Взрыв Вар­шав­ской ци­та­де­ли

95 лет на­зад бо­е­ви­ки во­ен­но­го от­де­ла ком­му­ни­сти­че­ской ра­бо­чей пар­тии поль­ши под ру­ко­вод­ством гпу взор­ва­ли склад со взрыв­ча­ткой в цен­тре го­ро­да

Sovershenno sekretno Spetsvyipusk (Ukraine) - - Секреты Спецслужб - Вла­ди­мир ВОРОНОВ Спе­ци­аль­но для «Со­вер­шен­но се­кре­тно»

Ран­ним утром 13 октя­бря 1923 го­да поль­скую сто­ли­цу по­тряс стра­шный взрыв. Гри­го­рий Бе­се­дов­ский, высо­ко­по­став­лен­ный со­тру­дник то­гда­шней со­вет­ской мис­сии в Вар­ша­ве, вспо­ми­нал, как его ра­збу­дил мо­щный тол­чок, ра­спа­хну­лась бал­кон­ная дверь, из окон по­сыпа­лись стёкла, а удар­ная вол­на сме­ла на пол всех и всё. Вы­ско­чив вме­сте с же­ной на бал­кон, со­вет­ский ди­пло­мат уви­дел, что вся ули­ца за­сыпа­на гру­да­ми би­то­го сте­кла и по ней в ужа­се бе­гут тол­пы лю­дей. Вско­ре ста­ло изве­стно, что взрыв прои­зо­шёл в Вар­шав­ской ци­та­де­ли: взор­ва­лась боль­шая часть по­гре­бов, где хра­ни­лась мо­щная взрыв­ча­тка, экра­зит (пи­кри­но­вая ки­сло­та, в Рос­сии её име­но­ва­ли ме­ли­нит, а в Япо­нии – ши­мо­за).

«Си­ла взрыва была так ве­ли­ка, – вспо­ми­нал Бе­се­дов­ский, – что ро­та сол­дат, сто­яв­шая на пла­цу в по­лу­ки­ло­ме­тре от ци­та­де­ли, была по­дня­та це­ли­ком на во­здух и сбро­ше­на на се­ре­ди­ну Ви­слы, где уто­ну­ло не­сколь­ко де­ся­тков че­ло­век». Все­го же от взрыва по­стра­да­ли со­тни лю­дей, и «толь­ко сча­стли­вой слу­чай­но­стью мо­жно было объя­снить, что уце­ле­ли пре­дме­стья и ули­цы Вар­ша­вы, ра­спо­ло­жен­ные вбли­зи ци­та­де­ли.

След­ствие быстро уста­но­ви­ло, что ци­та­дель взле­те­ла на во­здух не из-за высо­кой чув­стви­тель­но­сти этой взрыв­ча­тки или, ска­жем, не­о­сто­ро­жно­сти ча­со­во­го, а «от ад­ской ма­ши­ны, спря­тан­ной в про­хо­де пер­во­го по­гре­ба». Не­по­сред­ствен­ными испол­ни­те­ля­ми те­ра­кта были бо­е­ви­ки так на­зыва­е­мо­го во­ен­но­го от­де­ла Ком­му­ни­сти­че­ской ра­бо­чей пар­тии Поль­ши, но сде­ла­ли они это по не­по­сред­ствен­но­му ука­за­нию се­кре­та­ря со­вет­ско­го пол­пред­ства Сте­фа­на Елен­ско­го (на­сто­я­щая фа­ми­лия Уз­дан­ский). Елен­ский был за­ме­сти­те­лем ру­ко­во­ди­те­ля объе­ди­нён­ной ре­зи­ден­ту­ры Ино­стран­но­го от­де­ла (ИНО) ГПУ и Ра­зве­ду­пра РККА в Поль­ше Ме­чи­сла­ва Ло­га­нов­ско­го – по ли­нии во­ен­ной ра­звед­ки. Прав­да, по дру­гой вер­сии, ор­га­ни­за­то­ром был вто­рой се­кре­тарь со­вет­ской мис­сии Ка­зи­мир Ба­ран­ский (Ко­бе­цкий), ко­то­рый был за­мом Ло­га­нов­ско­го уже по ли­нии ГПУ. Впо­след­ствии имен­но он и по­лу­чил за это де­ло ор­ден Кра­сно­го Зна­ме­ни. Ра­зу­ме­е­тся, ини­ци­а­ти­ва столь кру­пно­го ди­вер­си­он­но­го акта исхо­ди­ла от бо­лее высо­ких фи­гур. Су­дя по до­сту­пным исто­чни­кам, не­по­сред­ствен­ное ука­за­ние ор­га­ни­зо­вать те­ракт по­сту­пи­ло из Мо­сквы от Ио­си­фа Ун­шли­хта – 1-го зам­пре­да ГПУ, чле­на РВС СССР, ру­ко­во­ди­те­ля поль­ской се­кции Ко­мин­тер­на. Имен­но Ун­шлихт то­гда опре­де­лял со­вет­скую по­ли­ти­ку в Поль­ше, он же ко­ор­ди­ни­ро­вал де­я­тель­ность всех со­вет­ских спец­служб в Поль­ше – как по ли­нии Испол­ко­ма Ко­мин­тер­на, так и по ли­ни­ям ИНО ГПУ и Ра­зве­ду­пра РККА.

Пе­ри­од с 1920 по 1925 год в Поль­ше име­ну­ют «се­зо­ном бомб»: стра­ну со­тря­са­ла че­ре­да взрывов в го­су­чре­жде­ни­ях, уни­вер­си­те­тах, ре­да­кци­ях га­зет, не­сколь­ко раз пыта­лись взор­вать и Пил­суд­ско­го. Всем этим за­ни­ма­лась та же ди­вер­си­он­ная ор­га­ни­за­ция – во­ен­ный от­дел поль­ской ком­пар­тии, ре­аль­но управ­ля­е­мый из Мо­сквы. Че­рез со­вет­ские мис­сии в Вар­ша­ве ди­вер­сан­ты сна­бжа­лись день­га­ми, ору­жи­ем, бом­ба­ми. Всё это впол­не укла­дыва­лось в ли­нию Мо­сквы на ор­га­ни­за­цию ком­му­ни­сти­че­ских вос­ста­ний и мя­те­жей в ев­ро­пей­ских стра­нах.

Как пи­сал Вла­ди­мир Пя­тни­цкий (сын се­кре­та­ря Испол­ко­ма Ко­мин­тер­на Оси­па Пя­тни­цко­го), ещё в 1922 го­ду ИНО ГПУ по­дго­то­вил для По­лит­бю­ро ЦК РКП (б) се­кре­тный до­клад отно­си­тель­но пер­спе­ктив со­ци­а­ли­сти­че­ской ре­во­лю­ции в стра­нах Ев­ро­пы.

Основ­ные на­де­жды свя­зыва­лись с Гер­ма­ни­ей, Поль­шей и Ита­ли­ей, по­то­му «в эти стра­ны по не­ле­галь­ным ка­на­лам пред­по­ла­га­лось ко­ман­ди­ро­вать ответ­ствен­ных во­ен­ных и по­ли­ти­че­ских ра­бо­тни­ков для за­клад­ки баз с ору­жи­ем и пра­кти­че­ской по­дго­тов­ки бо­е­вых отря­дов».

Но глав­ным было то, что ле­том 1923 го­да в ре­ша­ю­щую фа­зу всту­пи­ла спе­цо­пе­ра­ция по ор­га­ни­за­ции ре­во­лю­ции в Гер­ма­нии. Поль­ше там отво­ди­лась роль по­чти клю­че­вая. Со­вет­ское ру­ко­вод­ство то­гда на­ча­ло тай­ные пе­ре­го­во­ры с Вар­ша­вой, обра­тив­шись к поль­ско­му пра­ви­тель­ству с тре­бо­ва­ни­ем, мяг­ко го­во­ря, ори­ги­наль­но­го свой­ства: Мо­сква про­си­ла пропу­стить че­рез тер­ри­то­рию Поль­ши в Гер­ма­нию ча­сти Кра­сной Ар­мии – ка­ва­ле­рий­ский кор­пус из не­сколь­ких бри­гад (по­на­ча­лу ре­чь яко­бы шла да­же о про­пу­ске чуть ли не 200 тысяч са­бель!). Кра­сная ка­ва­ле­рия дол­жна была вор­ва­ться в Гер­ма­нию на по­мо­щь «вос­став­шим ре­во­лю­ци­о­не­рам» че­рез уз­кую по­ло­су «Ви­лен­ско­го ко­ри­до­ра». Всю опе­ра­цию по пе­ре­бро­ске кля­твен­но обе­ща­ли про­ве­сти все­го за три дня, а сам про­ход пре­дло­жи­ли офор­мить как… «са­мо­чин­ный акт» кра­сных кон­ни­ков. По­се­му, пи­сал Бе­се­дов­ский, «ни со­вет­ское, ни поль­ское пра­ви­тель­ство не бу­дут не­сти за не­го ни­ка­кой ответ­ствен­но­сти». За это по­ля­кам обе­ща­ли зо­ло­тые го­ры в бу­кваль­ном смысле: 30 мил­ли­о­нов ру­блей зо­ло­том. Плюс – бе­спо­шлин­ный тран­зит лю­бых поль­ских гру­зов че­рез тер­ри­то­рию Со­вет­ско­го Со­ю­за. Но ви­шен­кой на тор­те было обе­ща­ние от­дать Поль­ше… Во­сто­чную Прус­сию: хо­ти­те – вво­ди­те ту­да свои вой­ска и за­би­рай­те её се­бе, хо­ти­те – мы вам её от­да­дим по­сле ре­во­лю­ции в Гер­ма­нии, вме­сте с Дан­ци­гом… Ра­зу­ме­е­тся, ни­ка­кой Во­сто­чной Прус­сии Мо­сква по­ля­кам от­да­вать не соби­ра­лась, яв­но рас­счи­тывая, что Поль­ша за­вя­знет в вой­не с нем­ца­ми, а ко­гда про­чу­ха­е­тся – со всех сто­рон уже бу­дут Со­вет­ский Со­юз и Со­вет­ская Гер­ма­ния…

Ра­зу­ме­е­тся, по­ля­ки на эту не­за­тей­ли­вую ком­би­на­цию отве­ти­ли ка­те­го­ри­че­ским отка­зом в про­пу­ске Кра­сной Ар­мии, да и са­ми в Во­сто­чную Прус­сию не по­ле­зли. По­то­му Мо­сква и при­бе­гла к иным ме­рам убе­жде­ния Вар­ша­вы, вот скла­ды в ци­та­де­ли и взле­те­ли на во­здух. Есте­ствен­но, поль­ские вла­сти на­ча­ли аре­сты тер­ро­ри­стов из ком­му­ни­сти­че­ско­го под­по­лья. В ответ поль­ские ком­му­ни­сты – по ука­за­нию мо­сков­ско­го Цен­тра – 22 октя­бря 1923 го­да ор­га­ни­зо­ва­ли все­об­щую за­ба­стов­ку же­ле­зно­до­ро­жни­ков. То­гда 31 октя­бря Юзеф Пил­суд­ский издал указ о вве­де­нии чре­звычай­но­го по­ло­же­ния и со­з­да­нии во­ен­но-по­ле­вых су­дов. На что, ра­зу­ме­е­тся, то­же при­ле­те­ла «отве­тка»: 5 но­я­бря поль­ские ком­му­ни­сты анон­си­ро­ва­ли уже все­об­щую по­ли­ти­че­скую за­ба­стов­ку, а 6 но­я­бря в Кра­ко­ве вспыхну­ли ини­ции­ро­ван­ные ком­му­ни­ста­ми вол­не­ния, вылив­ши­е­ся в бар­ри­ка­дные бои. Тут же, вспо­ми­нал Бе­се­дов­ский, в со­вет­ское пол­пред­ство из Мо­сквы еже­ча­сно по­сыпа­лись длин­ней­шие ши­фро­те­ле­грам­мы «и по ли­нии Ко­мин­тер­на, и от Ун­шли­хта, и от Дзер­жин­ско­го». Все они тре­бо­ва­ли, ука­зыва­ли и при­ка­зыва­ли «во что бы то ни ста­ло взять ру­ко­вод­ство кра­ков­ским вос­ста­ни­ем и на­чать ор­га­ни­за­цию отря­дов Кра­сной гвар­дии из кра­ков­ских ра­бо­чих». Не выго­ре­ло, со­вет­ское пол­пред­ство за­да­ние про­ва­ли­ло, не су­мев по­слать в Кра­ков ни своих лю­дей, ни де­нег, ни ору­жия – же­ле­зная до­ро­га не ра­бо­та­ла из-за за­ба­стов­ки, ор­га­ни­зо­ван­ной со­вет­ской же аген­ту­рой! n

Newspapers in Ukrainian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.