Днев­ник учил­ки

Лю­бовь за­кру­жи­ла, хо­тя я зна­ла, что Л ч она мо­жет ме­ня по­гу­бить…

Vdvojem - - Содержание -

1 СЕН­ТЯБ­РЯ

Ну вот, пер­вый день в но­вой шко­ле по­за­ди. По­дру­га Аня бы­ла, как все­гда, пра­ва: ино­гда, что­бы что-ни­будь из­ме­нить, до­ста­точ­но сде­лать пер­вый шаг. А я из­ме­ни­ла все… Во-пер­вых, рас­ста­лась с Ки­рил­лом, с ко­то­рым встре­ча­лась в те­че­ние ше­сти лет (слож­но пла­ни­ро­вать бу­ду­щее с тем, кто думает только о се­бе!). Во-вто­рых, воз­вра­ти­лась в го­род, где ро­ди­лась. В-тре­тьих, на­шла но­вую ра­бо­ту. Ни­ко­гда не ду­ма­ла, что ста­ну пре­по­да­ва­тель­ни­цей фран­цуз­ско­го язы­ка! В уни­ве­ре меч­та­ла о ка­рье­ре пе­ре­вод­чи­цы при вы­со­ком на­чаль­стве. Даль­ние стра­ны, ди­пло­ма­ти­че­ские при­е­мы...Что в ре­зуль­та­те? Мне два­дцать семь, и я (опять!) на­чи­наю но­вую жизнь.

12 СЕН­ТЯБ­РЯ

Дни мель­ка­ют, как безум­ные. Боль­ше все­го я бо­я­лась, что не удаст­ся на­ла­дить кон­такт с уче­ни­ка­ми. Но все не так уж пло­хо... Боль­ше все­го мне нра­вит­ся про­во­дить за­ня­тия в 10-А клас­се, фи­зи­ко-ма­те­ма­ти­че­ском. За­ме­ча­тель­ные ре­бя­та, ум­нич­ки! С ни­ми все­гда ин­те­рес­но бе­се­до­вать. При­чем я на­ста­и­ваю, что­бы они го­во­ри­ли по-фран­цуз­ски — по­лу­ча­ет­ся! Не все­гда без оши­бок, но по­лу­ча­ет­ся! Се­год­ня мы об­суж­да­ли ме­ста, ку­да им хо­те­лось бы по­ехать. Боль­шин­ство уче­ни­ков меч­та­ет уви­деть го­ро­да Ев­ро­пы: мно­гие хо­те­ли бы там учить­ся, ра­бо­тать или со­вер­шен­ство­вать фран­цуз­ский язык. Только один маль­чик, Ми­ша К., ска­зал, что хо­чет по­ехать в Та­и­ланд. — Я слы­шал, там кра­си­вые пей- за­жи, — до­ба­вил он с плу­тов­ской улыб­кой. Ин­те­рес­но, это что, на­мек? На­чи­тал­ся про тай­ский мас­саж? При этом юно­ша смот­рел мне пря­мо в гла­за. Маль­чиш­ки лю­бят за­да­вать мо­ло­дым учи­тель­ни­цам ка­верз­ные во­про­сы и на­блю­дать, как те из них вы­пу­ты­ва­ют­ся. Так раз­вле­ка­ют­ся па­ца­ны лет в две­на­дцать...

19 СЕН­ТЯБ­РЯ

Не­воль­но об­ра­щаю на Ми­шу вни­ма­ние. Во-пер­вых, маль­чик неве­ро­ят­но кра­сив — про­сто меч­та Гол­ли­ву­да. Бед­ные дев­чон­ки! Прав­да, Ми­ха­ил, ка­жет­ся, не серд­це­ед. Я за­ме­ти­ла, что ему до­став­ля­ет яв­ное удо­воль­ствие со мной пре­пи­рать­ся. Мой «оп­по­нент» умен, на­чи­тан и об­ла­да­ет пре­вос­ход­ным чув­ством юмо­ра. Его во­про­сы не ка­верз­ные, но с под­тек­стом. По­это­му мне то­же нра­вит­ся от­би­вать его «мя­чи» — та­кой свое­об­раз­ный «пинг-понг» по­лу­ча­ет­ся. С язы­ко­вым укло­ном. Два ра­за в неделю я долж­на оста­вать­ся на так на­зы­ва­е­мые сво­бод­ные кон­суль­та­ции. Это вре­мя, ко­гда уче­ни­ки мо­гут прий­ти ко мне со сво­и­ми во­про­са­ми и про­бле­ма­ми. Ча­ще при­хо­дят ма­лы­ши: они только на­чи­на­ют учить язык, и во­про­сов у них нема­ло. Стар­ше­класс­ни­ки ред­ко по­яв­ля­ют­ся: им уже все яс­но! По­это­му я уди­ви­лась, ко­гда се­год­ня, по­сле ше­сти уро­ков, в две­рях ка­би­не­та уви­де­ла Ми­ха­и­ла. Не­уже­ли и у него есть во­про­сы? — Мож­но?.. — неуве­рен­но спро­сил он. — Ко­неч­но, про­хо­ди.

— У ме­ня труд­но­сти с пе­ре­во­дом од­но­го тек­ста... — Па­рень от­крыл книж­ку — сти­хи Ар­тю­ра Рем­бо в ори­ги­на­ле. — Хм... Ин­те­рес­но... Да­вай посмот­рим. Мы скло­ни­лись над кни­гой. Ми­ша на­чал мед­лен­но читать сти­хи: — Elle etait fort deshabillee… Я по­чув­ство­ва­ла, что крас­нею: в сти­хо­тво­ре­нии ав­тор опи­сы­вал лю­бов­ную сце­ну. Кра­си­во, чув­ствен­но, то­ми­тель­но. Ин­те­рес­но, по­че­му маль­чиш­ка выбрал для пе­ре­во­да имен­но эти сти­хи? И во­об­ще, по­че­му Рем­бо? Маль­чик­по­эт, нервный и страст­ный… Я взя­ла се­бя в ру­ки и ней­траль­ным то­ном спро­си­ла: — И как ты это пе­ре­вел? — Стран­но как-то по­лу­ча­ет­ся: «Она бы­ла силь­но неоде­тая»… «раз­де­тая»… «го­лая»... Как это «силь­но го­лая»? Со­всем го­лая? — хит­рю­га смот­рел мне пря­мо в гла­за с са­мым невин­ным ви­дом. Но в невин­ность что-то не ве­ри­лось... Я сра­зу за­ня­ла кру­го­вую обо­ро­ну «учил­ки»: — Ми­ша, по­ду­май: это же сти­хи, да еще и по­за­про­шло­го ве­ка! Сло­во «го­лая» — из раз­го­вор­но­го сти­ля. Луч­ше ска­зать — «об­на­жен­ная». Не на­хо­дишь? Мы раз­би­ра­ли текст сло­во за сло­вом, и я по­сто­ян­но ощу­ща­ла чув­ствен­ный под­текст на­шей вро­де бы учеб­ной бе­се­ды... И эти взгля­ды Миш­ки­ны ис­под­ло­бья, и мель­ка­ю­щая дву­смыс­лен­ная по­лу­улыб­ка... Нет, юный ло­ве­лас неспро­ста выбрал имен­но это сти­хо­тво­ре­ние! Я вз­дох­ну­ла с об­лег­че­ни­ем, ко­гда мы до­бра­лись до кон­ца тек­ста. Пора ид­ти до­мой. — От­лич­но. Те­перь до­ма по­про­буй все это превратить в сти­хи. А за­од­но най­ди опуб­ли­ко­ван­ные пе­ре­во­ды — по­том срав­ним. Хо­ро­шо? Только чур не под­та­со­вы­вать! Сам пе­ре­ве­ди. Ну, ина­че ведь про­сто бес­смыс­лен­но, ес­ли ты вза­прав­ду хо­чешь научиться пе­ре­во­дить по­э­зию...

26 СЕН­ТЯБ­РЯ

На сле­ду­ю­щей кон­суль­та­ции Ми­ша про­чи­тал свой пе­ре­вод. По­лу­чи­лось не очень хо­ро­шо. То­гда он до­стал несколь­ко рас­пе­ча­ток и на­чал с чув­ством и «на­ме­ком» читать ти­хим го­ло­сом, с при­ды­ха­ни­ем: — «На стул вы­со­кий сев небреж­но, Она спле­та­ла паль­цы рук, И лег­кий тре­пет нож­ки неж­ной Я ви­дел вдруг, я ви­дел...» Уши у ме­ня на­ча­ли го­реть. Ми­ша спро­сил невин­ным то­ном: — Ни­на Сте­па­нов­на, а ведь в русском пе­ре­во­де смысл не тот со­всем! У Рем­бо де­вуш­ка об­на­жен­ная са­дит­ся к нему на стул, то есть на ко­ле­ни, и нож­ка ее дро­жит от удо­воль­ствия… Я бы ска­зал: «И лег­кий тре­пет на­сла­жде­нья»... Как вам, нра­вит­ся та­кой ва­ри­ант? Или луч­ше ска­зать «во­жде­ле­нья»? Он смот­рел мне в гла­за, немно­го на­кло­ня­ясь впе­ред, и уши мои уже не про­сто го­ре­ли — по­лы­ха­ли! И вме­сте с ни­ми — ще­ки и шея. Со сто­ро­ны пар­ня это был пря­мой на­мек, да и па­рень ужас­но сим­па­тич­ный, и разница меж­ду на­ми все­го-то де­сять лет… А у ме­ня дав­но уже не бы­ло нор­маль­но­го муж­чи­ны и нор­маль­но­го ка­че­ствен­но­го сек­са… И са­мое глав­ное, на ме­ня уже сто лет ни­кто так не смот­рел — с яв­ным обо­жа­ни­ем… Я нерв­но вско­чи­ла, за­чем-то по­ры­лась в сум­ке, вы­та­щи­ла мо­бил­ку, по­ло­жи­ла об­рат­но... «На­до пре­кра­тить эти иг­ры!» — сту­ча­ла в го­ло­ве по­след­няя трез­вая мысль. — Ми­ша… э-э-э… Из­ви­ни, мне нуж­но ид­ти. Сроч­но... Я со­всем за­бы­ла об од­ном де­ле... Ты еще по­ду­май над ва­ри­ан­та­ми, а поговорим в дру­гой раз...

27 СЕН­ТЯБ­РЯ

Про­дол­жаю. Из шко­лы мы вы­шли вме­сте. Я де­ла­ла вид, что спе­шу. А Ми­ха­ил по­шел ме­ня про­во­жать. — Так бу­дет без­опас­нее, — за­явил он. Дей­стви­тель­но, уже на­чи­на­ло тем­неть, а мне ид­ти че­рез парк. Несколь­ко раз я осту­пи­лась, и Ми­ша ска­зал се­рьез­но: — Ни­на Сте­па­нов­на, дер­жи­тесь луч­ше за ме­ня, а то упа­де­те. Вон тут ка­кие кор­ни тор­чат — все до­рож­ки раз­во­ро­че­ны! — и до­ба­вил ти­хо и лас­ко­во: — Вы не бой­тесь, нас тут ни­кто не уви­дит. По­ко­ле­бав­шись, я взя­ла его под ру­ку. До­рож­ки ведь и прав­да та­кие буг­ри­стые — мои шпиль­ки то и де­ло вы­во­ра­чи­ва­лись! Каж­дый раз, ко­гда спо­ты­ка­лась, Ми­ша при­жи­мал ло­коть к се­бе, удер­жи­вая ме­ня от па­де­ния. В пря­мом смыс­ле... Вот только что про­ис­хо­ди­ло в эти мгно­ве­ния в мо­ем серд­це? — Спа­си­бо за по­мощь, — ска­за­ла, оста­нав­ли­ва­ясь воз­ле сво­е­го подъ­ез­да. — Мне бы­ло очень при­ят­но, — от­ве­тил Ми­ша, гля­дя мне в гла­за, и я по­спе­ши­ла уй­ти. От его взгля­да и его улыб­ки...

29 СЕН­ТЯБ­РЯ

Не знаю, как это слу­чи­лось… Ми­ша при­шел на кон­суль­та­цию. По­до­ждал, ко­гда я за­кон­чу объ­яс­нять ше­сти­клаш­кам пра­ви­ла упо­треб­ле­ния ар­ти­клей. — Ну, как по­жи­ва­ет Рем­бо? — спро­си­ла я пре­уве­ли­чен­но бод­рым го­ло­сом, ко­гда мы остались вдво­ем. — Ни­как, — бурк­нул он. — Да­вай­те луч­ше вре­ме­на гла­го­лов по­вто­рим. Ме­ня это уди­ви­ло, но я от­ве­ти­ла: — Да­вай. Все? Или кон­крет­ные? Мы очень дол­го «ко­вы­ря­лись» в си­сте­ме вре­мен гла­го­ла, бла­го слож­но­стей там хва­та­ет. И Ми­ша сно­ва по­шел ме­ня про­во­жать. Я рас­ска­зы­ва­ла о но­вом фран­цуз­ском филь­ме. Ми­ша вни­ма­тель­но слу­шал, при­сталь­но гля­дя на ме­ня. И вдруг оста­но­вил­ся, взял ме­ня за пле­чи. А я… я не ото­дви­ну­лась. И он по­це­ло­вал ме­ня. Не­лов­ко. Не­сме­ло. Буд­то взял мои гу­бы в свои... Че­рез ка­кое-то вре­мя я при­шла в се­бя. — Из­ви­ни, мне нуж­но ид­ти! — вы­рва­лась, по­бе­жа­ла по ал­лее. Ме­ня би­ла дрожь. Он не стал до­го­нять. «Гос­по­ди, что я де­лаю?!» — ду­ма­ла, злясь на се­бя. Серд­це бе­ше­но ко­ло­ти­лось. Ру­га­ла се­бя по­след­ни­ми сло­ва­ми и кля­лась се­бе страш­ны­ми клят­ва­ми, что та­кое боль­ше не по­вто­рит­ся. И во­об­ще, по­про­шу кол­ле­гу взять у ме­ня Ми­ши­ну груп­пу. Что­бы боль­ше с ним не встре­чать­ся, что­бы у него не бы­ло по­во­да при­хо­дить на чер­то­вы кон­суль­та­ции!..

30 СЕН­ТЯБ­РЯ

«Сла­ва бо­гу, се­год­ня суб­бо­та, — по­ду­ма­ла я утром. — У ме­ня есть вре­мя все спо­кой­но об­ду­мать». И весь день де­ла­ла все, что­бы за­быть о вче­раш­нем. А са­ма по­сто­ян­но воз­вра­ща­лась мыс­ля­ми к его гу­бам, к это­му уди­ви­тель­но­му ощу­ще­нию неж­но­сти и стра­сти... Ве­че­ром кто-то по­сту­чал в мою дверь. Я от­кры­ла. Ми­ша. — Мож­но мне вой­ти? — спро­сил он роб­ко, но при этом смот­рел мне пря­мо в гла­за.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.