Са­краль­ные тай­ны бу­ма­ги

Ипа­тьев­ская ле­то­пись, вклю­ча­ю­щая в се­бя «по­весть вре­мен­ных лет», была на­пи­са­на на фран­цуз­ской бу­ма­ге. соб­ствен­ная бу­ма­га по­яви­лась в рос­сии при ива­не iv

Sovershenno sekretno Spetsvyipusk (Ukraine) - - История Вещей - Ви­ктор МИШЕЦКИЙ Спе­ци­аль­но для «Со­вер­шен­но се­кре­тно»

Са­мо­ва­ры спра­ве­дли­во счи­та­ю­тся рус­ским на­ци­о­наль­ным до­сто­я­ни­ем, а выде­лан­ная вру­чную бу­ма­га – на­ци­о­наль­ным до­сто­я­ни­ем япон­ским. Един­ствен­ное, что на­до учесть при этом, это то, что и то и дру­гое, и бу­ма­га, и са­мо­ва­ры, впер­вые по­яви­лись в Ки­тае.

Адми­рал Пу­тя­тин, при­плыв в Япо­нию в но­я­бре 1854 го­да, сра­зу пре­дло­жил на­чать пе­ре­го­во­ры об уста­нов­ле­нии ди­пло­ма­ти­че­ских отно­ше­ний ме­жду дву­мя стра­на­ми. Гу­бер­на­тор про­вин­ции по­лу­чил от сёгу­на, пра­ви­те­ля Япо­нии, ра­зре­ше­ние на ве­де­ние пе­ре­го­во­ров. Пе­ре­го­во­ры были прер­ва­ны ра­зру­ши­тель­ным зем­ле­тря­се­ни­ем и по­сле­до­вав­шим за ним цу­на­ми. Фре­гат Пу­тя­ти­на «Ди­а­на» по­сле стол­кно­ве­ния с ри­фа­ми ока­зал­ся пов­ре­ждён­ным и по­зже за­то­нул. Адми­ра­лу вме­сте с ко­ман­дой при­шлось пе­ре­йти на бе­рег, где он и его то­ва­ри­щи са­мо­о­твер­жен­но по­мо­га­ли по­стра­дав­ше­му в при­ро­дном ка­та­кли­зме на­се­ле­нию. По прось­бе Пу­тя­ти­на, ему, для то­го что­бы вер­ну­ться на ро­ди­ну, были выде­ле­ны ма­те­ри­а­лы и ме­стные ра­бо­чие для строи­тель­ства су­дна. Вот пе­ред во­зв­ра­ще­ни­ем на по­стро­ен­ной шху­не и был, в фев­ра­ле 1855 го­да, под­пи­сан пер­вый рус­ско-япон­ский до­го­вор. Стоит отме­тить и то, что сов­ре­мен­ная кар­ти­на ху­до­жни­ка Ра­зжи­ви­на пи­са­на ма­слом, в тра­ди­ци­он­ной ма­не­ре, а япон­ская ре­про­ду­кция на­пе­ча­та­на ла­зер­ным прин­те­ром по­сле­дне­го по­ко­ле­ния на лу­чшем сор­те тра­ди­ци­он­ной бу­ма­ги, «ва­си»…

Шёлк и тря­пки

…Отри­цать то, что боль­шое ко­ли­че­ство су­дьбо­но­сных изо­бре­те­ний было сде­ла­но в Ки­тае, бес­смыслен­но. Прав­да с са­мо­ва­ра­ми во­прос оста­ётся всё-та­ки открытым. Как ми­ни­мум прин­цип объе­ди­не­ния в одной кон­стру­кции со­су­да для во­ды, жа­ров­ни и про­хо­дя­щей че­рез со­суд тру­бы был изве­стен ещё древ­ним пер­сам. Но ва­жно дру­гое: как при­ори­тет, по­длин­ный или мни­мый, вли­я­ет на са­мо­о­щу­ще­ние – если мо­жно так выра­зи­ться, – но­си­те­ля при­ори­те­та? Но­си­тель мо­жет при­ни­мать пер­вен­ство со спо­кой­ным до­стоин­ством, не выпя­чи­вая се­бя и не пыта­ясь уни­зить дру­гих. А мо­жет счи­тать, что сде­лан­ное пред­ка­ми мно­го ве­ков на­зад по­дни­ма­ет его са­мо­го над все­ми про­чи­ми. Та­кая по­зи­ция хо­ро­шо опи­са­на в кни­ге «Осо­бый ра­йон Ки­тая» ка­дро­во­го ра­звед­чи­ка Пе­тра Вла­со­ва, отца зна­ме­ни­то­го штан­ги­ста Юрия Вла­со­ва. Там вы­сту­па­ю­щий под псев­до­ни­мом «Пётр Вла­ди­ми­ров» ав­тор упо­ми­на­ет бе­се­ду с Мао Цзэду­ном, во вре­мя ко­то­рой Мао, пре­не­бре­жи­тель­но по­смо­трев на одно­го из со­вет­ских во­ен­ных со­ве­тни­ков, ска­зал, что, мол, не на­до нас тут учить, вы ещё жи­ли в пе­ще­рах и но­си­ли шку­ры, ко­гда у нас, у ки­тай­цев, уже был по­рох.

Оста­вим, одна­ко, во­прос при­ори­те­тов. При­зна­ем с хо­ло­дным рас­суд­ком – бу­ма­гу изо­бре­ли ки­тай­цы: в 105 го­ду на­шей эры Цай Лунь по­дал им­пе­ра­то­ру Хэ-ди про­ше­ние, в ко­то­ром опи­сывал способ по­лу­че­ния бу­ма­ги, и испра­ши­вал ра­зре­ше­ние на её прои­звод­ство. Прав­да, про­ше­ние Цай Лу­ня все­го ли­шь пер­вый пи­сьмен­ный до­ку­мент, в ко­то­ром упо­ми­на­е­тся бу­ма­га. Ар­хе­о­ло­ги­че­ские ра­ско­пки в про­вин­ции Шань­си да­ют осно­ва­ние утвер­ждать, что в Ки­тае бу­ма­га исполь­зо­ва­лась уже во II ве­ке до на­шей эры. До Цай Лу­ня бу­ма­гу де­ла­ли из бра­ко­ван­ных ко­ко­нов шел­ко­пря­да и на бу­ма­ге пи­са­ли те, ко­му не по кар­ма­ну было пи­сать на шёл­ке.

Изо­бре­те­ние Цай Лу­ня со­сто­я­ло в том, что он ра­сто­лок во­ло­кна шел­ко­ви­цы или ту­то­во­го де­ре­ва вме­сте с дре­ве­сной зо­лой, тря­пка­ми и пень­кой, до­ба­вил во­ду и по­лу­чив­шу­ю­ся мас­су выло­жил на фор­му, сде­лан­ную из де­ре­ва. По­сле су­шки на солн­це мас­са была ра­згла­же­на, и в ре­зуль­та­те по­лу­чи­лись про­чные ли­сты бу­ма­ги.

Уже то­гда в Ки­тае на­учи­лись де­лать бу­ма­гу ра­зных сор­тов и цве­тов. Она была не обя­за­тель­но бе­лой – спе­ци­аль­ными кра­си­те­ля­ми ей при­да­вал­ся по тре­бо­ва­нию за­каз­чи­ка ну­жный ему цвет. Обычно та­кой, ко­то­рый по­сред­ством при­ня­той в Ки­тае сим­во­ли­ке цве­та сра­зу опре­де­лял при­на­дле­жность пи­шу­ще­го на бу­ма­ге к той или иной со­ци­аль­ной груп­пе. Но край­не ва­жным было то, что ки­тай­цы вов­се не соби­ра­лись де­ли­ться с кем ни по­па­дя се­кре­том изго­тов­ле­ния бу­ма­ги. Этот се­крет охра­нял­ся не столь рья­но, как се­крет шёл­ка, ко­гда смер­ти пре­да­вал­ся не толь­ко по­до­зре­ва­е­мый в по­пытке вывез­ти шёл­ко­вые ко­ко­ны за пре­де­лы По­дне­бе­сной, но и все чле­ны его се­мьи. В слу­чае с бу­ма­гой смер­тная казнь была га­ран­ти­ро­ва­на толь­ко по­пав­ше­му под по­до­зре­ние.

Тем не ме­нее в кон­це VI ве­ка бу­ма­га ста­но­ви­тся изве­стной в стра­не, бо­лее открытой ми­ру, чем им­пе­ра­тор­ский Ки­тай,– в Ко­рее. Имен­но че­рез Ко­рею бу­ма­га по­па­ла и в Япо­нию. В одном из древ­ней­ших япон­ских пи­сьмен­ных па­мя­тни­ков, «Ни­хон сёки», то есть в «Япон­ских ан­на­лах», на­пи­сан­ных, что не­ма­ло­ва­жно, – на клас­си­че­ском ки­тай­ском языке в 720 го­ду, есть упо­ми­на­ние о ко­рей­ском буд­дист­ском мо­на­хе Дон­тё. Этот мо­нах в 610 го­ду при­плыл на Япон­ские остро­ва и, ско­рее все­го тай­ком, при­вёз с со­бой и образ­цы бу­ма­ги, и чер­ни­ла, а та­кже се­кре­ты их прои­звод­ства.

вме­сте с араб­ской кон­ни­цей

Выда­ю­щий­ся рус­ский во­е­на­чаль­ник, во­ен­ный те­о­ре­тик, пу­бли­цист и во­сто­ко­вед Ан­дрей Сне­са­рев в ра­бо­те «Фи­ло­со­фия вой­ны» при­во­дил ра­зные спосо­бы под­счёта сум­мар­но­го «мир­но­го вре­ме­ни», то есть то­го вре­ме­ни, ко­гда ни­где на Зем­ле не ве­лось войн. Ни у са­мо­го Сне­са­ре­ва, ни у дру­гих ав­то­ров ни­как не по­лу­ча­лось боль­ше двад­ца­ти­трид­ца­ти лет. За всю исто­рию че­ло­ве­че­ства. Иными сло­ва­ми, пра­кти­че­ски всю свою исто­рию лю­ди были за­ня­ты тем, что, как утвер­ждал Лев Тол­стой, про­тив­но их соб­ствен­ной при­ро­де.

Одной же сто­ро­ной бе­ско­не­чных войн было то, что вой­ны ини­ции­ро­ва­ли обмен изо­бре­те­ни­я­ми. Пря­мой или ко­свен­ный. На­ме­рен­ный или слу­чай­ный. И на За­пад бу­ма­га по­па­ла в ре­зуль­та­те слу­чая, во вре­мя вой­ны. Да, она бы по­па­ла ту­да всё рав­но, но имен­но вой­на уско­ри­ла ра­с­про­стра­не­ние это­го изо­бре­те­ния. Вой­на, бла­го­да­ря ко­то­рой бу­ма­га по­па­ла на За­пад, на­ча­лась в 749 го­ду взя­ти­ем Гао Сяньч­жи, пол­ко­вод­цем им­пе­рии Тан, Та­шкен­та. В Сре­днюю Азию к это­му вре­ме­ни втор­глись вой­ска Аб­ба­сид­ско­го ха­ли­фа­та. Ара­бы ве­ли успе­шную вой­ну с Тюр­ге­шским ка­г­ана­том, и, те­сня вой­ска ка­га­на­та, на­ча­ли всту­пать в стол­кно­ве­ния с пе­ре­до­выми отря­да­ми ки­тай­цев, по­джи­мав­шим ка­га­нат с Во­сто­ка.

По­сле то­го как Гао Сяньч­жи взял Та­шкент и про­дол­жил дви­же­ние на За­пад, на­ме­стни­ку ха­ли­фа Абу Му­сли­му при­шлось по­сылать по­мо­щь оса­ждён­но­му в Та­ра­зе (в ныне­шнем Ка­зах­ста­не, в со­вет­ское вре­мя го­род Джам­бул) гар­ни­зо­ну. Пол­ко­во­дец Абу Му­сли­ма Зи­яд ибн Са­лих вы­сту­пил в по­ход с отря­дом йе­мен­ской кон­ни­цы. Ибн Са­лих по­слал гон­цов к тюр­ге­шско­му ка­га­ну, пре­дла­гая за­быть ста­рые оби­ды и объе­ди­ни­ться про­тив ки­тай­цев, и ка­ган ре­шил со­е­ди­ни­ться с ара­ба­ми. Пе­ред би­твой на ре­ке Та­лас вбли­зи Та­ра­за, ка­ган по­ка­зал ибн Са­ли­ху пи­сьма ки­тай­цев с ана­ло­ги­чным пре­дло­же­ни­ем. Они были на­пи­са­ны на бу­ма­ге, ма­те­ри­а­ле, есте­ствен­но, не­зна­ко­мом ара­бам, пи­сав­шим свои пи­сьма на пер­га­мен­те.

Би­тва, в ко­то­рой в об­щей сло­жно­сти уча­ство­ва­ло по­чти две­сти тысяч че­ло­век, во­шла в исто­рию как одна из са­мых кро­ва­вых. К вой­скам ха­ли­фа­та и ка­га­на при­со­е­ди­ни­лось опол­че­ние тюр­кским пле­мён. Сра­же­ние шло по­чти пять дней и за­вер­ши­лось пол­ным ра­згро­мом войск им­пе­рии Тан. Гао Саньч­жи с тру­дом избе­жал пле­на, бе­жал, бро­сив весь свой обоз.

Одна­ко са­ми ара­бы по­не­сли та­кой ущерб, что не смо­гли дви­га­ться да­лее на Во­сток. Выи­грав­ши­ми ока­за­лись пра­ви­те­ли Тюр­ге­шско­го ка­га­на­та и по­тре­би­те-

Вме­сте с араб­ской кон­ни­цей бу­ма­га по­па­ла на Си­ци­лию и в Испа­нию. Про­дви­же­ние бу­ма­ги за­ня­ло по­чти 400 лет – толь­ко в се­ре­ди­не XII ве­ка бу­ма­жные ма­ну­фа­кту­ры на­ча­ли открыва­ться в Ита­лии.

ли бу­ма­ги. Пра­ви­те­ли ка­га­на­та – пусть на не­про­дол­жи­тель­ное вре­мя – пе­ре­ста­ли ощу­щать се­бя за­жа­тыми ме­жду ха­ли­фа­том и им­пе­ри­ей Тан. На ра­до­стях они от­да­ли ара­бам по­пав­ших в плен ки­тай­ских ма­сте­ров-бу­ма­го­де­ла­те­лей. Вско­ре в Са­мар­кан­де ара­ба­ми было осно­ва­но пер­вое к За­па­ду от Ки­тая бу­ма­жное прои­звод­ство, при­чём с неи­зве­стным ки­тай­цам нов­ше­ством – впер­вые бу­ма­жную мас­су не тол­кли в сту­пе, а ра­сти­ра­ли, и в ка­че­стве сырья были исполь­зо­ва­ны тря­пки и хло­пок.

Се­крет прои­звод­ства бу­ма­ги из Сре­дней Азии по­пал в Ме­со­по­та­мию, да­лее – в Си­рию и Еги­пет. Вме­сте с араб­ской кон­ни­цей бу­ма­га дви­га­лась че­рез Се­вер­ную Афри­ку, по­па­ла на Си­ци­лию и в Испа­нию. Про­дви­же­ние бу­ма­ги за­ня­ло по­чти че­тыре­ста лет – толь­ко в се­ре­ди­не XII ве­ка бу­ма­жные ма­ну­фа­кту­ры на­ча­ли открыва­ться в Ита­лии.

До се­ре­ди­ны XVI ве­ка в Рос­сии пи­са­ли на за­ве­зён­ной из Ита­лии бу­ма­ге, «фряж­ской». Са­мо рус­ское сло­во «бу­ма­га» заим­ство­ва­но из ита­льян­ско­го языка, в ко­то­ром «бам­ба­джия» озна­ча­ет «хло­пок». По­зже ита­льян­цев на рус­ском рын­ке по­те­сни­ли фран­цу­зы, но уже Ипа­тьев­ская ле­то­пись, вклю­ча­ю­щая в се­бя и «По­весть вре­мен­ных лет», са­мый древ­ний спи­сок ко­то­рой да­ти­ру­е­тся XV ве­ком, была на­пи­са­на на фран­цуз­ской бу­ма­ге. Соб­ствен­ная бу­ма­га по­яви­лась в Рос­сии при Ива­не IV, но по неи­зве­стным при­чи­нам бу­ма­жная мель­ни­ца под Мо­сквой про­су­ще­ство­ва­ла не­дол­го.

Толь­ко в 1716 го­ду ука­зом Пе­тра Ве­ли­ко­го под Пе­тер­бур­гом была открыта Ду­дер­го­фская (по­зже – Кра­сно­сель­ская) бу­ма­жная ма­ну­фа­кту­ра. Пётр, ре­шав­ший мно­гие во­про­сы ра­ди­каль­но, та­кже ре­шил и во­прос сырья: по всей стра­не был ор­га­ни­зо­ван сбор тря­пья, вве­дён бу­ма­жный на­лог, укло­няв­ши­хся не­ща­дно се­кли по­ли­цмей­сте­ры. Кро­ме то­го, Пётр ввёл высо­кие по­шли­ны на вво­зи­мую бу­ма­гу, а в 1721 го­ду обя­зал ве­сти все де­ло­прои­звод­ство исклю­чи­тель­но на оте­че­ствен­ной бу­ма­ге.

«Эджвор­тия бу­ма­го­но­сная»

Япон­ская бу­ма­га в Рос­сии ста­ла изве­стной по­сле на­ча­ла ре­во­лю­ции Мэй­дзи. Во­змо­жно, от­дель­ные ли­сты япон­ской бу­ма­ги пре­жде в Рос­сию и по­па­да­ли, но ли­шь толь­ко ре­фор­мы им­пе­ра­то­ра Му­цу­хи­то открыли Япо­нию, и то­гда япон­ская бу­ма­га ста­ла ши­ро­ко изве­стна ми­ру. Впро­чем, за­дол­го до на­чал ре­во­лю­ции Мэй­дзи «ва­си», то есть тра­ди­ци­он­ная япон­ская бу­ма­га, по­па­да­ла в За­па­дную Ев­ро­пу. Она была очень до­ро­га, исполь­зо­ва­лась в слу­ча­ях исклю­чи­тель­ных и исклю­чи­тель­ными лю­дьми: имен­но на «ва­си» от­ти­ски­вал мно­гие свои офор­ты ве­ли­кий Рем­брандт.

Пер­вое опи­са­ние «ва­си» в Рос­сии по­яви­лось в 1868 го­ду, в жур­на­ле «Во­круг све­та». Опи­сыва­лась не толь­ко те­хно­ло­гия прои­звод­ства, но и исхо­дное сырье: «Для выдел­ки бу­ма­ги в Япо­нии упо­тре­бля­ют бу­ма­жный да­фны (ми­цу ма­та), не­боль­шое де­ре­во, ко­то­рое не ра­стёт в Япо­нии ди­ко, но ра­зво­ди­тся. Дру­гой по­лу­ку­стар­ник, на­зыва­е­мый гам­пи, та­кже слу­жит для выдел­ки бу­ма­ги. Он ра­стёт ди­ко, но его ра­зво­дят по­до­бным же обра­зом, как ма­ту. Гам­пи до­став­ля­ет бо­лее тон­кую бу­ма­гу, не­же­ли ми­цу, а по­сле­дний лу­чший сорт, ка­ми­ка­со­ка, тре­тье бу­ма­жное ра­сте­ние, упо­тре­бля­е­мое преи­му­ще­ствен­но для выдел­ки сор­тов, от ко­то­рых тре­бу­е­тся кре­пость… При выдел­ке бу­ма­ги из пру­тьев де­ла­ют пу­чки, … их по­двер­га­ют дей­ствию го­ря­чих во­дя­ных па­ров… сни­ма­ют с них всю ко­ру, высу­ши­ва­ют на солн­це, ко­ру кла­дут в во­ду и сти­ра­ют с неё ко­жи­цу. За­тем её выма­чи­ва­ют в те­че­ние не­сколь­ких ча­сов в те­ку­чей во­де и, на­ко­нец, ра­зби­ва­ют на ку­ски, ко­то­рые ра­сти­ра­ют в сту­пке. По­лу­чен­ная му­ка со­став­ля­ет основ­ную мас­су бу­ма­ги. К ней при­бав­ля­ют клей, … все во­ло­кна ра­спо­ла­га­ют по одно­му на­прав­ле­нию, вслед­ствие че­го бу­ма­га при­о­бре­та­ет ве­сьма зна­чи­тель­ную по­пе­ре­чную пло­тность. Обра­бо­тан­ная та­ким обра­зом бу­ма­жная мас­са кла­дётся на глад­кую пла­стин­ку и высу­ши­ва­е­тся».

Ра­зли­чие сор­тов япон­ской бу­ма­ги в за­ви­си­мо­сти от исхо­дно­го ма­те­ри­а­ла по­дра­зу­ме­ва­ет и ра­зли­чные обла­сти при­ме­не­ния бу­ма­ги. Во-пер­вых, бу­ма­га исполь­зо­ва­лась как строи­тель­ный ма­те­ри­ал тра­ди­ци­он­но­го япон­ско­го до­ма, в ко­то­ром «сёдзи», то есть ра­мы с на­тя­ну­той на них про­чной бу­ма­гой, пред­став­ля­ют со­бой вне­шние ра­здви­жные сте­ны. Лю­би­те­ли япон­ской по­эзии мо­гут вспом­нить тро­га­тель­ное хок­ку «Вспо-ми­наю умер­ше­го ре­бён­ка» по­этес­сы XVIII ве­ка Тиё: «Боль­ше не­ко­му ста­ло//де­лать дыр­ки в бу­ма­ге окон.//но как хо­ло­дно в до­ме!» Во-вто­рых, бу­ма­га для тра­ди­ци­он­ных япон­ских фо­на­рей, ра­зли­чав­ши­хся как ра­зме­ра­ми, так и тем ме­стом, где фо­нарь мо­жно было по­ста­вить или по­две­сить. В-тре­тьих, бо­лее мяг­кие сор­та бу­ма­ги исполь­зо­ва­лись как за­ме­ни­тель тка­ни и шли на изго­тов­ле­ние оде­жды: «Все мор­щин­ки на нём ра­згла­жу!//я в го­сти иду – лю­бо­ва­ться на снег –//В этом ста­ром пла­тье бу­ма­жном» – пи­сал в XVII ве­ке зна­ме­ни­тый япон­ский по­эт Ба­сё.

Впро­чем, пе­ре­чи­слять все обла­сти при­ме­не­ния в Япо­нии бу­ма­ги – по­ми­мо бу­ма­ги не­по­сред­ствен­но для пи­сьма – мо­жно очень дол­го. Стоит отме­тить хо­тя бы то, что та­кже отме­че­но в клас­си­че­ском ли­те­ра­тур­ном при­ме­ре, в ро­ма­не Сей Сэна­гон «За­пи­ски у изго­ло­вья» (Х век): «Бу­ма­га цве­та ам­бры про­пи­та­на аро­ма­том и слад­ко бла­го­у­ха­ет». Ведь на про­тя­же­нии ве­ков спе­ци­аль­ная бу­ма­га опре­де­лён­ных цве­тов за­ме­ня­ла бла­го­во­ния.

бе­сшум­но и нем­но­го вла­жно

«Ва­си» уже бо­лее 1300 лет де­ла­ют вру­чную в пре­фе­кту­ре Кан­сай из дре­ве­си­ны брус­со­не­тии бу­ма­жной, или бу­ма­жной шел­ко­ви­цы. Это де­ре­во се­мей­ства ту­то­вых, име­ну­е­мое в Япо­нии «ко­дзо». Глав­ное в брус­со­не­тии – луб, при­чём не вся­кий: исполь­зу­е­тся луб толь­ко тех по­бе­гов, ко­то­рые ра­стут от ком­ля. Их сре­за­ют раз в го­ду – осе­нью.

Клас­сик япон­ской ли­те­ра­ту­ры Дзю­нъи­ти­ро Та­ни­дза­ки, отме­чав­ший, что в ев­ро­пей­ской бу­ма­ге ви­ден толь­ко пре­дмет «пра­кти­че­ской не­об­хо­ди­мо­сти», а япон­ская да­ёт «те­пло­ту, до­став­ля­ю­щую нам вну­трен­нее успо­ко­е­ние», пи­сал о бе­ли­зне бу­ма­ги пре­фе­кту­ры Кан­сай, что она «мяг­ко по­гло­ща­ет в се­бе лу­чи све­та, по­до­бно пу­ши­стой по­верх­но­сти пер­во­го сне­га. Вме­сте с тем эти сор­та бу­ма­ги очень эла­сти­чны на ощу­пь и не прои­зво­дят ни­ка­ко­го шу­ма, ко­гда их пе­ре­ги­ба­е­шь или скла­дыва­е­шь. При­ко­сно­ве­ние к ним да­ёт то же ощу­ще­ние, что и при­ко­сно­ве­ние к ли­стьям де­ре­ва: бе­сшум­но­сти и не­ко­то­рой вла­жно­сти».

Су­ще­ству­ет мно­же­ство клас­си­фи­ка­ций тра­ди­ци­он­ной бу­ма­ги. Ви­ды «ва­си» столь же ра­зно­обра­зны, как ра­зно­обра­зны и цве­та в япон­ской клас­си­фи­ка­ции цве­тов: для ка­ждо­го ви­да бу­ма­ги есть своё на­зва­ние, свой на­бор ха­ра­кте­ри­стик, своя область при­ме­не­ния. К при­ме­ру, не­ко­то­рые сор­та «ва­си» мо­гут быть исполь­зо­ва­ны для кал­ли­гра­фии, но не для жи­во­пи­си, дру­гие толь­ко для жи­во­пи­си, но не для кал­ли­гра­фии, на дру­гих мо­жно и дол­жно пи­сать сти­хи, на дру­гих – про­зу. Япон­ские ху­до­жни­ки все­гда тща­тель­но под­хо­ди­ли к выбо­ру бу­ма­ги. При­чём мно­гим при­хо­ди­лось искать для се­бя ори­ги­наль­ный, пре­жде не су­ще­ство­вав­ший сорт.

Они до­го­ва­ри­ва­лись с ма­сте­ра­ми, вни­ма­тель­но на­блю­да­ли за про­цес­сом изго­тов­ле­ния бу­ма­ги. Про­си­ли сде­лать бу­ма­гу бо­лее гру­бой за счёт боль­шо­го чи­сла пло­тных во­ло­кон. Или, на­о­бо­рот, как мо­жно бо­лее мяг­кой, лег­че впи­тыва­ю­щей кра­ски. Быва­ли та­кже слу­чаи, ко­гда ху­до­жник не мог исполь­зо­вать уже име­ю­щи­е­ся сор­та тра­ди­ци­он­ной бу­ма­ги из-за спе­ци­фи­ки сво­е­го твор­че­ства. Са­мым ха­ра­ктер­ным при­ме­ром мо­жет слу­жить клас­сик япон­ской жи­во­пи­си Оку­му­ра Ма­са­но­бу (XVIII век), в от­дель­ных про­яв­ле­ни­ях сво­е­го твор­че­ства – край­не фри­воль­ный ху­до­жник, пра­кти­че­ски пор­но­граф. Ра­бо­ты Ма­са­но­бу поль­зо­ва­лись огром­ным спро­сом, но ему при­шлось най­ти для кар­тин, изо­бра­жа­ю­щих эро­ти­че­ские за­ба­вы ари­сто­кра­тии, ори­ги­наль­ную бу­ма­гу.

Впро­чем, по­до­бное объя­сня­е­тся тем, что «ва­си» в Япо­нии не­сёт в се­бе и са­краль­ную фун­кцию. Опре­де­лён­ным обра­зом свёр­ну­тые и на­дре­зан­ные лис­тки бу­ма­ги сим­во­ли­зи­ру­ют мо­ли­тву и по­дно­ше­ние бо­же­ству, при­чём, не­смо­тря на все бо­гат­ство цве­тов бу­ма­ги, глав­ным цве­том был и оста­ётся бе­лый клас­си­че­ский цвет бу­ма­ги. Этот цвет счи­та­е­тся в син­тои­зме сим­во­лом чи­сто­ты, что на­шло отра­же­ние и в клас­си­че­ском хок­ку по­эта XVIII ве­ка Бу­со­на:

«Век бы смо­трел!//в ру­ке у лю­би­мой ве­ер –//Бе­лый-пре­бе­лый».

Тра­ди­ци­он­ная япон­ская бу­ма­га, «ва­си», одно из са­мых уди­ви­тель­ных яв­ле­ний япон­ской куль­ту­ры. Ха­ра­ктер­но, что «ва­си», ро­ждён­ная в ре­зуль­та­те чре­звычай­но тру­до­ём­ко­го и скру­пу­лёзно­го ста­рин­но­го про­цес­са, бу­ду­чи исполь­зо­ва­на на са­мых сов­ре­мен­ных устрой­ствах, по­ро­жда­ет не­кую но­вую фор­му эсте­ти­че­ско­го пе­ре­жи­ва­ния, ха­ра­ктер­ную для XXI ве­ка.

япон­ская бу­ма­га эпо­хи эдо

ипа­тьев­ская ле­то­пись, вклю­ча­ю­щая в се­бя и «По­весть вре­мен­ных лет», са­мый древ­ний спи­сок ко­то­рой да­ти­ру­е­тся Xv ве­ком, была на­пи­са­на на Фран­цуз­ской бу­ма­ге

Newspapers in Ukrainian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.