НАЖДАЧНЫЙ СЕ­ЗОН

Я так дол­го жда­ла по­езд­ки на мо­ре, так меч­та­ла о ней! А су­пруг, как на­роч­но, все тя­нул с от­пус­ком... И в ито­ге до­тя­нул до «лед­ни­ко­во­го пе­ри­о­да». Обид­но!

Moja Sudba - - Калейдоскоп - Ва­лен­ти­на

Cто­ял апрель­ский вос­крес­ный день. Ан­дрей ра­бо­тал, си­дя за ком­пью­те­ром, а я ва­ля­лась в спальне на кро­ва­ти и смот­ре­ла по те­ле­ви­зо­ру свою лю­би­мую пе­ре­да­чу «Орел и реш­ка». По­ка­зы­ва­ли До­ми­ни­ка­ну. Ко­гда в кад­ре по­явил­ся пляж — паль­мы и би­рю­зо­вый оке­ан, по­ня­ла, как жут­ко со­ску­чи­лась по все­му это­му. Соб­ствен­но, к по­доб­но­му ве­ли­ко­ле­пию у ме­ня еще не бы­ло воз­мож­но­сти при­вык­нуть, но, как го­во­рит­ся, за неиме­ни­ем гер­бо­вой пи­шут на про­стой. В Же­лез­ном Пор­ту, где жи­вет ба­буш­ка му­жа, для нас, как в басне Кры­ло­ва, все­гда был го­тов и стол и дом. Ко­неч­но, пе­со­чек на та­мош­нем пля­же не та­кой бе­ло­снеж­ный, как в До­ми­ни­кане, и во­дич­ка не та­кая чи­стая, и пальм нет, но то­же ведь непло­хо. Да что там непло­хо — про­сто за­ме­ча­тель­но! Не спол­зая с кро­ва­ти, но­гой от­кры­ла дверь (бла­го раз­ме­ры спаль­ни поз­во­ля­ют) и крик­ну­ла: — Ан­дрю­шик, у те­бя в этом го­ду ко­гда от­пуск? — По гра­фи­ку, с пя­то­го мая, — от­ве­тил он. — Это хо­ро­шо! — об­ра­до­ва­лась я, под­счи­ты­вая в уме, сколь­ко дней оста­лось до «сбы­чи мечт». — Да что ж тут хо­ро­ше­го, — воз­ра­зил лю­би­мый, не от­ры­вая взгля­да от мо­ни­то­ра. — Ты ведь, небось, к ба­бе Ли­де за­про­сишь­ся — по­за­го­рать, по­ку­пать­ся. А в мае мо­ре еще хо­лод­ное

и солн­це ка­приз­ное: хо­чет, жа­рит во всю, не хо­чет — за ту­ча­ми пря­чет­ся. — Ни­че­го, — без­за­бот­но рас­сме­я­лась я. — Бу­дем на­де­ять­ся, что вви­ду гло­баль­но­го по­теп­ле­ния май­ская по­го­да нас по­ра­ду­ет. Ан­дрей кру­та­нул­ся в ра­бо­чем крес­ле, по­вер­нул­ся ко мне ли­цом: — Ты, Ва­лю­ша, неис­пра­ви­мая оп­ти­мист­ка. А я все-та­ки ре­а­лист. По­это­му упро­сил ше­фа пе­ре­не­сти мне от­пуск с мая на июнь. Слег­ка рас­стро­и­лась из-за то­го, что сви­да­ния с мо­рем при­дет­ся ждать на ме­сяц доль­ше. Но му­жа по­хва­ли­ла, по­то­му что, по боль­шо­му сче­ту, в его по­ступ­ке бы­ло ра­ци­о­наль­ное зер­но... Хо­тя вско­ре вы­яс­ни­лось, что пра­ва ока­за­лась я с гло­баль­ным по­теп­ле­ни­ем: весь май сто­я­ла аф­ри­кан­ская жа­ра, а тем­пе­ра­ту­ра во­ды на чер­но­мор­ском по­бе­ре­жье Укра­и­ны ко­ле­ба­лась от два­дца­ти трех до два­дца­ти пя­ти гра­ду­сов. Ус­по­ка­и­ва­ла се­бя тем, что июнь бу­дет не ху­же. Уже да­же успе­ла по­шо­пин­го­вать пе­ред по­езд­кой и взять у по­дру­ги вме­сти­тель­ный че­мо­дан на ко­ле­си­ках, но тут бла­го­вер­ный на­нес мне ощу­ти­мый «удар под дых»: — Лю­ша, на­ша кон­то­ра по­лу­чи­ла очень вы­год­ный за­каз, по­это­му ме­ня в от­пуск по­ка не от­пус­ка­ют. Но шеф ска­зал, что в июле от­пу­стит же­лез­но! — и, уви­дев, как огор­чен­но вы­тя­ну­лось у ме­ня ли­цо, стал успо­ка­и­вать: — Так да­же луч­ше! Са­мая се­ре­ди­на ле­та, пик се­зо­на. Уже твои лю­би­мые пер­си­ки пой­дут, моя лю­би­мая ку­ку­ру­за... Вер­нем­ся чер­ные, как ав­стра­лий­ские або­ри­ге­ны. Муж­чи­ны, как пра­ви­ло, очень тре­пет­но от­но­сят­ся к сво­им про­фес­си­о­наль­ным обя­зан­но­стям, да и зар­пла­та Ан­дрю­ши со­став­ля­ет льви­ную до­лю на­ше­го се­мей­но­го бюд­же­та (те ко­пей­ки, что я за­ра­ба­ты­ваю фло­рист­кой-на­дом­ни­цей, не в счет). По­это­му за­ка­ты­вать ис­те­рик му­жу не ста­ла. Раз слу­жеб­ная не­об­хо­ди­мость сей­час тре­бу­ет его при­сут­ствия на ра­бо­те, зна­чит, так то­му и быть. А июль — дей­стви­тель­но от­лич­ный ме­сяц для от­ды­ха! Мы со­би­ра­лись уехать пя­то­го чис­ла, а тре­тье­го Ан­дрей под­хва­тил фол­ли­ку­ляр­ную ан­ги­ну — с тем­пе­ра­ту­рой под со­рок, вре­мен­ной немо­той, чу­до­вищ­но опух­ши­ми же­лез­ка­ми и про­чи­ми «пре­ле­стя­ми». А ко­гда спу­стя де­сять дней бед­ня­гу немно­го по­пу­сти­ло (тем­пе­ра­ту­ра спа­ла, боль в гор­ле умень­ши­лась, и он сно­ва об­рел го­лос), вы­стре­ли­ло ослож­не­ние в ви­де гной­но­го оти­та. Да та­ко­го сильного, что при­шлось хо­дить в по­ли­кли­ни­ку на пнев­мо­мас­саж ба­ра­бан­ной пе­ре­пон­ки и элек­тро­фо­рез. Ну а в ав­гу­сте в фир­ме, где ра­бо­та­ет Ан­дрей, сно­ва слу­чил­ся ав­рал. Лю­би­мый убе­гал чуть свет, воз­вра­щал­ся позд­ним ве­че­ром, по­ка­чи­ва­ясь, как зом­би, от уста­ло­сти. И я не ре­ша­лась, по вы­ра­же­нию одес­си­тов, «де­лать ему нер­вы» рас­спро­са­ми об от­пус­ке. Хо­тя са­мой ста­ло ка­зать­ся, что в этом го­ду с по­езд­кой в Же­лез­ный Порт мы уже про­ле­те­ли. — Мне до сих пор не ве- рит­ся, что все-та­ки едем, — ска­за­ла му­жу, ко­гда по­езд стал мед­лен­но на­би­рать ско­рость. — Едем, едем, — ве­се­ло под­твер­дил Ан­дрюш­ка. — При­чем по-бо­га­то­му — не в за­ню­хан­ном плац­кар­те, а в ку­пе. По­ка не под­се­ли по­пут­чи­ки, мо­жем да­же пред­став­лять, что это СВ. Кста­ти, те­бе очень идет твой но­вый са­ра­фан! — Он не но­вый, а по­за­про­шло­год­ний... — про­тя­ну­ла пе­чаль­но. — Эй, что за упад­ни­че­ские на­стро­е­ния? Ты та­кая кис­лая из-за то­го, что об­но­вок се­бе не ку­пи­ла? — Ку­пи­ла. Про­сто на­стро­е­ние не очень. — По­че­му?! — Пред­чув­ствие пар­ши­вое. Бо­юсь, на­чаль­ник мо­жет по­зво­нить те­бе в лю­бую ми­ну­ту, что­бы со­об­щить о но­вом сверх­сроч­ном за­ка­зе и тво­ей гло­баль­ной неза­ме­ни­мо­сти. А ты по­сле звон­ка со­ско­чишь с по­ез­да на хо­ду и по­мчишь­ся на свою обо­жа­е­мую ра­бо­ту — вы­пол­нять и пе­ре­вы­пол­нять! — А вот и фи­гуш­ки, — муж для на­гляд­но­сти скру­тил ду­лю. — Я не бес­смерт­ный по­ни и то­же нуж­да­юсь в от­ды­хе. А что­бы ты не пе­ре­жи­ва­ла, пря­мо сей­час от­клю­чаю свой мо­биль­ный... Уже от­клю­чил. На бли­жай­шие три неде­ли я до­сту­пен толь­ко для те­бя, мо­ря и солн­ца! Вот уви­дишь, все бу­дет про­сто от­лич­но. Не­да­ром это вре­мя на­зы­ва­ют бар­хат­ным се­зо­ном. — А вдруг рез­ко по­хо­ло­да­ет? — этот во­прос был мо­ей ма­лень­кой ме­стью за че­ты­рех­ме­сяч­ное ожи­да­ние. — С че­го бы? — ра­дост­но хрюк­нул Ан­дрей (на­стро­е­ние у него аж за­шка­ли­ва­ло). — Са­ма же го­во­ри­ла о гло­баль­ном по­теп­ле­нии! Чтоб ты зна­ла, уче­ные счи­та­ют, что че­рез ка­ких-ни­будь пять­де­сят лет в Укра­ине во­об­ще бу­дет тро­пи­че­ский кли­мат! ...Хер­сон встре­тил нас до­ждем. Лю­ди, сно­вав­шие по пер­ро­ну, бы­ли оде­ты со­всем по-осен­не­му. По­ры­вы вет­ра вы­во­ра­чи­ва­ли на­изнан­ку зон­ти­ки, сры­ва­ли с го­лов ка­пю­шо­ны кур­ток и ярост­но тре­па­ли по­лы жен­ских пла­щей... — Вот при­е­дем в Же­лез­ный Порт, и дождь сра­зу пре­кра­тит­ся, — уве­рен­но по­обе­щал нена­гляд­ный, на­тя­ги­вая сви­тер и по­мо­гая мне на­деть вет­ров­ку. Увы, его пред­ска­за­ние не сбы­лось. Гло­баль­ное по­теп­ле­ние со­вер­шен­но неожи­дан­но сме­ни­лось «лед­ни­ко­вым пе­ри­о­дом». На пля­же, ку­да все-та­ки ре­ши­ли схо­дить (раз уж при­е­ха­ли на ку­рорт), кро­ме нас с Ан­дре­ем, не бы­ло ни ду­ши. Свин­цо­во-се­рое мо­ре штор­ми­ло, с неба ли­ло, а на зу­бах про­тив­но скри­пел мок­рый пе­сок. Вы­дер­жа­ли все­го неде­лю это­го на­ждач­но­го (от­нюдь не бар­хат­но­го) се­зо­на, а по­том уеха­ли до­мой — там то­же бы­ло хо­лод­но, но по край­ней ме­ре не до­жди­ло. «Осень, осень, ну да­вай у ли­стьев спро­сим, где он май, веч­ный май», — на­вяз­чи­во зву­ча­ли в го­ло­ве стро­ки ста­рой пес­ни. — В бу­ду­щем го­ду ли­бо идешь в от­пуск в мае-июне, ли­бо я с то­бой раз­во­жусь и еду от­ды­хать од­на! — ска­за­ла му­жу. Он лишь по­ну­ро кив­нул в от­вет.

Ан­дрей, лю­бя­щий муж и тру­до­го­лик Уже про­шло несколь­ко лет, но же­на до сих пор нет-нет да и клю­нет ме­ня за тот хму­рый сен­тябрь. На­шла ви­но­ва­то­го...

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.