МИ­СТИ­ЧЕ­СКИЙ ВА­ЛА­АМ: СТАЛ­КЕР, ИКО­НА ИЗ СНА И КОШ­КА ПАТ­РИ­АР­ХА

Для че­го на ост­ро­вах ну­жен стал­кер, как мо­лит­вы ис­це­ля­ют от рев­ма­тиз­ма и по­че­му нель­зя уво­зить ва­ла­ам­ских ко­тов

Segodnya (National) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - АНА­СТА­СИЯ БЕ­ЛО­УСО­ВА, АЛЕКСАНДР ЯРЕМ­ЧУК ( ФОТО)

«Се­го­дня» по­се­ти­ла мо­на­стырь, счи­та­ю­щий­ся вто­рым по зна­чи­мо­сти по­сле гре­че­ско­го Афо­на. Ва­ла­ам — ме­сто не для всех, по­то­му что да­ле­ко не каж­до­му че­ло­ве­ку уда­ет­ся ту­да по­пасть, ми­нуя штор­мы Ла­до­ги, а до­брав­шим­ся ну­жен спец­про­вод­ник.

Ва­ла­ам­ский мо­на­стырь — ме­сто очень та­ин­ствен­ное, неда­ром его на­зы­ва­ют Се­вер­ным Афо­ном. Перед по­езд­кой в Ка­ре­лию часть на­шей па­лом­ни­че­ской груп­пы «по­ко­си­ло». Кто-то за­бо­лел так, что встать с кро­ва­ти не смог, ко­го-то за­то­пи­ли, ко­го-то «за­вер­ну­ли» на та­можне и от­пра­ви­ли в Ки­ев без объ­яс­не­ний. Вдо­ба­вок перед при­бы­ти­ем в При­озерск, где сто­ят ка­те­ра на Ва­ла­ам, на­ше­му мик­ро­ав­то­бу­су «снес­ло кры­шу» — от­ле­те­ла вен­ти­ля­ци­он­ная крыш­ка. По­ка фо­то­кор­ре­спо­дент «Се­го­дня» Александр, по­доб­но спай­дер­ме­ну, взби­рал­ся на кры­шу «Сприн­те­ра» и чи­нил ма­ши­ну вме­сто во­ди­те­ля, мы да­же пред­по­ло­жи­ли, что во­об­ще до Ва­ла­а­ма не до­бе­рем­ся. Од­на­ко все бы­ло с точ­но­стью до на­обо­рот. Ка­тер был ма­лень­кий и ждал нас столь­ко, сколь­ко нам бы­ло нуж­но. Ма­ло то­го, на при­ча­ле Ла­дож­ско­го озе­ра ка­пи­тан ка­те­ра нас встре­тил сло­ва­ми: «Здо­ро­вень­кі бу­ли! Ла­до­га та­ка ла­гід­на за­раз, як ніко­ли! Так і зро­зу­мів — це ж зем­ля­ки мої їдуть, Ла­до­га вас че­ка­ла. Як там Київ?» Ка­пи­тан ока­зал­ся вы­ход­цем из се­ла под Ума­нью. На наш во­прос, раз­ре­ша­ют ли ему тут, в рос­сий­ской глу­бин­ке, го­во­рить по-укра­ин­ски, Са­ша да­же ру­ка­ми раз­вел от удив­ле­ния: «Тут май­же все моє се­ло, ще з кін­ця 90-х, як Ва­ла­ам від­кри­ли! Пра­ц­ю­ють і мо­лять­ся во сла­ву Бо­жу!»

СТАЛ­КЕР. Ко­раб­ли с па­лом­ни­ка­ми могут плыть по че­ты­ре ча­са до мо­на­сты­ря, «ме­тео­ры» чуть быст­рее — за пол­то­ра. Шуст­рый ка­те­рок же, при­над­ле­жа­щий служ­бе по при­е­му го­стей, ко­то­рую воз­глав­ля­ет ра­душ­ный отец Ме­фо­дий, до­плыл за 70 ми­нут, а у при­ча­ла нас встре­тил... стал­кер. За год по­ез­док по свя­тым ме­стам я точ­но знаю: что­бы по­нять, ку­да ты по­пал на са­мом де­ле, что­бы те­бе от­кры­лась суть на­мо­лен­но­го ме­ста и его дух — ну­жен стал­кер. Ду­хов­ный про­вод­ник, че­рез ко­то­ро­го свя­тая зем­ля про­явит себя. На­шим стал­ке­ром стал пресс­сек­ре­тарь игу­ме­на Ва­ла­ам­ско­го мо­на­сты­ря Ми­ха­ил Шиш­ков. От­крыв на­шу га­зе­ту со спец­про- ек­том, Ми­ха­ил удив­лен­но по­смот­рел на ме­ня по­верх очков: «Вы что, хо­ти­те о Ва­ла­а­ме за три дня так на­пи­сать? Для та­ко­го фор­ма­та тут ми­ни­мум неде­лю жить на­до! Это же ар­хи­пе­лаг, 12 ски­тов!» Я про­бор­мо­та­ла, что в ре­дак­ции как в ар­мии — за­да­ния и сро­ки не об­суж­да­ют­ся. Он по­смот­рел на ча­сы — пол­вто­ро­го но­чи, — по­том на ме­ня. «Так, — го­лос Ми­ха­и­ла по-оте­че­ски смяг­чил­ся, — зав­тра возь­мем ма­ши­ну, и Бо­го­ро­ди­ца са­ма по­ка­жет, с кем го­во­рить — это Ее оби­тель. А те­перь спать». По­след­нее, что пом­ню в ту ночь — в го­сти­ни­це ока­зал­ся Wi-Fi. Ду­ма­ла, тут ци­ви­ли­за­ции нет, те­ле­фо­ны не ра­бо­та­ют, мо­на­хи в ка­ло­шах хо­дят, лес и скалы, а тут да­же ин­тер­нет!

У СВЯ­ТЫ­НИ. На зав­тра­ке отец Ме­фо­дий — пра­вая ру­ка игу­ме­на Ва­ла­ам­ско­го мо­на­сты­ря епи­ско­па Пан­кра­тия, на­кор­мил нас огром­ным ко­ли­че­ством еды. По­яс­нил, что в Ма­ке­до­нии, от­ку­да он ро­дом, го­стей при­ня­то встре­чать, как ан­ге­лов Бо­жи­их. Мы по­про­си­ли бла­го­сло­ве­ния на ма­ши­ну и ка­тер, что­бы до­стичь даль­них ски­тов. Отец Ме­фо­дий пе­ре­кре­стил нас в знак со­гла­сия. Ми­ха­ил по­вел в храм в честь Ва­ла­ам­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри. «Это жур­на­ли­сты, бла­го­сло­ве­ние вла­ды­ки есть», — объ­яс­нил он охран­ни­ку, ко­то­рый не хо­тел нас пус­кать, ведь храм этот — толь­ко для мо­лит­вы ва­ла­ам­ских мо­на­хов. В «до­маш­нем хра­ме» бра­тии есть уни­каль­ная фрес­ка о яв­ле­нии ико­ны па­лом­ни­це На­та­лье — в вос­по­ми­на­ние о том, как бы­ла об­ре­те­на Ва­ла­ам­ская ико­на. «Толь­ко да­же здесь Ва­ла­ам­ская ико­на — лишь спи­сок, а вот ори­ги­нал с 1940 го­да «жи­вет» в Фин­лян­дии, — объ­яс­ня­ет наш стал­кер. — Ико­на оста­ва­лась на Ва­ла­а­ме, ото­шед­шем в 1917 го­ду к фин­нам. А ко­гда в 1940 го­ду мо­на­стырь пе­ре­шел во вла­де­ние СССР, мо­на­хи пре­крас­но по­ни­ма­ли, что бу­дет, ко­гда сю­да при­дут боль­ше­ви­ки. Что их про­сто вы­ве­дут, как мо­на­хов Алек­сан­дроНев­ской лав­ры, и рас­стре­ля­ют, а свя­ты­ни уни­что­жат. В мо­на­сты­ре при­го­то­ви­ли несколь­ко де­сят­ков во­ен­ных гру­зо­ви­ков и под­вод. Все, что мож­но бы­ло спа­сти от уни­что­же­ния — свя­ты­ни, ико­ны, биб­лио­те­ку, ар­хив, часть ко­ло­ко- лов, бы­ло по­гру­же­но на са­ни, и 28 фев­ра­ля, в ночь, обоз дви­нул­ся по льдам Ла­до­ги на ма­те­рик, в сто­ро­ну Фин­лян­дии. Кста­ти, на Ва­ла­а­ме бы­ла та­кая тра­ди­ция: ко­гда уми­рал мо­нах — ко­ло­кол уда­рял один раз. Ко­гда уми­рал игу­мен — ко­ло­кол уда­рял три ра­за. Ко­гда мо­на­хи в ту ночь по­ки­да­ли Ва­ла­ам, они под­ня­лись на колокольню, уда­ри­ли в ко­ло­кол столь­ко раз, сколь­ко бы­ло бра­тии — это озна­ча­ло, что умер мо­на­стырь. Мо­на­хи ве­ри­ли, что еще смо­гут вер­нуть­ся. Но это­го не слу­чи­лось. Преодолев мно­гие ки­ло­мет­ры по льду в те­мень и лю­тый мо­роз, к утру мно­гие ино­ки так и оста­лись ле­жать в са­нях непо­движ­но. Вы­жив­шие об­ра­зо­ва­ли в Фин­лян­дии един­ствен­ный муж­ской мо­на­стырь — Но­вый Ва­ла­ам. Фин­ны тре­пет­но все бе­ре­гут. Рас­ска­зы­ва­ли, что по­след­ний ва­ла­ам­ский мо­нах — отец Сим­фо­ри­ан каж­дое утро, еле пе­ре­став­ляя но­ги, шел до хра­ма в та­поч­ках и сам (!) слу­жил ли­тур­гию по ва­ла­ам­ско­му чи­ну пять ча­сов! И так — до по­след­них сво­их дней. Ко­гда в 1989 го­ду ре­ше­но бы­ло воз­ро­дить Ва­ла­ам­ский мо­на­стырь, встал во­прос — мож­но ли вер­нуть из Фин­лян­дии уве­зен­ное, стар­цы валаамские ска­за­ли так: «Ико­на са­ма ре­ша­ет, ко­гда и ку­да ей пе­ре­хо­дить. Ес­ли она ре­шит вер­нуть­ся в Рос­сию, ни­кто ей не вос­пре­пят­ству­ет». И отец Сер­гий, на­сто­я­тель Но­во­ва­ла­ам­ско­го мо­на­сты­ря об этом зна­ет, и вла­ды­ка Пан­кра­тий наш то­же зна­ет. Ин­те­рес­но, ведь валаамские мо­на­хи на­ча­ла ХХ ве­ка мо­ли­лись о про­све­ще­нии зем­ли Ка­рель­ской. Так и вы­шло: они ушли ту­да и все ду­хов­ные цен­но­сти оста­ви­ли для про­све­ще­ния зем­ли Ка­рель­ской. О чем мо­ли­лись — то и по­лу­чи­лось».

ТУ­МАН ИС­ТО­РИИ. На Ва­ла­а­ме ме­ня не по­ки­да­ло ощу­ще­ние, что это не я хо­жу смот­реть на свя­ты­ни, а ме­ня во­дят свя­ты­ням по­ка­зать — го­жусь или не го­жусь для то­го, что­бы о них на­пи­сать. По­доб­ное чув­ство бы­ло в Тро­и­цеСер­ги­е­вой лав­ре, ко­гда нас три­жды под­во­ди­ли к мо­щам Сер­гия Ра­до­неж­ско­го. С Ва­ла­ам­ски­ми пре­по­доб­ны­ми Сер­ги­ем и Гер­ма­ном, ко­то­рые по­ко­ят­ся под спу­дом в ниж­нем хра­ме Спа­соПре­об­ра­жен­ско­го со­бо­ра, бы­ло

по­хо­жее ощу­ще­ние. Прав­да, как и в Тро­и­це-Сер­ги­е­вой, от оби­лия ту­ри­сти­че­ских групп и ги­дов со­зда­ва­лось ощу­ще­ние, что по­па­да­ешь не в храм, а в му­зей. Ес­ли по­сто­ять и по­слу­шать, то каж­дый гид бу­дет рас­ска­зы­вать свою ис­то­рию об од­ной и той же иконе или мо­щах пре­по­доб­ных. «Де­ло в том, что ис­то­рия Ва­ла­а­ма очень ма­ло со­хра­ни­лась, — объ­яс­нил нам Ми­ха­ил Шиш­ков. — Из-за мно­го­чис­лен­ных на­бе­гов мо­на­стырь разо­ря­ли, сжи­га­ли до­тла, а мо­на­хов уби­ва­ли. До сих пор идут спо­ры о том, ко­гда Ва­ла­ам по­явил­ся, от­ку­да на­зва­ние. Кто­то счи­та­ет, что в древ­но­сти на Ва­ла­а­ме рас­по­ла­га­лось глав­ное ка­пи­ще Ве­ле­са (или же Во­ло­са) и Пе­ру­на, ко­то­рым при­но­си­ли жерт­вы языч­ни­ки. Мо­на­стыр­ское пре­да­ние гла­сит, что свя­той апо­стол Ан­дрей Пер­во­зван­ный, про­све­ти­тель ски­фов и сла­вян, при­быв из Киева в Нов­го­род, до­стиг Ва­ла­а­ма, где и уста­но­вил ка­мен­ный крест и бла­го­сло­вил ост­ров. Как пи­шет уже ото­шед­ший ко Гос­по­ду быв­ший ва­ла­ам­ский гид и наш со­вре­мен­ник Ев­ге­ний Куз­не­цов в «Ва­ла­ам­ской тет­ра­ди» — ар­хи­пе­лаг был фор­по­стом пра­во­сла­вия, что бы­ло для тех же шве­дов бель­мом на гла­зу. При каж­дом удоб­ном слу­чае они на­прав­ля­ли свои га­ле­ры к Ва­ла­а­му, разо­ряя его. Уж ка­кие там ле­то­пи­си — они кам­ня на камне не остав­ля­ли. Оби­тель бы­ла де­ре­вян­ной. По­строй­ки сжи­га­ли, гра­би­ли, уби­ва­ли бра­тию. Здесь каж­дый кло­чок зем­ли омыт кро­вью брат­ской — мо­жет от то­го и си­ла у этой зем­ли та­кая, что да­же без зна­ния ис­то­рии каж­дый чув­ству­ет осо­бую мо­лит­вен­ную си­лу».

О ХУ­ДОЖ­НИ­КАХ. Жи­вут экс­кур­со­во­ды в Воскре­сен­ском ски­ту — ме­сте, где Ан­дрей Пер­во­зван­ный воз­двиг крест. А скит пред­став­ля­ет со­бой по­до­бие Ие­ру­са­ли­ма. Там есть своя Геф­си­ма­ния, го­ра Си­он, а в цен­траль­ном хра­ме Ан­дрея Пер­во­зван­но­го со­ору­же­на «Куву­к­лия» по­до­бие Гро­ба Гос­под­не­го, перед ко­то­рой по­став­лен ка­мень с ча­сти­цей под­лин­но­го свя­щен­но­го кам­ня, при­ве­зен­но­го из Ие­ру­са­ли­ма. Од­на па­лом­ни­ца рас­ска­за­ла, что во вре­ме­на игу­ме­на Да­мас­ки­на по Ва­ла­а­му так про­сто гу­лять не раз­ре­ша­лось. Все бы­ло очень стро­го. Па­лом­ни­ков во­ди­ли про­вод­ни­ки по опре­де­лен­ным ме­стам. Един­ствен­ное, ко­му да­ва­ли воль­ные пра­ва и лод­ку — это ху­дож­ни­кам. Игу­мен Да­мас­кин, про­жив­ший 60 лет на Ва­ла­а­ме, бла­го­слов­лял про­слав­ле­ние род­ной оби­те­ли и раз­ре­шал им «ша­стать» по ост­ро­ву. На­при­мер, ко­гда ей ска­за­ли, что на Ва­ла­а­ме Шиш­кин на­пи­сал кар­ти­ну «Вид из мест­но­сти Кук­ко», она иска­ла по все­му ост­ро­ву это ме­сто. Ока­за­лось Кук­ко — ме­сто, где мно­го га­дюк. В за­рос­лях она на­шла ста­рую таб­лич­ку «На этом ме­сте И. И. Шиш­кин на­пи­сал свою кар­ти­ну, за ко­то­рую по­лу­чил зо­ло­тую ме­даль и пра­во ра­бо­тать за гра­ни­цей». Там, ко­неч­но, уже все за­рос­ло, но по кам­ням и ска­лам мож­но узнать кар­ти­ну.

ИЗ ЖИЗ­НИ. На Ва­ла­ам в со­вет­ское вре­мя сво­зи­ли ин­ва­ли­дов Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны — без­ру­ких, без­но­гих, непри­ка­ян­ных. Вла­стям не нра­ви­лось, что че­ло­век с гру­дью в ор­де­нах воз­ле бу­лоч­ной по­би­ра­ет­ся. На ва­ла­ам­ском клад­би­ще Ми­ха­ил рас­ска­зал ис­то­рию лет­чи­ка, ко­то­ро­го сын искал 50 лет, а на­шел толь­ко по ста­рым ар­хи­вам по­сле то­го, как лет­чик умер. Герой вой­ны не имел рук, ног и зре­ния. Сын на­шел его мо­ги­лу, за­стал тех ба­бу­шек, ко­то­рые за ним здесь уха­жи­ва­ли. Ко­гда Ва­ла­ам в 70-х сде­ла­ли ту­ри­сти­че­ским цен­тром, сю­да ста­ли при­ез­жать сту­ден­ты на прак­ти­ку и по­ра­жа­лись ни­ще­те мест­ных. Жизнь есть жизнь. А как-то гид и мед­сест­рич­ка ре­ши­ли от­празд­но­вать сва­дьбу на даль­нем ост­ро­ве Ва­ла­ам­ско­го ар­хи­пе­ла­га. За­гру­зи­ли в лод­ку го­стей, про­дук­ты и по­еха­ли. От­гу­ля­ли сва­дьбу, ве­че­ром хо­те­ли вер­нуть­ся, а лод­ки нет, ви­дать, при­швар­то­вать за­бы­ли. Они трое су­ток ма­ха­ли про­ез­жа­ю­щим теп­ло­хо­дам, пы­та­ясь по­ка­зать SOS. А на теп­ло­хо­дах ду­ма­ли, что это про­сто при­вет­ствие мест­ных. Лишь на чет­вер­тый день ре­ши­ли про­ве­рить, что за буй­ство на ма­я­ке, и при­сла­ли ко­раб­лик. А на­шли там ого­ло­дав­шую тол­пу и му­жа с же­ной на гра­ни раз­во­да.

Цен­траль­ная усадь­ба. Храм в честь ико­ны «Жи­во­нос­ный ис­точ­ник»

Скит Ни­ко­лая Чу­до­твор­ца. Пер­вое, что ви­дят при­бы­ва­ю­щие го­сти

На ар­хи­пе­ла­ге 52 ост­ро­ва. Неко­то­рые ски­ты со­еди­не­ны мо­ста­ми

Лес. Ва­ла­ам лю­бят ху­дож­ни­ки: ку­да ни глянь — кар­ти­на

Кли­мат. Здесь хо­лод и теп­ло «опаз­ды­ва­ет» на две неде­ли

Валаамские скалы. Ино­гда на­зы­ва­ют «ба­ра­ньи лбы»

На служ­бу. У Спа­со-Пре­об­ра­жен­ско­го со­бо­ра

Воскре­сен­ский. Здесь жи­вут ги­ды

«Куву­к­лия». Как в Ие­ру­са­ли­ме

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.