КТО СПОЕТ КОЛЫБЕЛЬНУЮ ВНУКУ?

Мы с Са­шей по­ня­тия не име­ли, как ро­ди­те­ли от­не­сут­ся к но­во­сти о мо­ей бе­ре­мен­но­сти...

Moja Sudba - - Êëþ÷åâîé Ìîìåíò - Юлия

Êо­гда де­вуш­ка со­об­ща­ет лю­би­мо­му (не му­жу) о том, что бе­ре­мен­на, воз­мож­ны два ва­ри­ан­та раз­ви­тия со­бы­тий. Пер­вый (пло­хой): «Из­ви­ни, но я не го­тов стать от­цом». И вто­рой (услов­но хо­ро­ший): «Как чест­ный че­ло­век я обя­зан...» Со­об­щи­ла. — У те­бя пас­порт с со­бой? — спро­сил Са­ша. — От­лич­но. То­гда пря­мо сей­час идем в загс по­да­вать за­яв­ле­ние. — Это по­то­му, что я за­ле­те­ла? — уточ­ни­ла на вся­кий слу­чай. — Это. По­то­му. Что. Я. Те­бя. Люб­лю. — Но ведь мы со­би­ра­лись по­же­нить­ся по­сле то­го, как ты окон­чишь ас­пи­ран­ту­ру и за­щи­тишь кан­ди­дат­скую... — Есть та­кой те­ат­раль­ный тер­мин: пред­ла­га­е­мые об- сто­я­тель­ства, — ту­ман­но от­ве­тил лю­би­мый (он у ме­ня во­об­ще очень на­чи­тан­ный и чрез­вы­чай­но ум­ный). — Ну что, по­еха­ли? — Как-то это не­пра­виль­но, — за­со­мне­ва­лась я. — Мы все­го три ме­ся­ца зна­ко­мы, а встре­ча­ем­ся и то­го мень­ше... Са­ма не по­ни­маю, как та­кое мог­ло слу­чить­ся. Вро­де оба взрос­лые лю­ди... — Взрос­лые то­же ино­гда зна­ко­мят­ся и встре­ча­ют­ся, — улыб­нул­ся Алек­сандр. — Я о сво­ей бе­ре­мен­но­сти. — Бы­ва­ет, и у взрос­лых кры­шу сно­сит, как в на­шем слу­чае. Ну по­те­ря­ли го­ло­вы, так что, те­перь еще и пеп­лом их по­сы­пать? — Да­вай, преж­де чем в загс ид­ти, ро­ди­те­лям ска­жем, — пред­ло­жи­ла я. — Чьим? — да­же та­кие ум­ные пар­ни, как мой Са­ша, по­рой за­да­ют ис­клю­чи­тель­но глу­пые во­про­сы. — Всем. А за­од­но и по­зна­ко­мим­ся: я — с тво­и­ми, а ты — с мо­и­ми. — Рас­ска­жи мне о сво­их по­по­дроб­нее, что­бы я при

встре­че знал, как се­бя ве­сти, — по­про­сил лю­би­мый лю­би­мый. — Они у ме­ня аб­со­лют­но про­стые лю­ди... — Про­сты­ми бы­ва­ют толь­ко од­но­кле­точ­ные, а лю­ди — ни­ко­гда. — Ты же пре­крас­но по­ни­ма­ешь, что я име­ла в ви­ду, — по­мор­щи­лась до­сад­ли­во. — Но ес­ли тер­мин «про­стые» те­бя не устра­и­ва­ет, мо­гу за­ме­нить си­но­ни­ма­ми. Мои ро­ди­те­ли — са­мые обыч­ные. Бес­пон­то­вые. Ра­бо­тя­ги. Ма­ма — швея на фаб­ри­ке, па­па — ма­стер по ре­мон­ту хо­ло­диль­ни­ков. Прав­дору­бы — что ду­ма­ют, то и го­во­рят. До­воль­но кон­сер­ва­тив­ные. По­это­му из­ве­стие о том, что я за­бе­ре­ме­не­ла до сва­дьбы, вос­тор­гов у них не вы­зо­вет. Так что, нам обо­им до­ста­нет­ся на оре­хи. — Бить бу­дут?! — Фи­зи­че­ски — вряд ли, но вер­баль­но — од­но­знач­но. А те­перь рас­ска­жи о сво­их. — Отец — про­фес­сор, за­ве­ду­ет ка­фед­рой, ма­ма — те­ат­раль­ный кри­тик. Как го­во­рит­ся, ши­ро­ко из­вест­на в уз­ких кру­гах. В прин­ци­пе, то­же обыч­ные лю­ди. — Ни­че­го се­бе, обыч­ные. А де­душ­ка, небось, ака­де­ми­ком был? Или Но­бе­лев­ским ла­у­ре­а­том? — Профессором, как и па­па. Но не фи­зи­ком, а ма­те­ма­ти­ком, рек­то­ром ву­за. По­сле смер­ти де­да его квар­ти­ру раз­ме­ня­ли на две, и вот уже три года жи­ву от­дель­но. Прав­да, ма­ма бы­ла про­тив, но я на­сто­ял. — Ин­те­рес­но, как они от­не­сут­ся к на­шей но­во­сти? — Ес­ли чест­но, то... по­ня­тия не имею. То есть, па­па, ско­рее все­го, ин­диф­фе­рент­но — ему все, что не ка­са­ет­ся фи­зи­ки низ­ких тем­пе­ра­тур, по ба­ра­ба­ну. А ма­ма у ме­ня... непред­ска­зу­е­мая. — Ну, хо­тя бы чи­сто ги­по- те­ти­че­ски... — мне хо­те­лось по­лу­чить от Са­ши бо­лее кон­крет­ный от­вет. — И ги­по­те­ти­че­ски то­же не знаю... — по­жал он пле­ча­ми. — Моя ма­ман — твор­че­ская на­ту­ра, а твор­че­ские лю­ди, как пра­ви­ло, им­пуль­сив­ные и вне­зап­ные. — Что-то мне страш­но­ва­то с ней зна­ко­мить­ся, — при­зна­лась. — Еще ска­жет: «Ну ку­да эта пле­бей­ка ле­зет? Со сви­ным ры­лом в ка­лаш­ный ряд»... — На ма­ми­ном язы­ке это на­зы­ва­ет­ся «ме­за­льянс». Но при те­бе ни­че­го та­ко­го она не ска­жет — раз­ве что мне, по­том, с гла­зу на глаз. И то не факт. Во-пер­вых, ты — де­вуш­ка оба­я­тель­ная и с выс­шим об­ра­зо­ва­ни­ем, хоть по­ка и неокон­чен­ным. Во-вто­рых, ма­ме пять­де­сят шесть, и ей на­вер­ня­ка уже хо­чет­ся вну­ков. — А ес­ли нет? Он сно­ва неопре­де­лен­но по­жал пле­ча­ми и спро­сил: — Так, к ко­му сна­ча­ла пой­дем сда­вать­ся? — А да­вай по прин­ци­пу: «ка­мень, нож­ни­цы, бу­ма­га», — пред­ло­жи­ла я. Вы­бро­си­ли на паль­цах. Вы­па­ло спер­ва ехать к Са­ши­ным ро­ди­те­лям. Лю­би­мый не стал тя­нуть, сра­зу по­зво­нил: — При­вет, мам. Ка­кие у вас с папой пла­ны на се­го­дняш­ний ве­чер? До­ма бу­де­те? Ну вот и от­лич­но. То­гда при­еду к вам ча­сов в семь. Не один — с неве­стой. «Да уж... То­же прав­доруб, под стать бу­ду­щим те­стю с те­щей», — по­ду­ма­ла я, да­же не зная, ра­до­вать­ся это­му фак­ту или огор­чать­ся. — Ты то­же сво­им по­зво­ни, по­зво­ни — на­пом­нил Са­ша. — У ма­мы с папой сей­час от­пуск, они на да­че си­дят. Мо­жет, по­до­ждем, по­ка в го­род вер­нут­ся? — А да­ча где? В Ав­стра­лии? На ост­ро­ве Пас­ха? — Воз­ле Оль­хов­ки, в трид­ца­ти ки­ло­мет­рах от­сю­да. — В та­ком слу­чае, ка­кие про­бле­мы? На са­мом де­ле про­бле­ма бы­ла. Жи­вем мы, ко­неч­но, не бо­га­то, но в го­род­ской квар­ти­ре и ре­монт сде­лан све­жий, и ме­бель нор­маль­ная. Да­же плаз­ма име­ет­ся. А вот на да­че... Кро­шеч­ный кир­пич­ный «скво­реч­ник», ко­то­рый па­па сам по­стро­ил в кон­це вось­ми­де­ся­тых. Об­став­лен рух­ля­дью. Туа­лет во дво­ре — зе­ле­ная де­ре­вян­ная бу­доч­ка с вы­ре­зан­ным на две­ри сер­деч­ком. Лет­ний душ — та­кая же буд­ка, толь­ко с пла­сти­ко­вой штор­кой вместо две­ри. В об­щем, шесть со­ток сов­ко­во­го убо­же­ства. Тр­эш, од­ним сло­вом. Но де­лать нече­го... — Лад­но, зав­тра съез­дим. Толь­ко зво­нить я не бу­ду, луч­ше на­гря­нем к ним с сюр­при­зом. — Как ска­жешь, — со­гла­сил­ся Са­ша. ...Ви­зит к его ро­ди­те­лям боль­ше на­по­ми­нал ди­пло­ма­ти­че­ский при­ем в ка­ком-ни­будь по­соль­стве. Я все вре­мя ду­ма­ла о том, что­бы дер­жать спи­ну ров­но и слу­чай­но не взять вил­ку в пра­вую ру­ку, по­это­му на свет­скую бе­се­ду сил уже не оста­ва­лось. На во­про­сы бу­ду­щей све­кро­ви, ко­неч­но, от­ве­ча­ла, но од­но­слож­но. Так что что, о мо­ей бе­ре­мен­но­сти ей со­об­щил Са­ша. На мо­ло­жа­вом ли­це Оль­ги Ар­ка­дьев­ны не дрог­нул ни один му­скул. — Дети — это, ра­зу­ме­ет­ся, пре­крас­но, — ска­за­ла она, рас­тя­нув гу­бы в сдер­жан­ной улыб­ке. — Но сей­час ре­бе­нок не ко вре­ме­ни. Алек­сан­дру на­до сна­ча­ла... — Ма­ма, я сам ре­шу, что мне на­до, — от­ре­зал лю­би­мый. — Спа­си­бо за ужин, все бы­ло очень вкус­но... ...Ко­гда я пред­ста­ви­ла ро­ди­те­лям Са­шу, моя ма­ма по­тря­сен­но ох­ну­ла: — Же­них?! Что ж ты, до­ча, за­ра­нее не пре­ду­пре­ди­ла? Мне и уго­стить вас нечем! — Лю­ся, хо­рош при­бед­нять­ся, — доб­ро­душ­но усмех­нул­ся па­па. — Небось, го­лод­ны­ми не от­пу­стим. Пой­дем-ка, Са­шок, при­та­щим из са­рая ман­гал. Мя­са, прав­да, нет, так хоть со­си­сок с дым­ком на­жа­рим. Стол на­кры­ли во дво­ре, под ста­рой яб­ло­ней. — Как у вас тут здо­ро­во! — шеп­нул лю­би­мый. — И ро­ди­те­ли у те­бя очень го­сте­при­им­ные. И во­об­ще при­ят­ные лю­ди. «Это они при­ят­ные, по­ка глав­ной но­во­сти не зна­ют», — по­ду­ма­ла я и тор­же­ствен­но со­об­щи­ла вслух: — Па­па, ма­ма, у нас с Са­шей бу­дет ре­бе­нок. — Вот су­ки­ны дети! — вос­хи­щен­но вос­клик­нул отец и хлоп­нул се­бя ла­до­нью по об­тя­ну­той тре­ни­ка­ми ляж­ке. — Быст­ро вы нам вну­ка свар­га­ни­ли. Да, мать? — Да, — кив­ну­ла ма­ма и... про­сле­зи­лась. — А я уже все ко­лы­бель­ные под­за­бы­ла. Нет, кое-ка­кие все-та­ки пом­ню... — и она про­ник­но­вен­но за­тя­ну­ла: — «Сон­це сі­дає, ніч на­сту­пає, спів со­ло­вей­ка чу­ти у гаї...»

Юлия, ждет ре­бен­ка от лю­би­мо­го пар­ня Мои ма­ма с папой – лю­ди кон­сер­ва­тив­ные, они с дет­ства мне вну­ша­ли, что сна­ча­ла сва­дьба, а по­том уже дети

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.