­нять­ся биз­не­сом. Не нефтью и не га­зом, ко­неч­но, а так, по ме­ло­чи. — Иди в ком­на­ту, я те­бе по­том объ­яс­ню про бо­ну­сы, — при­ка­за­ла ма­ма. А ко­гда отец, что-то вор­ча се­бе под нос, уда­лил­ся, за­шеп­та­ла: — Ты же зна­ешь, как па­пу­ля тя­же­ло пе­ре­жил уход на пен­сию. Ду­мал, что цен­ный ра­бот­ник, что к нему при­бе­гут, ста­нут упра­ши­вать остать­ся на служ­бе, но вы­яс­ни­лось, что неза­ме­ни­мых у нас нет. Я вздох­ну­ла. Да уж, от­ход от дел стал для от­ца на­сто­я­щей тра­ге­ди­ей. По­на­ча­лу еще бод­рил­ся, вска­ки­вал вся­кий раз, ко­гда зво­нил те­ле­фон. Все ждал, что его по­зо­вут об­рат­но. А по­том сми­рил­ся, но ни­как не мог со­об­ра­зить, чем се­бя те­перь за­нять. Си­деть на ла­воч­ке во дво­ре и иг­рать с му­жи­ка­ми в до­ми­но? Это не для него. Чи­тать кни­ги? Зре­ние уже не то. Ез­дить на ры­бал­ку? Но ведь да­же не пред­став­ля­ет, с ка­кой сто­ро­ны на крю­чок на­са­жи­вать чер­вя­ка… Из-за веч­ной за­ня­то­сти на служ­бе па­па так и не при­об­рел ни­ка­ко­го хоб­би. Ле­том от без­де­лья спа­са­ла да­ча, на ко­то­рой мож­но бы­ло кру­тить­ся це­лы­ми дня­ми, по­ли­вая, оку­чи­вая, ре­мон­ти­руя са­рай... А вот в осталь­ной пе­ри­од как убить вре­мя? — Он про­сто-та­ки встре­пе­нул­ся, ко­гда Ле­ноч­ка ста­ла рас­ска­зы­вать о но­вой воз­мож­но­сти за­ра­бот­ка, — про­дол­жа­ла ма­ма. — Са­ма зна­ешь, ка­кие у нас пен­сии. — Мам, ес­ли вам не хва­та­ет де­нег, ты толь­ко ска­жи… — Ой, да не в день­гах де­ло! — от­мах­ну­лась она. — А в том, что па­па сно­ва по­чув­ство­вал вкус к жиз­ни. В кух­ню опять за­гля­нул отец. В ру­ке у него был те­ле­фон, при­кры­вая ла­до­нью труб­ку, ти­хо спро­сил: — Оля, с ка­кой сум­мы идет пе­ре­ход на но­вый уро­вень? Ни­ко­лай ин­те­ре­су­ет­ся. — Да­вай я са­ма ему рас­тол­кую, — от­ве­ти­ла мать, от­ни­мая труб­ку и вы­хо­дя из кух­ни с важ­ным ви­дом.

Ле­том от­ца спа­са­ла да­ча. Це­лы­ми дня­ми он по­ли­вал, оку­чи­вал, что-то ре­мон­ти­ро­вал

Ро­ди­тель при­сел за стол, спро­сил рас­се­ян­но: — Как там Лиз­ка? Что в шко­ле? Ал­геб­ру под­тя­ну­ла? От­ве­тить я не успе­ла — он вдруг со­рвал­ся с та­бу­рет­ки и ри­нул­ся в при­хо­жую, где ма­ма раз­го­ва­ри­ва­ла с Ни­ко­ла­ем по те­ле­фо­ну. — Оль, про бе­лье из хлоп­ка клас­са люкс я ему уже рас­ска­зал! Я по­чув­ство­ва­ла, что ро­ди­те­лям не до ме­ня. Стран­ное это бы­ло ощу­ще­ние, непри­выч­ное. Обыч­но, ко­гда при­хо­ди­ла к ним в го­сти, ма­ма и па­па кру­жи­ли во­круг ме­ня, как во­круг но­во­год­ней ел­ки. Не успо­ка­и­ва­лись, по­ка не на­кор­мят от пу­за и не вы­ве­да­ют по­след­ние но­во­сти, как до­маш­ние, так и ра­бо­чие. А се­го­дня мой ви­зит ока­зал­ся яв­но некста­ти. Я под­ня­лась, быст­рень­ко по­про­ща­лась и по­шла до­мой. У нас с ма­му­лей есть ри­ту­ал: в первую суб­бо­ту ме­ся­ца мы хо­дим вдво­ем на ры­нок. Об­став­ля­ет­ся все со вку­сом: на­ка­нуне, не то­ро­пясь, об­суж­да­ем спи­сок по­ку­пок, с утра па­па вы­тас­ки­ва­ет из кла­дов­ки те­леж­ку на ко­ле­си­ках и тра­ди­ци­он­но от­ка­зы­ва­ет­ся при­нять уча­стие в на­шем по­хо­де. А ма­ма, то­же тра­ди­ци­он­но, на него оби­жа­ет­ся и обе­ща­ет, что объ­явит бой­кот. Так вот, про­изо­шло немыс­ли­мое: ма­ман за­бы­ла о суб­бот­ней вы­лаз­ке! А я вдруг вспом­ни­ла, что мы с ней не со­зва­ни­ва­лись уже дня три. На ра­бо­те был оче­ред­ной ав­рал, так что ме­ня по­нять мож­но, но вот как мог­ла про­явить та­кую за­быв­чи­вость она?! Рас­пе­ре­жи­ва­лась я не на шут­ку, че­го толь­ко не пе­ре­ду­ма­ла! Ма­ло ли что мог­ло слу­чить­ся… По­это­му, ко­гда мать от­ве­ти­ла на зво­нок, пер­вым де­лом спро­си­ла: — У вас все в по­ряд­ке, вы здо­ро­вы? — Ну да, — спо­кой­но за­яви­ла она, — как обыч­но. — Вот и слав­но, — пе­ре­ве­ла дух. — А я уже взя­ла руч­ку и лист бу­ма­ги, го­то­ва со­став­лять спи­сок зав­траш­них по­ку­пок, дик­туй. Со­бе­сед­ни­ца за­мя­лась: — Ли­доч­ка, дет­ка, а ты не очень оби­дишь­ся, ес­ли мы от­ме­ним за­куп­ку про­до­воль­ствия или пе­ре­не­сем на дру­гой день? У нас зав­тра на­чи­на­ет­ся тре­нинг по ис­кус­ству про­даж, а это очень важ­но для биз­не­са. Ко­ли­че­ство мест огра­ни­че­но, скид­ки для пен­си­о­не­ров дей­ству­ют толь­ко на зав­траш­нем за­ня­тии. — Без про­блем, не пе­ре­жи­вай, — от­ве­ти­ла я и, по­ло­жив труб­ку, вдруг осо­зна­ла, что у ме­ня неожи­дан­но об­ра­зо­ва­лось пол­дня сво­бод­но­го вре­ме­ни, ко­то­рое мо­гу по­тра­тить на се­бя лю­би­мую. Мо­жет, сбе­гать в са­лон кра­со­ты? Или вы­спать­ся на­ко­нец?.. — Ли­зок, ты уди­вишь­ся, но ба­бу­ля с де­ду­лей за­ня­лись биз­не­сом, — ска­за­ла доч­ке, си­дя­щей у ком­пью­те­ра. Она хмык­ну­ла: — И что же они про­да­ют? Зуб­ные про­те­зы? — Не смеш­но. А про­да­ют то­ва­ры для здо­ро­вья, ви­ди­мо, та­ким же пен­си­о­не­рам, как са­ми. Име­ют неболь­шой про­цент с про­даж и со­вер­шен­но счаст­ли­вы. Я на тво­ем ме­сте ра­до­ва­лась бы. А еще ты мог­ла бы им по­зво­нить и спро­сить, не на­до ли по­мочь по хо­зяй­ству. Един­ствен­ная внуч­ка все-та­ки! — Мам, са­ма же зна­ешь, чем все за­кон­чит­ся, — Ли­за скри­ви­лась. — Дед нач­нет ме­ня вос­пи­ты­вать, я не удер­жусь, ста­ну огры­зать­ся, по­том ба­бу­ля по­зво­нит те­бе и по­жа­лу­ет­ся, что у де­душ­ки из-за ме­ня под­ско­чи­ло дав­ле­ние. Мы уже три­ста раз это про­хо­ди­ли. У нас пси­хо­ло­ги­че­ская несов­ме­сти­мость. Я про­мол­ча­ла. Не по­то­му, что нече­го бы­ло ска­зать, про­сто спо­рить с пят­на­дца­ти­лет­ним под­рост­ком — се­бе до­ро­же. И ко­гда у доч­ки за­кон­чит­ся этот пе­ре­ход­ный воз­раст?.. Но­вый биз­нес, су­дя по все­му, по­гло­тил пред­ков с го­ло­вой. Они пе­ре­ста­ли оби­жать­ся, что я нере­гу­ляр­но зво­ню или при­хо­жу к ним. И да­же подыс­ки­вать мне но­во­го му­жа пре­кра­ти­ли! — Ну что ты, не оправ­ды­вай­ся, бе­ги по сво­им де­лам, — ска­за­ла ма­ма, ко­гда я за­ско­чи­ла к ним нена­дол­го. — Тем бо­лее что у нас вре­ме­ни нет. Со­би­ра­ем­ся на се­ми­нар. Я при­гла­си­ла те­тю Аню, ду­маю, она то­же за­клю­чит до­го­вор. Да, кста­ти, у ме­ня для те­бя по­да­ро­чек! — она до­ста­ла из шкаф­чи­ка ка­кой-то пу­зы­рек, тор­же­ствен­но вру­чи­ла его мне. — Это осо­бая мазь от про­сту­ды на ос­но­ве ки­тай­ских ле­чеб­ных трав. Ли­зонь­ка ведь у нас та­кая бо­лез­нен­ная, ей про­сто необ­хо­ди­ма про­фи­лак­ти­ка. Я по­вер­те­ла ба­ноч­ку в ру­ках. На эти­кет­ке не на­шла ни од­но­го рус­ско­го сло­ва, сплош­ные иеро­гли­фы. — Есть ин­струк­ция? — спро­си­ла. — А я те­бе так все рас­ска­жу. Зна­чит, на­но­сишь на ступ­ни каж­дый ве­чер, ак­тив­ные ве­ще­ства воз­дей­ству­ют на точ­ки на пят­ках, ко­то­рые от­ве­ча­ют за им­му­ни­тет. Оста­ешь­ся здо­ро­вой да­же в пе­ри­од эпи­де­мии грип­па! — Спа­си­бо, как раз то что на­до. Толь­ко мазь, на­вер­ное, жут­ко до­ро­гая, да­вай рас­пла­чусь за нее. Ма­ма от­мах­ну­лась: — Ска­за­ла ведь, что это по­да­рок те­бе и внуч­ке. Тем бо­лее сред­ство вхо­ди­ло в стар­то­вый на­бор, и я его по­лу­чи­ла с боль­шой скид­кой. Там еще есть кое-что для тех, у ко­го цел­люлит. У те­бя ни­кто из зна­ко­мых не стра­да­ет? Мож­но бы­ло бы про­дать. И мне за­ра­бо­ток, и че­ло­ве­ку поль­за. Я по­чув­ство­ва­ла смут­ное вол­не­ние: — Мам, а за­чем ты ку­пи­ла то, что те­бе не на­до? Вам что, на­силь­но втю­хи­ва­ют то­вар? — Ска­жешь то­же! — воз­му­ти­лась она. — Ни­кто ни­че­го не втю­хи­ва­ет, про­сто та­кие пра­ви­ла: на­чи­на­ешь со­труд­ни­чать с ком­па­ни­ей — по­ку­па­ешь об­раз­цы про­дук­ции. И это пра­виль­но: как я бу­ду пред­ла­гать то­вар, ко­то­рый ни ра­зу в жиз­ни не про­бо­ва­ла? — Би­о­до­бав­ку от цел­люли­та ты упо­треб­лять точ­но не

Ли­дия, по­ня­ла, что ро­ди­те­лей об­ма­ну­ли По­сле дня рож­де­ния па­пы мне ста­ло яс­но, что де­ла пло­хи. А ко­гда ма­ма за­го­во­ри­ла о про­да­же да­чи, я ре­ши­ла вме­шать­ся

бу­дешь, — воз­ра­зи­ла я. — И на­вер­ня­ка не толь­ко ее... — Не хо­чешь по­мо­гать — не на­до, — на­ду­лась ма­ма. ...При­бли­жал­ся день рож­де­ния от­ца. Обыч­но тор­же­ство про­хо­ди­ло по од­но­му и то­му же сце­на­рию. Па­па при­гла­шал луч­ше­го дру­га дя­дю Ле­шу с же­ной, быв­ше­го кол­ле­гу Яко­ва Вла­ди­ми­ро­ви­ча, ну и нас с Лиз­кой. За неде­лю до по­си­де­лок ма­ма жа­ри­ла, ту­ши­ла, пек­ла, а я по­мо­га­ла ей на­крыть стол и при­ве­сти в по­ря­док квар­ти­ру по­сле ухо­да го­стей. Од­на­ко в этом го­ду все пошло не по пла­ну. Ма­туш­ка ни с то­го ни с се­го за­яви­ла, что они не со­би­ра­ют­ся звать при­я­те­лей в го­сти. — На­до­е­ло, зна­ешь ли, од­но и то же. Леш­ка вы­пьет лиш­не­го, ста­нет рас­ска­зы­вать пош­лые анек­до­ты, его же­на бу­дет си­деть с кис­лой ми­ной, на­стро­е­ние всем пор­тить, а Яков Вла­ди­ми­ро­вич, са­мо со­бой, уснет пря­мо за сто­лом. — Ма­ма со­вер­шен­но пра­ва, — под­дак­нул па­па. — От­ме­тим ти­хо, скром­но, по-се­мей­но­му. Ну и от­ме­ти­ли — прав­да, не так спо­кой­но и ти­хо, как со­би­ра­лись. При­мер­но че­рез пол­ча­са по­сле то­го, как усе­лись за стол, в дверь по­зво­ни­ли. Ро­ди­тель­ни­ца по­шла от­кры­вать, из при­хо­жей по­слы­ша­лась ка­кая-то воз­ня, и в ком­на­ту во­шел Яков Вла­ди­ми­ро­вич. — Хоть мы и рас­пле­ва­лись, Иван, я ре­шил все-та­ки по­здра­вить те­бя с празд­ни­ком. Столь­ко лет дру­жи­ли, не сто­ит из-за ка­кой-то ерун­ды пор­тить от­но­ше­ния! — Вот и пра­виль­но! — об­ра­до­ва­лась ма­ма. — Ты, Яков, са­дись за стол, я сей­час чи­стую та­рел­ку при­не­су… — Это во­все не ерун­да! — вдруг за­явил па­па. — Пуб­лич­но обо­звал ме­ня мо­шен­ни­ком и во­ром, а те­перь ерун­да?! Я до­ро­жу сво­ей ре­пу­та­ци­ей и не хо­чу си­деть за од­ним сто­лом с че­ло­ве­ком, ко­то­рый ме­ня обо­лгал! Яков Вла­ди­ми­ро­вич скри­вил­ся: — Ты все непра­виль­но по­нял, я не те­бя на­звал об­ман­щи­ком, а тех, кто за­став­ля­ет вас на­вя­зы­вать лю­дям под­дел­ку! — Ты го­во­ришь неправ­ду! — по­шла в ата­ку мать. — Мы пред­ла­га­ем очень хо­ро­ший то­вар, да и усло­вия про­сто ши­кар­ные. Гость по­вер­нул­ся ко мне. — Ну хоть ты объ­яс­ни им, что они непра­вы! — про­из­нес он оби­жен­но. — Я ку­пил по на­вод­ке Ива­на мас­са­жер, ко­то­рый яко­бы ста­би­ли­зи­ру­ет дав­ле­ние. По­поль­зо­вал­ся па­ру дней и по­нял, что са­мо­чув­ствие не толь­ко не улуч­ши­лось, но да­же ста­ло ху­же. При­шел к вра­чу, а тот от­чи­тал ме­ня и за­явил, что при мо­ем ди­а­гно­зе лю­бые мас­са­жи про­ти­во­по­ка­за­ны. Мас­саж все­гда «на­го­ня­ет» дав­ле­ние, это, мол, лю­бой врач с ди­пло­мом зна­ет. — Вот толь­ко не на­до! Мы те­бе пред­ло­жи­ли не со­всем обыч­ный мас­са­жер, он прин­ци­пи­аль­но от­ли­ча­ет­ся от осталь­ных! — ярост­но за­щи­щал свои по­зи­ции па­па. — И про­дук­ция у фир­мы пре­крас­ная, — под­дак­ну­ла ма­ма. — Вот Ли­да с Ли­зоч­кой в вос­тор­ге от им­му­но­мо­ду­ли­ру­ю­щей ма­зи. Ведь прав­да, Ли­док? Я рас­те­ря­лась. Ну что тут от­ве­тить? Из чув­ства со­ли­дар­но­сти с ро­ди­те­ля­ми не хо­те­лось го­во­рить, что от ма­зи у Ли­зы на­ча­лась ал­лер­гия и по все­му те­лу по­шла сыпь, а я, по­поль­зо­вав­шись недель­ку, слег­ла с про­сту­дой. Од­на­ко врать то­же как-то нехо­ро­шо. Сла­ва Бо­гу, вы­кру­чи­вать­ся из непри­ят­ной си­ту­а­ции не при­шлось. Яков Вла­ди­ми­ро­вич встал из-за сто­ла и на­пра­вил­ся к две­ри. На по­ро­ге обер­нул­ся: — На­де­юсь, ско­ро вы пой­ме­те, что вас про­сто во­дят за нос. И при­не­се­те мне свои из­ви­не­ния. И вы­шел. Ка­кое-то вре­мя ро­ди­те­ли мол­ча­ли, по­том па­па на­лил рюм­ку ко­нья­ка и вы­пил зал­пом. — Ма­ма, я вот ду­маю: а вдруг Яков Вла­ди­ми­ро­вич все­та­ки прав? — ска­за­ла ма­те­ри, ко­гда мы вдво­ем с ней мы­ли по­су­ду на кухне. — Он че­ло­век ум­ный, гра­мот­ный и не стал бы ни на ко­го на­го­ва­ри­вать. Ма­ма вздох­ну­ла: — Нет, ду­маю, это Яков от за­ви­сти, так же, как и дя­дя Ле­ша с те­тей Та­ма­рой. Я чуть не вы­пу­сти­ла та­рел­ку из рук: — Вы и с ни­ми раз­ру­га­лись? Ма­ман взя­ла по­ло­тен­це, за­бра­ла у ме­ня вы­мы­тую та­рел­ку и ста­ла ее ярост­но те­реть, по­пут­но по­яс­няя: — Дя­дя Ле­ша под каб­лу­ком у же­ны: как она ска­жет, так и бу­дет. А Та­мар­ка все­гда нам за­ви­до­ва­ла, и то­му, что Ва­ня непью­щий, и то­му, что в до­ме до­ста­ток. Зна­ешь, что она мне за­яви­ла, ко­гда я хо­те­ла при­об­щить ее к биз­не­су? Ска­за­ла, мол, ес­ли вы бу­де­те на­ши­ми ку­ра­то­ра­ми, зна­чит, ста­не­те на нас за­ра­ба­ты­вать! Ма­ма вы­тер­ла на­бе­жав­шую сле­зу кра­еш­ком по­ло­тен­ца и про­дол­жи­ла сер­ди­то: — А ведь я из са­мых луч­ших по­буж­де­ний пред­ло­жи­ла — что­бы и дру­зья ка­кую-ни­ка­кую ко­пе­еч­ку в до­бав­ле­ние к пен­сии име­ли. А она!.. — Но ведь по су­ти Та­ма­ра пра­ва? — ти­хо уточ­ни­ла я. — Ес­ли у вас се­те­вой биз­нес, зна­чит, ку­ра­тор, то есть ты, по­лу­ча­ешь ка­кие-то день­ги за то, что она про­да­ет. — Ой, да что я там по­лу­чаю?! Су­щие ко­пей­ки, сле­зы про­сто! — опять ста­ла воз­му­щать­ся мать, и я пред­по­чла свер­нуть раз­го­вор. Ко­гда мы с Ли­зой уже вы­хо­ди­ли из подъ­ез­да до­ма, в ко­то­ром жи­вут ро­ди­те­ли, в две­рях столк­ну­лись с их со­сед­кой. Я мол­ча ей кив­ну­ла и хо­те­ла прой­ти ми­мо, но те­тя Зоя схва­ти­ла ме­ня за ру­кав: — И не стыд­но те­бе, а? Ро­ди­те­ли по чу­жим лю­дям хо­дят, по­би­ра­ют­ся… Мог­ла бы, как по­ря­доч­ная дочь, по­мочь им ма­те­ри­аль­но. Я рас­те­ря­лась: — Как это — по­би­ра­ют­ся? Я толь­ко что от них, ни­щи­ми и го­лод­ны­ми они не вы­гля­дят. Да и не жа­ло­ва­лись ни

Иван, за­ску­чал по­сле вы­хо­да на пен­сию На­ко­нец-то я опять был при де­ле, вра­щал­ся сре­ди лю­дей и на­де­ял­ся, что смо­гу за­ра­ба­ты­вать непло­хие день­ги. Но увы...

ра­зу на нехват­ку де­нег! А вы та­кие ве­щи го­во­ри­те... — И пра­виль­но го­во­рю! Мо­жет, ста­ри­ки ждут, по­ка до­чень­ка са­ма до­га­да­ет­ся, что им на хле­бу­шек не хва­та­ет. По­зор! Я в рас­те­рян­но­сти вер­ну­лась на­зад к ро­ди­те­лям и пря­мо с по­ро­га по­тре­бо­ва­ла, что­бы объ­яс­ни­ли, с ка­ко­го пе­ре­пу­гу вдруг по­про­си­ли взай­мы у те­ти Зои. Ма­ма слег­ка рас­те­ря­лась: — Не хо­те­ли те­бя бес­по­ко­ить, но при­шел срок пла­тить оче­ред­ной взнос в ком­па­нию. Ну, что­бы биз­нес про­дол­жать, на­до еже­ме­сяч­но вно­сить неко­то­рую сум­му… — По­го­ди, — пре­рва­ла я. — Биз­нес — это ко­гда вы не от­да­е­те день­ги, а за­ра­ба­ты­ва­е­те. — Ты ни­че­го не по­ни­ма­ешь, — всту­пил­ся па­па. — Здесь та­кие пра­ви­ла. И во­об­ще, все ло­гич­но: мы поль­зу­ем­ся пе­чат­ны­ми ма­те­ри­а­ла­ми, по­се­ща­ем тре­нин­ги, встре­ча­ем­ся в арен­до­ван­ном офи­се. Все это тре­бу­ет нема­лых вло­же­ний. По­это­му как бы ин­ве­сти­ру­ем в свое де­ло, ре­гу­ляр­но вно­ся опре­де­лен­ные день­ги. Я про­спо­ри­ла око­ло ча­са, но без тол­ку. В кон­це кон­цов мах­ну­ла ру­кой: пусть де­ла­ют, что хо­тят. Они взрос­лые неглу­пые лю­ди, ра­но или позд­но со­об­ра­зят, что их ду­рят, и бро­сят со­мни­тель­ный биз­нес. Луч­ше бы по­рань­ше, ко­неч­но. Ви­ди­мо, ма­ма креп­ко оби­де­лась на ме­ня, по­то­му что всю сле­ду­ю­щую неде­лю раз­го­ва­ри­ва­ла по те­ле­фо­ну сквозь зу­бы. О вы­да­ю­щих­ся до­сти­же­ни­ях на де­ло­вом по­при­ще не рас­ска­зы­ва­ла, толь­ко о по­го­де и дав­ле­нии. Ах да, еще о па­пи­ном ра­ди­ку­ли­те. — Ма­ма, но у от­ца ведь есть чу­до-по­яс и чу­до­дей­ствен­ная мазь, ко­то­рую де­ла­ют ти­бет­ские мо­на­хи, — не удер­жав­шись, съяз­ви­ла я, од­на­ко она пе­ре­ве­ла раз­го­вор на дру­гую те­му. Про­шло еще ка­кое-то вре­мя, и ма­ман неожи­дан­но сме­ни­ла гнев на ми­лость. Те­перь она го­во­ри­ла со мной уже со­всем дру­гим то­ном: — До­чень­ка, мы с па­пой тут по­ду­ма­ли: за­чем нам да­ча? Ты все вре­мя ра­бо­та­ешь, Ли­за во­об­ще не хо­чет ту­да ез­дить. Са­ми уже с тру­дом с ней управ­ля­ем­ся... Сло­вом, ре­ши­ли про­дать. Ес­ли бы я в этот мо­мент сто­я­ла, то, на­вер­ное, рух­ну­ла бы от удив­ле­ния. Ре­ши­ли про­дать уча­сток и за­го­род­ный до­мик?! Да они же це­лый год об­суж­да­ют, что по­са­дят вес­ной на ого­ро­де, за­ку­па­ют се­ме­на, го­то­вят рас­са­ду. Да­ча — это ме­сто, где мои пред­ки, будь их во­ля, жи­ли бы по­сто­ян­но, так при­ки­пе­ли к ней ду­шой. — Ма­ма, рас­ска­зы­вай, что слу­чи­лось! — по­тре­бо­ва­ла я, и она вдруг рас­пла­ка­лась. — Ой, мы так влип­ли, так влип­ли! Кто же ду­мал, что этим кон­чит­ся? Нам же так кра­си­во рас­ска­зы­ва­ли про бо­ну­сы, скид­ки и про­чие вы­го­ды... А те­перь долж­ны огром­ную сум­му, и что де­лать, про­сто не зна­ем! — Сей­час же еду к вам! — я на­жа­ла от­бой. В ро­ди­тель­ском до­ме пах­ло ва­ле­рьян­кой, на сто­ле в ком­на­те ле­жал то­но­метр. Ма­ма, то и де­ло всхли­пы­вая, в по­дроб­но­стях жи­во­пи­са­ла их при­клю­че­ния, пе­ри­о­ди­че­ски встав­лял па­ру слов и хму­рый отец. — Ли­да, мы хо­те­ли как луч­ше. Ведь это так здо­ро­во: об­ща­ешь­ся с людь­ми, пред­ла­га­ешь им хо­ро­ший то­вар, да еще и день­ги за­ра­ба­ты­ва­ешь. И по­том, нам все очень тол­ко­во объ­яс­ни­ли, мол, бу­де­те стро­ить свой биз­нес, ста­не­те со­сто­я­тель­ны­ми людь­ми, и де­ло ин­те­рес­ное... …Сна­ча­ла ма­му с па­пой уго­во­ри­ли ку­пить стар­то­вый па­кет, в ко­то­рый вхо­ди­ла вся­кая дрянь, вро­де по­я­са из шер­сти ла­мы и сред­ства от цел­люли­та. За­тем ска­за­ли, что на­до при­об­щать к де­лу зна­ко­мых и со­се­дей, мол, чем ши­ре бу­дет «сеть», тем вы­ше ранг биз­не­сме­нов и боль­ше за­ра­бо­ток. По­том вы­яс­ни­лось, что на­до вно­сить еже­ме­сяч­ные взно­сы. В ка­кой-то мо­мент, ко­гда де­нег на то, что­бы пла­тить, не ока­за­лось, их ку­ра­тор Ле­на пред­ло­жи­ла… взять кре­дит! — Она го­во­ри­ла, что за­ем этот для пен­си­о­не­ров на льгот­ных усло­ви­ях, — всхли­пы­ва­ла ма­ма. — У ме­ня зре­ние не очень, ты же зна­ешь, у от­ца и по­дав­но, вот мы и не вчи­ты­ва­лись осо­бо в текст до­го­во­ра. А ко­гда при­шло вре­мя пла­тить, ока­за­лось, что сум­ма еже­ме­сяч­но­го пла­те­жа боль­ше, чем две на­ши пен­сии вме­сте взя­тые! А еще на­до про­дук­цию каж­дый ме­сяц за­ку­пать для ре­а­ли­за­ции. Это толь­ко по­на­ча­лу мы с па­пой бы­ли уве­ре­ны, что она та­кая за­ме­ча­тель­ная, что все лег­ко про­да­дим. Но кли­ен­ты кри­ви­лись, оби­жа­лись, что слиш­ком до­ро­го. Неко­то­рые да­же яв­ля­лись сю­да со скан­да­ла­ми. У ко­го-то пре­па­рат вы­звал ал­лер­гию, кто-то ви­дел точ­но

Про­шло еще ка­кое-то вре­мя, и ма­ма вдруг сме­ни­ла гнев на ми­лость. С че­го бы?

та­кой же на рын­ке, толь­ко в два ра­за де­шев­ле… В об­щем, с ма­ми­ных слов ста­ло яс­но, что ро­ди­те­ли окон­ча­тель­но за­пу­та­лись, но при­знать­ся мне не ре­ша­лись. — Бы­ло стыд­но, — чест­но ска­зал па­па. — Взрос­лые лю­ди, жизнь за пле­ча­ми, а ума не на­жи­ли. Эх, те­перь при­дет­ся да­чу про­да­вать, что­бы кре­дит бан­ку вы­пла­тить! — Все, успо­кой­тесь, ни­че­го про­да­вать мы не бу­дем, — твер­до за­яви­ла я. — Не хва­та­ло еще из-за ка­ких-то мо­шен­ни­ков ли­шить­ся лет­ней ре­зи­ден­ции! — Так ведь там сум­ма по­чти две ты­ся­чи дол­ла­ров, — опять за­пла­ка­ла ма­ма. — Ни­че­го, про­рвем­ся, — уве­рен­но по­обе­ща­ла я. — Вы, глав­ное, не рас­стра­и­вай­тесь! Очень рас­счи­ты­ва­ла на то, что мож­но по­дать на мо­шен­ни­ков в суд и во­об­ще ни­че­го не пла­тить. Но юрист ме­ня разо­ча­ро­вал. Он ска­зал: — Ва­ши ро­ди­те­ли са­ми, доб­ро­воль­но, за­клю­чи­ли до- го­вор. И са­ми же, доб­ро­воль­но, ре­ши­ли взять кре­дит в бан­ке. Так ведь? — Так... И что, не­уже­ли афе­ри­стов ни­как нель­зя при­жать? — рас­стро­и­лась я. — Ну раз­ве что об­ра­тить­ся в по­ли­цию… При­чем важ­но, что­бы за­яв­ле­ния на­пи­са­ли как мож­но боль­ше об­ма­ну­тых лю­дей. То­гда, мо­жет, что-то и по­лу­чит­ся. Та­кая пер­спек­ти­ва взбод­ри­ла ро­ди­те­лей. Вос­пря­нув ду­хом, ма­ма с па­пой раз­ви­ли (и небез­успеш­но) бур­ную де­я­тель­ность по вы­яв­ле­нию та­ких же, как они са­ми, до­вер­чи­вых пен­си­о­не­ров. На­хо­дят и уго­ва­ри­ва­ют ис­кать спра­вед­ли­во­сти в су­де. А еще мать с от­цом ор­га­ни­зо­ва­ли кам­па­нию по ин­фор­ми­ро­ва­нию граж­дан о по­доб­но­го ро­да мо­шен­ни­че­стве. Рас­кле­и­ва­ют ли­стов­ки, ор­га­ни­зо­вы­ва­ют встре­чи, ма­ман да­же несколь­ко раз да­ла ин­тер­вью в га­зе­ту... Па­па по­ми­рил­ся со ста­ры­ми дру­зья­ми, с ко­то­ры­ми рассо­рил­ся из-за то­го, что по­ве­рил афе­ри­стам. Сно­ва, как и преж­де, иг­ра­ет в шах­ма­ты с Яко­вом Вла­ди­ми­ро­ви­чем и дя­дей Ле­шей. А ма­ме при­хо­дит­ся тер­петь кис­лую ми­ну те­ти Та­ма­ры. Прав­да, мне по­на­до­би­лось сроч­но одал­жи­вать день­ги, что­бы по­га­сить ро­ди­тель­ский долг бан­ку... Толь­ко я не жа­лу­юсь, бу­дем счи­тать, что это моя пла­та за спо­кой­ствие до­ро­гих мне лю­дей. Ну и от­ча­сти за соб­ствен­ное ро­то­зей­ство, ко­неч­но, — ведь ес­ли бы сра­зу на­ча­ла бить тре­во­гу, до кре­ди­та мог­ло и не дой­ти.

Оль­га, по­ве­ри­ла афе­ри­стам Спа­си­бо Ли­доч­ке, не оста­ви­ла нас в бе­де, – под­ска­за­ла, что де­лать, и вы­пла­ти­ла кре­дит. Мы вы­рас­ти­ли хо­ро­шую дочь!

ОЛЬГАОЛЬГА, ОЛЬ­ГА, пен­си­о­нер­ка ИВАН ИВАН, муж Оль­ги ЛИ­ДИЯ ЛИ­ДИЯ, их дочь

Ро­ди­те­ли те­перь бы­ли очень за­ня­ты важ­ным де­лом: их биз­нес тре­бо­вал по­сто­ян­ных пе­ре­го­во­ров по те­ле­фо­ну

Обыч­но мы с ма­му­лей со­зва­ни­ва­ем­ся каж­дый день. Она вы­кла­ды­ва­ет мне все свои но­во­сти, спра­ши­ва­ет , что и как у нас с Ли­зой. А тут я по­зво­ни­ла, и ма­ма ска­за­ла, что ей сей­час го­во­рить неко­гда

Ка­кие бы взле­ты и па­де­ния ни пе­ре­жи­ва­ли на­ши от­но­ше­ния, нет креп­че свя­зи, чем меж­ду ма­мой и доч­кой!

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.