Ры­царь Черст­вое Серд­це

Рань­ше все мои пар­ни бы­ли из раз­ря­да «я его сле­пи­ла из то­го, что бы­ло». На их фоне Ан­дрей ка­зал­ся идеальным...

Uspiehi i Porazenia - - Содержание -

ы по­зна­ко­ми­лись с ним на кур­сах ан­глий­ско­го, на ко­то­рые я за­пи­са­лась по­сле раз­ры­ва с быв­шим бой­френ­дом. Зна­е­те, так бы­ва­ет, ко­гда рас­ста­ешь­ся с кем-то и по глу­пой баб­ской при­выч­ке ищешь про­бле­му ис­клю­чи­тель­но в се­бе: это я бы­ла недо­ста­точ­но хо­ро­ша, это из-за ме­ня он по­шел на­ле­во. Ни­че­го, что он был баб­ник и во­об­ще му­дак, — пробле­ма непре­мен­но в те­бе са­мой. И вот, сле­дуя этой жен­ской ло­ги­ке, я ре­ши­ла стать луч­шей вер­си­ей се­бя: за­пи­са­лась на кур­сы, ку­пи­ла або­не­мент в спорт­зал, по­ме­ня­ла цвет во­лос. На­вер­ное, ко­му-то на­вер­ху по­нра­ви­лось та­кое мое рве­ние, и судь­ба по­да­ри­ла мне встре­чу с Ан­дре­ем. — При­вет! — он до­гнал ме­ня уже на вы­хо­де из кор­пу­са уни­вер­си­те­та, в ко­то­ром про­хо­ди­ли за­ня­тия, и улыб­нул­ся. — Я Ан­дрей, из тво­ей груп­пы. — Да, — кив­ну­ла, де­лая вид, что с тру­дом при­по­ми­наю од­но­группни­ка. Од­на­ко кри­ви­ла ду­шой, ведь па­рень за­пом­нил­ся мне еще с пер­вой лек­ции, на ко­то­рой нас всех зна­ко­ми­ли. Вы­со­кий се­ро­гла­зый ша­тен с про­ни­ца­тель­ным взгля­дом и чув­ствен­ной

по­лу­улыб­кой на вы­ра­зи­тель­ных гу­бах. — Слу­шай, а мо­жешь дать мне ссыл­ку на те аудио­уро­ки? Се­го­дня пре­по­да­ва­тель по­хва­лил мое про­из­но­ше­ние, и я, сму­ща­ясь от вне­зап­но­го ком­пли­мен­та, при­зна­лась, что упраж­ня­юсь до­ма по фо­не­ти­че­ским аудио­уро­кам. Я по­обе­ща­ла Ан­дрею ски­нуть ему линк на них, и па­рень вне­зап­но вы­па­лил: — Вы­пьешь со мной ко­фе? Тут че­рез до­ро­гу непло­хая кон­ди­тер­ская. «Я да­же не смот­рел ту ссыл­ку, что ты от­пра­ви­ла мне, это был лишь пред­лог, что­бы по­дой­ти к те­бе», — при­зна­вал­ся он мне ме­сяц спу­стя, ко­гда мы уже встре­ча­лись. Я счаст­ли­во улы­ба­лась, до сих пор не ве­ря, что этот па­рень — ум­ный, кра­си­вый, вни­ма­тель­ный — по­явил­ся в мо­ей жиз­ни. Боль­шую часть су­ток мы про­во­ди­ли вме­сте: Ан­дрей за­хо­дил за мной по­сле ра­бо­ты, мы от­прав­ля­лись в кино или на кур­сы, за­тем ужи­на­ли в ита­льян­ских би­ст­ро или ка­феш­ках с япон­ской кух­ней, по­сле он про­во­жал ме­ня до­мой. Чем боль­ше я узна­ва­ла его, тем силь­нее ка­за­лось: он имен­но тот, ко­го я жда­ла всю жизнь. — Ко­гда я бы­ла ма­лень­кой, то лю­би­ла смот­реть на звезд­ное небо и во­об­ще увле­ка­лась аст­ро­но­ми­ей, — од­на­жды рас­ска­зы­ва­ла Ан­дрею. — И па­па ку­пил мне на­бор пласт­мас­со­вых звезд, све­тя­щих­ся в тем­но­те. Мы вме­сте с ним при­кле­и­ли их на по­тол­ке в фор­ме со­звез­дий — Боль­шой Мед­ве­ди­цы, Ли­ры, Кас­си­о­пеи. Пе­ред сном я каж­дый раз раз­гля­ды­ва­ла их, со­чи­няя свои ле­ген­ды: о мо­ло­дых пре­крас­ных прин­цес­сах, ко­то­рых злые бо­ги пре­вра­ти­ли в хо­лод­ные и да­ле­кие звез­ды, и от­важ­ных ры­ца­рях, го­то­вых на все, что­бы их спа­сти. Со­чи­ня­ла и меч­та­ла... — О чем же? — спро­сил Ан­дрей. — Встре­тить на­сто­я­ще­го ры­ца­ря. — И как, сбы­лась твоя меч­та? — Ду­маю, да, — от­ве­ти­ла, пря­ча на его пле­че свое раз­го­ря­чен­ное, сму­щен­ное ли­цо: то­гда я и вправ­ду так счи­та­ла. Все раз­ви­ва­лось чер­тов­ски стре­ми­тель­но — так, что я са­ма се­бе ка­за­лась ге­ро­и­ней гол­ли­вуд­ской мелодрамы, од­ной из тех, в ко­то­рых все обя­за­тель­но счаст­ли­вы в кон­це, страст­но це­лу­ют­ся и, дер­жась за ру­ки, ухо­дят в за­кат. Че­рез пол­го­да на­ших от­но­ше­ний Ан­дрей пред­ло­жил съе­хать­ся, мо­ти­ви­руя это до­воль­но про­за­ич­ны­ми при­чи­на­ми: мы оба сни­ма­ли квар­ти­ры, и жить вме­сте озна­ча­ло су­ще­ствен­но эко­но­мить. Но я все рав­но ви­де­ла в этом ро­ман­ти­че­скую подо­пле­ку, са­ма се­бя убеж­дая в том, что мой ры­царь про­сто не мо­жет без ме­ня... Ка­жет­ся, все скла­ды­ва­лось иде­аль­но! Но счастье, как из­вест­но, быст­ро­теч­но... Те­ле­фон за­зво­нил очень рез­ко, тре­вож­но, в од­но мгно­ве­ние разо­рвав в кло­чья сон­ную ноч­ную ти­ши­ну. — Ма­ма, что слу­чи­лось?! — хрип­ло и ис­пу­ган­но про­си­пе­ла я в труб­ку. — Ле­ноч­ка, ми­лая, Све­та... — серд­це мое сжа­лось в ту­гой ле­дя­ной ко­мо­чек, ко­гда я услы­ша­ла, как ма­ма пла­чет. — Све­та по­па­ла в ава­рию... Еха­ла в так­си до­мой, ло­бо­вое столк­но­ве­ние... — Гос­по­ди, — по­хо­ло­дев, вы­да­ви­ла из се­бя я. — Она... жи­ва? — Да, она в больнице... в ре­ани­ма­ции. — Еду, — толь­ко и ска­за­ла я. Све­та бы­ла мо­ей род­ной сест­рой, стар­шей на три го­да. В дет­стве мы ча­сто ссо­ри­лись и ру­га­лись по пу­стя­кам, де­ля спер­ва кук­лы и кон­фе­ты, за­тем шмот­ки и маль­чи­шек, од­на­ко сто­и­ло нам разъ­е­хать­ся по раз­ным го­ро­дам, как мы по­ня­ли: не счи­тая ро­ди­те­лей, мы са­мые близ­кие друг дру­гу лю­ди. И вот моя лю­би­мая сест­ра ле­жа­ла в больнице, уты­кан­ная де­сят­ком иго­лок, и мо­ло­дой врач, нерв­но сце­пив ру­ки в замок, го­во­рил: на­деж­ды ма­ло, но все­гда сто­ит ве­рить. — Как там Све­та? — по­ин­те­ре­со­вал­ся Ан­дрей, по­зво­нив утром. — По­ка не­из­вест­но, — вздох­ну­ла я, по­ти­рая пальцами вис­ки: мне при­шлось вы­ехать но­чью, и по­чти сут­ки я про­ве­ла без сна. — Про­ко­ло­то лег­кое, она по­ка на ап­па­ра­те ис­кус­ствен­но­го ды­ха­ния, в со­зна­ние еще не при­хо­ди­ла. — Яс­но, — от­стра­нен­но ска­зал он. — Слу­шай, я по­ни­маю, что та­кой фор­сма­жор, но ты пом­нишь, что в сре­ду мы долж­ны быть на юби­лее у мо­е­го бос­са? От этих слов ме­ня вне­зап­но об­да­ло хо­ло­дом: буд­то кто-то от­во­рил на­рас­паш­ку две­ри, и в теп­лую ком­на­ту во­рва­лась зима. Моя род­ная сест­рен­ка бо­ро­лась со смер­тью, а он на­зы­вал это «фор­сма­жо­ром»?! — Я по­зво­ню поз­же, — су­хо от­ве­ти­ла и на­жа­ла «от­бой». На сле­ду­ю­щий день Све­та при­шла в со­зна­ние, а еще че­рез день уже смог­ла ды­шать без ап­па­ра­та. «Са­мое слож­ное по­за­ди, ва­ша дочь на­сто­я­щий бо­рец», — го­во­ри­ли вра­чи ма­ме, по­ста­рев­шей за эти три дня на мно­го лет. Все это вре­мя па­па, с ко­то­рым ма­ма раз­ве­лась по­чти де­сять лет на­зад, был с на­ми: при­во­зил еду и ме­ди­ка­мен­ты, под­дер­жи­вал. Гля­дя на них, я ду­ма­ла: «Вот уже прак­ти­че­ски чу­жие друг дру­гу лю­ди, а сколь­ко в их от­но­ше­ни­ях за­бо­ты и неж­но­сти! Ан­дрей да­же ря­дом не сто­ял...» — По­че­му твой ры­царь Львиное Серд­це не при­е­хал с то­бой? — од­на­жды спро­сил отец, шут­ли­во на­ме­кая на то, чем од­на­жды я по­де­ли­лась с ним: Ан­дрей — ры­царь мо­е­го серд­ца. — Не спра­ши­вай, — от­мах­ну­лась раз­дра­жен­но. — Мой ры­царь ока­зал­ся не Ль­ви­ным, а Черст­вым Серд­цем... Ан­дрей по­зво­нил ве­че­ром сле­ду­ю­ще­го дня: ми­мо­хо­дом узнал о состоянии Све­ты и уточ­нил, что его босс очень рас­стро­ил­ся, что я не при­ду на юби­лей. Мол, ме­ста в ре­сто­ране бы­ли за­ка­за­ны за­бла­го­вре­мен­но. Я слу­ша­ла его род­ной и од­но­вре­мен­но та­кой чу­жой го­лос в те­ле­фон­ной труб­ке и чув­ство­ва­ла, как с мо­их глаз спа­да­ет пе­ле­на, со­здан­ная влюб­лен­но­стью: мой Ан­дрей и вправ­ду был ры­ца­рем — креп­ким, силь­ным и оде­тым в бро­ню, сквозь ко­то­рую я не мог­ла про­бить­ся, да уже и не хо­те­ла... А тем вре­ме­нем на ма­лень­кий го­ро­док опус­ка­лась ночь, и, за­про­ки­ды­вая го­ло­ву, я пы­та­лась в пу­та­ни­це звезд­ных брызг най­ти из­вест­ные мне со­звез­дия: Ли­ру, Кас­си­о­пею, росчерк Скор­пи­о­на с раз­дво­ен­ным жа­лом — все зна­ко­мые очер­та­ния из дет­ства, под си­я­ние ко­то­рых я за­сы­па­ла. Те­перь они пре­об­ра­зи­лись, ста­ли хо­лод­ны­ми, со­вер­шен­ны­ми, буд­то сбро­сив­шие мас­ки бо­ги, ко­то­рые че­рез кры­шу взо­шли пря­ми­ком на небо, что­бы рас­по­ло­жить­ся в сво­их за­кон­ных при­ста­ни­щах.

Чем боль­ше я узна­ва­ла Ан­дрея, тем силь­нее убеж­да­лась: он имен­но тот, ко­го все­гда жда­ла Ан­дрей лишь ми­мо­хо­дом узнал о состоянии мо­ей сест­ры и сра­зу спро­сил, при­еду ли я до сре­ды

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.