Му­зы­ка нас свя­за­ла

Novoe vremya - Karta Novogo Vremeny - - МНЕНИЕ - Свя­то­слав Ва­кар­чук, му­зы­кант, фронт­мен груп­пы Оке­ан Ель­зи

Как Брюс­сель стал для ме­ня иде­аль­ным го­ро­дом, где лег­ко тво­рить, ин­те­рес­но со­зер­цать и при­ят­но от­ды­хать

рюс­сель оста­вил у ме­ня яр­кие впе­чат­ле­ния. Я по­се­щал этот го­род не ме­нее пя­ти раз и по­чти все­гда пре­бы­вал здесь до­воль­но про­дол­жи­тель­ное вре­мя. В пер­вый раз я при­е­хал в бель­гий­скую сто­ли­цу, что­бы за­пи­сать аль­бом Вночі (2008 год). Вто­рой раз мы с ре­бя­та­ми при­е­ха­ли в 2011-м, ко­гда за­пи­сы­ва­ли аль­бом, по­лу­чив­ший поз­же на­зва­ние Брюс­сель, и в тре­тий раз — в 2012-м для за­пи­си аль­бо­ма Зем­ля. Все эти го­ды мы ра­бо­та­ли на сту­дии, ко­то­рая на­зы­ва­ет­ся ICP Recording Studios. Ес­ли не счи­тать ря­да ан­глий­ских сту­дий, это од­на из луч­ших в Ев­ро­пе — не толь­ко по мо­е­му мне­нию, но и по мне­нию мно­гих му­зы­кан­тов.

Эта сту­дия по­стро­е­на аме­ри­кан­цем Джо­ном Хастри, ко­то­рый был фа­на­том му­зы­ки. Он пе­ре­ехал ту­да с ку­чей раз­ных кол­лек­ци­он­ных ин­стру­мен­тов. На наш во­прос, по­че­му он вы­брал Брюс­сель, Хастри от­ве­тил: “Это сво­бод­ный го­род, и я хо­чу здесь жить”.

Из то­го, что за­пом­ни­лось: ко­гда вы­хо­дишь в аэро­пор­ту Брюс­се­ля, то пер­вое, что те­бя встре­ча­ет,— над­пись Welcome to Belgium motherland french fries (Доб­ро по­жа­ло­вать в Бель­гию — ро­ди­ну кар­тош­ки фри, ко­то­рую на­зы­ва­ют фран­цуз­ской кар­тош­кой). Это хо­ро­шая, умест­ная иро­ния. Ве­ро­ят­но, все при­ле­та­ю­щие и от­ле­та­ю­щие лю­бят кар­тош­ку фри. Но точ­но не все зна­ют, что бла­го­да­рить за этот нехит­рый ре­цепт сле­ду­ет бель­гий­цев, а не их юж­ных со­се­дей. Эта ку­ли­нар­ная гор­дость за­ста­ви­ла ме­ня улыб­нуть­ся.

В од­ной из по­ез­док я жил в оте­ле при му­зы­каль­ной сту­дии, ко­то­рая вы­ку­пи­ла два до­ма и сде­ла­ла их го­сти­ни­цей для сво­их кли­ен­тов. Так вот, вто­рая вещь, ко­то­рая у ме­ня те­перь проч­но ас­со­ци­и­ру­ет­ся с Бель­ги­ей,

БЧто­бы осо­знать, что Ев­ро­па — наш об­щий дом, нуж­но ехать в Брюс­сель

— это то, что пе­ред ок­на­ми мо­ей ком­на­ты рос бам­бук и неболь­шая паль­ма. Брюс­сель на­хо­дит­ся по­чти на ши­ро­те Ки­е­ва, од­на­ко этот вид на­по­ми­на­ет те­бе тро­пи­ки. В об­щем, Гольф­ст­рим бла­го­сло­вен­ный силь­но им по­мо­га­ет.

Тре­тья вещь, ко­то­рая у ме­ня ас­со­ци­и­ру­ет­ся с Брюс­се­лем,— это безум­но вкус­ное краф­то­вое пи­во. В сту­дии был мест­ный эль — цве­точ­ное, ме­до­вое пи­во. Я, во­об­ще, не боль­шой лю­би­тель пи­ва. Од­на­ко там усто­ять пе­ред ним невоз­мож­но. Пи­во та­кое вкус­ное, буд­то ка­кая-то кон­ди­тер­ка.

Я ду­маю, бель­гий­цы на­шли свою иде­аль­ную ни­шу. Они не со­рев­ну­ют­ся с бри­тан­ца­ми, нем­ца­ми или че­ха­ми в клас­си­че­ском пи­ве, а на­шли свою ис­то­рию, то­наль­ность, ко­то­рая очень важ­на.

Бель­гия, как мы зна­ем, де­лит­ся на два боль­ших эт­ни­че­ских ан­кла­ва — вал­лон­ский (фран­ко­го­во­ря­щий) и фла­манд­ский (гол­ланд­ско­го­во­ря­щий). Брюс­сель фор­маль­но на­хо­дит­ся на тер­ри­то­рии фла­манд­ско­го ан­кла­ва, тем не ме­нее он пре­иму­ще­ствен­но фран­ко­го­во­ря­щий.

Как так вы­шло, я не знаю. При этом фран­ко­го­во­ря­щий Брюс­сель окру­жен го­род­ка­ми, где пре­иму­ще­ствен­но об­ща­ют­ся на фла­манд­ском язы­ке.

Во­об­ще-то, в Брюс­се­ле непро­сто по­нять, на ка­ком язы­ке там пред­по­чи­та­ют го­во­рить. Вы­хо­дишь на ули­цу и слы­шишь немец­кий, ан­глий­ский, гол­ланд­ский. Очень мно­го ди­пло­ма­тов.

Мы жи­ли в сту­ден­че­ском рай­оне. И хо­ди­ли в ос­нов­ном в сту­ден­че­ские за­ве­де­ния. Там во­об­ще непо­нят­но, что ты на­хо­дишь­ся в Бель­гии. Я се­бя чув­ство­вал в цен­тре ка­ко­го-то Ва­ви­ло­на.

Там да­же фран­цуз­ский не пре­об­ла­дал — вме­сто это­го ото­всю­ду зву­ча­ла смесь раз­ных язы­ков. Ча­сто мы стал­ки­ва­лись с тем, что ан­глий­ский там по­ни­ма­ли с тру­дом.

Ес­ли ты хо­чешь по-на­сто­я­ще­му осо­знать, что Ев­ро­па — это наш об­щий дом, нуж­но ехать в Брюс­сель. Я не ду­маю, что есть ка­кое-то дру­гое ме­сто на За­па­де, где так яр­ко про­яв­ля­ет­ся ощу­ще­ние об­ще­го до­ма. В Лон­доне, на­при­мер, ощу­ща­ешь, что весь мир — наш об­щий дом.

Брюс­сель — это ку­со­чек Фран­ции, ку­со­чек Гер­ма­нии, ку­со­чек Гол­лан­дии. И вот все это очень гар­мо­нич­но до­пол­ня­ет друг дру­га. Во­об­ще-то, мы из­на­чаль­но хо­те­ли ехать за­пи­сы­вать аль­бом в Ан­глию. Но ко­гда мы уви­де­ли та­кую кру­тую сту­дию, глав­ным до­сто­ин­ством ко­то­рой яв­ля­ет­ся огром­ней­ший склад соб­ствен­ных ин­стру­мен­тов — то, что в Ан­глии и Аме­ри­ке ты ред­ко най­дешь,— ре­ши­ли остать­ся в Брюс­се­ле. Толь­ко за­тем мы узна­ли, что эту сту­дию ос­но­вал и со­здал аме­ри­ка­нец. То­гда мы пол­но­стью убе­ди­лись, что сим­би­оз аме­ри­кан­ской прак­тич­но­сти и ев­ро­пей­ско­го уюта — это имен­но то, что нам нуж­но.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.