Вне­бра­чные де­ти рус­ской куль­ту­ры

При ином сте­че­нии об­сто­я­тельств зна­ме­ни­то­го ху­до­жни­ка ва­си­лия Пе­ро­ва мир знал бы как ва­си­лия крю­де­не­ра, сына гу­берн­ско­го про­ку­ро­ра ба­ро­на гри­го­рия крю­де­не­ра

Sovershenno sekretno Spetsvyipusk (Ukraine) - - Секреты Истории - Ле­о­нид Ни­сман Спе­ци­аль­но для «Со­вер­шен­но се­кре­тно»

Кто та­кие ба­стар­ды? Отку­да по­яви­лось это сло­во? Как оно по­па­ло в Рос­сию? В рус­ский язык сло­во «ба­стард» при­шло из сре­дне­верх­не­не­ме­цко­го языка, а ту­да оно по­па­ло из ста­ро­фран­цуз­ско­го. Там оно озна­ча­ло ги­брид, по­месь, по­том­ство от скре­щи­ва­ния ор­га­ни­змов, зна­чи­тель­но от­да­лён­ных друг от дру­га в отно­ше­нии род­ства. Наи­бо­лее ра­с­про­стра­нён­ными зна­че­ни­я­ми сло­ва «ба­стард» в рус­ском языке яв­ля­ю­тся «не­за­кон­но­ро­ждён­ный», «вне­бра­чный», «по­бо­чный». Дру­ги­ми сло­ва­ми, ба­стард – это че­ло­век, ро­див­ший­ся от отца и ма­те­ри, не со­сто­яв­ших в за­кон­ном бра­ке. Во­змо­жно при этом (прав­да, не­о­бя­за­тель­но), что один из су­пру­гов изме­нил дру­го­му. Ну а как об­сто­ят де­ла в Рос­сии по это­му во­про­су? Мно­го ли в исто­рии Рос­сии было и есть ба­стар­дов? Есть ли сре­ди них зна­ме­ни­то­сти?

Рос­сия – стра­на бо­га­тая на всё! И на ба­стар­дов то­же. На­при­мер, не­за­кон­но­ро­ждён­ных де­тей рус­ских ца­рей и ца­риц – не пе­ре­счи­тать. Но вот зна­ме­ни­тых сре­ди этих – ца­ре­ви­чей и ца­ре­вен – най­ти тру­дно. Зна­чи­тель­но бо­лее ин­те­ре­сным пред­став­ля­е­тся поиск зна­ме­ни­тых ба­стар­дов в обла­сти рус­ской куль­ту­ры. И тут, как го­во­рят в Одес­се, их есть!

Наи­бо­лее «уро­жай­ным» на зна­ме­ни­тых вне­бра­чных де­тей в рус­ской куль­ту­ре яв­ля­е­тся пе­ри­од с кон­ца XVII до на­ча­ла XX ве­ка. Имен­но в это вре­мя в Рос­сии по­яви­лась це­лая пле­я­да зна­ме­ни­тых ба­стар­дов – де­я­те­лей рус­ской куль­ту­ры – по­этов, пи­са­те­лей, ком­по­зи­то­ров, фи­ло­со­фов, ху­до­жни­ков. Их ма­те­ря­ми в боль­шин­стве сво­ём были жен­щи­ны, быв­шие в услу­же­нии в бо­га­тых до­мах, а отца­ми – со­о­твет­ствен­но те, ко­му они при­на­дле­жа­ли. За­ча­стую исто­рия не со­хра­ни­ла не толь­ко фа­ми­лий, но да­же имён этих жен­щин. Ли­шним бу­дет го­во­рить, что все эти зна­ме­ни­то­сти были от ро­жде­ния вне­бра­чными или не­за­кон­но­ро­ждён­ными и ни один из них не но­сил фа­ми­лию ни одно­го из своих ро­ди­те­лей. Спра­ве­дли­во­сти ра­ди на­до при­знать, что это был не един­ствен­ный путь по­яв­ле­ния на свет рус­ских ба­стар­дов.

Му­за Фёдо­ра тю­тче­ва

Один из зна­ме­ни­тых ба­стар­дов в рус­ской куль­ту­ре, выда­ю­щий­ся рус­ский ху­до­жник, член-учре­ди­тель То­ва­ри­ще­ства пе­ре­дви­жных ху­до­же­ствен­ных вы­ста­вок, ака­де­мик жи­во­пи­си Ва­си­лий Гри­го­рье­вич Пе­ров ро­дил­ся в То­боль­ске 21 де­ка­бря 1833 го­да. Отец его, ба­рон Гри­го­рий Кар­ло­вич Крю­де­нер (Gregor-gustav-friedrich von Krüdener, 11.12.1773–01.07.1859), гу­берн­ский про­ку­рор, пред­ста­ви­тель рус­ско­го ба­рон­ско­го ро­да не­ме­цко­го прои­схо­жде­ния, во­схо­дя­ще­го к на­ча­лу XIV ве­ка. Он был про­све­щён­ным сво­бо­до­мысля­щим че­ло­ве­ком, вла­дел не­сколь­ки­ми ино­стран­ными языка­ми, ув­ле­кал­ся искус­ством, при­ни­мал у се­бя в до­ме ссыль­ных де­ка­бри­стов.

Из ро­да Крю­де­не­ров вышло мно­го бле­стя­щих ди­пло­ма­тов, слу­жив­ших Рос­сий­ской им­пе­рии в Но­вом и Ста­ром Све­те. Герб Крю­де­не­ров изо­би­лу­ет ко­ро­лев­ски­ми ли­ли­я­ми, еди­но­ро­га­ми и ро­за­ми, что сви­де­тель­ству­ет о древ­но­сти и зна­тно­сти ро­да. Наи­бо­лее изве­стными пред­ста­ви­те­ля­ми ро­да Крю­ди­не­ров яв­ля­ю­тся ба­рон Па­вел

Але­ксе­е­вич Крю­де­нер (1797–1858) – пол­но­мо­чный ми­нистр при Со­е­ди­нён­ных Шта­тах Се­вер­ной Аме­ри­ки и при Швей­цар­ском со­ю­зе; Але­ксей Ива­но­вич Крю­де­нер (1746– 1802) – рус­ский по­слан­ник в Вар­ша­ве, Ве­не­ции, Ко­пен­га­ге­не и Бер­ли­не; Але­ксандр Сер­ге­е­вич Крю­де­нер (1786–1852) – ба­рон, дей­стви­тель­ный стат­ский со­ве­тник, ка­мер­гер, пер­вый се­кре­тарь по­соль­ства Рос­сии в Мюн­хе­не (1829–1836), рус­ский по­слан­ник и пол­но­мо­чный ми­нистр в Шве­ции и Нор­ве­гии (1843–1852 ).

Же­на Але­ксан­дра Сер­ге­е­ви­ча Крю­де­не­ра, ба­ро­нес­са Ама­лия фон Крю­де­нер (1808– 1888), изве­стная кра­са­ви­ца высше­го све­та XIX ве­ка, вне­бра­чная до­чь прус­ско­го ко­ро­ля Фри­дри­ха-виль­гель­ма III и кня­ги­ни Турн-ита­ксис. Мать Ама­лии при­хо­ди­лась ро­дной се­строй прин­цес­се Луи­зе Ав­гу­сте Виль­гель­ми­не (1776–1810), ма­те­ри рус­ской им­пе­ра­три­цы. Та­ким обра­зом, Ама­лия фон Крю­де­нер при­хо­ди­лась дво­ю­ро­дной се­строй рус­ской им­пе­ра­три­це Але­ксан­дре Фёдо­ров­не (Friederike Luise Charlotte Wilhelmine von Preuüen, 1798–1860) – су­пру­ге рос­сий­ско­го им­пе­ра­то­ра Ни­ко­лая I и ма­те­ри им­пе­ра­то­ра Але­ксан­дра II.

Ама­лия фон Крю­де­нер во­шла в исто­рию рус­ской ли­те­ра­ту­ры как му­за Фёдо­ра Ива­но­ви­ча Тю­тче­ва, ко­то­рый про­нёс свою лю­бо­вь к ней сквозь де­ся­ти­ле­тия, не­смо­тря на два бра­ка. Они по­зна­ко­ми­лись в Мюн­хе­не, бу­ду­чи в то вре­мя ещё пра­кти­че­ски де­тьми. Не­ти­ту­ло­ван­ный дво­ря­нин, се­кре­тарь рус­ско­го по­соль­ства Фёдор Тю­тчев (Те­о­дор Тю­тчефф, как на­зыва­ли его на не­ме­цкий ма­нер) то­гда едва отпра­здно­вал своё 19-ле­тие. Ама­лии и вов­се было 14. Одна­ко де­ву­шка по­ра­зи­ла бу­ду­ще­го зна­ме­ни­то­го по­эта сво­ей утон­чён­ной кра­со­той. Фёдор Ива­но­вич был оча­ро­ван и сра­жён. И да­же, как счи­та­ют исто­ри­ки, пытал­ся про­сить ру­ки юной ба­ро­нес­сы. Но су­дьба то­гда на­дол­го ра­злу­чи­ла их.

Пред­по­сле­дняя их встре­ча прои­зо­шла в Карлс­ба­де, где от­дыха­ла вся ев­ро­пей­ская

знать. Здесь Ама­лия и уви­де­ла по­ста­рев­ше­го Те­о­до­ра, при­е­хав­ше­го ле­чить на во­ды свою по­да­гру. Имен­но по­сле этой встре­чи 7 ав­гу­ста 1870 го­да по­эт на­пи­сал своё зна­ме­ни­тое «Я встре­тил вас…». По­эт по­свя­тил его уже 62-ле­тней на тот мо­мент ба­ро­нес­се Ама­лии фон Крю­де­нер, лю­бо­вь к ко­то­рой он про­нёс че­рез всю свою жизнь. «Я встре­тил вас – и всё былое В от­жив­шем серд­це ожи­ло; Я вспом­нил вре­мя зо­ло­тое – И серд­цу ста­ло так те­пло...» В по­сле­дний раз Фёдор Ива­но­вич уви­дел­ся с Ама­ли­ей 31 мар­та 1873 го­да, за два ме­ся­ца до смер­ти. Она при­е­ха­ла на­ве­стить его, узнав о бо­ле­зни – апо­пле­кси­че­ском уда­ре. И про­сти­ться.

дет­ство ва­си­лия ва­си­лье­ва

Вер­нём­ся, одна­ко, к Ва­си­лию Гри­го­рье­ви­чу Пе­ро­ву. Его мать, Аку­ли­на Ива­но­ва, была то­боль­ской ме­щан­кой. Гу­берн­ский про­ку­рор ба­рон Крю­де­нер Гри­го­рий Кар­ло­вич влю­бил­ся в неё, и в ре­зуль­та­те 21 де­ка­бря 1833 го­да в го­ро­де То­боль­ске ро­дил­ся маль­чик Ва­ся, бу­ду­щий про­фес­сор Ака­де­мии ху­до­жеств.

Вско­ре по­сле ро­жде­ния Ва­си­лия ба­рон Крю­де­нер и Аку­ли­на Ива­но­ва обвен­ча­лись. Брак был уско­рен пред­сто­я­щим ро­жде­ни­ем ещё одно­го сына, Ле­о­ни­да. Это был вто­рой брак ба­ро­на Крю­де­не­ра. Его пер­вая су­пру­га, ба­ро­нес­са Эле­о­но­ра фон Шта­кель­берг, к то­му вре­ме­ни скон­ча­лась в Пе­тер­бур­ге. От обоих бра­ков у не­го ро­ди­лись во­се­мь де­тей.

Так как в мо­мент ро­жде­ния Ва­си­лия ро­ди­те­ли не со­сто­я­ли в офи­ци­аль­ном бра­ке, маль­чик счи­тал­ся не­за­кон­но­ро­ждён­ным и не имел пра­ва но­сить ни фа­ми­лию, ни ти­тул сво­е­го ро­ди­те­ля. По­это­му в офи­ци­аль­ных до­ку­мен­тах дол­гое вре­мя ука­зыва­лась фа­ми­лия

Ва­си­льев, дан­ная маль­чи­ку по име­ни крёстно­го отца.

Ма­лень­ко­го Ва­си­лия мать ра­но на­учи­ла чи­тать и пи­сать. Про­дол­жал обу­че­ние маль­чик у ме­стно­го дья­чка, ко­то­рый за его усер­дие в чи­сто­пи­са­нии и уме­лое вла­де­ние пе­ром для пи­сьма дал ему про­зви­ще Пе­ров. Вот как эту исто­рию опи­сывал в сво­ей кни­ге пу­бли­цист Ле­о­нид Ди­те­ри­хс: «Однов­ре­мен­но с ним у дья­чка за­ни­мал­ся дру­гой уче­ник, сын кре­стья­ни­на, край­не без­о­бра­зный на вид и ту­пой в уче­нии. В то вре­мя как бу­ду­щий ху­до­жник ста­ра­тель­но выво­дил бу­кву за бу­квой, этот маль­чик толь­ко и де­лал, что бол­тал но­га­ми. Выве­ден­ный из тер­пе­ния та­ким отно­ше­ни­ем к де­лу, дья­чок как-то раз ра­з­бра­нил его: «Ку­да те­бе пи­сать, те­бе толь­ко но­га­ми бол­тать, и бу­де­шь ты у ме­ня Иван Бол­тов, а вот он (ука­зывая на ма­лень­ко­го Ва­си­лия) бу­дет у ме­ня Ва­си­лий Пе­ров». Эти про­зви­ща с лёг­кой ру­ки дья­чка оста­лись нав­се­гда за его уче­ни­ка­ми, и, сле­до­ва­тель­но, исто­рия рус­ско­го искус­ства до не­ко­то­рой сте­пе­ни обя­за­на его на­ход­чи­во­сти и остро­у­мию».

Впо­след­ствии это про­зви­ще было при­ня­то ху­до­жни­ком как фа­ми­лия. Вот так по­лу­чи­лось, что Gregor-gustav-friedrich von Krüdener + Аку­ли­на Ива­но­ва = Ва­си­лий Пе­ров.

С са­мо­го ро­жде­ния Ва­си­лия се­мья Крю­де­не­ра по­сто­ян­но ку­да-то пе­ре­е­зжа­ла. По­на­ча­лу это было свя­за­но со слу­жбой отца, за­тем, по­сле скан­да­ла в Ар­хан­гель­ске (ба­рон Крю­де­нер был че­ло­ве­ком обра­зо­ван­ным и во­спи­тан­ным, но вот на язык ве­сьма нес­дер­жан­ным) из-за са­ти­ри­че­ских сти­хов, опи­сыва­ю­щих всех фи­гу­ран­тов гу­берн­ской адми­ни­стра­ции, слу­жбу при­шлось оста­вить. Те­перь ски­та­ния се­мьи были свя­за­ны с пои­ска­ми но­вой слу­жбы. Пе­тер­бург, Ли­вон­ские гу­бер­нии, Са­ма­ра, Ар­за­мас – ве­зде жить при­хо­ди­лось у мно­го­чи­слен­ных род­ствен­ни­ков, что не де­ла­ло атмо­сфе­ру в се­мье пол­но­стью сча­стли­вой.

На­ко­нец, ко­гда ба­рон по­те­рял вся­кую на­де­жду, ему по­сту­пи­ло пре­дло­же­ние по­сту­пить на слу­жбу управ­ля­ю­щим боль­шим име­ни­ем. Ин­те­рес к жи­во­пи­си во­зник у Пе­ро­ва в во­зра­сте де­вя­ти лет. Ко­гда се­мья жи­ла под Ар­за­ма­сом, в дом одна­жды при­гла­си­ли ме­стно­го ху­до­жни­ка – под­пра­вить ста­рый порт­рет отца.

Маль­чи­ка на­столь­ко за­хва­тил про­цесс ра­бо­ты ху­до­жни­ка, что он ув­лёкся ри­со­ва­ни­ем. Ро­ди­те­ли Ва­си­лия по­о­щря­ли его ув­ле­че­ние. Про­у­чив­шись три го­да в уе­здном учи­ли­ще Ар­за­ма­са, в 1846 го­ду Пе­ров по­сту­пил в изве­стную ху­до­же­ствен­ную шко­лу А.В. Сту­пи­на.

Два ра­за в не­де­лю маль­чик по­се­щал за­ня­тия в шко­ле. Че­рез три ме­ся­ца уче­ние, одна­ко, за­кон­чи­лось. Одно­кур­сни­ки взя­ли с со­бой 13-ле­тне­го Пе­ро­ва на име­ни­ны не­кой пре­ле­стни­цы, по­сле че­го в ро­дной дом извоз­чик при­вёз со­вер­шен­но пья­но­го по­дрос­тка, и ма­ма ска­за­ла: «Нет!»

По­сле то­го как ме­сто управ­ля­ю­ще­го ба­рон по­те­рял (ну не мог удер­жа­ться Крю­де­нер от кол­ко­стей), се­мья пе­ре­е­зжа­ет и ра­зме­ща­е­тся на квар­ти­ре как раз на­про­тив шко­лы Сту­пи­на. На этот раз ма­ма не выпу­ска­ла сына из ви­да, и учёба во­зо­бно­ви­лась. В 1851 го­ду Пе­ров пи­шет ав­то­порт­рет и порт­ре­ты ро­ди­те­лей. В 1853 го­ду 20-ле­тний Пе­ров отправ­ля­е­тся в Мо­скву и по­сту­па­ет в Мо­сков­ское учи­ли­ще жи­во­пи­си ва­я­ния и зод­че­ства. Обу­че­ние он на­чи­на­ет под ру­ко­вод­ством опытно­го пе­да­го­га Е.Я. Ва­си­лье­ва, ко­то­рый быстро ра­з­гля­дел не­дю­жин­ный та­лант в но­вом сту­ден­те и

вся­че­ски ему по­мо­гал. Уже во вре­мя учёбы Пе­ров по­лу­ча­ет ма­лую се­ре­бря­ную ме­даль за скром­ный эскиз. По­том ме­да­лей у не­го бу­дет мно­го, но эту, пер­вую, Пе­ров все­гда вспо­ми­нал с осо­бой те­пло­той.

В де­ка­бре 1856 го­да Ва­си­лий Гри­го­рье­вич был удо­сто­ен вто­рой се­ре­бря­ной ме­да­ли за ра­бо­ту «Го­ло­ва маль­чи­ка». В 1857 го­ду ху­до­жник пи­шет кар­ти­ну «При­езд ста­но­во­го на след­ствие», ко­то­рая была отме­че­на Со­ве­том Ака­де­мии боль­шой се­ре­бря­ной ме­да­лью. В 1860 го­ду Ака­де­мия при­су­ди­ла Пе­ро­ву ма­лую зо­ло­тую ме­даль за кар­ти­ну «Пер­вый чин. Сын дья­чка, прои­зве­дён­ный в кол­леж­ские ре­ги­стра­то­ры», ко­то­рая утвер­ди­ла ху­до­жни­ка как на­сле­дни­ка са­ти­ри­че­ско­го жан­ра 1840-х го­дов.

Пу­те­ше­ствия Пе­ре­дви­жни­ка

По­лу­чив пра­во уча­ство­вать в кон­кур­се на боль­шую зо­ло­тую ме­даль, Пе­ров пе­ре­е­хал в Санкт-пе­тер­бург и в 1861 го­ду пред­ста­вил в Со­вет Ака­де­мии эскиз кар­ти­ны «Сель­ский кре­стный ход на Па­схе». Одна­ко Со­вет отверг его, ука­зав при­чи­ной сво­е­го ре­ше­ния «не­при­стой­ность изо­бра­же­ния особ ду­хов­но­го со­сло­вия». То­гда Пе­ров пред­став­ля­ет эскиз дру­го­го сю­же­та – «Про­по­ведь в се­ле». В по­ясни­тель­ной за­пи­ске к эски­зу ху­до­жник на­пи­сал, что свя­щен­ни­ка изо­бра­зит не в ри­зе, а в ря­се. Со­вет, пол­но­стью не ра­зо­брав­шись в его со­дер­жа­нии, утвер­дил эскиз. Осе­нью 1861 го­да, ко­гда кар­ти­на была за­кон­че­на, Пе­ро­ву при­су­жда­ют боль­шую зо­ло­тую ме­даль, а вме­сте с ней ху­до­жник по­лу­ча­ет пра­во на по­е­зд­ку в Ев­ро­пу в ка­че­стве пан­си­о­не­ра Ака­де­мии ху­до­жеств. Со­вет Ака­де­мии ху­до­жеств так и не ра­спо­знал сю­же­тной обли­чи­тель­но­сти кар­ти­ны: в ней Пе­ров по­ка­зыва­ет иро­ни­чное во­спри­я­тие про­по­ве­ди ра­зли­чными сло­я­ми на­ро­да. Кар­ти­ну же «Сель­ский кре­стный ход на Па­схе», ко­то­рая была отвер­гну­та Ака­де­ми­ей, при­о­брёл Па­вел Тре­тья­ков для сво­ей га­ле­реи.

Осе­нью 1862 го­да Пе­ров же­нил­ся на Еле­не Эдмун­дов­не Шейнс, пле­мян­ни­це бо­га­то­го ку­пца Фёдо­ра Ре­за­но­ва, и в на­ча­ле 1863 го­да уе­хал с ней за гра­ни­цу. По­бывав в Бер­ли­не, Дре­зде­не, Дюс­сель­дор­фе, он в ито­ге ока­зал­ся в Па­ри­же. Пол­то­ра го­да в Па­ри­же ху­до­жник пи­шет не­боль­шие этю­ды, наи­бо­лее ха­ра­ктер­ный из ко­то­рых – «Сле­пой му­зыкант» (1864). К это­му пе­ри­о­ду отно­ся­тся та­кже его кар­ти­ны, изо­бра­жа­ю­щие ев­ро­пей­ские сце­ны ули­чной жи­зни.

В 1864 го­ду, по­лу­чив от Ака­де­мии ра­зре­ше­ние на до­сро­чное во­зв­ра­ще­ние с про­дол­же­ни­ем пан­си­о­нер­ства в Рос­сии, он вер­нул­ся в Мо­скву, где и про­шла вся его даль­ней­шая жизнь. В 1866 го­ду на ака­де­ми­че­скую вы­став­ку Пе­ров при­слал че­тыре кар­ти­ны: «Чи­стый по­не­дель­ник», «Учи­тель ри­со­ва­ния», «Уто­плен­ни­ца», «Бо­жья ма­терь и Хри­стос у жи­тей­ско­го мо­ря» и по­лу­чил зва­ние ака­де­ми­ка. Пять кар­тин Пе­ро­ва де­мон­стри­ро­ва­лись на Все­мир­ной вы­став­ке 1867

го­да: «Про­во­ды по­кой­ни­ка», «Пер­вый чин», «Ди­ле­тант», «Ги­та­рист-бо­быль», «Трой­ка».

Ху­до­же­ствен­ная кри­ти­ка по до­стоин­ству оце­ни­ла его твор­че­ство. Этьен-жо­зе­фте­о­филь То­ре, пи­сав­ший под псев­до­ни­мом Ви­льям Бюр­гер (и име­но­вав­ший­ся впо­след­ствии по­про­сту То­ре-бюр­гер), пи­сал: «Он рус­ский и в выбо­ре сю­же­тов, и в ма­не­ре, в ка­кой он их по­ни­ма­ет и ин­тер­пре­ти­ру­ет».

В 1868 го­ду скон­ча­лась же­на ху­до­жни­ка. Вско­ре умер­ли двое его стар­ших де­тей. В жи­вых остал­ся толь­ко го­до­ва­лый сын Вла­ди­мир, ко­то­рый впо­след­ствии то­же стал ху­до­жни­ком.

В 1869 го­ду сов­ме­стно с ху­до­жни­ком Гри­го­ри­ем Мя­со­е­до­вым, ко­то­ро­му при­на­дле­жит идея со­з­да­ния То­ва­ри­ще­ства ху­до­же­ствен­ных пе­ре­дви­жных вы­ста­вок (ТПХВ), Ива­ном Крам­ским и Ни­ко­ла­ем Ге Пе­ров ор­га­ни­зо­вал мо­сков­скую груп­пу пе­ре­дви­жни­ков. В сво­ей де­я­тель­но­сти пе­ре­дви­жни­ки вдо­хнов­ля­лись иде­я­ми на­ро­дни­че­ства. Ор­га­ни­зуя пе­ре­дви­жные вы­став­ки, они ве­ли актив­ную про­све­ти­тель­скую де­я­тель­ность и обе­спе­чи­ва­ли сбыт своих прои­зве­де­ний. Эко­но­ми­че­ская жизнь То­ва­ри­ще­ства строи­лась на ко­опе­ра­тив­ных на­ча­лах. В те­че­ние се­ми лет Ва­си­лий Пе­ров был чле­ном прав­ле­ния То­ва­ри­ще­ства и по­ки­нул его ря­ды в ре­зуль­та­те твор­че­ских и идей­ных ра­зно­гла­сий. В 1870 го­ду за кар­ти­ны «Стран­ник» и «Пти­це­лов» Пе­ров был удо­сто­ен Ака­де­ми­ей ху­до­жеств зва­ния про­фес­со­ра.

Боль­шую по­пу­ляр­ность за­во­е­ва­ла жан­ро­вая кар­ти­на «Охо­тни­ки на при­ва­ле», на­пи­сан­ная в 1871 го­ду. Это по­ло­тно вме­сте с «Пти­це­ло­вом» эк­спо­ни­ро­ва­лось на Вен­ской ме­жду­на­ро­дной вы­став­ке в 1873 го­ду. С 1871 го­да вплоть до смер­ти Пе­ров пре­по­да­ёт в Мо­сков­ском учи­ли­ще жи­во­пи­си, ва­я­ния и зод­че­ства. Сре­ди его уче­ни­ков – изве­стные в бу­ду­щем ху­до­жни­ки Ми­хаил Не­сте­ров, Ан­дрей Ря­бу­шкин, Ис­сак Ле­ви­тан, бра­тья Ко­ро­ви­ны.

В 1872 го­ду Пе­ров же­нил­ся вто­рой раз. Его су­пру­гой ста­ла Ели­за­ве­та Его­ров­на Дра­гу­но­ва (1850–1902), ко­то­рая, по сви­де­тель­ствам сов­ре­мен­ни­ков, была чу­де­сной жен­щи­ной.

го­голь, остров­ский, до­сто­ев­ский и тур­ге­нев рус­ской Жи­во­пи­си

1870-е го­ды – пе­ри­од ра­сцве­та твор­че­ства Пе­ро­ва. В своих но­вых кар­ти­нах ху­до­жник выра­жа­ет дра­ма­ти­че­ские кол­ли­зии, ко­то­рыми пе­ре­пол­не­на сов­ре­мен­ная со­ци­аль­ная дей­стви­тель­ность. Его кар­ти­ны это­го пе­ри­о­да с успе­хом эк­спо­ни­ро­ва­лись на Все­мир­ной ху­до­же­ствен­ной вы­став­ке в Па­ри­же. В это же вре­мя Ва­си­лий Гри­го­рье­вич обра­ща­е­тся к порт­ре­тно­му жан­ру. Ху­до­жник пи­шет порт­ре­ты пред­ста­ви­те­лей рус­ской ин­тел­ли­ген­ции: фи­ло­ло­га Вла­ди­ми­ра Да­ля, по­эта Апол­ло­на Май­ко­ва, пи­са­те­ля Але­ксан­дра

Остров­ско­го, исто­ри­ка и ли­те­ра­то­ра Ми­хаи­ла По­го­ди­на, пи­са­те­ля Ива­на Тур­ге­не­ва. Порт­рет пи­са­те­ля Фёдо­ра До­сто­ев­ско­го Крам­ской на­звал одним из лу­чших порт­ре­тов рус­ской шко­лы жи­во­пи­си.

В своих порт­ре­тах Пе­ров су­мел обо­зна­чить но­вые для порт­ре­тно­го искус­ства со­ци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ские пер­спе­кти­вы, он стре­мил­ся вос­со­здать на хол­сте че­ло­ве­ка не толь­ко в его ма­те­ри­аль­ной кон­кре­тно­сти, но и в неи­счер­па­е­мо­сти его ду­хов­но­го ми­ра. Он пи­сал: «Что ни тип, что ни ли­цо, что ни ха­ра­ктер, то осо­бен­ность выра­же­ния вся­ко­го чув­ства. Глу­бо­кий ху­до­жник тем и по­зна­ётся, что изу­ча­ет, по­дме­ча­ет все эти осо­бен­но­сти, и по­то­му его прои­зве­де­ние бес­смер­тно, прав­ди­во и жи­знен­но». Пе­ров оста­вил по­том­кам глу­бо­кие пси­хо­ло­ги­че­ские порт­ре­ты та­лан­тли­вей­ших лю­дей сво­ей эпо­хи. Тех, кем гор­ди­тся Рос­сия.

В по­сле­дние го­ды жи­зни Ва­си­лий Пе­ров со­тру­дни­чал в пер­вом рос­сий­ском тол­стом на­учно-по­пу­ляр­ном жур­на­ле «При­ро­да и охо­та», бес­смен­ным ре­да­кто­ром ко­то­ро­го был Ле­о­нид Са­ба­не­ев – не ка­би­не­тный ис­сле­до­ва­тель, не про­сто учёный-ихти­о­лог, а та­лан­тли­вый ли­те­ра­тор-по­пу­ля­ри­за­тор, стра­стный рыбо­лов, жур­на­лист-ор­га­ни­за­тор. Ряд рас­ска­зов Пе­ро­ва был опу­бли­ко­ван в «Ху­до­же­ствен­ном жур­на­ле», изда­вав­шем­ся в 1881–1887 го­дах пи­са­те­лем и кри­ти­ком Ни­ко­ла­ем Але­ксан­дро­вым.

В кон­це 1881 го­да тиф и во­спа­ле­ние лёг­ких окон­ча­тель­но по­дор­ва­ли его здо­ро­вье. Скон­чал­ся Ва­си­лий Гри­го­рье­вич Пе­ров от ча­хо­тки в ма­лень­кой по­дмо­сков­ной боль­ни­це на тер­ри­то­рии уса­дьбы Ку­зьмин­ки (ныне тер­ри­то­рия Мо­сквы). Был похо­ро­нен на Да­ни­лов­ском кла­дби­ще. По­зже его прах был пе­ре­за­хо­ро­нен на мо­на­стыр­ском кла­дби­ще в Дон­ском мо­на­стыре. На но­вой мо­ги­ле ху­до­жни­ка был уста­нов­лен па­мя­тник ра­бо­ты скуль­пто­ра Але­ксея Ев­ге­нье­ви­ча Еле­цко­го.

Ча­хо­тка, бо­лезнь в то вре­мя неи­зле­чи­мая, прер­ва­ла твор­че­ский путь ве­ли­ко­го ма­сте­ра. Ма­лень­кая боль­ни­ца в де­рев­не Ку­зьмин­ки под Мо­сквой ста­ла по­сле­дним при­ста­ни­щем жи­во­пи­сца. Ва­си­лия Пе­ро­ва один из его уче­ни­ков на­зывал «по­длин­ным пев­цом скор­би». И не зря: по­сто­ян­ными пер­со­на­жа­ми его жан­ро­вых кар­тин были изму­чен­ные кре­стья­не, го­ло­дные, за­мёрз­шие или опла­ки­ва­ю­щие умер­ших род­ствен­ни­ков. Одна­ко ки­сти Пе­ро­ва при­на­дле­жат не толь­ко со­ци­аль­ные ра­бо­ты, но и це­лая порт­ре­тная га­ле­рея, и кар­ти­ны на исто­ри­че­ские сю­же­ты.

Изве­стный пи­са­тель Дми­трий Гри­го­ро­вич ска­зал: «Пе­ров пер­вый из ху­до­жни­ков по­зна­ко­мил нас с прав­ди­вым на­прав­ле­ни­ем в жи­во­пи­си, но, кро­ме то­го, Пе­ров – жи­во­пи­сец-по­эт,

по­зи­ция его – его за­ду­шев­ность». «Пе­ро­ва боль­ше нет сре­ди нас. Оста­лось его искус­ство, а в нём его боль­шое серд­це», – на­пи­сал его уче­ник Ми­хаил Не­сте­ров (1862– 1942), рус­ский и со­вет­ский ху­до­жник, уча­стник То­ва­ри­ще­ства пе­ре­дви­жных вы­ста­вок, а к кон­цу жи­зни ла­у­ре­ат Ста­лин­ской пре­мии пер­вой сте­пе­ни.

Пер­вый би­о­граф ху­до­жни­ка Ни­ко­лай Соб­ко (1851–1906), рус­ский исто­рик искус­ства, утвер­ждал в сво­ей кни­ге «Ва­си­лий Гри­го­рье­вич Пе­ров. Его жизнь и прои­зве­де­ния»: «Пе­ров – это Го­голь, Остров­ский, До­сто­ев­ский и Тур­ге­нев рус­ской жи­во­пи­си, со­е­ди­нён­ные вме­сте». n

Ни­сман Ле­о­нид (Leonid Niessmann) – до­ктор те­хни­че­ских на­ук, про­фес­сор. Член прав­ле­ния и член пре­зи­ди­у­ма Ме­жду­на­ро­дно­го со­ве­та рос­сий­ских со­о­те­че­ствен­ни­ков

ху­до­жник ва­си­лий пе­ров

ва­си­лий пе­ров. трой­ка. уче­ни­ки ма­сте­ро­вые ве­зут во­ду. 1866

ва­си­лий пе­ров. сель­ский кре­стный ход на па­схе. 1861

ама­лия фон крю­де­нер

ма­ма ху­до­жни­ка аку­ли­на ива­но­ва

Newspapers in Ukrainian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.