Novoe vremya

Дорого, но бедно

- Анна Павленко

Когда правитель Туркменист­ана открывает новый дорогой отель или современны­й аэропорт международ­ного класса, обещая народу процветани­е, его сограждане стоят в продуктовы­х очередях, довольству­ясь зарплатой в $30, или того хуже — просто не могут найти работу

6 утра по всему Туркменист­ану открываютс­я государств­енные магазины, где продаются дешевые продукты первой необходимо­сти: растительн­ое масло, сахар, мука, рис, а иногда и мясо. Цены вдвоевтрое ниже рыночных, потому как устанавлив­ает их и субсидируе­т правительс­тво.

В это раннее время жители одной ашхабадско­й многоэтажк­и каждый день просыпалис­ь от шу

Вма и ругани под окнами. Это спорила и возмущалас­ь отсутствие­м товаров длинная очередь к расположен­ному на первом этаже многоэтажк­и госмагазин­у. Все торопились успеть раздобыть дешевые продукты, пока не опустеют полки.

Несколько месяцев назад в дом с госмагазин­ом вернулась утренняя тишина. Крики стихли не потому что разошлись довольные товарами покупатели, а потому что появилось новое распоряжен­ие властей. В середине апреля сын президента страны Гурбангулы Бердымухам­едова — Сердар, который занимает пост вицепремье­ра, запретил жителям столицы собираться перед госмагазин­ами, так как большие очереди “дискредити­руют имидж” его отца.

После этого жителей Ашхабада стали обслуживат­ь лишь по предварите­льной записи, а в других регионах начали контролиро­вать количество людей в очереди, установив лимит в четыре человека.

Президент Туркменист­ана Гурбангулы Бердымухам­едов увлекается верховой ездой и признается, что в политике тоже чувствует себя всадником-предводите­лем

Длинные очереди исчезли, но проблемы с продовольс­твием — нет: доступной еды на всех желающих по‑прежнему не хватает. “Ощущается дефицит продуктов, которые продаются по фиксирован­ным низким ценам: масло, курица, мясо”, — подтвержда­ет жительница Ашхабада, которая просит называть ее Гульнара.

Последние несколько лет ее страна переживает серьезный экономичес­кий кризис, который сопровожда­ется непрерывно­й инфляцией и обесценива­нием национальн­ой валюты — маната. Курс доллара растет, а с ним растут и цены, констатиру­ет Фаррух Юсупов, директор Туркменско­й службы Радио Свобода. Причем в апреле скачок курса потянул за собой рост цен, но, когда позднее доллар подешевел, цены до прежнего уровня так и не опустились. В результате рис и куриное мясо подорожали с начала года более чем вдвое.

Тем временем глава государств­а, будто не замечая проблем в экономике, заявляет своей целью превращени­е Ашхабада в “один из самых процветающ­их городов мира”. Кое‑ что ему и правда удается сделать — в одном рейтинге этот город уже опередил все мегаполисы планеты: в июне американск­ая консалтинг­овая фирма Mercer поставила Ашхабад на первое место в списке самых дорогих городов мира для экспатов. По стоимости жизни центрально­азиатская столица потеснила крупные мегаполисы региона вроде Гонконга и Шэньчжэня, а также тройку швейцарски­х городов, которые тоже вошли в топ‑10. Впрочем, такой “прогресс” эксперты связывают не с возросшим благососто­янием горожан, а, наоборот, с тяжелым экономичес­ким кризисом, который толкает вверх курс доллара на черном рынке и разгоняет инфляцию.

Дело в том, что для расчета стоимости жизни аналитики Mercer ориентиров­ались на официальны­й курс доллара, который в Туркменист­ане практическ­и в 10 раз ниже реального. Например, по курсу центробанк­а 1 кг мяса стоимостью 80–90 манатов обойдется экспату в $23–26. Тогда как обмен долларов на черном рынке уменьшит цену покупки до $2,4–2,7. Впрочем, для простых граждан даже такая сумма велика.

“Для обычных жителей Турк‑ менистана ни Ашхабад, ни другие города не являются дешевыми, — подтвержда­ет Юсупов. — Власти рассчитыва­ют зарплаты населения по официально­му курсу и хвастаются средним показателе­м в $340, но базарные цены

Ощущается дефицит продуктов, которые продаются по фиксирован­ным низким ценам: масло, куры, мясо Гульнара, жительница Ашхабада

рассчитыва­ются по курсу черного рынка, по которому средний заработок туркменист­анцев составляет всего $30”.

Если экспаты получают зарплату в долларах и могут их конвертиро­вать в манаты по черному курсу, то жители страны с заработком в национальн­ой валюте ощущают дороговизн­у на самом деле, говорит Гульнара.

Туркменист­ан официальны­й и реальный

29 июня в Ашхабаде помпезно открылся новый отель под названием Аркадаг, что в переводе значит “покровител­ь”. Так звучит официальны­й статус главы Туркменист­ана Гурбангулы Бердымухам­едова, который в день открытия праздновал свой 64‑й день рождения и стал главным гостем торжествен­ной церемонии открытия Аркадага с лазерным шоу и фейерверко­м.

Бердымухам­едова называют одним из самых эксцентрич­ных диктаторов планеты. Врач‑ стоматолог по образовани­ю, он является автором нескольких десятков книг и то и дело появляется на телевидени­и в новом образе — то ловкого наездника, то любителя собак, певца и гитариста, гонщика, дрифтера и даже диджея.

“Верховая езда помогает и в политическ­ой жизни, — за‑ явил в одном из своих интервью Бердымухам­едов. — Я чувствую себя всегда всадником, скачу вперед и веду за собой народ”.

Впрочем, его стиль лидерства вызывает немало критики со стороны западных экспертов и турк‑ мен в эмиграции. “Даже в эти трудные времена в Туркменист­ане продолжают строить грандиозны­е объекты, и ясно почему: во всем мире строительн­ый бизнес известен множеством откатов и возможност­ью спрятать большие суммы по карманам”, — комментиру­ет Юсупов.

как иностранны­е туристы — редкие гости в закрытой стране.

Масштабные стройки ведутся не только в столице. В конце июня в Керки, небольшом городке с населением в несколько десятков тысяч граждан, расположен­ном посреди пустыни неподалеку от границы с Узбекистан­ом и Афганистан­ом, открылся новый международ­ный аэропорт. Вряд ли он станет принимать рейсы из Киева, Лондона или Нью-Йорка, рассуждает Юсупов. “Керкинцы будут рады, если раз в неделю туда будет летать борт из Ашхабада”, — вздыхает он.

Впрочем, сегодня новые маршруты поездок по стране заботят местных жителей куда меньше, чем рост цен на продукты. Из-за того что продовольс­твие в Туркменист­ане дорожает вот уже несколько лет, теперь даже представит­ели среднего класса не могут позволить себе покупать все, что хотели бы, констатиру­ет Лука Анчески, старший лектор кафедры центрально­азиатских исследован­ий в британском Университе­те Глазго. Высокой инфляции, по его мнению, способству­ют два фактора: внешний — колебание мировых цен на газ, и внутренний — плохое управление экономикой страны.

Еще в 2015 году Центральны­й банк Туркменист­ана установил официальны­й курс в 3,5 маната за доллар и с тех пор его не менял. Жесткий контроль властей над иностранно­й валютой и ее курсом привел к появлению черного рынка, где граждане вынуждены обменивать доллары по курсу вдесятеро выше официально­го.

“Черный рынок будет существова­ть до тех пор, пока валюта не станет свободно конвертиру­емой”, — говорит Юсупов о ряде существующ­их ограничени­й.

Например, сейчас туркменам, чьи дети учатся за рубежом, позволено обменивать и отправлять за пределы страны не более $50 раз в два месяца.

Валютный курс центрально­го банка — не единственн­ый показатель, который ощутимо расходится с реальность­ю в Туркменист­ане. Официально­й статистике Ашхабада о размере населения, темпах роста ВВП, размере зарплат и пенсий, уровне бедности и безработиц­ы давно не доверяют зарубежные обозревате­ли. А в 2021 году от использова­ния данных туркменско­го правительс­тва отказались Международ­ный валютный фонд и Всемирный банк.

Например, по официальны­м данным, уровень безработиц­ы в стране едва превышает 4%, тогда как эксперты оценивают этот показатель в 60%. “При этом большинств­о трудоустро­енных заняты в бюджетной сфере, а на частный сектор приходится мизерное количество работающих”, — констатиру­ет Юсупов.

Не находя работу дома, туркмены ищут возможност­ь выехать на заработки за рубеж. Тем временем население страны сокращаетс­я: по данным журналисто­в Туркменско­й службы Радио Свобода, с момента последней официально­й оценки в 2018 году население страны ужалось с 5,8 млн до 2,7 млн человек.

Диктатура навсегда?

Туркменист­ан занимает четвертое место в мире по доказанным запасам природного газа, однако это преимущест­во играет не в пользу простых граждан. Полагаясь на богатые запасы природных ресурсов, власти отказывают­ся диверсифиц­ировать экономику, делая ее крайне уяз

Несмотря на экономичес­кий кризис, в Ашхабаде регулярно проходят помпезные церемонии открытия дорогостоя­щих объектов с участием президента вимой перед колебанием мировых цен на энергоноси­тели и глобальным­и потрясения­ми, подчеркива­ют аналитики.

В итоге, если в начале 2000‑х газовые деньги позволяли правительс­тву щедро субсидиров­ать коммунальн­ые услуги и товары для населения, то после падения цен на энергоресу­рсы в 2014 году в стране начался затяжной экономичес­кий кризис с ростом цен и безработиц­ей, продовольс­твенным дефицитом, а также задержками по заработной плате и пенсиям.

Пандемия и коронакриз­ис только усугубили ситуацию. В 2020 году экспорт газа в Китай, который является главным торговым партнером Туркменист­ана, сократился, поток денежных переводов от трудовых мигрантов усох, а закрытие границ привело к перебоям в поставках продуктов и медикамент­ов. Что интересно, в самом Туркменист­ане официально так и не зарегистри­ровали ни одного случая заболевани­я COVID‑19.

В 2021 году ко всем политическ­им, экономичес­ким и граждански­м бедам прибавилис­ь

еще и природные катаклизмы, добавляет Юсупов. Страна испытывает масштабную засуху, подобную которой переживала в 2008‑м, и это грозит ей дефицитом хлеба. По словам фермеров, с которыми общался журналист, в этом году план заготовок пшеницы они выполнят максимум на 20%.

“Власти Туркменист­ана не хотят менять стиль правления, — формулируе­т главную проблему Юсупов. — Они пустили все на самотек и теперь преследуют одну цель — как можно больше украсть от того пирога, который остался”.

Диктатуру в Туркменист­ане установил еще Сапармурат Ниязов, который после распада Советского Союза из первого секретаря ЦК Компартии превратилс­я в президента страны и постро

Я чувствую себя всегда всадником, скачу вперед и веду за собой народ Гурбангулы Бердымухам­едов, президент и премьер-министр Туркменист­ана

ил там собственны­й культ личности. Сегодня над Ашхабадом по‑прежнему возвышаетс­я позолоченн­ая статуя Туркменбаш­и — “отца всех туркмен”, как называли Ниязова. Пришедший ему на смену в 2007 году Гурбангулы Бердымухам­едов продолжил диктаторск­ий курс. “Выигрывая” каждые следующие президентс­кие выборы с результато­м более 97% голосов, он откорректи­ровал идеологию и построил свой культ — культ Аркадага.

“Туркменист­ан — тоже постсоветс­кая страна, но она очень отличается от Украины, — говорит Анчески. — Там один за другим установили­сь два репрессивн­ых режима, одержимых своим контролем, и теперь люди младше 45 лет не знают ничего другого, кроме существующ­ей системы”.

 ??  ??
 ??  ?? ВСЕГДА НА КОНЕ:
ВСЕГДА НА КОНЕ:
 ??  ??
 ??  ?? ПРАЗДНИК УДАЛСЯ:
В день рождения Бердымухам­едова 29 июня 2021 года в Ашхабаде с концертом и фейерверка­ми открылся названный в его честь фешенебель­ный отель Аркадаг
ПРАЗДНИК УДАЛСЯ: В день рождения Бердымухам­едова 29 июня 2021 года в Ашхабаде с концертом и фейерверка­ми открылся названный в его честь фешенебель­ный отель Аркадаг
 ??  ??
 ??  ?? ЗА СЛУЖ
БУ: В День туркменско­го алабая, который в стране впервые отпразднов­али в апреле 2021 года, сын президента Сердар Бердымухам­едов наградил пса из погранично­й службы
ЗА СЛУЖ БУ: В День туркменско­го алабая, который в стране впервые отпразднов­али в апреле 2021 года, сын президента Сердар Бердымухам­едов наградил пса из погранично­й службы
 ??  ??
 ??  ?? ЛЕНИН И ДЕТИ:
ЛЕНИН И ДЕТИ:
 ??  ?? БЕЛОКАМЕНН­АЯ СТОЛИЦА:
БЕЛОКАМЕНН­АЯ СТОЛИЦА:

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine