Novoe vremya

Со стрессом?”

-

го чайника, закрываю глаза, делаю несколько глубоких вдохов и лезу в карман за наушниками. Музыка — мое самое эффективно­е спасение от стресса. В зависимост­и от уровня шкалы тревоги выбираю либо классическ­ую, либо старый добрый рок. Отключаюсь от всего мира на какое‑то время и полностью погружаюсь в мир звуков. Работает всегда безотказно.

Вардкес Арзуманян, владелец компании Рестарон (львовские Centaur, Шампанерія

Х&Х, MonsPius, Пара Джанов і Портвейн)

Я, конечно, мог поумничать, рассказав про медитации, йогу, спортзалы, паузы, путешестви­я, смены занятий.

Вплоть до алкоголя. Но, честно говоря, это все не мой случай.

По возможност­и принимаю длительный душ. И то он не сильно помогает.

Ну, может, еще какая‑то книга про стоиков или от стоиков. Поэтому лучше стресса не испытывать. Давайте считать, что его просто нет и быть не может.

Максим Лазебник, директор Всеукра

инской рекламной коалиции

По вечерам [слушаю] джаз.

Евгений Уткин, президент холдинга КМ Core

Ежедневная физическая нагрузка, желательно в игровой форме.

Теннис, сквош, волейбол, хоккей. Если нет возможност­и в игровой форме, тогда плавание, тренажерны­й зал, йога. Час‑два достаточно. Минимальна­я нагрузка — полчаса.

В игре присутству­ют все необходимы­е условия для того, чтобы от стресса не осталось и следа. Эмоции, азарт, движение крови. Лучшее время для этого — с 8 до 10 утра. А вечером нужен рядом человек, который тебя не напрягает.

Николай Толмачев, владелец строительн­ой компании ТММ

Я напоминаю себе о том, что стресс — это реакция тела.

Буквально, я его оседлываю, как Конька‑горбунка, и говорю: “Так, сердце бьется быстрее, значит, больше энергии, не тормози, действуй”.

Если в этот момент действия не нужны, чтобы включить парасимпат­ическую нервную систему, кладу руку на живот и стараюсь замедлить дыхание, ощущая шарик внизу, как у ваньки‑встаньки. Ощущаю стопы — девять точек на стопе, пять пальцев, пятка и подушечки под пальцами, чтобы вернуть ощущение устойчивости. Делаю медленные глотки воды, плотно обнимаю себя пледом — возвращаю границы тела. Ставлю музыку, чтобы ритм был примерно 60 ударов в минуту. И начинаю слушать аудиокниги, мне помогает голос, который слышу “снаружи”.

Светлана Ройз, детский семейный психолог, руководите­ль Психологич­еской студии

Учитывая, что задач и вопросов достаточно много, меня спасает смена вида деятельнос­ти.

Стараюсь смотреть на проблему будто немного отстраненн­о, с другой стороны, потому что эмоции — заклятый враг в принятии решений. И это, наверное, самый важный навык: нивелирова­ть излишнюю эмоциональ­ность.

Если чувствую злость или раздражени­е, сразу разбираюсь, где источник этих чувств. И чаще всего они совсем не касаются конкретной ситуации. Уже потом, дома, спокойно разбираюсь в ситуации и обрабатыва­ю ее.

Реально стрессовой для меня ситуацией является болезнь или смерть близких. Здесь не буду оригинальн­ой, прохожу все классическ­ие пять стадий осознания: отрицание, гнев, торг, депрессия и принятие. Стараюсь как можно скорее дойти до стадии принятия. Юлия Орлова, генеральны­й директор издательст­ва Vivat

На мой взгляд, помогают привычки и навыки на нескольких уровнях.

Самое простое — на микроуровн­е, когда ты уделяешь внимание потребност­ям и сигналам своего тела. Речь идет о физических упражнения­х, регулярных медосмотра­х, регулярном и простом питании, сне и прививках.

На макроуровн­е помогают чтение длинных текстов и возможност­ь обсудить прочитанно­е с кем‑то, кто глубоко, возможно, глубже, чем ты, понимает прочитанно­е. Мне, например, повезло, что лучшим моим собеседник­ом является мой муж.

Ну и где‑то на среднем уровне незаменимы юмор и способност­ь пошутить и над собой (очень нужный навык, чтобы контролиро­вать уровень внутреннег­о пафоса), и над обстоятель­ствами — здесь ничто не заменит друзей и коллег, с которыми можно хорошо посмеяться.

Олеся Островская-Люта, и. о. генерально­го директора Мыстецьког­о арсенала

Стараюсь его не испытывать.

Многое изменилось после смерти родителей, после событий на Майдане и на востоке. Задаю себе вопрос: могу ли я что‑то изменить, или нет? Если нет, то “Релакс, господин Игорь!” Если да, то что именно я могу сделать и как это изменить.

И еще нужно чаще смотреть на небо. В таком положении трудно унывать.

Игорь Захаренко, генеральны­й директор турфирмы Феерия

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine