Се­кре­тная мис­сия ки­но­ре­жис­сёра Ка­ла­то­зо­ва

Фбр не смо­гло до­ка­зать, что ми­хаил ка­ла­то­зов был аген­том со­вет­ской ра­звед­ки, хо­тя опре­де­лён­ные ко­свен­ные фа­кты го­во­рят об этом

Sovershenno sekretno Spetsvyipusk (Ukraine) - - Секреты Разведки - Але­ксей КАЗАКОВ Спе­ци­аль­но для «Со­вер­шен­но се­кре­тно»

«…В сце­на­ри­ях есть и иско­вер­кан­ный рус­ский язык, и мно­го­чи­слен­ные эле­мен­ты «клю­квы» (са­мо­ва­ры, бо­ро­ды), и т.п. иска­же­ния со­вет­ской дей­стви­тель­но­сти… и пре­у­ве­ли­че­ние ро­ли Аме­ри­ки и сим­па­тии к Аме­ри­ке в со­вет­ской жи­зни (Ка­ли­нин в филь­ме «Мис­сия в Мо­скве» ку­рит толь­ко аме­ри­кан­ские па­пи­ро­сы)», – чи­та­ла слу­же­бную за­пи­ску сво­е­го под­чи­нён­но­го Ли­дия Ки­сло­ва, ответ­ствен­ный ра­бо­тник Все­со­ю­зно­го об­ще­ства куль­тур­ных свя­зей с за­гра­ни­цей (ВОКС). Да, по­жа­луй, она со­гла­сна с глав­ной мыслью чи­нов­ни­ка: аме­ри­кан­цам, свя­зан­ным с прои­звод­ством кар­тин об СССР, тру­дно ра­зо­бра­ться в на­шей жи­зни, ведь они не зна­ют на­сто­я­щих со­вет­ских лю­дей, их быт, при­вычки, пси­хо­ло­гию. И на­до что-то пред­при­нять. Тем бо­лее в усло­ви­ях вой­ны. Аме­ри­кан­цы – на­ши со­ю­зни­ки, на­до по­мо­чь.

Ли­дия Ки­сло­ва на осно­ве этой слу­же­бной за­пи­ски в мар­те 1943 го­да до­кла­дыва­ет о про­бле­ме «ки­но­клю­квы» в США за­ве­ду­ю­ще­му от­де­лом про­па­ган­ды и аги­та­ции ЦК ВКП(Б) Ге­ор­гию Але­ксан­дро­ву (тёз­ке и одно­фа­миль­цу зна­ме­ни­то­го ре­жис­сёра). В ЦК жи­во откли­кну­лись и вско­ре, по­сле спе­ци­аль­но­го со­ве­ща­ния пи­са­те­лей и ки­не­ма­то­гра­фи­стов, при­ни­ма­е­тся ре­ше­ние: на­пра­вить в США – в ка­че­стве упол­но­мо­чен­но­го Ко­ми­те­та по де­лам ки­не­ма­то­гра­фии – Ми­хаи­ла Ка­ла­то­зо­ва, к то­му вре­ме­ни уже зна­ме­ни­то­го со­вет­ско­го ре­жис­сёра. Длин­ным тру­дным пу­тём, «на пе­ре­кла­дных» – че­рез ази­ат­скую часть Рос­сии, по­том че­рез Аля­ску, ве­зёт с со­бой в Ка­ли­фор­нию Ми­хаил Ка­ла­то­зов порт­фель, ту­го на­би­тый ки­но­сце­на­ри­я­ми, про­е­кта­ми за­ку­пок аме­ри­кан­ской про­ду­кции и про­да­жи со­вет­ских филь­мов в США. Он соби­ра­е­тся про­ве­сти боль­шую ра­бо­ту в Лос-ан­дже­ле­се и Нью-йор­ке про про­па­ган­де со­вет­ско­го ки­нои­скус­ства, по­зна­ко­ми­ться с кол­ле­га­ми. Ка­за­лось бы, с до­брой мис­си­ей он едет к своим, в стра­ну, со­ю­зную по ан­ти­ги­тле­ров­ской ко­а­ли­ции. И стран­ным в этом кон­текс­те мо­жет по­ка­за­ться, на­при­мер, то, что слу­чи­лось вско­ре по­сле то­го, как Ка­ла­то­зов и его во­злю­блен­ная Еле­на Юн­гер (а по до­ку­мен­там – же­на) арен­до­ва­ли дом в Лос-ан­дже­ле­се.

че­ло­век За сте­клом

Но­чью Ка­ла­то­зов про­снул­ся от стран­но­го зву­ка: глу­хой стук пе­ре­ме­жал­ся с по­скри­пыва­ни­ем. Что это? – при не­ясном све­те лу­ны за сте­клян­ной две­рью бал­ко­на на пер­вом эта­же ма­я­чи­ла фи­гу­ра че­ло­ве­ка. Он сту­чал и скрёб­ся в сте­кло.

– Что вам ну­жно? – взвол­но­ван­но спро­сил Ка­ла­то­зов у си­лу­эта.

Еле­на испу­ган­но се­ла в кро­ва­ти, схва­ти­ла труб­ку те­ле­фо­на, на­ча­ла на­би­рать но­мер по­ли­ции. Но в этот мо­мент за сте­клом ра­здал­ся го­лос управ­ля­ю­ще­го до­мом. Да, это был его ита­льян­ский акцент. Че­рез ми­ну­ту ита­лья­нец, за­ку­тан­ный до са­мых глаз шар­фом, сто­ял пе­ред Ка­ла­то­зо­вым и Юн­гер.

– Что с ва­ми? – поин­те­ре­со­ва­лась Еле­на с тре­во­гой в го­ло­се, по­ка­зав ру­кой на шарф.

– А, че­пу­ха, зу­бная боль… Толь­ко не за­жи­гай­те свет, по­жа­луй­ста, – то­ро­пли­во до­ба­вил управ­ля­ю­щий, за­ме­тив, что Ка­ла­то­зов по­тя­нул­ся к выклю­ча­те­лю. – Я спе­ци­аль­но при­шёл к вам но­чью, что­бы не быть за­ме­чен­ным. – Ну что же слу­чи­лось всё-та­ки? Ита­лья­нец ра­змо­тал и снял шарф. При­сел на стул.

– Ме­ня за­ста­ви­ли по­тре­во­жить вас чре­звычай­ные об­сто­я­тель­ства, – ска­зал он. – Се­го­дня ме­ня опять вызыва­ли в ФБР и тре­бо­ва­ли клю­чи от ва­ше­го по­дъе­зда. Ду­маю, хо­тят про­ве­сти обыск квар­ти­ры…

– Пле­вать. У нас ни­че­го нет ин­те­ре­сно­го для них, – по­ста­рал­ся оста­ться не­во­зму­ти­мым Ка­ла­то­зов.

Это со­бытие впо­след­ствии Ми­хаил Кон­стан­ти­но­вич опи­шет в сво­ей кни­ге «Ли­цо Гол­ли­ву­да». Он вспо­ми­нал: всё вре­мя пре­быва­ния в Аме­ри­ке ФБР пло­тно «па­сли» его и его груп­пу: их со­про­во­жда­ла, осо­бо не та­ясь, ма­ши­на на­ру­жно­го на­блю­де­ния, те­ле­фон его ра­бо­тал стран­но (по­зже всплывут до­ку­мен­ты за под­пи­сью ше­фа ФБР Джо­на Эдгар­да Гу­ве­ра с ука­за­ни­ем уста­но­вить про­слу­шку). Аген­ты по­сто­ян­но со­про­во­жда­ли ре­жис­сёра и его «сви­ту», в ко­то­рую вхо­ди­ли пе­ре­вод­чик и се­кре­тарь, аме­ри­кан­ка рус­ско­го прои­схо­жде­ния Зи­на Вой­нов, и по­мо­щник Еле­на Гор­бу­но­ва. Ко­гда лю­би­тель по­ли­ха­чить за ру­лём Ка­ла­то­зов ку­пил но­вую ма­ши­ну «Додж», аген­ты не по­спе­ва­ли за ним на их ста­рень­ком «Шев­ро­ле»; как-то им при­шлось оста­но­ви­ться, что­бы по­чи­нить мо­тор, и они откро­вен­но, да­же чуть сму­щён­но, по­про­си­ли «по­до­пе­чно­го» ездить по­ме­длен­ней. Он отнёс­ся со сни­схо­ди­тель­ным по­ни­ма­ни­ем: слу­жба, да и что взять с испол­ни­те­лей... В одной из ча­стных бе­сед Ка­ла­то­зов с усме­шкой рас­су­ждал: уж не фи­ктив­ная ли же­на сму­ти­ла аме­ри­кан­ские вла­сти? (Ле­нин­град­ская актри­са Еле­на Юн­гер была женой на­ро­дно­го ар­ти­ста СССР Ни­ко­лая Аки­мо­ва… впро­чем, эта су­гу­бо ли­чная исто­рия не ка­са­е­тся те­мы на­шей пу­бли­ка­ции.) А Ми­хаил Ка­ла­то­зов тем вре­ме­нем про­дол­жал за­ни­ма­ться свои­ми де­ла­ми в ка­че­стве пред­ста­ви­те­ля со­вет­ско­го ки­не­ма­то­гра­фа в США.

до­сье Фбр На ка­ла­то­зо­ва

Га­зе­та «Лос-ан­дже­лес таймс» по­ме­сти­ла по­дро­бный отчёт о встре­че Ка­ла­то­зо­ва с аме­ри­кан­ски­ми кол­ле­га­ми из ар­мей­ской ки­но­слу­жбы. Вёл встре­чу под­пол­ков­ник аме­ри­кан­ской ар­мии и ки­но­ре­жис­сёр Ана­толь Ли­твак. Ра­бо­тник со­вет­ско­го кон­суль­ства в Лос-ан­дже­ле­се пе­ре­во­дил ре­чь Ка­ла­то­зо­ва. Ми­хаил Кон­стан­ти­но­вич рас­ска­зывал аме­ри­кан­цам:

– Рус­ские осо­бен­но ин­те­ре­су­ю­тся му­зыкаль­ными кар­ти­на­ми. В этой обла­сти аме­ри­кан­цы впе­ре­ди нас. Мю­зи­клы по­стро­е­ны на то­чной син­хро­ни­за­ции дви­же­ния и му­зыки, на те­хни­че­ском опыте, в чём аме­ри­кан­цы до­сти­гли со­вер­шен­ства. Рус­ские сю­же­ты, осно­ван­ные на твор­че­стве на­ших ве­ли­ких пи­са­те­лей, – это, глав­ным обра­зом, на­стро­е­ние и ду­ша. Здесь мы, по­жа­луй, на рав­ных. По край­ней ме­ре, те­о­ре­ти­че­ски, – до­ба­вил с улыб­кой.

Он отме­тил, что в СССР успе­шно про­шли в про­ка­те аме­ри­кан­ские кар­ти­ны «В ста­ром Чи­ка­го», «Три му­шке­тёра», «Мис­сия в Мо­скву» и дру­гие.

Ми­хаил Кон­стан­ти­но­вич мно­го встре­чал­ся с гол­ли­вуд­ски­ми про­дю­се­ра­ми, вёл пе­ре­го­во­ры о по­ку­пке аме­ри­кан­ских и про­да­же со­вет­ских филь­мов, о при­о­бре­те­нии в Аме­ри­ке для со­вет­ско­го ки­но­прои­звод­ства но­вей­шей съёмо­чной те­хни­ки. Он по­зна­ко­мил­ся и по­дру­жил­ся с яр­ки­ми лю­дьми, в том чи­сле с Чар­ли Ча­пли­ном.

А те­перь да­вай­те вни­ма­тель­но вчи­та­ем­ся в текст не­дав­но рас­се­кре­чен­но­го ра­пор­та аген­та ФБР о встре­че Ми­хаи­ла Ка­ла­то­зо­ва и Чар­ли Ча­пли­на: «24 октя­бря 1943 го­да пред­по­ла­га­е­мый со­вет­ский агент Гри­го­рий Хей­фец при­был из Сан­фран­ци­ско в Лос-ан­дже­лес, где, на зва­ном обе­де у Ми­хаи­ла Ка­ла­то­зо­ва, упол­но­мо­чен­но­го Ко­ми­те­та по де­лам ки­не­ма­то­гра­фии при Сов­нар­ко­ме СССР в США, об­щал­ся с Ча­пли­ном…»

Агент? О ком ре­чь? Ока­зыва­е­тся, так в до­ку­мен­те име­ну­е­тся со­вет­ский кон­сул в Сан-фран­ци­ско Гри­го­рий Хей­фец, ко­то­рый, как те­перь мы зна­ем, в те го­ды был ре­зи­ден­том ра­звед­ки на За­па­дном по­бе­ре­жье США. Мо­жет быть, име­на двух ве­ли­ких де­я­те­лей ки­но по­па­ли в этот ра­порт слу­чай­но?

Не­сколь­ко лет на­зад ис­сле­до­ва­ни­ем отно­ше­ний аме­ри­кан­ских спец­служб и Ми­хаи­ла Ка­ла­то­зо­ва за­ни­мал­ся жи­ву­щий в США ки­но­вед и исто­рик Ва­ле­рий Го­лов­ской. В вышед­шей в 2006 го­ду кни­ге «Пе­ре­беж­чи­ки и ли­це­деи. Ли­ца и ма­ски» он, по­дро­бно ана­ли­зи­руя рас­се­кре­чен­ное до­сье ФБР на Ка­ла­то­зо­ва, пи­шет о том, что аген­ты вни­ма­тель­но сле­ди­ли за со­вет­ским ре­жис­сёром, про­ве­ря­ли его пе­ре­пи­ску, бан­ков­ские опе­ра­ции, ста­ви­ли «жу­чки» в его те­ле­фо­ны.

Ко­гда Го­лов­ской ра­бо­тал над кни­гой, была рас­се­кре­че­на и обна­ро­до­ва­на часть ма­те­ри­а­лов по про­грам­ме «Ве­но­на» (Venona – ко­до­вое на­зва­ние се­кре­тной про­грам­мы кон­тр­ра­звед­ки США по ра­сши­фров­ке со­вет­ских ши­фро­ван­ных до­не­се­ний, на­ча­той 1 фев­ра­ля 1943 го­да и за­крытой 1 октя­бря 1980 го­да). Там, в до­не­се­ни­ях со­вет­ских ра­звед­чи­ков, фи­гу­ри­ру­ет под псев­до­ни­мом Иве­ри не кто иной, как Ми­хаил Ка­ла­то­зов. Сре­ди до­не­се­ний есть и ко­па­ние в ли­чной жи­зни и отно­ше­ни­ях с жен­щи­на­ми Ка­ла­то­зо­ва, это ма­лоин­те­ре­сная ин­фор­ма­ция, к де­лу не отно­ся­ща­я­ся. Но вот, на­при­мер, в ян­ва­ре 1944 го­да Хей­фец те­ле­гра­фи­ру­ет в Мо­скву: «Иве­ри

со­об­щил, что из ли­чно­го ра­зго­во­ра с изве­стным ар­ти­стом Че­хо­вым у не­го сло­жи­лось впе­ча­тле­ние, что Че­хов был бы рад при­нять пре­дло­же­ние во­зв­ра­ти­ться до­мой…»

В те­ле­грам­ме от 31 мая 1944 го­да, отправ­лен­ной ре­зи­ден­том со­вет­ской ра­звед­ки Апре­ся­ном сво­е­му не­по­сред­ствен­но­му на­чаль­ни­ку Ви­кто­ру (ге­не­рал-ма­йо­ру Пав­лу Фи­ти­ну), в ча­стно­сти, го­во­ри­тся: « .... В на­шем офи­се мы хра­ним: 1. Отчет Ми­хо­эл­са (со­дер­жа­щий) опи­са­ние ев­рей­ских ор­га­ни­за­ций США и не­ко­то­рых их ру­ко­во­ди­те­лей (18 стра­ниц);

2. Ма­те­ри­ал, пе­ре­дан­ный нам Иве­ри, со­дер­жа­щий опи­са­ние не­ко­то­рых ки­но­ком­па­ний и лю­дей, ра­бо­та­ю­щих в ки­ноин­ду­стрии (11 стра­ниц). Мы не зна­ем, ну­жно ли пе­ре­сылать эти ма­те­ри­а­лы вам».

Ка­ла­то­зов, кро­ме Хей­фе­ца, ча­сто встре­чал­ся с Бо­ри­сом Мо­рос­сом, со­вет­ским аген­том с 1934 по 1957 год, и ещё одним ре­зи­ден­том на­шей ра­звед­ки Ва­си­ли­ем Зу­би­ли­ным. До­ку­мен­ты ФБР и ра­сши­фро­ван­ные по про­грам­ме «Ве­но­на» те­ле­грам­мы, отме­ча­ет Го­лов­ской, «да­ют пред­став­ле­ние о не­ко­то­рых сом­ни­тель­ных на­прав­ле­ни­ях де­я­тель­но­сти Ка­ла­то­зо­ва в Гол­ли­ву­де, впря­мую не свя­зан­ных с его основ­ной мис­си­ей». При этом ав­тор кни­ги «Пе­ре­беж­чи­ки и ли­це­деи. Ли­ца и ма­ски» при­зна­ётся: «Я не смог до­ка­зать, что Ка­ла­то­зов был аген­том со­вет­ской ра­звед­ки и за­ни­мал­ся шпи­он­ской де­я­тель­но­стью, хо­тя опре­де­лён­ные ко­свен­ные фа­кты го­во­рят об этом. Но ФБР не смо­гло это до­ка­зать, а я тем бо­лее не хо­чу де­лать по­до­бных утвер­жде­ний».

Это Ва­ле­рий Го­лов­ской на­пи­сал в 2006 го­ду. Одна­ко не­дав­но обна­ро­до­ван­ная но­вая пор­ция до­ку­мен­тов из ар­хи­ва ЦРУ (ре­чь идёт о той же про­грам­ме «Ве­но­на») за­став­ля­ет по-но­во­му взгля­нуть на де­я­тель­ность Ка­ла­то­зо­ва во вре­мя его мис­сии в США. Для это­го на­до ещё раз вни­ма­тель­но всмо­тре­ться в его окру­же­ние и по­ли­ти­че­ский кон­текст, в ко­то­ром про­хо­ди­ла ко­ман­ди­ров­ка Ми­хаи­ла Кон­стан­ти­но­ви­ча.

аген­тур­ный Псев­до­ним – За­ре

Оста­вим за скоб­ка­ми отно­ше­ния Ка­ла­то­зо­ва с актри­сой Еле­ной Юн­гер. Дру­гая жен­щи­на из близ­ко­го кру­га Ка­ла­то­зо­ва во вре­мя его ра­бо­ты в США – пе­ре­вод­чик и се­кре­тарь Зи­на Вой­нов. Она ро­ди­лась в Рос­сии, в 1936 го­ду вышла за­муж за аме­ри­кан­ца рус­ско­го прои­схо­жде­ния Эн­дрю Вой­но­ва и осе­ла в Аме­ри­ке. В на­ча­ле 1930-х го­дов пред­став­ля­ла в США «Ин­ту­рист» и га­зе­ту «Дей­ли Ньюз». Изве­стно, что по­сле отъе­зда Ка­ла­то­зо­ва пыта­лась най­ти ра­бо­ту в ки­ноин­ду­стрии США, но без­успе­шно. Ни­че­го шпи­он­ско­го (со сто­ро­ны СССР) за ней не чи­сли­тся, хо­тя она впол­не мо­гла быть осве­до­ми­те­лем ФБР.

Но вот ещё одна жен­щи­на в окру­же­нии Ка­ла­то­зо­ва пред­став­ля­ет для нас осо­бый ин­те­рес. Это Еле­на Кон­стан­ти­нов­на Гор­бу­но­ва. Вот пе­ре­вод не­дав­но обна­ро­до­ван­ной по про­грам­ме «Ве­но­на» пе­ре­пи­ски со­вет­ской ре­зи­ден­ту­ры в США с Мо­сквой; это ши­фро­грам­ма от 11 мая 1944 го­да, с при­ме­ча­ни­я­ми со­тру­дни­ков ЦРУ:

«АНТОН на­хо­ди­тся в кон­та­кте с ЗА­РЕ с сан­кции ЦЕН­ТРА. Я по­зна­ко­мил­ся с ней толь­ко под при­крыти­ем, и она рас­ска­за­ла мне о своих де­лах по сво­ей соб­ствен­ной ини­ци­а­ти­ве с тре­бо­ва­ни­ем осво­бо­дить её от ра­бо­ты на ФАБРИКЕ или пе­ре­не­сти её на ЗА­ВОД, о ко­то­ром она уже по­про­си­ла ДЕДУШКУ. Я счи­таю не­це­ле­со­обра­зным ра­скрывать се­бя. По­жа­луй­ста, по­зволь­те мне встре­ча­ться с ней под при­крыти­ем. В свя­зи с при­сут­стви­ем в ЗА­ВО­ДЕ ГОРОЖАН, ко­то­рые про­яв­ля­ют чре­змер­ный ин­те­рес к на­шим гра­ж­да­нам и во избе­жа­ние ком­про­ме­та­ции скрыто­го ста­ту­са ЗА­РЕ, она дол­жна быть осво­бо­жде­на от ра­бо­ты толь­ко при усло­вии пе­ре­во­да её на дол­жность сту­ден­та в Ко­лум­бию или отправ­ки её до­мой. Я про­шу до­пол­ни­тель­ных ин­стру­кций».

Да­лее в до­ку­мен­те сле­ду­ет ра­сши­фров­ка псев­до­ни­мов:

АНТОН – Ле­о­нид Ро­ма­но­вич Ква­сни­ков. (Со­вет­ский ра­звед­чик, пол­ков­ник. В 1943 го­ду на­прав­лен в Нью-йорк в ка­че­стве за­ме­сти­те­ля ре­зи­ден­та по на­учно-те­хни­че­ской ра­звед­ке под ле­ген­дой со­тру­дни­ка «Ам­тор­га». – Здесь и да­лее прим. авт.)

ЗА­РЕ – Еле­на Кон­стан­ти­нов­на Гор­бу­но­ва (ско­рее все­го, была ши­фро­валь­щи­цей, что мо­жно пред­по­ло­жить по со­дер­жа­нию дру­гих до­ку­мен­тов, где она упо­ми­на­е­тся).

ЦЕНТР – штаб-квар­ти­ра МГБ в Мо­скве (так в текс­те; пра­виль­но в те го­ды – НКВДНКГБ)

ФАБРИКА – тор­го­вая кор­по­ра­ция «Ам­торг» (со­вет­ско-аме­ри­кан­ское тор­го­вое пред­при­я­тие, слу­жив­шее «крышей» для мно­гих на­ших ра­звед­чи­ков).

ЗА­ВОД – Ген­кон­суль­ство СССР в Нью­йор­ке.

ДЕДУШКА – Ев­ге­ний Дми­три­е­вич Ки­се­лёв, ге­не­раль­ный кон­сул СССР в Нью-йор­ке. ГОРОЖАНЕ – жи­те­ли США. МЭЙ – Сте­пан За­ха­ро­вич Апре­сян, ви­це-кон­сул СССР в Нью-йор­ке (ре­зи­дент со­вет­ской ра­звед­ки).

Итак, о чём ре­чь. Ре­зи­дент со­вет­ской ра­звед­ки Апре­сян отме­ча­ет, что Еле­на Гор­бу­но­ва с ве­до­ма ру­ко­вод­ства со­вет­ской ра­звед­ки на­хо­ди­тся в кон­та­кте с Ле­о­ни­дом Ква­сни­ко­вым. Апре­сян про­сит у ру­ко­вод­ства ра­зре­ше­ния не ра­скрывать свой ста­тус ра­звед­чи­ка пе­ред Еле­ной Гор­бу­но­вой, с ко­то­рой он по­зна­ко­мил­ся толь­ко под при­крыти­ем, т.е. в ста­ту­се ди­пло­ма­та. Зная о том, что Гор­бу­но­ва то­же обла­да­ет скрытым ста­ту­сом и ма­лей­шее её в том по­до­зре­ние со сто­ро­ны по­сто­рон­них лиц не­же­ла­тель­но, он про­сит пе­ре­ве­сти её на но­вое ме­сто ра­бо­ты ма­кси­маль­но осто­ро­жно – под ви­дом сту­ден­тки или да­же отпра­вить до­мой, в СССР. (Во­змо­жно, была опа­сность, что она «за­све­ти­тся».) При этом Апре­сян ещё раз про­сит ра­зре­ше­ния не ра­скрывать се­бя как ра­звед­чи­ка в гла­зах Гор­бу­но­вой опять-та­ки из со­обра­же­ний се­кре­тно­сти.

Из даль­ней­ших до­ку­мен­тов сле­ду­ет, что вско­ре у Еле­ны Гор­бу­но­вой обна­ру­жи­ли ту­бер­ку­лёз и её сро­чно отпра­ви­ли в Мо­скву. На её ме­сто ши­фро­валь­щи­цы устраи­ва­ют дру­гую жен­щи­ну. Но при чём тут Ка­ла­то­зов? Ответ – в при­ме­ча­нии к ещё одной ра­сши­фро­ван­ной те­ле­грам­ме. Там ре­чь идёт о За­ре, ко­то­рая нерв­ни­ча­ет из-за на­чи­на­ю­щей­ся бо­ле­зни. Вот по­ясне­ние спе­ци­а­ли­ста ЦРУ по­сле основ­но­го текс­та:

«ЗА­РЕ – Еле­на Кон­стан­ти­нов­на ГОР­БУ­НО­ВА, ко­то­рая при­была в США в ию­ле 1943 го­да в ка­че­стве се­кре­та­ря Ми­хаи­ла КА­ЛА­ТО­ЗО­ВА, пред­ста­ви­те­ля со­вет­ской ки­ноин­ду­стрии в Ка­ли­фор­нии (так в текс­те. – прим. авт.). Она пе­ре­е­ха­ла из Лос-ан­дже­ле­са в Нью-йорк в мар­те 1944 го­да».

На мой за­прос в пресс-бю­ро Слу­жбы вне­шней ра­звед­ки РФ при­шёл ла­ко­ни­чный и кор­ре­ктный ответ за № 170/4830: «Све­де­ния о Гор­бу­но­вой Еле­не Кон­стан­ти­нов­не сре­ди рас­се­кре­чен­ных ар­хив­ных ма­те­ри­а­лов СВР Рос­сии не выяв­ле­ны. Стар­ший со­ве­тник пресс-бю­ро СВР Рос­сии Е. Дол­гу­шин».

Сре­ди рас­се­кре­чен­ных – не выяв­ле­ны. Так, мо­жет, эти све­де­ния есть сре­ди не­рас­се­кре­чен­ных ма­те­ри­а­лов? На­вер­ня­ка да. И ав­тор это­го очер­ка име­ет пра­во на соб­ствен­ную ги­по­те­зу о том, что скрыва­лось за мис­си­ей Ка­ла­то­зо­ва в США. А на­тол­кну­ла ме­ня на эту вер­сию одна из глав кни­ги зна­ме­ни­то­го со­вет­ско­го ра­звед­чи­ка Пав­ла Су­д­опла­то­ва «Спе­цо­пе­ра­ции. Лу­бян­ка и Кремль. 1930–1950 го­ды».

За­да­ча: оча­ро­вать

В го­ды вой­ны по ка­на­лам ра­звед­ки НКВД Глав­но­го ра­зве­дыва­тель­но­го управ­ле­ния Ге­не­раль­но­го шта­ба (ГРУ) Кра­сной Ар­мии шла боль­шая ра­бо­та по до­быче ин­фор­ма­ции о ра­зра­бо­тке ме­то­дов исполь­зо­ва­ния атом­ной энер­гии для во­ен­ных це­лей и со­з­да­нию атом­ных бомб. Ини­ци­а­то­ром этой кру­пней­шей спе­цо­пе­ра­ции был уже упо­ми­нав­ший­ся в этом очер­ке на­чаль­ник от­де­ла на­учно-те­хни­че­ской ра­звед­ки НКВД-НКГБ Ле­о­нид Ква­сни­ков. Ра­бо­та ши­ро­ко ра­звер­ну­лась по­сле при­бытия в Ва­шинг­тон зна­ме­ни­той па­ры со­вет­ских ра­звед­чи­ков Ва­си­лия За­ру­би­на (Зу­би­ли­на) и его же­ны Ели­за­ве­ты, с ко­то­рыми взаи­мо­дей­ство­вал ре­зи­дент НКВД-НКГБ в Сан-фран­ци­ско Гри­го­рий Хей­фец. МЭЙ – Сте­пан За­ха­ро­вич Апре­сян, ви­це-кон­сул СССР в Нью-йор­ке, ре­зи­дент со­вет­ской ра­звед­ки, – уста­но­вил глав­ные аген­тур­ные под­хо­ды к ви­дней­шим фи­зи­кам За­па­да, бла­го­да­ря че­му в ию­не – сен­тя­бре 1945 го­да уда­лось ра­здо­быть чер­те­жи пер­вой аме­ри­кан­ской плу­то­ни­е­вой бом­бы.

До­бытая в ре­зуль­та­те этой ги­гант­ской ра­бо­ты ин­фор­ма­ция по­мо­гла со­здать атом­ную бом­бу в СССР за 4 го­да, и, если бы не ра­звед­чи­ки, этот срок был бы в два ра­за боль­ше. Па­вел Су­д­опла­тов в то вре­мя ру­ко­во­дил Че­твёр­тым управ­ле­ни­ем НКВД-НКГБ и был одним из ко­ор­ди­на­то­ров де­я­тель­но­сти со­вет­ских ра­звед­чи­ков по атом­ной про­грам­ме. В сво­ей кни­ге Су­д­опла­тов пи­сал о том, что к ра­бо­те были под­клю­че­ны лю­ди, поль­зо­вав­ши­е­ся боль­шим вли­я­ни­ем на ру­ко­во­ди­те­лей Атом­но­го про­е­кта. Их за­да­чей было не до­бывать на­учно-те­хни­че­скую ин­фор­ма­цию и до­ку­мен­та­цию, а ко­свен­но способ­ство­вать уста­нов­ле­нию и укре­пле­нию кон­та­ктов с ну­жными лю­дьми. Так, на­при­мер, же­на изве­стно­го скуль­пто­ра Сер­гея Ко­нён­ко­ва, дей­ство­вав­шая под ру­ко­вод­ством Ли­зы За­ру­би­ной, сбли­зи­лась в Прин­сто­не с кру­пней­ши­ми фи­зи­ка­ми – «отцом атом­ной бом­бы» Ро­бер­том Оп­пен­гей­ме­ром и со­зда­те­лем те­о­рии отно­си­тель­но­сти, имев­шим пол­ную ин­фор­ма­цию о хо­де со­з­да­ния но­во­го ви­да ору­жия, Аль­бер­том Эйн­штей­ном.

Оп­пен­гей­мер и Эйн­штейн к то­му же были близ­ки­ми дру­зья­ми. Ко­нён­ко­ва, как пи­шет Су­д­опла­тов, «су­ме­ла оча­ро­вать бли­жай­шее окру­же­ние Оп­пен­гей­ме­ра. По­сле то­го как Оп­пен­гей­мер прер­вал свя­зи с аме­ри­кан­ской ком­пар­ти­ей, Ко­нён­ко­ва под ру­ко­вод­ством Ли­зы За­ру­би­ной и со­тру­дни­ка на­шей ре­зи­ден­ту­ры в Нью-йор­ке Па­стель­ня­ка (Лу­ки) по­сто­ян­но вли­я­ла на Оп­пен­гей­ме­ра и ещё ра­нее уго­во­ри­ла его взять на ра­бо­ту спе­ци­а­ли­стов, изве­стных свои­ми ле­выми убе­жде­ни­я­ми, на ра­зра­бо­тку ко­то­рых уже были на­це­ле­ны на­ши не­ле­га­лы и аген­ту­ра Се­мёно­ва». (Се­мён Се­мёнов – со­вет­ский ра­звед­чик, один из осно­ва­те­лей оте­че­ствен­ной на­учно-те­хни­че­ской ра­звед­ки; при­ни­мал уча­стие в ор­га­ни­за­ции по­лу­че­ния и ре­гу­ляр­ной пе­ре­да­чи ин­фор­ма­ции по ра­зра­бо­тке атом­но­го ору­жия.)

В кру­пной про­па­ган­дист­ской акции, со­зда­вав­шей бла­го­при­я­тный фон для про­ве­де­ния ра­зве­до­пе­ра­ций, уча­ство­вал в 1943 го­ду изве­стный актёр, ру­ко­во­ди­тель Мо­сков­ско­го ев­рей­ско­го те­а­тра, а та­кже ру­ко­во­ди­тель Ев­рей­ско­го ан­ти­фа­шист­ско­го ко­ми­те­та Со­ло­мон Ми­хо­элс. Он вме­сте с изве­стным со­вет­ским ев­рей­ским по­этом, к то­му же аген­том НКВД-НКГБ Иса­а­ком Фе­фе­ром, со­вер­шил дли­тель­ную по­е­зд­ку в США. Опе­ра­тив­ное обе­спе­че­ние ви­зи­та Ми­хо­эл­са и ра­зра­бо­тку его свя­зей в ев­рей­ских об­щи­нах осу­ще­ств­лял всё тот же Хей­фец.

Па­вел Су­д­опла­тов пи­шет: «Бе­рия при­нял Ми­хо­эл­са и Фе­фе­ра на­ка­ну­не отъе­зда и дал им ука­за­ние про­ве­сти в США ши­ро­кую про­па­ган­ду боль­шой зна­чи­мо­сти вкла­да ев­рей­ско­го на­ро­да в ра­зви­тие на­у­ки и куль­ту­ры Со­вет­ско­го Со­ю­за и убе­дить аме­ри­кан­ское об­ще­ствен­ное мне­ние, что ан­ти­се­ми­тизм в СССР пол­но­стью ли­кви­ди­ро­ван вслед­ствие ста­лин­ской на­ци­о­наль­ной по­ли­ти­ки. За­ру­бин и Хей­фец че­рез до­ве­рен­ных лиц ин­фор­ми­ро­ва­ли Оп­пен­гей­ме­ра и Эйн­штей­на о по­ло­же­нии ев­ре­ев в СССР. По их со­об­ще­нию, Оп­пен­гей­мер и Эйн­штейн были глу­бо­ко тро­ну­ты тем, что в СССР ев­ре­ям га­ран­ти­ро­ва­но без­о­па­сное и сча­стли­вое про­жи­ва­ние. …Оп­пен­гей­мер и Фер­ми не зна­ли, что уже в то вре­мя они фи­гу­ри­ро­ва­ли в на­ших опе­ра­тив­ных ма­те­ри­а­лах как исто­чни­ки ин­фор­ма­ции…»

га­да­ние На де­пе­шах

А те­перь пе­ре­йдём не­по­сред­ствен­но к Ка­ла­то­зо­ву. Как пред­ста­ви­тель со­вет­ско­го ки­не­ма­то­гра­фа в США Ми­хаил Ка­ла­то­зов про­сто-на­про­сто не был ну­жен: СССР уже имел своих ки­но­пред­ста­ви­те­лей и в Аме­ри­ке в це­лом, и не­по­сред­ствен­но в Гол­ли­ву­де. Ра­бо­та­ла со­вет­ско-аме­ри­кан­ская кор­по­ра­ция «Ам­ки­но», за­ни­мав­ша­я­ся обме­ном ки­но­филь­ма­ми ме­жду СССР и США, а та­кже ор­га­ни­за­ци­ей по­е­здок ви­дных де­я­те­лей ки­не­ма­то­гра­фии США в СССР и со­вет­ских ки­но­де­я­те­лей в США. Про­кат и ре­кла­ма со­вет­ских филь­мов на аме­ри­кан­ском рын­ке ста­ли за­бо­той фир­мы под на­зва­ни­ем «Ар­тки­но».

Тем не ме­нее в 1943–1945 го­дах Ка­ла­то­зов ко­ле­сит по США: то он в Сан-фран­ци­ско, то на Во­сто­чном по­бе­ре­жье – в Нью-йор­ке и Ва­шинг­то­не. Во вре­мя по­е­здок встре­ча­е­тся с ар­ти­ста­ми, в том чи­сле с Жа­ном Га­бе­ном (Чар­ли Ча­пли­на мы уже упо­ми­на­ли), ху­до­жни­ком Ан­ри Ма­тис­сом, с ру­ко­во­ди­те­ля­ми гол­ли­вуд­ских ки­но­сту­дий: Луи­сом Майе­ром, Сэмю­элем Гол­дви­ном, бра­тья Уор­не­ра­ми, Уол­те­ром Ван­ге­ром, пи­са­те­ля­ми Бер­толь­дом Бре­хтом, Ген­ри­хом Ман­ном, скри­па­чом Яшей Хей­фи­цом, мил­ли­о­не­ром Нель­со­ном Ро­кфел­ле­ром.

Га­зе­та «Гол­ли­вуд Ре­пор­тер» опу­бли­ко­ва­ла ин­те­ре­сный ре­пор­таж о при­ёме в честь су­пру­гов Ка­ла­то­зо­вых в мо­дном ре­сто­ра­не «Ма­ком­бо», где при­сут­ство­ва­ли око­ло 500 при­гла­шён­ных. Были сре­ди них изве­стные ки­не­ма­то­гра­фи­сты-ком­му­ни­сты и со­чув­ству­ю­щие ле­вым иде­ям: Джордж Кью­кор, Майкл Кёр­тис, Сол Юрок, Фриц Ланг, Да­дли Ни­колс, Жан Ре­ну­ар, Гре­го­ри Ра­тофф, Ор­сон Уэллс, Ли­ли­ан Хелл­ман, Ро­берт Рос­сен, Кли­форд Одетс и дру­гие. В ро­ли ве­ду­ще­го, – так ска­зать, та­ма­ды – вы­сту­пил ве­ли­кий Чарльз Ча­плин.

Уро­вень этих встреч по­зво­ля­ет пред­по­ла­гать, что, по­ми­мо своих пря­мых обя­зан­но­стей, свя­зан­ных с ки­не­ма­то­гра­фом, Ми­хаил Ка­ла­то­зов выпол­нял ту же за­да­чу, что была по­став­ле­на и пе­ред Со­ло­мо­ном Ми­хо­эл­сом: со­здать в высших аме­ри­кан­ских кру­гах, в том чи­сле на­учных, бла­го­при­я­тный фон для под­хо­дов со­вет­ских ра­звед­чи­ков и аген­тов к тем, кто был свя­зан с ра­зра­бо­ткой и изго­тов­ле­ни­ем атом­ной бом­бы. А та­кже к тем, кто на­хо­дил­ся в окру­же­нии этих лю­дей или имел на них вли­я­ние.

Для это­го и по­над­о­бил­ся имен­но Ка­ла­то­зов, че­ло­век та­ко­го уров­ня, ко­то­рый по­зво­лял на рав­ных об­ща­ться с выда­ю­щи­ми­ся лю­дьми ра­зных (в основ­ном твор­че­ских) сфер. Его имя, имидж и ха­ри­зма то­же были ору­жи­ем. Ору­жи­ем, ко­то­рое пусть и ко­свен­но, но по­мо­гло кру­пней­шей опе­ра­ции со­вет­ской вне­шней ра­звед­ки по до­быче ин­фор­ма­ции о Ман­хет­тен­ском про­е­кте – про­грам­ме США по ра­зра­бо­тке ядер­но­го ору­жия. И ини­ци­а­ти­ва ВОКСА и от­де­ла ЦК пар­тии ока­за­лась ко вре­ме­ни и как нель­зя кста­ти.

По­мо­гать ре­жис­сёру, су­дя по до­ку­мен­там, дол­жна была про­фес­си­о­наль­ная ши­фро­валь­щи­ца Еле­на Гор­бу­но­ва, но бо­лезнь вско­ре выве­ла её из игры. Что ста­ло с этой жен­щи­ной впо­след­ствии, нам по­ка не изве­стно по уже ра­нее ука­зан­ной при­чи­не. В ФБР мо­гли знать (или по­до­зре­вать), что Гор­бу­но­ва – со­тру­дник со­вет­ской вне­шней ра­звед­ки, этим и объя­сня­ю­тся обыски, про­слу­шка, на­ру­жное на­блю­де­ние, яр­лык «аген­та» в адрес Ка­ла­то­зо­ва.

Знал ли Ка­ла­то­зов о сво­ей ро­ли или же его исполь­зо­ва­ли втём­ную, – об этом по­ка оста­ётся га­дать. При­чём га­дать на де­пе­шах на­шей ра­звед­ки, пе­ре­хва­чен­ных и ра­сши­фро­ван­ных ЦРУ. Как-то не­лов­ко и да­же не сов­сем па­три­о­ти­чно… Но за­мал­чи­вать роль Ка­ла­то­зо­ва в этом эпи­зо­де на­шей исто­рии то­же, ду­маю не па­три­о­ти­чно. Мы дол­жны гор­ди­ться не толь­ко тем, что он был выда­ю­щим­ся де­я­те­лем ки­но, но и тем, что со­зда­вал пред­по­сыл­ки для успе­шной ра­бо­ты на­ших ра­звед­чи­ков и учёных и в ко­не­чном счёте по­мог обе­спе­чить ядер­ный па­ри­тет Со­вет­ско­го Со­ю­за и США.

сле­ва на­пра­во: ар­тист вла­ди­мир бе­ло­ку­ров, ки­но­ре­жис­сёры Фри­дрих Эрм­лер, ми­хаил ка­ла­то­зов и ки­но­опе­ра­тор але­ксандр гин­збург на съём­ках Филь­ма «ва­ле­рий Чка­лов». 1941

ми­хаил ка­ла­то­зов (спра­ва) во вре­мя вру­че­ния Фран­цуз­ской на­гра­ды «По­бе­да» та­тья­не са­мой­ло­вой за роль в Филь­ме «ле­тят жу­рав­ли». 1960

ле­ген­дар­ные со­вет­ские ра­звед­чи­ки ва­си­лий и ели­за­ве­та за­ру­би­ны

Newspapers in Ukrainian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.