в тай­ни­ке ле­жа­ло все­го лишь 200 дол­ла­ров и коль­цо с брил­ли­ан­том

Сем­на­дцать лет на­зад от рук со­сед­ки-мед­сест­ры по­гиб зна­ме­ни­тый дне­про­пет­ров­ский ча­сов­щик, тво­ре­ния ко­то­ро­го укра­ша­ли ка­би­нет ген­се­ка и му­зеи

Tainy Zvezd - - ОБ ЭТОМ ГОВОРЯТ - Ла­ри­са Кру­пи­на

Динь-дон! Динь­дон!.. Он все­гда ждал Но­во­го го­да.

Лю­бов­но осмат­ри­вал свою квар­ти­ру, где тес­ни­лись ча­сы. Боль­шие и маленькие, ви­ся­щие на сте­нах лег­кой те­нью и сто­я­щие ка­мен­ны­ми идо­ла­ми на по­лу, с кру­тя­щим­ся на ма­ят­ни­ке зве­рьем и уха­ю­щи­ми в окош­ке со­ва­ми... Ко­гда, в 12 ча­сов, под бой но­во­год­них ку­ран­тов, все это ве­ли­ко­ле­пие на­чи­на­ло бить, сверкать и дви­гать­ся, Ма­стер был счаст­лив...

Пе­ре­нес ин­сульт

Ста­рый ча­сов­щик Мат­вей Чер­вин­ский недав­но пе­ре­нес ин­сульт. Его лю­би­мая же­на уже умер­ла. Но жизнь не оста­нав­ли­ва­лась. Мат­вей Ио­си­фо­вич сно­ва же­нил­ся. Меч­тал пе­ре­ехать к сы­ну в Аме­ри­ку. Вот толь­ко немнож­ко под­ле­чит­ся...

...Сын кро­вель­щи­ка и до­мо­хо­зяй­ки, свои пер­вые ча­сы он от­ре­мон­ти­ро­вал в 12 лет, а в 16 ушел на фронт. По­сле вой­ны про­дол­жил ра­бо­тать в род­ном Дне­про­пет­ров­ске. Вско­ре его уже знал весь го­род.

Это Чер­вин­ский скон­стру­и­ро­вал иг­ру­шеч­но­го ча­со­во­го ма­сте­ра и вы­ста­вил его на вит­ри­ну, ко­то­рая при­вле­ка­ла тол­пы зе­вак. Это он вме­сте с кол­ле­га­ми вос­ста­но­вил древ­ние ча­сы в Но­во­мос­ков­ской церк­ви, сде­лан­ной без еди­но­го гвоз­дя. Он вер­нул к жиз­ни ан­глий­ские ча­сы XVI ве­ка, вы­то­чив но­вые де­та­ли и при­ме­нив со­вре­мен­ное устрой­ство, о ко­то­ром то­гдаш­ние ма­сте­ра еще не зна­ли. И за­па­тен­то­вал двух­мет­ро­вый ча­со­вой ме­ха­низм с кру­тиль­ным ма­ят­ни­ком, в ос­но­ва­ние ко­то­ро­го был за­клю­чен зем­ной шар на трех брон­зо­вых сло­нах...

Ча­сы Чер­вин­ско­го де­мон­стри­ро­ва­лись на со­вет­ской ВДНХ, по­лу­ча­ли ме­да­ли. Изоб­ре­та­тель да­же од­на­ж­ды взял от­пуск и бес­плат­но во­дил экс­кур­сии по вы­став­ке, объ­яс­няя, как устро­е­ны его ге­ни­аль­ные тво­ре­ния!

«День­ги есть, но я те­бе не дам!»

– Ко­гда па­па стал вос­ста­нав­ли­вать­ся по­сле ин­суль­та, мы при­ез­жа­ли из-за гра­ни­цы, уха­жи­ва­ли за ним, – рас­ска­зы­ва­ла дочь Люд­ми­ла, то­же ча­со­вой ма­стер, ав­то­ру этих строк. – За ним уха­жи­ва­ла 52-лет­няя мед­сест­ра На­дя. Она сни­ма­ла квар­ти­ру с хо­зяй­кой на од­ной лест­нич­ной клет­ке с па­пой.

– На­дя бра­ла у Мат­вея ана­ли­зы, де­ла­ла уко­лы, – вспо­ми­на­ла вто­рая же­на Чер­вин­ско­го Ла­ри­са Гав­ри­лов­на. – Сын Мат­вея Ио­си­фо­ви­ча, ме­дик, при­е­хав из Аме­ри­ки ска­зал: «Па­па! Да­вай от­ка­жем­ся от ее

услуг! Ведь уко­лы мо­гу те­бе де­лать я!» Но Мат­вей от­ве­тил: «Сын, те­бе не стыд­но? Не от­би­рай

ку­сок хле­ба у мед­сест­ры!У нее тя­же­лое ма­те­ри­аль­ное по­ло­же­ние!» Он де­лил­ся с людь­ми день­га­ми, про­дук­та­ми. Уви­дев ни­щих на по­мой­ке, мог ска­зать: «На те­бе день­ги, толь­ко не ешь объ­ед­ки!» Со­сед­скую квар­ти­рант­ку На­дю Чер­вин­ский то­же жа­лел и под­карм­ли­вал. Ее сын жил от­дель­но. Па­рень одол­жил боль­шую сум­му денег у хо­зяй­ки квар­ти­ры, где арен­до­ва­ла угол На­деж­да, и та по­тре­бо­ва­ла у ма­те­ри вер­нуть долг сына.

– Я не знаю, где взять день­ги, но Чер­вин­ский мне одол­жит, – про­ро­ни­ла мед­сест­ра, ви­дев­шая как ее па­ци­ент от­кры­вал ящи­чек, до­ста­вал день­ги и одал­жи­вал со­се­дям мел­кие сум­мы.

– Мат­вей, мне нуж­но 4 ты­ся­чи дол­ла­ров, – ска­за­ла ему мед­сест­ра. – Я те­бе от­дам.

– Как же ты на свою зар­пла­ту смо­жешь от­дать? У ме­ня эти день­ги есть, но те­бе не дам! – от­ве­тил ста­рик.

До­би­ла ле­жа­че­го

Как-то су­пру­га ча­сов­щи­ка уеха­ла к до­че­ри от пер­во­го бра­ка.

– На­дя, ку­пи мне для ка­пуст­ня­ка ин­дю­ши­ные хво­сти­ки! – об­ра­тил­ся к со­сед­ке 76-лет­ний Мат­вей Ио­си­фо­вич.

– Я вер­ну­лась с про­дук­та­ми и опять по­про­си­ла у Чер­вин­ско­го в долг, – рас­ска­зы­ва­ла на су­де мед­сест­ра. – Но услы­шав от­каз, схва­ти­ла на кухне мо­ло­ток для от­бив­ки мя­са, и на ме­ня на­шло по­мут­не­ние... На­па­дав­шая на­нес­ла ста­ри­ку несколь­ко уда­ров мо­лот­ком по го­ло­ве. Ки­ну­лась к ящич­ку с день­га­ми, но об­на­ру­жи­ла там все­го лишь 200 дол­ла­ров, па­ру со­тен гри­вен и коль­цо с брил­ли­ан­том. Долг сына был в ра­зы больше! По­бо­яв­шись, что хо­зя­ин оч­нет­ся, жен­щи­на до­би­ла ле­жа­че­го уда­ра­ми но­жа в спи­ну и грудь. Вы­та­щив те­ло на бал­кон, на­кры­ла его по­кры­ва­лом. Даль­ше обыс­ки­вать квар­ти­ру ду­ху не хва­ти­ло... Мед­сест­ра схва­ти­ла ка­ни­стру с уайт-спи­ри­том для про­мыв­ки ча­со­вых ме­ха­низ­мов, раз­ли­ла его по квар­ти­ре, пы­та­ясь устро­ить по­жар. Но жид­кость не го­ре­ла, и На­деж­да убе­жа­ла из квар­ти­ры, бро­сив дверь от­кры­той...

– Мат­вей, что это у те­бя так во­ня­ет? – по­ин­те­ре­со­вал­ся со­сед, спус­кав­ший­ся свер­ху, но в квар­ти­ру за­хо­дить по­бо­ял­ся. И... по­сту­чал в дверь убий­цы. – На­дя, пой­дем по­смот­рим, что там у Мат­вея. ...Вско­ре к до­му мча­лись ма­ши­ны «ско­рой» и ми­ли­ции. Мед­сест­ру по­про­си­ли быть по­ня­той. В ха­ла­те ча­сов­щи­ка на­шли ключ от сей­фа и об­на­ру­жи­ли там 4 ты­ся­чи дол­ла­ров. Уви­дев их, убий­ца по­блед­не­ла. Это бы­ла ров­но та сум­ма, ко­то­рую за­дол­жал ее сын. А она эти день­ги не на­шла!

За­пи­сы­вал го­стей в тет­рад­ку

Ми­ли­ция узна­ла, что ма­стер был очень осто­рож­ным. Име­на всех, кто к нему дол­жен прий­ти, за­но­сил в тет­рад­ку. Не за­пи­сы­вал лишь тех, ко­му до­ве­рял. В том чис­ле На­дю. В тот день не бы­ло за­пи­сей. Зна­чит, убил кто-то свой. ...До­ма у На­деж­ды ми­ли­ция на­шла ее туфли, за­брыз­ган­ные кро­вью Чер­вин­ско­го. А в день убий­ства соседи ви­де­ли сына мед­сест­ры, ко­то- рый вы­бе­гал из подъ­ез­да. Но по де­лу он не про­хо­дил.

«Пом­нишь, ты ме­ня спас?»

В день по­хо­рон к по­кой­но­му по­до­шел скром­но оде­тый че­ло­век.

– Пом­нишь, ты мне ко­гда-то дал грив­ну, что­бы я не умер от го­ло­да? – ска­зал дро­жа­щим го­ло­сом он. – Спас! У ме­ня нет воз­мож­но­сти от­бла­го­да­рить те­бя за доб­ро­ту, но возь­ми вот это, – и по­ло­жил в гроб по­мя­тую грив­ну. Про­во­жая Мат­вея Ио­си­фо­ви­ча в по­след­ний путь, род­ные при­го­то­ви­ли его лю­би­мую от­вер­точ­ку и ча­сы, но в по­след­ний мо­мент за­бы­ли по­ло­жить их в гроб. И до сих пор не мо­гут про­стить се­бе, что оста­ви­ли Ма­сте­ра без лю­би­мо­го де­ла на том све­те.

За кон­суль­та­ци­я­ми к мат­вею Ио­си­фо­ви­чу при­ез­жа­ли спе­ци­а­ли­сты со все­го Со­вет­ско­го Со­ю­за

Од­но из тво­ре­ний ма­сте­ра хра­нит­ся в Дне­про­пет­ров­ском ис­то­ри­че­ском му­зее

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.