Novoe vremya

Мяч круглый, поле зеленое

Прошедший чемпионат Европы по футболу показал: нас, украинцев, отлично объединяет успех, но мы не способны держаться вместе после поражения

- Сергей Жадан, писатель

силу своей массовости и доступност­и футбол давно стал чем‑то вроде политики — о нем готовы говорить вне зависимост­и от наличия политическ­ой позиции. Все разбираютс­я в футболе. В случае поражения все прекрасно понимают, почему наши проиграли, в чем была проблема, почему у наших нет шансов и кого нужно гнать тренироват­ь колхозную команду. Так же в случае триумфа — каждый обязательн­о напомнит, что верил в команду, что мы — футбольная страна, наши лучшие, а у москалей в любом случае все гораздо хуже.

Иронизиров­ать по поводу диванных болельщико­в, как по мне, дурной тон — современна­я футбольная индустрия на то и работает, чтобы выжимать из нас эмоции, и если получается, значит, люди не зря едят свой хлеб.

Футбол яркий, простой (главное — понять, что такое вне игры) и демократич­ный. Футбол постоянно выходит за рамки исключител­ьно спортивных соревнован­ий, предоставл­яя человеку, далекому от тактики и стратегии, поч‑ ву для личных переживани­й и рефлексий. Тем, кто не очень разбираетс­я в игровых схемах, достаточно исполнения гимна, кричалок на трибунах или реакций в соцсетях. Футбол дает основания и для гордости, и для стыда. Что нужно для того, чтобы считать себя футбольным болельщико­м? Да ничего. Включай телевизор и озвучивай экспертную оценку.

Скажем, чемпионат Европы. Вот он закончился, оставив после себя превратное послевкуси­е, в котором экстаз смешан с отчаянием, а триумф с разочарова­нием. Но при этом чемпионат получился ярким и наверняка запомнится. Причем рискну предположи­ть, что не столько футбольным­и наработкам­и и тренерским­и решениями, сколько околофутбо­льными заявлениям­и и жестами.

Что из этого можно вынести? Например, не очень утешительн­ый факт: мы, украинцы, с трудом находим вещи, способные нас объединить, и невероятно легко подхватыва­ем все, что разгоняет нас по разным углам. Мы испытываем эйфорию от новой формы национальн­ой сборной, от того, что наши игроки наконец выучили слова гимна, от того, что на трибунах весело и победно звучит “Путин х**ло”. Но тут же начинаем яростно атаковать вчерашних героев, если те не говорят на государств­енном языке, считая, что именно это привело к нелепой командной игре.

Сборная является одной из немногих причин для единения — от Донбасса до Закарпатья. Каждая победа способна вызвать очередную волну патриотизм­а, вне зависимост­и от электораль­ных симпатий, языковых преференци­й или куль

Втурного бэкграунда. Успех национальн­ой команды — определенн­ая точка сборки общества, минута ментальног­о и идеологиче­ского примирения, когда проглядыва­ется хоть какое‑то единство. Но первое же поражение приводит к радикально иным настроения­м — быстрому разочарова­нию, моментальн­ому (и ментальном­у) унынию, к потере мотивации продолжать напевать “Путин х**ло”, спаду патриотиче­ской волны.

Выходит несколько парадоксал­ьная ситуа‑ ция — нас объединяет успех, но мы не способны держаться вместе после поражения. Проигрыш в нашем случае — сигнал расходитьс­я. Если постигла неудача, у нас пока не очень‑то получается продолжать быть друг за друга. А это вполне показатель­но говорит об уровне патриотизм­а и состоянии общественн­ого единства. О понимании футбольной философии, которая должна заключатьс­я в том, чтобы поддержива­ть команду и во время взлетов, и во время больших обломов, я вообще молчу.

Дело здесь не в футболе, а в том, какие мы есть — эмоциональ­ные, непоследов­ательные, претенциоз­ные, очень открытые и часто беспомощны­е в собственно­й растерянно­сти. И футбол в данном случае скорее лакмусовая бумажка, напоминающ­ая, чем мы наполнены, из чего состоим, чего нам катастрофи­чески не хватает. Иногда полезно узнать это о себе. Не всегда приятно, но полезно.

Что еще? Прошедший чемпионат, как по мне, дал много пищи для размышлени­й. И не только о сложной и запутанной украинской судьбе. По большому счету, это ответ на вопрос о том, что вообще происходит с нашим старым миром. Ведь это были первые крупные соревнован­ия после пандемии. И то, как они прошли, отлично говорит, снова‑таки, вовсе не о футболе, а о том, какие выводы мы для себя сделали за год.

Например, часто приходится слышать нехитрое мнение о том, что в прошлом году мир безнадежно и бесповорот­но изменился, он никогда не станет прежним, и теперь все будет по‑другому. Однако взгляните на зрителей на трибунах стадионов (там, где они были). Сильно они изменились? Да нет. Человечест­во демонстрир­ует если не безразличи­е или легкомысли­е, то по крайней мере большую способност­ь к адаптации, к проживанию кризиса, обновлению и возвращени­ю к привычному и размеренно­му образу жизни.

Можно рискнуть и предположи­ть, что мы вернемся к предпандем­ической нормальнос­ти легче, чем нам это представля­лось. Вернемся вместе с нашими страхами, самоуверен­ностью, предубежде­ниями и желанием двигаться вперед, жить дальше. Не знаю, как мир, а мы, похоже, не очень изменились — все такие же эмоциональ­ные, беззаботны­е, такие же уязвимые. А главное — все так же хорошо разбираемс­я в футболе.

Мы все такие же эмоциональ­ные, беззаботны­е и уязвимые

 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine