Ди­кта­ту­ра же­ны нав­ре­ди­ла Гор­ба­чёву

Из во­спо­ми­на­ний под­пол­ков­ни­ка 9-го управ­ле­ния КГБ ссср але­ксея саль­ни­ко­ва о при­вычках, нра­вах, до­стоин­ствах и не­до­ста­тках пер­вых лиц ссср

Sovershenno sekretno Spetsvyipusk (Ukraine) - - Секреты Партии - Але­ксей БОГОМОЛОВ Спе­ци­аль­но для «Со­вер­шен­но се­кре­тно»

Это во­спо­ми­на­ния под­пол­ков­ни­ка 9-го управ­ле­ния КГБ СССР Але­ксея Але­ксе­е­ви­ча Саль­ни­ко­ва о при­вычках, нра­вах, до­стоин­ствах и не­до­ста­тках пер­вых лиц СССР. В Фе­де­раль­ной слу­жбе охра­ны Саль­ни­ко­ва на­зыва­ли ре­корд­сме­ном. Он про­ра­бо­тал в си­сте­ме ор­га­нов го­со­хра­ны с 1956 по 1996 год, при­чём боль­шую часть вре­ме­ни за­ни­мал­ся обе­спе­че­ни­ем без­о­па­сно­сти и быта глав­ных лиц стра­ны. Мы опу­бли­ко­ва­ли его во­спо­ми­на­ния о ра­бо­те с Ни­ки­той Хру­щёвым (1956–1964 гг.) и Але­ксе­ем Ко­сыги­ным (1965–1980 гг.).

В фи­наль­ную часть рас­ска­зов Але­ксея Але­ксе­е­ви­ча (он, к со­жа­ле­нию, умер ле­том 2016 го­да) во­шли его во­спо­ми­на­ния о ра­бо­те с дру­ги­ми ли­де­ра­ми СССР – Бре­жне­вым, Ан­дро­по­вым, Гор­ба­чёвым.

Оцен­кам под­пол­ков­ни­ка Саль­ни­ко­ва впол­не мо­жно до­ве­рять, по­сколь­ку он на­хо­дил­ся в не­по­сред­ствен­ной бли­зо­сти от ру­ко­во­ди­те­лей КПСС и СССР. Они не все­гда и не для всех при­я­тны, но пред­став­ля­ют не­сом­нен­ный ин­те­рес и для про­фес­си­о­наль­ных исто­ри­ков, и для на­ших ува­жа­е­мых чи­та­те­лей. Итак, одна из на­ших бе­сед с Але­ксе­ем Але­ксе­е­ви­чем, за­пи­сан­ных мною в 2011–2015 го­дах:

ко­сыгин Звал Бре­жне­ва лёней

Але­ксей Саль­ни­ков: На­ши «хо­зя­е­ва», чле­ны По­лит­бю­ро, то­же ведь лю­ди ра­зные были. Одни, на­при­мер, ка­рье­ри­сты, толь­ко к дол­жно­стям стре­ми­лись. Я всех ви­дел ря­дом и слышал, ко­не­чно, то­же. С мо­ей то­чки зре­ния, са­мый высо­кий уро­вень в По­лит­бю­ро был у Ко­сыги­на. Тру­до­лю­би­вый, ум­ный. За­тем Ма­зу­ров, Ан­дро­пов. А вот По­дгор­ный, на­при­мер, был не­да­лёким, де­лал ка­рье­ру, поль­зо­вал­ся по­ло­же­ни­ем в пар­тии и до­ве­ри­ем Бре­жне­ва. Гру­бый, на­глый, но тру­со­ват. Кста­ти, мо­же­те се­бе пред­ста­вить, что­бы в со­вет­ское вре­мя че­ло­век по­тре­бо­вал бас­сейн у не­го на да­че на­пол­нять «Бор­жо­ми»? Из Гру­зии тру­бо­про­вод строить? В ци­стер­нах вез­ти? Су­слов был су­хо­ва­тым и ка­при­зным, осо­бен­но в том, что ка­са­лось еды и транс­пор­та, а в быту по­чти аскет. Что ка­са­е­тся ка­рье­ри­стов, то сре­ди них мо­жно было выде­лить Ти­хо­но­ва, стре­мив­ше­го­ся на ме­сто Ко­сыги­на и Усти­но­ва, очень хо­тев­ше­го быть мар­ша­лом и ми­ни­стром обо­ро­ны. В об­щем, у ка­ждо­го были свои силь­ные и сла­бые сто­ро­ны…

Бре­жне­ва я пер­вый раз уви­дел ещё в кон­це 1950-х го­дов. Вы­гля­дел он им­по­зан­тно, жен­щи­нам нра­вил­ся, да и они ему то­же. Хру­щёв, с ко­то­рым я в то вре­мя ра­бо­тал, при­бли­зил его к се­бе, но опре­де­лён­ная ди­стан­ция все­гда со­хра­ня­лась. А ко­гда Хру­щёва сни­ма­ли, он очень не хо­тел, что­бы Бре­жнев стал глав­ным. Го­во­рил: «Лу­чше уж Су­сло­ва, чем это­го ту­пца…»

К Бре­жне­ву Хру­щёв отно­сил­ся стро­го, по­ни­мая его огра­ни­чен­ность. Мы как-то езди­ли по Сре­дней Азии. И у не­го было не­по­ня­тное на­стро­е­ние. То уе­зжать, то оста­ва­ться, а до аэро­дро­ма – да­ле­ко. И но­че­вать мы со­бра­лись, по-мо­е­му, на Ис­сык-ку­ле. И тут при­каз: «Уе­зжа­ем!» Я за­бе­гаю, что­бы по­стель со­брать, а по­стель у нас была своя, по­ду­шки, оде­я­ла… Хру­щёв ра­зго­ва­ри­ва­ет с Бре­жне­вым по те­ле­фо­ну. Я го­во­рю: «Мо­жно по­стель со­брать?» Он ру­кой ма­хнул и про­дол­жа­ет ра­зго­вор. А связь гром­ко зву­ча­ла, и со­бе­се­дни­ка, то есть Бре­жне­ва, было слышно. Тот го­во­рит: «Мы на охо­ту по­е­дем». А Хру­щёв: «Вы по­че­му это на охо­ту со­бра­лись? Ка­кое чи­сло сей­час? На­ро­ду нель­зя, а вам всё мо­жно? Смо­три­те, если я при­е­ду и узнаю! Я во­прос по­став­лю!»

…В го­ды мо­ей ра­бо­ты у Але­ксея Ни­ко­ла­е­ви­ча Ко­сыги­на я отме­тил для се­бя, что с Бре­жне­вым они были близ­ки при­мер­но до кон­ца 1960-х. Они ещё соби­ра­лись вме­сте, выпи­ва­ли, пе­сни пе­ли… По­том ездить друг к дру­гу на да­чи пе­ре­ста­ли, в За­ви­до­ве встре­ча­лись. А са­мые боль­шие ра­зно­гла­сия с Бре­жне­вым у Ко­сыги­на по­яви­лись бли­же к се­ре­ди­не 1970-х.

О том, ка­ков был уро­вень их взаи­мо­о­тно­ше­ний, го­во­рит то, что Бре­жнев все­гда на­зывал его «Але­ксей Ни­ко­ла­е­вич», а Ко­сыгин Бре­жне­ва – «Ле­о­нид» или «Лёня». Кста­ти, Ко­сыгин был един­ствен­ным из По­лит­бю­ро, кто вы­сту­пил про­тив вве­де­ния войск в Аф­га­ни­стан, кто ске­пти­че­ски отно­сил­ся к про­грам­ме пар­тии. И под­пись свою под ре­ше­ни­ем По­лит­бю­ро о вве­де­нии войск он не по­ста­вил. Мог се­бе и та­кое по­зво­лить.

Но вер­нём­ся к Бре­жне­ву. Бре­жнев мне не осо­бо нра­вил­ся. Мне при­хо­ди­лось ра­бо­тать с ним. У нас ведь за­да­ча ка­кая? Быть как мо­жно бо­лее не­за­ме­тными. Не­ко­то­рые из чле­нов По­лит­бю­ро очень не лю­би­ли, ко­гда ря­дом офи­ци­ант ма­я­чит. Ко­сыгин, на­при­мер. А Бре­жнев – на­о­бо-

рот. Он го­во­рит мне на встре­че: «Стой во­зле ме­ня и ни­ку­да не отхо­ди!» Со­хра­ни­лась фо­то­гра­фия, где я стою пря­мо по­за­ди Бре­жне­ва во вре­мя при­ёма в честь ан­глий­ско­го пре­мье­ра Га­роль­да Виль­со­на.

А со­обра­жал-то он в те вре­ме­на уже не очень… За­го­ва­ри­вал­ся. Усти­но­ву одна­жды да­ют звёздо­чку Ге­роя в ка­би­не­те у Бре­жне­ва. И тот го­во­рит ему: «Я те­бя по­здрав­ляю с де­во­чкой!» Быва­ло, он ко мне обра­щал­ся: «Я хо­ро­шо ска­зал? Всё хо­ро­шо?» У нас на встре­чах, осо­бен­но за ру­бе­жом, пу­бли­ка ра­зная быва­ла, ра­звед­чи­ков мно­го. А он всё вре­мя ко мне обра­щал­ся… Ме­ня там чуть ли не спе­ц­аген­том счи­та­ли. Бре­жнев зо­вёт, я по­дбе­гаю, он мне что-то го­во­рит, все ду­ма­ют, что со­об­ще­ние ка­ко­е­то пе­ре­да­ёт, а он на са­мом де­ле про­сто одо­бре­ния искал то­му, что ска­зал. Или спра­ши­вал: «А там всё хо­ро­шо?»

В мо­ей ра­бо­те ну­жно было учи­тывать все ню­ан­сы. Если я на­ли­ваю гра­фин с во­дой в спаль­не и ту­да кто-то за­хо­дит, я за­ме­чал, при­ба­ви­лась ли во­да или уба­ви­лась. Не пле­снул ли ту­да кто-то по­сто­рон­ний что-то, ли­бо за­пил мой по­до­пе­чный та­бле­тку или за­был. За гра­ни­цей, ко­гда мы быва­ли в ре­зи­ден­ци­ях, при­хо­ди­лось уби­рать все сле­ды. Осо­бен­но упа­ков­ки от та­бле­ток. Ра­звед­ки-то ве­зде ра­бо­та­ли, весь му­сор про­сеи­ва­ли, что­бы узнать, чем наш «царь» бо­ле­ет. Маз­ки чуть ли не с уни­та­зов брать пыта­лись. Всё ну­жно было отсле­жи­вать. Сей­час это­му та­ко­го вни­ма­ния не уде­ля­ют уже.

А сколь­ко раз в мо­ей пра­кти­ке я иглы на­хо­дил! При­е­зжа­е­шь в ка­кую-ни­будь ре­зи­ден­цию за ру­бе­жом… При Бре­жне­ве при­е­зжа­ем мы в Фин­лян­дию. Я стал щу­пать по­стель, про­ве­рять. Но­вое оде­я­ло вро­де, а в нём игла ока­за­лась. Ско­рее все­го, ко­не­чно, не спе­ци­аль­но, про­сто за­были при изго­тов­ле­нии.

в прин­ци­пе, про­стые Му­жи­ки…

Бре­жнев ел всё по­дряд, а по­том была про­бле­ма с зу­ба­ми, на­счёт сво­е­го ве­са бе­спо­коил­ся, всё по­тол­стеть бо­ял­ся. Ну и стал отка­зыва­ться о еды. Да­же на при­ёме как-то го­во­рит мне: «Я не бу­ду!» Я ему: «Да­вай­те я вам чер­но­сли­ва по­ло­жу или са­ла­ти­ка, что­бы для при­ли­чия на та­рел­ке было…» А по­мо­ло­же был, всё по­дряд ел.

Ел он не­кра­си­во, толь­ко как ему удо­бно, не то что­бы вил­ку в ле­вой ру­ке дер­жать. Тут ведь ну­жно де­лать всё есте­ствен­но, без на­пря­же­ния. Ино­гда во­зьмёт вил­ку с но­жом и дер­жит, по­дняв вер­ти­каль­но.

Вра­чи, я пом­ню, го­во­ри­ли ему, что это нель­зя есть, то нель­зя пить. В Бол­га­рии ужи­на­ли, там есть на­пи­ток ти­па на­шей про­сто­ква­ши. Всем по­ста­ви­ли, а Бре­жнев: «А мне?» Я го­во­рю: «Вам нель­зя!» Он: «По­ста­вь!» По­том утром вста­ёт… До­ктор Ми­хаил Ти­тыч го­во­рит: «За­чем дал ему?» Я отве­чаю: «Про­сил!»

С ним во­об­ще не­кра­си­вые исто­рии были. Ни­кто из чле­нов По­лит­бю­ро не про­сил что-ни­будь с при­ёма за­вер­нуть «с со­бой». А у Бре­жне­ва ка­кая-то жа­дность была. Он сво­е­обра­зный му­жик был, ему ха­пать бы… Идёт бан­кет, ме­ро­при­я­тие в Крем­ле, а он го­во­рит мне: «Вот это, это и это за­вер­ни­те». Хо­тя уже на да­чу ма­ши­на со всей едой отправ­ле­на. Но он хо­тел «с со­бой». Как буд­то ма­ло ему было…

Сей­час мно­го пи­шут, что Бре­жнев, де­скать, до­брый был, тер­пи­мый к об­слу­ге. К лю­бим­чи­кам – да. Но быва­ло, что Бре­жнев всех по­мо­щни­ков го­нял, об­слу­жи­ва­ю­щий пер­со­нал то­же, и без осо­бой при­чи­ны. Не­хо­ро­ший был. У ме­ня-то к не­му ни­ка­ких пре­тен­зий не было. Да­же фрак от не­го по­лу­чил «в по­да­рок». Во Фран­ции нам на­про­кат взя­ли фра­ки, что­бы мы не отли­ча­лись от ме­стных офи­ци­ан­тов. Бре­жнев с Гро­мыко при­е­зжа­ют во Фран­цию и ви­дят ме­ня во фра­ке. Бре­жнев: «Кто это? Алёша? Где фрак взял?» Я отве­чаю: «Здесь!» Он го­во­рит: «Так ты его во­зьми с со­бой!» Ска­зал по­слу, уве­зли с со­бой…

Выпи­вал Бре­жнев ино­гда, ска­жем, не сов­сем уме­рен­но. Не так, что­бы ор­ке­стром ди­ри­жи­ро­вать, но всё-та­ки до та­кой сте­пе­ни, что по­дни­мать его со сту­ла при­хо­ди­лось и под ру­ки ве­сти. А сде­лать это не­за­ме­тно очень тру­дно. Есте­ствен­но, свя­за­но это было во мно­гом с пре­клон­ным во­зра­стом. В ФРГ идёт при­ём, там кан­цлер, пре­зи­дент, гла­ва бун­де­ста­га. По­шли в ма­лень­кую ком­на­ту. Он там та­кое им сле­пил… Если бы пу­бли­чно ска­зал – ме­жду­на­ро­дный кон­фликт то­чно был бы. Ря­бен­ко, на­чаль­ник охра­ны Бре­жне­ва, го­во­рит мне: «Вы что, ему выпить да­ли?» Я го­во­рю, что нет, всё ра­збав­лен­ное. Но всё рав­но хва­ти­ло… Ино­гда пер­вые ли­ца мо­гли и са­ми се­бе на­лить. Но за­ви­се­ло всё от ста­ту­са обе­да.

…Лю­би­мых филь­мов ни у ко­го не было, ра­зве что Бре­жнев на да­че «про ра­звед­чи­ков» и «про вой­ну» лю­бил смо­треть. А если вме­сте соби­ра­лись… По­жи­лые и, в прин­ци­пе, про­стые му­жи­ки. Смо­тре­ли так же, как и в ки­но­те­а­трах – са­дя­тся, и сна­ча­ла им про­кру­чи­ва­ют ки­но­жур­на­лы. Но­во­сти дня. Один, два. А по­том ка­кой-ни­будь фильм. В За­ви­до­ве при Бре­жне­ве по­ка­зыва­ли и аме­ри­кан­ские филь­мы. По­стре­ля­ли, выпи­ли – и ков­бой­ские филь­мы смо­треть…

Ни Хру­щёв, ни Ан­дро­пов, ни Бре­жнев де­нег с со­бой не но­си­ли. Обычно у ко­го-то из охра­ны бра­ли или у по­мо­щни­ков. Ко­сыгин или Хру­щёв про­си­ли в ма­га­зи­не ра­спла­ти­ться, а по­том от­да­ва­ли день­ги. Бре­жнев мог об этом и за­быть. У ко­го-то из ре­бят были день­ги, они пла­ти­ли.

Мне при­хо­ди­лось ра­бо­тать с Бре­жне­вым в основ­ном в по­сле­дние го­ды его жи­зни, и я аб­со­лю­тно уве­рен, что при­мер­но с 1976 го­да он уже не мог быть пол­но­цен­ным ру­ко­во­ди­те­лем. Да­же чи­сто фи­зи­че­ски. Его, един­ствен­но­го из чле­нов По­лит­бю­ро, при­хо­ди­лось по утрам бу­дить – осталь­ные са­ми по­дни­ма­лись. Оде­ва­ться ему то­же по­мо­га­ли на­ши со­тру­дни­ки. Быва­ло, что и на ра­бо­те за­сыпал. И не в ком­на­те от­дыха, а пря­мо в ка­би­не­те. Ждёт по­се­ти­те­ля, по­мо­щник за­хо­дит, а Бре­жнев спит…

кон­спи­ра­тив­ные встре­чи ан­дро­по­ва

С Юри­ем Вла­ди­ми­ро­ви­чем Ан­дро­по­вым я по­зна­ко­мил­ся ещё в то вре­мя, ко­гда он был пред­се­да­те­лем КГБ СССР. Мне ино­гда при­хо­ди­лось об­слу­жи­вать ме­ро­при­я­тия с его уча­сти­ем, он за­пом­нил ме­ня и на­зывал по име­ни. По слу­же­бной ли­нии, есте­ствен­но, мы все ему под­чи­ня­лись, по­сколь­ку слу­жи­ли в 9-м управ­ле­нии КГБ. Он да­же ме­ня в своё вре­мя к ор­де­ну «Знак По­чёта» пред­ста­вил.

Го­ра­здо ча­ще я ра­бо­тал с Адро­по­вым по­сле смер­ти Але­ксея Ни­ко­ла­е­ви­ча Ко­сыги­на, ино­гда бывал с ним в ко­ман­ди­ров­ках, ча­сто при­е­зжал к не­му в боль­ни­цу, отку­да он ру­ко­во­дил и стра­ной, и пар­ти­ей в по­сле­дний год жи­зни. Ан­дро­пов был очень про­стой, не ка­при­зный. Ра­бо­та с ним, в об­щем-то, была по­чти от­дыхом. Прав­да, бо­лен был дав­но, чув­ство­вал се­бя пло­хо. На­род во­круг не­го был то­же ра­зный. Мно­гие стре­ми­лись по­об­ща­ться то­гда, ко­гда он это­го не хо­тел. Он го­во­рит мне: «Лёш, а Лёш, не под­пу­скай ни­ко­го ко мне». Он сам че­ло­век был про­стой, и мно­гие хо­те­ли этим поль­зо­ва­ться.

Мно­го ле­генд ра­зных во­круг не­го было. Вот, на­при­мер, выпи­вал он очень нем­но­го. В своё вре­мя ино­стран­ные жур­на­ли­сты на­зыва­ли его лю­би­те­лем ви­ски. Не­прав­да.

За гра­ни­цей при­хо­ди­лось уби­рать все сле­ды. Осо­бен­но упа­ков­ки от та­бле­ток. Ра­звед­ки-то ве­зде ра­бо­та­ли, весь му­сор про­сеи­ва­ли, что­бы узнать, чем наш «царь» бо­ле­ет.

Быва­ло, что ну­жно выпить с кем-то. Го­во­рит мне: «Ну­жно ува­жить». Выпьет нем­но­го ви­на, у не­го ще­ки роз­о­вые… Лю­бил пить аб­хаз­ское ви­но «Лыхны». Ви­ски ни­ко­гда не пил. Кста­ти, у нас в «де­вя­тке» в те вре­ме­на «Лыхны» было са­мое по­пу­ляр­ное ви­но.

Я ча­сто ездил в Кун­це­во к Ан­дро­по­ву в боль­ни­цу. Сде­лаю клю­квен­ный сок, ко­то­рый он лю­бил. Он лю­бил ки­слые ябло­ки, во­об­ще всё ки­слое. Мы да­же ему при­во­зи­ли из Ин­дии ябло­ки. Ящик, дру­гой. А так при­во­зил я ему в боль­ни­цу ви­не­гре­тик, ди­е­ти­че­ский, со­ки. Он по­про­бо­вал и го­во­рит: «А вот тут в боль­ни­це ви­не­грет лу­чше го­то­вят!» Хо­тя на са­мом де­ле наш и вку­снее, и при­я­тнее, и при­го­тов­лен пра­виль­нее. Но ему пон­ра­вил­ся боль­ни­чный. При­шлось под­да­ки­вать: «Тут у вас лу­чше, чем на осо­бой ку­хне». У Ан­дро­по­ва из-за за­бо­ле­ва­ния по­чек была бес­со­ле­вая ди­е­та. Не­смо­тря на сла­бое здо­ро­вье и то, что Ан­дро­пов до­по­здна чи­тал, он как пе­ту­шок вска­ки­вал утром. В отли­чие от Бре­жне­ва – ни­ка­ких «по­бу­док»…

Кста­ти, у чле­нов По­лит­бю­ро по по­во­ду пи­та­ния были не толь­ко огра­ни­че­ния, но и ка­при­зы. Су­слов был ка­при­зным, при­дир­чи­вым. Он про­сто не пе­ре­но­сил ба­кла­жан­ную или ка­ба­чко­вую икру. Да­же близ­ко нель­зя было по­ста­вить. На при­ёме

уви­дит – сра­зу нос во­ро­тит, мог да­же при по­сто­рон­них по­тре­бо­вать, что­бы убра­ли. За­то со­си­ски, сар­дель­ки, ка­шка – это было его. Щи лю­бил, отвар­ное мя­со. Под со­усом что-то не лю­бил. Так что да­же во вре­мя при­ёмов или фур­ше­тов для не­го на вся­кий слу­чай дер­жа­ли со­си­ски, вдруг за­ка­при­зни­ча­ет! Пред­став­ля­е­те, всем су­да­ка фар­ши­ро­ван­но­го или лю­ля-ке­баб по­да­ют, а ему – со­си­ски, да ещё с ка­шкой! А пил он вме­сто вод­ки во­ду, но из бу­тыл­ки с эти­ке­ткой «Сто­ли­чная», и да­же кри­вил­ся, буд­то спир­та ма­хнул…

Ан­дро­пов встре­чал­ся с лю­дьми в ра­зных ме­стах. Зво­нит ему ка­кой-ни­будь ака­де­мик, про­си­тся на при­ём. Но не при­гла­шать же его в КГБ! Встре­ча­лись на кон­спи­ра­тив­ных квар­ти­рах, я его там со­про­во­ждал. Своя си­сте­ма опо­ве­ще­ния была: на­при­мер, открыта фор­то­чка – зна­чит, квар­ти­ра в по­ряд­ке, го­то­во всё. А моя за­да­ча – про­сле­дить, что­бы с пи­та­ни­ем, выпив­кой всё было как на­до. Ну­жно и вку­сы го­стей знать. Кста­ти, при­е­зжал на «кон­спи­ра­тив­ные» встре­чи Ан­дро­пов на обычной «Вол­ге».

При нём мно­гое изме­ни­лось в на­шей слу­жбе. На Но­вом Ар­ба­те, на­при­мер, как и се­го­дня, была пра­ви­тель­ствен­ная трас­са, сто­я­ло мно­го ми­ли­ци­о­не­ров, пра­кти­че­ски у ка­ждо­го стол­ба. Ан­дро­пов го­во­рит на за­се­да­нии По­лит­бю­ро: «Да­вай­те сде­ла­ем ра­ди­о­те­ле­фон­ную связь, что­бы не дер­жать столь­ко лю­дей всё вре­мя». И на до­мах уста­но­ви­ли ан­тен­ны в ви­де бе­лых ша­ров, ре­транс­ля­то­ры. Мо­скви­чи со ста­жем пре­кра­сно пом­нят их. Ко­гда ма­ши­ны про­е­зжа­ли, со­об­ща­ли о не­об­хо­ди­мо­сти уси­ле­ния охра­ны…

В том, что ка­са­лось быто­вых во­про­сов, Ан­дро­пов ори­ен­ти­ро­вал­ся не так силь­но, как в по­ли­ти­ке и те­хни­ке. Пом­ню, как он вдруг ре­шил «про­кон­тро­ли­ро­вать» сво­е­го «при­кре­плён­но­го» Ива­но­ва. В то вре­мя была сеть спе­цма­га­зи­нов. Мы то­же ими ино­гда поль­зо­ва­лись «по бла­ту». В со­тую се­кцию ГУМА, на­при­мер, да­же мне по­пасть было не­про­сто. По до­го­во­рён­но­сти прои­зно­сил па­роль: «Я род­ствен­ник Та­тья­ны Фи­лип­пов­ны». Это же­на Ан­дро­по­ва. Но была и во­змо­жность «ра­зо­бла­че­ния». Там за­ве­ду­ю­щей Жа­би­на была из на­ше­го 18-го от­де­ле­ния. На­до было ей на гла­за не по­па­сться. Она с Те­ре­шко­вой ра­бо­та­ла, с за­ру­бе­жными го­стья­ми… Ма­га­зи­ны были в ате­лье на Ку­ту­зов­ском, в До­ме при­ёмов на Ле­нин­ских го­рах. Были и при Бре­жне­ве, и в на­ча­ле гор­ба­чёв­ских вре­мён.

Так вот, «при­кре­плён­ный» Ан­дро­по­ва что-то не­де­шёвое в спе­цма­га­зи­не на Ку­ту­зов­ском ку­пил для же­ны. Он вызыва­ет ме­ня и го­во­рит: «Это прав­да? Отку­да он день­ги взял?» Я отве­чаю: «У не­го же­на ра­бо­та­ет в ГУМЕ, мо­жет, что-то там ку­пи­ла и ко­му-то про­да­ла, да и сам Ви­ктор – он ведь то­же ра­бо­та­ет, так что се­мья обе­спе­чен­ная». За­мя­ли ин­ци­дент.

С дру­гой сто­ро­ны, ко­гда я ра­бо­тал у Ко­сыги­на, на­ше­му зам­на­чаль­ни­ка охра­ны зво­нят из ме­хо­во­го ате­лье: «Зав­тра по­выша­ют це­ны на ме­ха». А до­чь, Лю­дми­ла Але­ксе­ев­на, за­ка­за­ла у них шу­бу. Го­во­рят: «На­до за­пла­тить се­го­дня, а то зав­тра всё бу­дет на трид­цать про­цен­тов до­ро­же». Наш со­тру­дник до­ло­жил Лю­дми­ле Але­ксе­ев­не. По­том его вызыва­ет Ко­сыгин: «Не на­до се­го­дня пла­тить, я по­том сам ей де­нег дам. Я спе­ци­аль­но не го­во­рил своим о по­до­ро­жа­нии…» А вот Ан­дро­пов за­ка­зан­ную шу­бу опла­тил сра­зу, не стал по­до­ро­жа­ния ждать. В об­щем, и у них двой­ные стан­дар­ты были…

Юрий Вла­ди­ми­ро­вич че­ло­ве­ком был не азар­тным. Он не ув­ле­кал­ся ни фут­бо­лом, ни хок­ке­ем, да­же в ша­хма­ты или в до­ми­но не играл. Я пом­ню, как мы при­у­ча­ли его в до­ми­но играть. Едем в по­е­зде. Он, ко­мен­дант Ни­ки­тин, до­ктор Ва­лен­тин и я. Он го­во­рит: вы по­дыгрыва­е­те, я так не бу­ду играть. Он да­же не умел в эту про­стей­шую игру играть. А по­том его по­ти­хо­не­чку ста­ли на хок­кей та­скать, и он да­же ув­лёкся. Да­же Ви­кто­ра Ти­хо­но­ва ли­чно вызывал, что­бы тот из Ри­ги пе­ре­е­хал в Мо­скву в ЦСКА.

В мои обя­зан­но­сти вхо­ди­ло очень мно­гое. Во всех ко­ман­ди­ров­ках я дол­жен был зай­ти на ку­хню, по­смо­треть, что го­то­вят, как го­то­вят, ино­гда по­про­бо­вать. И го­во­рил на­шим пер­вым ли­цам, что мо­жно есть, а что не ре­ко­мен­ду­е­тся. А ко­гда я с Юри­ем Вла­ди­ми­ро­ви­чем Ан­дро­по­вым ездил в ко­ман­ди­ров­ку по­е­здом, то он при­ка­зывал не брать с со­бой по­ва­ров и офи­ци­ан­тов. При­хо­ди­лось в тря­су­щем­ся ва­го­не всё са­мо­му го­то­вить и при­но­сить. Но это обычное де­ло, часть ра­бо­ты.

Ко­не­чно, ни к Бре­жне­ву, ни к Ан­дро­по­ву я не при­вык так, как к Хру­щёву и Ко­сыги­ну, с ко­то­рыми ра­бо­тал очень дол­го. Но все их вку­сы, осо­бен­но­сти ли­чно­сти, при­вычки знал до­ско­наль­но. Ина­че нель­зя было. Один-два ра­за сде­лал что-то не­пра­виль­но, не пон­ра­ви­тся «ца­рю» – и всё, ра­бо­та­е­шь в дру­гом ме­сте. Или во­об­ще не ра­бо­та­е­шь в на­шей си­сте­ме. И та­кое быва­ло…

со­рок лет ря­дом с во­ждя­ми…

По­сле смер­ти Ко­сыги­на я вро­де бы от­жи­вал уже своё. Ра­бо­тал и с пер­выми ли­ца­ми, но на вре­мен­ной осно­ве, ездил в по­е­зд­ки, об­слу­жи­вал встре­чи с за­ру­бе­жными ли­де­ра­ми. Но ин­те­ре­са в ра­бо­те уже пра­кти­че­ски не было. Мо­жет быть, мас­штаб ли­чно­стей не тот был. Мне как-то всё рав­но было. По­том на­зна­чи­ли шеф-ин­стру­кто­ром. Я учил мо­ло­дых, ин­стру­кти­ро­вал, про­ве­рял. А по­том ув­лёкся аран­жи­ров­кой цве­тов. В 1986 го­ду испол­ни­лось 60 лет, на пен­сию по­ра. Но всё рав­но оста­ви­ли ме­ня на ра­бо­те. Я ведь, ко­гда ездил с пер­выми ли­ца­ми за ру­беж, мно­го ви­дел и всё за­по­ми­нал. Как цве­ты ра­спо­ла­га­ю­тся во вре­мя при­ёмов, встреч, тор­жеств. У нас-то этим все­рьёз ни­кто не за­ни­мал­ся. Я что-то ко­пи­ро­вал, что-то своё вно­сил. И в гор­ба­чёв­ские го­ды, и в ель­цин­ские.

Раи­се Гор­ба­чёвой нра­ви­лось. Я, на­при­мер, оформ­лял её встре­чи с жёна­ми чле­нов По­лит­бю­ро. И в До­ме при­ёмов на Во­ро­бьёвых го­рах, и в Но­во-ога­рёве. Она была в во­стор­ге. Ин­те­ре­со­ва­лась, кто де­лал, бла­го­да­ри­ла, пре­ми­ро­ва­ла да­же.

А одна­жды по­го­рел. Она го­во­рит мне: «Сде­лай­те мне ма­лень­кие бу­ке­ти­ки. Я хо­чу 23 фев­ра­ля по­здра­вить охра­ну». Ну­жно было 12 штук при­го­то­вить. А в то вре­мя, это ведь не нын­че, с цве­та­ми про­бле­ма была. Я по­е­здил по на­шим объе­ктам, где цве­ты выра­щи­ва­лись в те­пли­цах. Со­брал цве­ты, сфор­ми­ро­вал бу­ке­ты. А за­вер­нуть их не во что. Ну, по­шёл в ма­га­зин «Цве­ты» на Но­вом Ар­ба­те, ку­пил спе­ци­аль­ную бу­ма­гу. За­вер­нул, по­ста­вил в во­ду, что­бы до утра по­сто­я­ли. А ко­гда она ста­ла вру­чать цве­ты, у неё ру­ки испа­чка­лись от бу­ма­ги. Очень была не­до­воль­на. Она была очень ка­при­зной. Лю­би­ла за­да­вать тон. Де­мон­стри­ро­ва­ла жёнам ста­рых чле­нов По­лит­бю­ро эко­но­мию. Ко­гда устраи­ва­ла так на­зыва­е­мые жен­со­ве­ты в До­ме при­ёмов на Ле­нин­ских го­рах, на­чи­на­ла всех учить. Что­бы стол был про­стой, что­бы кон­фет на сто­ле было нем­но­го и не­до­ро­гих, что­бы за­ку­ски на сто­ле было не пять ви­дов, а один-два. Го­во­ри­ла: «Не тран­жи­рить». Что­бы изо­би­лия не было. До сих пор не по­ни­маю, по­че­му у неё та­кой стран­ный ха­ра­ктер был, ведь про­ти­во­по­став­ля­ла се­бя пра­кти­че­ски всем. Во мно­гом, ко­не­чно, её «ди­кта­ту­ра» и вызыва­ю­щее по­ве­де­ние нав­ре­ди­ли Гор­ба­чёву. Он и так был ру­ко­во­ди­те­лем не са­мым силь­ным, а тут ещё и под ка­блук пу­бли­чно по­па­дал. Пом­ни­те, сколь­ко анек­до­тов на эту те­му было…

Ко­гда мы во­шли в эпо­ху но­вой Рос­сии, да­же в на­шей си­сте­ме были про­бле­мы с обе­спе­че­ни­ем. Ну­жно было, на­при­мер,

её «ди­кта­ту­ра» и вызыва­ю­щее по­ве­де­ние нав­ре­ди­ли Гор­ба­чёву. Он и так был ру­ко­во­ди­те­лем не са­мым силь­ным, а тут ещё и под ка­блук пу­бли­чно по­па­дал.

сде­лать цве­то­чную ком­по­зи­цию с бу­ке­ти­ка­ми, пе­ре­вя­зан­ными лен­та­ми цве­тов рос­сий­ско­го фла­га. А лен­то­чек та­ких днём с огнём не най­ти было. У ме­ня, прав­да, был в за­па­се мо­ток кра­си­вой лен­ты, ко­то­рую я лет за двад­цать до это­го из Бел­гра­да при­вёз. Но там цве­та по-дру­го­му ра­спо­ло­же­ны: свер­ху си­ний, в се­ре­ди­не бе­лый, вни­зу кра­сный. Не­че­го де­лать, при­шлось исполь­зо­вать. И ни­кто не за­ме­тил!

Так я и про­ра­бо­тал до 1996 го­да, то есть до ель­цин­ских вре­мён. Кста­ти, для Наи­ны Ель­ци­ной я де­лал цве­то­чные ком­по­зи­ции. Я же ма­стер на все ру­ки. По­это­му, на­вер­ное, и про­дер­жал­ся со­рок лет ря­дом с во­ждя­ми… n

Бре­жнев и ан­глий­ский пре­мьер га­рольд виль­сон в крем­ле. але­ксей саль­ни­ков пря­мо за спи­ной у пер­вых лиц

рас­ска­зыва­ют, что ле­о­нид ильич ча­стень­ко заи­ски­вал пе­ред ко­сыги­ным

юрий ан­дро­пов об­щал­ся с лю­дьми не толь­ко на кон­спи­ра­тив­ных квар­ти­рах

мо­гу­ще­ствен­ная ядгар на­срид­ди­но­ва, пред­се­да­тель со­ве­та на­ци­о­наль­но­стей вер­хов­но­го со­ве­та ссср Бе­се­ду­ет с але­ксе­ем саль­ни­ко­вым

«про­стые пар­ни» Бре­жнев и по­дгор­ный

раи­са гор­ба­чёва: «кон­фе­ты – по­де­шев­ле, цве­ты – в ва­зу!»

але­ксей саль­ни­ков дру­жил с дми­три­ем по­лян­ским, пред­се­да­те­лем сов­ми­на рсфср

Newspapers in Ukrainian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.