15-ле­тние ра­зми­нёры

В кур­ской обла­сти на ра­зми­ни­ро­ва­нии осво­бо­ждён­ной тер­ри­то­рии ра­бо­та­ли бо­лее 4500 по­дрос­тков

Sovershenno sekretno Spetsvyipusk (Ukraine) - - Секреты Истории - Илья БЫСЕНКОВ Спе­ци­аль­но для «Со­вер­шен­но се­кре­тно»

До кон­ца жи­зни Ми­хаил Го­ряй­нов в мель­чай­ших де­та­лях пом­нил тот день в кон­це ав­гу­ста 1943 го­да. Он, 15-ле­тний маль­чи­шка, дер­жит в ру­ках не­ме­цкую про­ти­во­пе­хо­тную ми­ну. Стра­ха не было, он при­шёл по­зже. А то­гда – толь­ко не­при­я­тное ощу­ще­ние хо­ло­дно­го ме­тал­ла, го­то­во­го в лю­бую се­кун­ду ра­зор­ва­ться со­тня­ми оскол­ков…

Маль­чи­ше­ское лю­бо­пыт­ство сме­ня­лось сом­не­ни­ем: «Смо­гу или нет?» Мель­кну­ла мысль: «А если ми­на с «сюр­при­зом?» О та­ких пре­ду­пре­ждал са­пёр-фрон­то­вик тро­фей­ной ко­ман­ды, в ко­то­рой ра­бо­тал Ми­ша Го­ряй­нов. И всё же ри­скнул. Ту­го по­дал­ся взрыва­тель. Маль­чи­шка за­мер, но стра­шно­го не прои­зо­шло. Ми­на-убий­ца обе­зв­ре­же­на. Смер­тель­ная игра дли­лась все­го не­сколь­ко се­кунд. Че­рез не­сколь­ко ме­ся­цев она бу­дет по­вто­ря­ться чуть ли не еже­днев­но по мно­гу раз…

На­чи­ная с фев­ра­ля и до кон­ца 1944 го­да та­ких, как Го­ряй­нов, на­спех обу­чен­ных са­пёр­но­му де­лу па­ца­нов и дев­чо­нок, толь­ко в Кур­ской обла­сти на­счи­тыва­лось бо­лее 4500. Их на­прав­ля­ли на ра­зми­ни­ро­ва­ние огром­ных по­лей, на­шпи­го­ван­ных ми­на­ми, не­ра­зо­рвав­ши­ми­ся бом­ба­ми и сна­ря­да­ми, дру­ги­ми взрыво­о­па­сными пре­дме­та­ми, ко­то­рые оста­лись по­сле не­дав­но за­вер­шив­шей­ся Кур­ской би­твы.

С не­ко­то­рыми из быв­ших юных ра­зми­нёров мне уда­лось встре­ти­ться и по­об­ща­ться не­сколь­ко лет на­зад при по­дго­тов­ке до­ку­мен­таль­но­го филь­ма. Их во­спо­ми­на­ния ле­гли в осно­ву это­го ма­те­ри­а­ла. К со­жа­ле­нию, Ми­хаи­ла Го­ряй­но­ва и Ви­кто­ра Се­бе­ле­ва уже нет сре­ди нас. Осталь­ные ге­рои, узна­вал, здрав­ству­ют. Этот ма­те­ри­ал яв­ля­е­тся да­нью па­мя­ти со­вер­шён­но­го ими по­дви­га.

бу­дни са­пёр­но­тро­фей­ной ко­ман­ды

Ми­хаил Го­ряй­нов всю жизнь про­жил в не­боль­шом по­сёл­ке По­ныри, ра­спо­ло­жен­ном се­вер­нее Кур­ска на же­ле­зно­до­ро­жной ве­тке Мо­сква – Курск. Осе­нью 1941-го, ко­гда в по­сёлок при­шли фа­ши­сты, маль­чи­шке было 13 лет. До по­сле­дних дней жи­зни со сле­за­ми на гла­зах вспо­ми­нал уви­ден­ную им стра­шную кар­ти­ну: в по­ле по­бли­зо­сти с их до­мом не­ме­цкие тан­ки да­ви­ли гу­се­ни­ца­ми груп­пу кра­сно­ар­мей­цев. По­том вра­ги при­шли к ним в дом. Уви­дев на сте­не фо­то­гра­фии его дя­дей в фор­ме кра­сных ко­ман­ди­ров, фа­ши­сты же­сто­ко изби­ли ба­бу­шку и ма­му маль­чи­ка. Ок­ку­па­ция дли­лась по­чти пол­то­ра го­да.

В хо­де фев­раль­ско­го на­сту­пле­ния Кра­сной Ар­мии По­ныри осво­бо­ди­ли. Одна­ко ли­ния фрон­та оста­но­ви­лась ки­ло­ме­трах в се­ми – там обра­зо­вал­ся так на­зыва­е­мый се­вер­ный фас Кур­ской ду­ги. Имен­но на этот по­сёлок в ию­ле 1943 го­да на­пра­ви­ла глав­ный удар се­вер­ная груп­пи­ров­ка фа­шист­ских войск. Го­ро­док пла­ни­ро­ва­ли за­хва­тить с хо­ду и да­лее про­би­ва­ться к Кур­ску. Пе­ред на­ча­лом сра­же­ния всех жи­те­лей По­нырей в при­ка­зном по­ряд­ке отпра­ви­ли в тыл на 10 – 15 ки­ло­ме­тров. Но на­се­лён­ный пункт нем­цы так и не взя­ли. Ли­ния фрон­та про­ле­га­ла пря­мо по его ули­цам, не­ко­то­рые квар­та­лы до се­ми раз пе­ре­хо­ди­ли из рук в ру­ки. Выдер­жав удар фа­ши­стов, со­вет­ские вой­ска пе­ре­шли в кон­тр­на­сту­пле­ние.

В ав­гу­сте 1943-го Ми­ша Го­ряй­нов с дво­ю­ро­дным бра­том Са­шкой тай­ком отпра­ви­лись в По­ныри – по­смо­треть, что прои­зо­шло с их до­мом. Но ни­че­го не уда­лось. Фронт на­хо­дил­ся ещё ря­дом, и в по­сёлок ре­бят не пропу­сти­ли. На обра­тном пу­ти го­ло­дные маль­чи­ки встре­ти­ли лей­те­нан­та. Он поин­те­ре­со­вал­ся их во­зра­стом и не­о­жи­дан­но пре­дло­жил нем­но­го по­ра­бо­тать. Но не за­да­ром – обе­щал кор­мить. Па­ца­ны хле­ба с пол­го­да тол­ком не ели, пе­ре­би­ва­лись тем, кто что по­даст ли­бо са­ми най­дут. А если уж кор­мить обе­ща­ют вдо­воль с сол­да­та­ми, по­че­му бы не по­ра­бо­тать.

Лей­те­нант ока­зал­ся ко­ман­ди­ром тро­фей­ной ко­ман­ды. Во­зра­стом ре­бят ин­те­ре­со­вал­ся не из пра­здно­го лю­бо­пыт­ства. К то­му вре­ме­ни во­ен­ный со­вет Во­ро­неж­ско­го фрон­та издал при­каз о фор­ми­ро­ва­нии вспо­мо­га­тель­ных тро­фей­ных рот. В них ра­зре­ша­лось при­ни­мать муж­чин и жен­щин в во­зра­сте от 16 лет. До­пу­ска­лось за­чи­сле­ние в ро­ты по­дрос­тков 14 – 15 лет, изъя­вив­ших до­бро­воль­ное же­ла­ние… Осо­бое вни­ма­ние ко­ман­до­ва­ние обра­ща­ло на не­об­хо­ди­мость обе­спе­чить по­дра­зде­ле­ния «са­пёра­ми-по­дрыв­ни­ка­ми – ли­ца­ми, зна­ко­мыми с во­о­ру­же­ни­ем, бо­е­при­па­са­ми, ав­то­ма­ши­на­ми».

Так, уже ле­том 1943 го­да ре­бя­та ока­за­лись в ко­ман­де, ко­то­рая обе­зв­ре­жи­ва­ла бо­е­при­па­сы и взрыв­ча­тые ве­ще­ства, соби­ра­ла ору­жие, хо­ро­ни­ла по­гиб­ших. Маль­чи­шкам, ко­не­чно, уже при­хо­ди­лось ви­деть мёр­твых, но по­сле не­дав­них бо­ёв кар­ти­на ока­за­лась ужа­сная. Ко­ман­да ра­счи­ща­ла до­ро­гу По­ныри – Ма­ло­ар­хан­гельск и 50-ме­тро­вую по­ло­су по обе её сто­ро­ны. Ре­бят во­о­ру­жи­ли обычными по­жар­ными ба­гра­ми. Ими они пе­ре­та­ски­ва­ли уже на­чав­шие ра­зла­га­ться тру­пы по­гиб­ших сол­дат в глу­бо­кие во­рон­ки или спе­ци­аль­но отрытые для это­го са­ни­тар­ные ямы. Укла­дыва­ли, сколь­ко по­ме­сти­тся, и при­сыпа­ли зем­лёй.

По­ми­мо это­го, на­хо­ди­ли бес­счётное ко­ли­че­ство взрыво­о­па­сных пре­дме­тов. В ко­ман­де дей­ство­ва­ли про­фес­си­о­на­лыса­пёры, но вре­мя от вре­ме­ни эта ра­бо­та ло­жи­лась и на пле­чи по­дрос­тков. Как обра­ща­ться с не­ра­зо­рвав­ши­ми­ся бо­е­при­па­са­ми и ми­на­ми, их ни­кто осо­бо не учил. Так, объя­сни­ли в двух сло­вах. Кое-что ре­бя­та под­сма­три­ва­ли у взро­слых и дей­ство­ва­ли так же. На­при­мер, най­дя взрыво­о­па­сный пре­дмет, кре­пи­ли к не­му за­пал, от не­го де­ла­ли не­боль­шую до­рож­ку из по­ро­ха, ко­то­рый высыпа­ли из па­тро­нов, по­джи­га­ли по­рох, а по­ка он го­рел, пря­та­лись в окоп или дру­гое укрытие. Се­кун­да-дру­гая, прои­схо­дил взрыв. По­сле это­го мо­жно ра­бо­тать даль­ше.

За 15 дней ра­бо­ты этот не­боль­шой отряд пре­дал зем­ле те­ла не­сколь­ких тысяч по­гиб­ших, обе­зв­ре­дил тыся­чи взрыво­о­па­сных пре­дме­тов. Об­сле­до­вал сто­ме­тро­вую по­ло­су дли­ной 7 ки­ло­ме­тров. За день – бо­лее 40 тысяч ква­дра­тных ме­тров. Для срав­не­ния: по сов­ре­мен­ным нор­ма­ти­вам, для па­ры про­фес­си­о­наль­ных са­пёров днев­ная нор­ма – от 7 до 10 ква­дра­тных ме­тров! По­ня­тно, это свя­за­но с хи­трой эле­ктрон­ной на­чин­кой сов­ре­мен­ных мин. Но тем не ме­нее…

Ми­хаил Го­ряй­нов вме­сте с бра­том в той са­пёр­но-тро­фей­ной ко­ман­де на­хо­ди­лись, что на­зыва­е­тся, на до­бро­воль­ных на­ча­лах. Ни в ка­кие спи­ски их не вно­си­ли. Маль­чи­шки ри­ско­ва­ли жи­знью, по су­ти, за еду. Тем вре­ме­нем фронт про­дви­гал­ся на за­пад. Кра­сная Ар­мия по­не­сла тя­жёлые по­те­ри. Тре­бо­ва­лось по­пол­не­ние. На осво­бо­ждён­ных от фа­ши­стов тер­ри­то­ри­ях на­чал­ся при­зыв. Бра­ли толь­ко на­чи­ная с 16 лет. То­гда 14 – 15-ле­тние маль­чи­шки не да­ва­ли про­хо­да ко­ман­ди­рам воин­ских ча­стей – про­си­лись на фронт. У этих па­ца­нов за пле­ча­ми были по­чти пол­то­ра го­да ок­ку­па­ции и зверств фа­ши­стов, по­дрос­тки го­ре­ли же­ла­ни­ем бить вра­га. Но они да­же и пред­ста­вить не мо­гли, что по­сле осво­бо­жде­ния им до­ста­не­тся опа­сная ра­бо­та ли­кви­да­то­ров смер­ти. Тре­бо­ва­лось в сро­чном по­ряд­ке очи­щать зем­лю от взрыво­о­па­сных пре­дме­тов и иско­рёжен­ной бо­е­вой те­хни­ки, что­бы без­бо­я­знен­но па­хать и се­ять. Без это­го вос­ста­нав­ли­вать ра­зру­шен­ное хо­зяй­ство было не­во­змо­жно.

30 ми­нёров из ме­стно­го На­се­ле­ния

19 фев­ра­ля 1944 го­да пред­се­да­тель Го­су­дар­ствен­но­го ко­ми­те­та обо­ро­ны Вя­че­слав Мо­ло­тов под­пи­сал по­ста­нов­ле­ние №5216 «О прив­ле­че­нии ор­га­ни­за­ций Осо­а­ви­а­хи­ма к ра­бо­там по ра­зми­ни­ро­ва­нию». До­ку­мент на­пра­ви­ли для испол­не­ния ру­ко­вод­ству 28 со­вет­ских обла­стей и двух кра­ёв, осво­бо­ждён­ных от вра­га. Же­ла­ю­щих за­пи­са­ться в ми­нёры по при­зыву Осо­а­ви­а­хи­ма (Об­ще­ство со­дей­ствия обо­ро­не, ави­а­ци­он­но­му и хи­ми­че­ско­му строи­тель­ству в 1920 – 1940-е го­ды обу­ча­ло до­при­зыв­ную мо­ло­дёжь осно­вам во­ен­но­го де­ла), в том чи­сле и в Кур­ской обла­сти, ока­за­лось хоть от­бав­ляй. Ведь мно­гие маль­чи­шки бре­ди­ли фрон­том, а их по ма­ло­лет­ству не бра­ли. А тут – шанс про­я­вить се­бя, за­ня­ться се­рьёзным де­лом.

Пе­ред тем как за­чи­слить па­рень­ка или де­ву­шку в отряд са­пёров, ко­мис­сия Осо­а­ви­а­хи­ма вме­сте с во­ен­ными ко­мис­са­ри­а­та­ми про­во­ди­ли не­ко­то­рый от­бор. Уча­стник ра­бот по ра­зми­ни­ро­ва­нию Кур­ской обла­сти в 1944 – 1945 го­дах Ва­си­лий Гу­ля­ев вспо­ми­нал, что в пер­вую оче­редь смо­тре­ли на обра­зо­ва­ние кан­ди­да­тов. Ко­не­чно, по тем вре­ме­нам гра­мо­тность была не шиб­ко высо­кая – клас­сов шесть. Но тем не ме­нее это­го счи­та­лось до­ста­то­чно, что­бы освоить на­чаль­ный курс са­пёр­но­го де­ла. К то­му же ни­ко­го не тре­бо­ва­лось за­став­лять учи­ться из-под пал­ки.

Сам Ва­си­лий Гу­ля­ев до 1941 го­да жил в Кур­ске, по­том уе­хал с ро­ди­те­ля­ми в эва­ку­а­цию. Вер­нул­ся на ро­ди­ну в кон­це 1943 го­да. Его отец по­гиб под Ле­нин­гра­дом. К своим 15 го­дам Ва­си­лий уже на­учил­ся ме­тко стре­лять, ра­зби­рал­ся в ми­нах и сна­ря­дах. По­это­му он не за­ду­мыва­ясь откли­кнул­ся на при­зыв, и его за­чи­сли­ли в один из отря­дов.

Ко­ман­ды ра­зми­нёров, как их то­гда на­зыва­ли, фор­ми­ро­ва­лись не толь­ко из до­бро­воль­цев. Не­ко­то­рых ре­бят при­зыва­ли че­рез во­ен­ные ко­мис­са­ри­а­ты. В кон­це 1943 го­да Ви­кто­ру Се­бе­ле­ву при­не­сли со­о­твет­ству­ю­щую по­вес­тку, ко­то­рую он со­хра­нил до сих пор. Та­кие вызо­вы в те дни по­лу­ча­ли тыся­чи со­вет­ских по­дрос­тков. Азы са­пёр­но­го де­ла пре­по­да­ва­ли са­пёры-фрон­то­ви­ки: офи­це­ры и сер­жан­ты. Они же по­том во­згла­ви­ли ко­ман­ды. Но про­фес­си­о­на­лов не хва­та­ло.

Из отчёта Кур­ско­го Осо­а­ви­а­хи­ма о ра­зми­ни­ро­ва­нии: «…Сре­ди ли­чно­го со­ста­ва ко­манд за 1944 – 1945 гг. уби­то – 37 че­ло­век, ра­не­но – 45 че­ло­век».

По­это­му от­би­ра­ли маль­чи­шек по­со­обра­зи­тель­нее, го­то­ви­ли их как ин­стру­кто­ров и на­зна­ча­ли стар­ши­ми групп. За­ни­ма­лись пять дней в не­де­лю по три ча­са. Глав­ный пре­дмет – ра­зми­ни­ро­ва­ние.

Дми­трий Гри­да­сов на­дол­го за­пом­нил, как со свои­ми свер­стни­ка­ми око­ло ме­ся­ца изу­чал не­ме­цкие, вен­гер­ские, со­вет­ские и дру­гие ми­ны, гра­на­ты, ми­но­мётные выстре­лы, сна­ря­ды, ави­а­ци­он­ные бом­бы и мас­су дру­гих взрыво­о­па­сных пре­дме­тов. К сча­стью, ру­ко­во­ди­те­ли их груп­пы осо­бое вни­ма­ние уде­ля­ли со­блю­де­нию мер те­хни­ки без­о­па­сно­сти.

Пре­жде чем за­пи­са­ться в ра­зми­нёры, Дми­трий Гри­да­сов пол­то­ра го­да маль­чи­шкой про­жил в ок­ку­па­ции. Вбли­зи их де­рев­ни про­хо­ди­ла ли­ния фрон­та. Одна­жды со­вет­ские вой­ска про­во­ди­ли ра­звед­ку бо­ем. Ата­ка за­хле­бну­лась. На гла­зах у жи­те­лей де­рев­ни нем­цы штыка­ми до­би­ва­ли ра­не­ных кра­сно­ар­мей­цев.

Жа­лея жи­зни ма­лень­ких по­до­пе­чных, мно­гие ин­стру­кто­ры до­воль­но ответ­ствен­но под­хо­ди­ли к по­дго­тов­ке по­дрос­тков. Ко­еко­го из этих групп быва­лые во­я­ки сра­зу отчи­сля­ли. Ва­си­лий Гу­ля­ев рассказал: ин­стру­ктор де­таль­но по­ка­зывал, как из то­ло­вой ша­шки и взрыва­те­ля с по­мо­щью пас­са­ти­жей сде­лать на­кла­дной за­ряд, не­об­хо­ди­мый для уни­что­же­ния на ме­сте най­ден­но­го взрыво­о­па­сно­го пре­дме­та. Сде­лал, по­джёг за­пал, от­бро­сил подаль­ше, про­зву­чал взрыв. Дал про­де­лать то же са­мое одно­му из маль­чи­шек. Тот по­пытал­ся, а у не­го ру­ки дро­жат. Са­пёр тут же отпра­вил по­дрос­тка до­мой, боль­ше ре­бя­та его не ви­де­ли.

По­сле обу­че­ния сда­ва­ли эк­за­ме­ны. Кто их про­шёл, чуть ли не на сле­ду­ю­щий день отправ­лял­ся на мин­ные по­ля. Ра­бо­та­ли по не­сколь­ко дней, жи­ли в па­ла­тках или зем­лян­ках. Ино­гда отпра­ши­ва­лись у стар­ше­го на по­быв­ку до­мой – по­мыться, по­сти­рать бе­льё и оде­жду.

Ра­зми­нёрам по­ла­га­лось спе­ци­аль­ное обмун­ди­ро­ва­ние: по­но­шен­ные, ча­сто за­ла­тан­ные брю­ки га­ли­фе и бу­шлат. А ещё – ша­хтёр­ские ли­тые га­ло­ши, сей­час та­кие не уви­ди­шь. Хо­дить в них, а тем бо­лее ра­бо­тать на мин­ном по­ле было край­не не­у­до­бно. По­то­му та­кую обу­вь, ко­не­чно же, ни­кто не на­де­вал. По­на­ча­лу ко­ман­ди­ры групп – про­фес­си­о­наль­ные са­пёры са­ми «сни­ма­ли» наи­бо­лее сло­жные ми­ны. По­том ста­ли до­ве­рять наи­бо­лее опытным из своих ко­манд.

Ни­ко­лай Ка­лу­гин вспо­ми­нал, что мин ока­за­лось пол­но. Зем­ля была бу­кваль­но на­пи­чка­на смер­то­но­сным же­ле­зом. По­на­ча­лу ре­бя­та ни­че­го не бо­я­лись – ри­ско­ва­ли, не­смо­тря ни на что. Но ко­гда уби­ло одно­го, вто­ро­го, они ста­ли ма­лость по­спо­кой­нее.

До то­го как Ни­ко­лай Ка­лу­гин при­шёл в ко­ман­ду са­пёров, его, 15-ле­тне­го маль­чи­шку, при­ня­ли в истре­би­тель­ный отряд. Это прои­зо­шло сра­зу по­сле осво­бо­жде­ния се­ла, где он жил, от фа­ши­стов. Слу­жбу не­сли с ору­жи­ем. Вме­сте с учас­тко­вым ми­ли­ци­о­не­ром они под­дер­жи­ва­ли об­ще­ствен­ный по­ря­док в не­сколь­ких де­рев­нях, ло­ви­ли и кон­вои­ро­ва­ли де­зер­ти­ров из Кра­сной Ар­мии.

По­те­ри в ко­ман­дах ми­нёров на­ча­лись с пер­вых дней ра­бо­ты. Ка­ждый день при­но­сил со­об­ще­ния о взро­слых и де­тях, по­гиб­ших на по­лях про­шед­ших бо­ёв.

По­ня­тно, по­дрос­тков ра­спи­ра­ло от гор­до­сти. Их так це­ни­ли! Они были ну­жны! Они выпол­ня­ли ра­бо­ту взро­слых! Да, де­ло опа­сное… Так ведь по­то­му и ува­жа­ют! Маль­чи­ше­ская удаль ча­сто ме­ша­ла по­ни­ма­нию, что мо­же­шь в лю­бой мо­мент взор­ва­ться. Впро­чем, на мин­ных по­лях юные са­пёры быстро взро­сле­ли. Ми­ны ко­си­ли их ря­ды, а ка­ко­во в 15 лет ви­деть ра­зор­ван­ные те­ла то­ва­ри­щей?

В ию­не 1944 го­да пред­се­да­тель испол­ко­ма Кур­ской обла­сти до­кла­дывал в Го­су­дар­ствен­ный ко­ми­тет обо­ро­ны:

«При ра­зми­ни­ро­ва­нии име­лось не­сколь­ко не­сча­стных слу­ча­ев с жер­тва­ми (уби­то 42 чел., из них: офи­це­ров – 5, кра­сно­ар­мей­цев – 7 и ми­нёров из ме­стно­го на­се­ле­ния – 30). Тя­же­ло ра­не­но 16 чел. ми­нёров из ме­стно­го на­се­ле­ния. Лег­ко ра­не­но 27 чел., из них кра­сно­ар­мей­цев – 2».

Что­бы по­нять мас­штаб про­де­лан­ной ра­бо­ты, сно­ва при­ве­дём выдерж­ку из до­кла­да то­го же со­вет­ско­го чи­нов­ни­ка: «За пе­ри­од с 10 апре­ля 44 г. по 29 ию­ня с. г. ко­ман­да­ми ми­нёров… про­ве­де­на сле­ду­ю­щая ра­бо­та: очи­ще­но от мин… – 58 363 га, …все­го обе­зв­ре­же­но мин – 426 400 шт., …уни­что­же­но ра­зли­чных бо­е­при­па­сов – 271 672 шт.».

выпу­скни­ки де­ся­ти­днев­ных кур­сов

Прав­да, сле­ду­ет отме­тить, что кро­ме па­три­о­ти­че­ских у не­ко­то­рых ре­бят были и бо­лее про­заи­че­ские мо­ти­вы для всту­пле­ния в ря­ды са­пёров. Там им то­чно не гро­зи­ла смерть от го­ло­да. На­при­мер, в ре­ше­нии Кур­ско­го обла­стно­го со­ве­та по ор­га­ни­за­ции со­о­твет­ству­ю­щей де­я­тель­но­сти это тре­бо­ва­ние ука­зыва­лось от­дель­ным пун­ктом: «Обя­зать рай­со­ве­ты де­пу­та­тов тру­дя­щи­хся ор­га­ни­зо­вать пи­та­ние ли­чно­го со­ста­ва ко­манд из ме­стных ре­сур­сов…»

По­на­ча­лу ме­ню 15-ле­тних са­пёров со­сто­я­ло глав­ным обра­зом из кар­то­шки и хле­ба. Обычно со­тру­дни­ки во­ен­ко­ма­та при­во­зи­ли им хлеб и под­сол­не­чное ма­сло. Де­ре­вен­ское же ру­ко­вод­ство выда­ва­ло кар­то­шку, при­чём с та­ким учётом, что­бы хва­ти­ло на по­сев­ную. Но маль­чи­шкам, пе­ре­жив­шим во­ен­ный го­лод, и это­го хва­та­ло. Прав­да, к маю 1944 го­да маль­чи­шки за­жи­ли нем­но­го лег­че. По ре­ше­нию ру­ко­вод­ства Кур­ской обла­сти их ста­ли обе­спе­чи­вать про­до­воль­стви­ем по нор­мам про­мышлен­ных ра­бо­чих. Бла­го­да­ря это­му счи­та­лось на­сто­я­щим пра­здни­ком, если уда­ва­лось по­лу­чить хоть бан­ку ту­шён­ки.

Со вре­ме­нем пред­се­да­те­ли кол­хо­зов смо­гли выде­лять ово­щи. Хо­тя кре­стья­не са­ми и не до­е­да­ли. Де­ло в том, что от де­ре­вен­ских жи­те­лей стро­жай­шим обра­зом тре­бо­ва­ли при­сту­пать к по­сев­ной – фрон­ту и стра­не не­об­хо­ди­мо про­до­воль­ствие. Одна­ко из-за ри­ска по­дор­ва­ться жен­щи­ны и де­во­чки в сёлах бо­я­лись выхо­дить в по­ле. Пред­се­да­те­ли кол­хо­зов и сов­хо­зов бу­кваль­но сто­я­ли в оче­ре­ди, что­бы пе­ре­хва­тить осво­бо­див­шу­ю­ся ко­ман­ду маль­чи­шек-са­пёров и при­вез­ти к се­бе в хо­зяй­ство. Не­ред­ко это прои­схо­ди­ло при­мер­но так. На­чи­на­ют ре­бя­та ужи­нать по­сле ра­бо­ты на по­ле одно­го из кол­хо­зов. Тут при­е­зжа­ет к ним пред­се­да­тель со­се­дне­го: мол, ко­гда ко мне при­дёте? Ему до­ма жен­щи­ны про­хо­да не да­ва­ли, де­скать, ве­ди к нам, пред­се­да­тель, ра­зми­нёров – нам се­ять на­до.

Что­бы как мо­жно быстрее ре­шить про­бле­му с очис­ткой по­сев­ных пло­ща­дей, Кур­ский обла­стной со­вет при­нял ре­ше­ние «О со­з­да­нии ко­манд по ра­зми­ни­ро­ва­нию по­лей и учас­тков от вра­же­ских мин». Тре­бо­ва­ние обла­стно­го ру­ко­вод­ства было пре­дель­но то­чным: «Со­здать в ка­ждом ра­йо­не по 1 ко­ман­де ми­нёров чи­слен­но­стью от 15 до 40 че­ло­век в ко­ман­де... С бой­ца­ми уком­пле­кто­ван­ных ко­манд про­ве­сти де­ся­ти­днев­ные кур­сы для обу­че­ния их пра­ви­лам ра­зми­ни­ро­ва­ния…» Вско­ре во всех на­се­лён­ных пун­ктах Кур­ской и со­се­дних обла­стей по­яви­лись ли­стов­ки, ра­с­про­стра­нён­ные Осо­а­ви­а­хи­мом. В них не толь­ко при­гла­ша­ли до­бро­воль­цев для про­ве­де­ния ра­бот по ра­зми­ни­ро­ва­нию, но и пре­ду­пре­жда­ли, с чем им пред­стоит стол­кну­ться. На­при­мер, «Пом­ни о ко­вар­стве вра­га – о ло­ву­шках, «сюр­при­зах», по­всю­ду ра­збро­сан­ных вра­гом. Осто­ро­жно обра­щай­ся с ни­ми».

Пре­ду­пре­жде­ние ока­зыва­лось сов­сем не ли­шним. С 1930-х го­дов не­ме­цкие мин­ные те­хно­ло­гии яв­ля­лись са­мыми со­вер­шен­ными. В хо­де вой­ны по­яви­лись но­вые образ­цы мин со сло­жней­шей за­щи­той от ра­зми­ни­ро­ва­ния или во­об­ще уста­нов­лен­ных «на неи­зв­ле­че­ние». Но как об этом узна­е­шь? Обе­зв­ре­дить та­кие шту­ки было по­рой не под си­лу да­же про­фес­си­о­наль­но­му са­пёру. На пра­кти­ке же маль­чи­шки дей­ство­ва­ли так. Ко­гда во­зни­ка­ло сом­не­ние, во­змо­жные «сюр­при­зы» сна­ча­ла «сдёр­ги­ва­ли» спе­ци­аль­ным при­сп­осо­бле­ни­ем – «ко­шкой» (не­сколь­ко спа­ян­ных ме­жду со­бой крю­ков, при­вя­зан­ных к длин­ной ве­рёв­ке). Для се­бя рыли окоп, пря­та­лись в не­го и бро­са­ли «ко­шку» на ми­ну. Если ми­на уста­нов­ле­на «на неи­зв­ле­че­ние», она взрыва­лась. Если нет, то по­том из неё выкру­чи­ва­ли взрыва­тель и скла­ди­ро­ва­ли. За день толь­ко та­ким при­ёмом ко­ман­да, в ко­то­рой ра­бо­тал Ко­ля Ка­лу­гин, «сни­ма­ла» око­ло де­ся­тка не­ме­цких про­ти­во­тан­ко­вых мин.

Са­мыми опа­сными были не­ме­цкие про­ти­во­пе­хо­тные, прыга­ю­щие ми­ны. Сол­да­ты их окре­сти­ли ми­на­ми-ля­гу­шка­ми. Ре­бя­та на­зыва­ли «уса­тыми». Най­ти их было не­ве­ро­я­тно тру­дно. Для это­го не под­хо­дил ни ми­нои­ска­тель, ни щуп. Из ми­ны выхо­ди­ли три уси­ка, со­е­ди­нён­ные с че­кой, от уси­ка в сто­ро­ну отхо­ди­ла про­во­ло­ка. За­дел её – взрыва-

тель сра­бо­тал. По­ро­хо­вой за­ряд выши­бал ми­ну вверх ме­тра на два, она взрыва­лась, и тыся­чи сталь­ных ша­ри­ков по­ра­жа­ли всё жи­вое в ра­ди­у­се не­сколь­ких ме­тров.

Та­кие на­ход­ки опять же ли­бо «сдёр­ги­ва­ли», ли­бо по­дрыва­ли на ме­сте то­ло­вой ша­шкой, к ко­то­рой при­ма­тыва­ли де­то­ни­ру­ю­щий шнур. Прав­да, с ним при­хо­ди­лось им­про­ви­зи­ро­вать. Де­ло в том, что по пра­ви­лам ра­зми­ни­ро­ва­ния по­ла­га­лось де­лать за­пал не ме­нее 50 сан­ти­ме­тров. Но то­гда 100 ме­тров шну­ра, ко­то­рый выде­ля­ли на не­де­лю, не хва­ти­ло бы и на не­сколь­ко дней. По­это­му отре­за­ли столь­ко, что­бы го­рел се­кунд 20. Маль­чи­шки по­джи­га­ли и бе­жа­ли изо всех ног, по­ка не прои­схо­дил взрыв.

Ещё одна опа­сность за­клю­ча­лась в том, что ра­бо­тать по боль­шей ча­сти при­хо­ди­лось всле­пую. По­лу­чить пла­ны со­вет­ских мин­ных по­лей было край­не тру­дно. Да они ча­сто и не со­о­твет­ство­ва­ли дей­стви­тель­но­сти. Одна из схем, ска­жем, по­ка­зыва­ла: в по­ле за­ко­па­но 170 про­ти­во­пе­хо­тных мин. Но на­шли на нем 750! А о пла­нах не­ме­цких мин­ных по­лей ре­чи во­об­ще не шло. Тем не ме­нее де­ва­ться не­ку­да. На ме­стах не­дав­них бо­ёв, как пра­ви­ло, стал­ки­ва­лись с одним и тем же. Не­ме­цкие око­пы, вдоль них – про­во­ло­чное за­гра­жде­ние. Пе­ред ним – два ря­да про­ти­во­тан­ко­вых мин и столь­ко же – про­ти­во­пе­хо­тных. И так на со­тню ки­ло­ме­тров. При­бли­зи­тель­но то же са­мое и со сто­ро­ны, где обо­ро­ня­лись кра­сно­ар­мей­цы. При этом дей­ство­вать ми­нои­ска­те­лем не­во­змо­жно. К то­му же и было их край­не ма­ло. При­бор сра­ба­тывал на лю­бой ме­тал­ли­че­ский пре­дмет. А ими зем­ля ока­за­лась бу­кваль­но усыпа­на. По­это­му по­сле вклю­че­ния ми­нои­ска­тель без кон­ца пи­щал, но неи­зве­стно, на что ре­а­ги­ро­вал: на ми­ну, оско­лок или ещё на что.

На помощь при­шла сме­кал­ка. До­воль­но быстро маль­чи­шки ста­ли уга­дывать, по ка­ко­му прин­ци­пу выстраи­ва­лись мин­ные за­гра­жде­ния. Их в основ­ном рас­став­ля­ли там, где ме­стность пло­хо про­стре­ли­ва­е­тся. К при­ме­ру, ло­щи­ны, впа­ди­ны. На­ча­ли ори­ен­ти­ро­ва­ться на та­кие ме­ста . Даль­ше – боль­ше. Очень ско­ро они опре­де­ли­ли, что нем­цы уста­нав­ли­ва­ли ми­ны в ша­хма­тном по­ряд­ке. В ря­ду ме­жду ка­ждой рас­сто­я­ние – 2 ме­тра, слов­но ли­ней­кой отме­ря­ли. У на­ших мин­ных по­лей со­хра­нял­ся при­мер­но тот же ша­хма­тный по­ря­док, но про­ме­жу­тки были пла­ва­ю­щие. И тем не ме­нее мно­гие из ре­бят на­учи­лись на глаз до­воль­но то­чно ра­спо­зна­вать ме­ста уста­нов­ки мин. На­при­мер, тра­ва по­жу­хла на пя­та­чке – зна­чит, ко­па­ли на этом ме­сте.

Стро­гий учёт успе­хам по­до­пе­чных ве­ли про­фес­си­о­наль­ные са­пёры, ко­то­рые ко­ман­до­ва­ли груп­па­ми. На­чаль­ни­ки со­став­ля­ли кар­ты ра­зми­ни­ро­ван­ных ра­йо­нов. Были опа­сные учас­тки, за­ро­сшие высо­кой тра­вой, ко­то­рая ло­жи­лась на зем­лю, и про­бра­ться к ми­нам было не­во­змо­жно. Та­кие учас­тки ого­ра­жи­ва­ли про­во­ло­кой, отме­ча­ли на кар­тах и остав­ля­ли до сле­ду­ю­щей ве­сны. Зи­мой ми­ны не обе­зв­ре­жи­ва­ли.

У Ни­ко­лая Ка­лу­ги­на стар­шим был офи­цер. Он си­дел в сто­ро­не, что­бы ви­деть, где ра­бо­та­ют его ре­бя­та. Учи­тывал не толь­ко при­не­сён­ные взрыво­о­па­сные пре­дме­ты, но и уни­что­жен­ные па­ца­на­ми на ме­сте. Услышал взрыв – сде­лал отме­тку в спе­ци­аль­ной те­тра­ди во­зле со­о­твет­ству­ю­щей фа­ми­лии. Та­ким обра­зом, на сче­ту Ни­ко­лая Ка­лу­ги­на ока­за­лось око­ло 3,5 тыся­чи обе­зв­ре­жен­ных взрыво­о­па­сных пре­дме­тов. К со­жа­ле­нию, в по­сле­дний день ра­бо­ты груп­пы этот офи­цер по­гиб. Ре­бя­та уже по­е­ха­ли до­мой, а их ко­ман­дир отпра­вил­ся сда­вать про­ве­ря­ю­ще­му очи­щен­ные по­ля. В этот мо­мент маль­чи­шки услыша­ли взрыв. Ве­ро­я­тно, опытный са­пёр на­сту­пил на одну из не­за­ме­чен­ных мин…

Ги­бель опытных са­пёров была ред­ко­стью, хо­тя слу­ча­лось и та­кое, ведь эта ра­бо­та край­не ри­ско­ван­ная. Основ­ные же по­те­ри не­сли, ра­зу­ме­е­тся, те, у ко­го опыта, да и осто­ро­жно­сти было по­мень­ше. На­при­мер, Дми­трий Гри­да­сов рассказал о по­те­рях сре­ди одно­клас­сни­ков: «Мер­ку­ло­ву Але­ксан­дру отор­ва­ло ру­ку. Сычёву Ни­ко­лаю взрыв­ной вол­ной выби­ло гла­за, пов­ре­ди­ло ли­цо, гру­дную кле­тку. Му­ра­ко­ва Се­рёжу ра­зор­ва­ло на ку­ски. По ку­скам со­бра­ли. Афо­нов ра­нен был в спи­ну».

Из отчёта Кур­ско­го обла­стно­го управ­ле­ния Осо­а­ви­а­хи­ма о про­де­лан­ной ра­бо­те по ра­зми­ни­ро­ва­нию: «…Сре­ди ли­чно­го со­ста­ва ко­манд: в 1944 го­ду уби­то – 28 че­ло­век, ра­не­но – 36 че­ло­век, в 1945 го­ду уби­то – 9 че­ло­век, ра­не­но – 9 че­ло­век. Ито­го за 1944 – 1945 гг. уби­то – 37 че­ло­век, ра­не­но – 45 че­ло­век».

Этим маль­чи­шкам было по 15 – 16 лет. Одна­жды ре­бя­та из ко­ман­ды, где ра­бо­тал Ди­ма Гри­да­сов, при­та­щи­ли стран­ный шар и уже пыта­лись его ра­зо­брать. Ни­че­го по­до­бно­го ни­кто из них пре­жде не ви­дел. Ско­рее ин­туи­тив­но, вспо­ми­нал Дми­трий Фёдо­ро­вич, он при­ка­зал маль­чи­шкам не­ме­длен­но ра­збе­жа­ться по сто­ро­нам и тол­кнул шар в окоп. В сле­ду­ю­щее мгно­ве­ние прои­зо­шёл силь­ней­ший взрыв. Гри­да­сов вспо­ми­нал: «Я в пыли, в гря­зи. Не слышу ни­че­го, слышу – гля­нул на ру­кав, ва­та, брю­ки изре­за­ны. Чув­ствую, бо­тин­ки пол­ны кро­ви, с рук те­чёт кро­вь, сам ни­че­го не по­йму, ме­ня оглу­ши­ло. Отша­тнись я впра­во, сан­ти­ме­тров на 10 – 20, ме­ня бы ра­зру­би­ло». Ми­на, ко­то­рая едва не уби­ла Дми­трия Гри­да­со­ва, на­зыва­е­тся Kugeltreibmine – кру­глая по­дви­жная ми­на. Мно­гие спе­ци­а­ли­сты утвер­жда­ют, что нем­цы не при­ме­ня­ли её на Во­сто­чном фрон­те. Ока­зыва­е­тся обра­тное. Изго­тов­ле­на из бе­то­на, в ко­то­рый за­ли­та ме­тал­ли­че­ская шра­пнель, а в се­ре­ди­не – тро­ти­ло­вые ша­шки. Пе­хо­та исполь­зо­ва­ла та­кую ми­ну на кру­тых скло­нах, стал­ки­вая её нав­стре­чу на­сту­па­ю­ще­му про­тив­ни­ку. Выдёр­ги­ва­лась че­ка, и по исте­че­нии 10 – 12 се­кунд ми­на взрыва­лась.

Из отчёта Кур­ско­го обла­стно­го управ­ле­ния Осо­а­ви­а­хи­ма о про­де­лан­ной ра­бо­те по ра­зми­ни­ро­ва­нию в 1944 – 1945 го­дах: «Все­го обна­ру­же­но и уни­что­же­но мин и ра­зли­чных взрыво­о­па­сных еди­ниц в 1944 – 1945 гг. 2 465 378 штук».

Одна­ко в сен­тя­бре 1944 го­да Го­су­дар­ствен­ный ко­ми­тет обо­ро­ны при­нял но­вое по­ста­нов­ле­ние, в ко­то­ром рез­ко кри­ти­ко­вал низ­кие тем­пы ра­зми­ни­ро­ва­ния осво­бо­ждён­ных обла­стей и не­до­о­цен­ку со­вет­ски­ми и пар­тий­ными ор­га­на­ми зна­че­ния Осо­а­ви­а­хи­ма в де­ле ра­зми­ни­ро­ва­ния. До­ку­мент был под­пи­сан Ста­ли­ным. В нём го­во­ри­лось о по­дго­тов­ке свыше 46 тысяч до­бро­воль­цев – ин­стру­кто­ров и бой­цов­ми­нёров, си­ла­ми ко­то­рых с 15 мар­та по 1 ав­гу­ста 1944 го­да про­ве­ре­но и ра­зми­ни­ро­ва­но без отрыва от прои­звод­ства 252 865 ква­дра­тных ки­ло­ме­тров, обе­зв­ре­же­но 8 363 428 про­ти­во­тан­ко­вых и про­ти­во­пе­хо­тных мин, ар­тил­ле­рий­ских сна­ря­дов и ави­а­бомб. Вме­сте с тем в до­ку­мен­те при­зна­ва­лось, что «вслед­ствие сла­бой по­дго­тов­ки и низ­кой ди­сци­пли­ны име­ет ме­сто боль­шое ко­ли­че­ство жертв». При­зна­ние это­го пе­чаль­но­го фа­кта тем не ме­нее не по­ме­ша­ло на­зна­чить жёс­ткие сро­ки за­вер­ше­ния ра­бот по ра­зми­ни­ро­ва­нию тер­ри­то­рий. Так, в Кур­ской и ещё 28 обла­стях, кра­ях и ав­то­ном­ных ре­спу­бли­ках всю ра­бо­ту тре­бо­ва­лось за­кон­чить к на­ча­лу ве­сен­ней по­сев­ной кам­па­нии 1945 го­да. Ве­ро­я­тнее все­го, объём ра­бот по ра­зми­ни­ро­ва­нию в тот пе­ри­од ма­ло кто пред­став­лял. Нем­но­го по­зже исто­ри­ки опре­де­ли­ли, что в Кур­ской би­тве на ка­ждый метр фрон­та при­хо­ди­лось три-пять мин! А сколь­ко не­ра­зо­рвав­ши­хся бомб и сна­ря­дов при­таи­лось то­гда в зем­ле, по­счи­тать не­во­змо­жно!

Фо­то­гра­фии пре­до­став­ле­ны Ла­ри­сой Хол­то­би­ной, ди­ре­кто­ром му­зея «Юные за­щи­тни­ки Ро­ди­ны» (го­род Курск) и Го­су­дар­ствен­ным ар­хи­вом Кур­ской обла­сти

дми­трий гри­да­сов

ни­ко­лай ка­лу­гин

кар­та мин­ных По­лей

ва­си­лий гу­ля­ев

ми­хаил го­ряй­нов

Newspapers in Ukrainian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.