Из реа ни­ма­ции так и не вы­шел

19 де­каб­ря 2002 го­да скон­чал­ся са­мый ха­риз­ма­тич­ный фут­боль­ный ком­мен­та­тор и боль­шой друг Укра­и­ны

Tainy Zvezd - - ОБ ЭТОМ ГОВОРЯТ - Жан­на Ев­чен­ко

Иви­ко Ма­ха­рад­зе: «Ма­ма не на­стра­и­ва­ла нас про­тив от­ца» – Отец был при­нят в те-

По­ка мяч в воз­ду­хе, ко­рот­ко о со­ста­вах»; «Ар­битр до­стал из шор­тов уда­ле­ние»; «Удар был очень силь­ным. Мяч по­пал в го­ло­ву за­щит­ни­ка. Ес­ли есть моз­ги, воз­мож­но, бу­дет со­тря­се­ние»; «Вот Ти­хо­нов бе­жит за мя­чом, под­бе­га­ет к вра­та­рю и овла­де­ва­ет им»; «И наш фор­вард па­да­ет в штраф­ной пло­щад­ке! Что го­во­рит су­дья? А су­дья го­во­рит, что се­го­дня на ули­це до­воль­но хо­лод­но и с зем­ли на­до под­ни­мать­ся»...

Эти фра­зы Котэ,ска­зан­ные им во вре­мя мат­чей, ста­ли бес­смерт­ны­ми. Зна­ме­ни­тый ком­мен­та­тор лю­бил Укра­и­ну. Дру­жил с Ва­ле­ри­ем Ло­ба­нов­ским и его се­мьей, с Оле­гом Бло­хи­ным, Лео­ни­дом Бу­ря­ком. Мос­ков­ское ру­ко­вод-

ство Цен­траль­но­го те­ле­ви­де­ния от­прав­ля­ло ком­мен­ти­ро­вать иг­ры ки­ев­ско­го «Ди­на­мо» в ев­ро­куб­ках имен­но Ма­ха­рад­зе...

Де­ти Котэ Ма­ха­рад­зе и его же­ны, гру­зин­ской ак­три­сы Ме­деи Ча­ха­вы, Иви­ко и Ма­ка с теп­ло­той вспо­ми­на­ют об от­це.

атр име­ни

Руста­ве­ли, – рас­ска­зы­ва­ет Иви­ко Ма­ха­рад­зе, сын ком­мен­та­то­ра. – Ма­ма бы­ла звез­дой ан­сам­бля «Швид­ка­ца». Судь­ба не мог­ла не све­сти двух та­ких яр­ких лич­но­стей, как они. Мы с сест­рой вы­рос­ли за ку­ли­са­ми. Ма­ка с пя­ти лет иг­ра­ла в спек­так­лях. Но ба­лет взял свое: она ста­ла при­мой Тби­лис­ско­го те­ат­ра опе­ры и ба­ле­та. – Вам бы­ло обид­но, ко­гда ро­ди­те­ли раз­ве­лись?

– Ко­неч­но. Они ведь про­жи­ли вме­сте боль­ше два­дца­ти лет. Я в свои 12 не силь­но по­ни­мал, что про­изо­шло. А вот сест­ра – ей бы­ло то­гда 18 – страш­но пе­ре­жи­ва­ла.

Как бы там ни бы­ло, отец ни­ко­гда не ухо­дил из на­шей жиз­ни. Да, он жил в дру­гом ме­сте, но ни на се­кун­ду на­ша связь с ним не пре­ры­ва­лась. Ма­ма не на­стра­и­ва­ла нас про­тив от­ца. Ро­ди­те­ли про­дол­жа­ли об­щать­ся. Ма­ма бы­ла ве­ду­щей ак­три­сой те­ат­ра, так что жизнь не да­ва­ла ей вре­ме­ни для вы­яс­не­ния от­но­ше­ний с от­цом и его но­вой же­ной.

Про­шли го­ды, и жизнь сгла­ди­ла все ост­рые уг­лы меж­ду ма­мой и су­пру­гой па­пы Со­фи­ко Чи­а­у­ре­ли. – Как ваш па­па стал фут­боль­ным ком­мен­та­то­ром?

– Слу­чай­но. Он был уже за­слу­жен­ным ар­ти­стом Гру­зии. Как-то его по­про­си­ли ком­мен­ти­ро­вать по ра­дио иг­ру бас­кет­бо­ли­стов (то­гда к нам при­е­ха­ла аме­ри­кан­ская ко­ман­да). Отец по­про­бо­вал – и пошло-по­еха­ло: бас­кет­бол, фут­бол, сна­ча­ла на гру­зин­ском, поз­же и на рус­ском.

Но он ни­ко­гда не за­бы­вал о те­ат­ре. За 23 го­да ра­бо­ты в те­ат­ре име­ни Руста­ве­ли им бы­ло сыг­ра­но око­ло сот­ни ро­лей. Кста­ти, у от­ца бы­ла фе­но­ме­наль­ная па­мять, се­го­дня его срав­ни­ли бы с ком­пью­те­ром. Да и в сво­их спор­тив­ных

ре­пор­та­жах ра­бо­тал без шпар­га­лок, без­оши­боч­но сы­пал циф­ра­ми, име­на­ми, да­та­ми. И ни­ко­гда не поль­зо­вал­ся до­маш­ни­ми за­го­тов­ка­ми. Для те­ат­ра его па­мять бы­ла ско­рой по­мо­щью: за два-три ча­са до на­ча­ла спек­так­ля он мог вы­учить са­мый гро­мозд­кий текст и за­ме­нить за­бо­лев­ше­го ак­те­ра. – Го­то­вить он умел?

– Это не его. Вот та­ма­дой он был ве­ли­ко­леп­ным. А го­то­вить? По-мо­е­му, толь­ко яич­ни­цу. Остав­лял первую роль на кухне жен­щи­нам, как ис­тин­ный гру­зин­ский муж­чи­на.

Моя ма­ма от­лич­но уме­ла ку­хо­ва­рить, и Со­фи­ко то­же.

Ма­ка Ма­ха­рад­зе: «Его очень лю­би­ли жен­щи­ны»

– Па­па ба­ло­вал вас? – Очень. Сво­ей лю­бо­вью. Па­па объ­ез­дил весь мир, и все­гда при­во­зил по­дар­ки всей на­шей боль­шой се­мье, хо­тя ком­мен-

та­то­рам в Со­вет­ском Со­ю­зе не так уж мно­го пла­ти­ли. Труд­но со­счи­тать, сколь­ким незна­ко­мым лю­дям по­мог­ли в свое вре­мя па­па и ма­ма. И квар­ти­ру по­лу­чить, и ра­бо­ту най­ти, и ма­ши­ну вы­бить. А вот для нас, де­тей, ни­ка­ких осо­бых при­ви­ле­гий не бы­ло. Учи­ли нас все­го до­би­вать­ся сво­им тру­дом, а не бла­го­да­ря за­слу­гам ро­ди­те­лей.

– Вы при­хо­ди­ли к от­цу в ка­би­ну ком­мен­та­то­ра, во вре­мя ре­пор­та­жей? – У ме­ня со спор­том слож­ные от­но­ше­ния. А вот мой млад­ший брат Иви­ко стал спор­тив­ным те­ле­ком­мен­та­то­ром.Уж с ним-то па­па все­гда мог вво­лю на­го­во­рить­ся о спор­те, о фут­бо­ле. Па­па был од­ним из са­мых успеш­ных и вос­тре­бо­ван­ных в СССР ком­мен­та­то­ров. Его лю­би­ли все. Ни­ко­гда не сты­дил­ся сво­е­го гру­зин­ско­го ак­цен­та, на­обо­рот, гор­дил­ся им.

– Не мо­гу ина­че, мой го­ло­со­вой ап­па­рат на­стро­ен на гру­зин­ский лад, – как бы в шут­ку го­во­рил отец, ес­ли кто-то из вы­со­ко­по­став­лен­ных чи­нов­ни­ков де­лал ему за­ме­ча­ние по по­во­ду про­из­но­ше­ния. – Ко­гда ро­ди­те­ли раз­во­ди­лись, вы жда­ли пер­вен­ца...

– Всю бе­ре­мен­ность про­пла­ка­ла. Но по­том по­ня­ла: обо­жа­е­мый отец у ме­ня как был, так и остал­ся.

Па­па ушел из се­мьи, ко­гда ему бы­ло за со­рок. Его очень лю­би­ли жен­щи­ны. До же­нить­бы на Со­фи­ко за ним за­кре­пил­ся имидж эда­ко­го дон­жу­а­на.

Му­жем Со­фи­ко Чи­а­у­ре­ли был ре­жис­сер Геор­гий Шен­ге­лая. Ко­гда меж­ду ней и па­пой вспых­ну­ла лю­бовь, гу­дел весь Тби­ли­си. Был гран­ди­оз­ный скан­дал, но они не по­бо­я­лись на­чать жизнь с чи­сто­го ли­ста. – В 1996 го­ду у ва­ше­го от­ца об­на­ру­жи­ли бо­лезнь серд­ца, от ко­то­рой он мог уме­реть в лю­бой мо­мент.

– Сроч­но тре­бо­ва­лась слож­ная опе­ра­ция. Со­фи­ко сде­ла­ла все воз­мож­ное, что­бы па­пу про­опе­ри­ро­ва­ли в Лон­доне. Эти шесть лет, ко­то­рые он про­жил по­сле опе­ра­ции, – ее за­слу­га. По­след­ние два с по­ло­ви­ной ме­ся­ца сво­ей жиз­ни отец ле­жал в боль­ни­це (в ок­тяб- ре 2002 го­да во вре­мя мат­ча меж­ду Гру­зи­ей и Рос­си­ей на ста­ди­оне в Тби­ли­си неожи­дан­но вы­клю­чил­ся свет.У Ма­ха­рад­зе, вни­ма­тель­но сле­див­ше­го за про­ис­хо­дя­щим по те­ле­ви­зо­ру, че­рез несколь­ко ча­сов от пе­ре­жи­ва­ний слу­чил­ся ин­сульт. – Авт.). Со­фи­ко неот­луч­но на­хо­ди­лась воз­ле него днем, я де­жу­ри­ла но­чью. Она да­же в боль­ни­це умуд­ря­лась при­ни­мать го­стей, и на 76-й па­пин день рож­де­ния, 17 но­яб­ря, устро­и­ла ему празд­ник.

«Уже был ТАМ...»

– Котэ ле­жал в боль­ни­це два с по­ло­ви­ной ме­ся­ца, – вспо­ми­на­ла Со­фи­ко Чи­а­у­ре­ли. – Муж уже не мог го­во­рить. Ед­ва узна­вал род­ных. Мы все бы­ли ря­дом с ним: де­ти, вну­ки, пра­вну­ки.

Мы его уса­жи­ва­ли в крес­ло. Ме­ня­ли по­ло­же­ние, что­бы не об­ра­зо­вы­ва­лось про­леж­ней. Все ему что-то рас­ска­зы­ва­ли, пы­та­ясь от­влечь от груст­ных мыс­лей.

Но мне ка­жет­ся, что по­след­ние две неде­ли он уже был ТАМ. Бы­ва­ло, вдруг на­чи­нал раз­го­ва­ри­вать с ма­те­рью, дру­зья­ми, ко­то­рых уже дав­но нет в жи­вых. По­гру­зин­ски, по-рус­ски. Из ре­ани­ма­ции он так и не вы­шел...

За 40 лет ком­мен­та­тор­ской ра­бо­ты он про­вел око­ло трех ты­сяч те­ле- и ра­дио­транс­ля­ций

Сын Иви­ко по­шел по сто­пам от­ца

...и на Со­фи­ко Чи­а­у­ре­ли, в ко­то­рую влю­бил­ся в зре­лом воз­расте

Котэ был же­нат на гру­зин­ской ак­три­се Ме­дее Ча­ха­ве...

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.