БУ­ЛЯ сно­ва ста­ла кра­си­вой

Муж прав: что-то я се­бя со­всем за­пу­сти­ла. А жен­щи­на в лю­бом воз­расте долж­на сле­дить за со­бой!

Vdvojem - - Несмотря Нан Возраст -

Впят­ни­цу мы с му­жем по­ру­га­лись, хо­тя во­об­ще-то ссо­рим­ся ред­ко. На­ча­лось все с то­го, что Ва­се по­зво­ни­ли дру­зья и пред­ло­жи­ли по­ехать на ры­бал­ку. Есте­ствен­но, он сра­зу же со­гла­сил­ся и ки­нул­ся со­би­рать свои удоч­ки-спин­нин­ги-сач­ки. У ме­ня же на вы­ход­ные бы­ли со­всем дру­гие пла­ны, и я их немед­лен­но озву­чи­ла: — Ры­бал­ка от те­бя ни­ку­да не убе­жит, а бал­кон по­кра­сить нуж­но сроч­но. И ко­вер, что на по­лу в го­сти­ной, вы­бить. И шкаф­чик на кухне укре­пить, а то вот-вот рух­нет! — За­инь­ка, не ну­ди, — по­лу­ворч­ли­во-по­лу­за­ис­ки­ва­ю­ще про­тя­нул су­пруг. — На сле­ду­ю­щей неде­ле все обя­за­тель­но сде­лаю... — На сле­ду­ю­щую неде­лю у ме­ня дру­гие до­маш­ние де­ла за­пла­ни­ро­ва­ны! И во­об­ще, что это за за­ня­тие для нор­маль­но­го че­ло­ве­ка — с утра до ве­че­ра на по­плав­ки пя­лить­ся. Доб­ро бы улов при­лич­ный при­во­зил, а то од­ни сле­зы, кош­ке по­ужи­нать — и то ма­ло! И тут мо­е­го обыч­но спо­кой­но­го и по­кла­ди­сто­го Ва­си­лия вдруг про­рва­ло: — Для ме­ня ры­бал­ка — хоб­би! Хоб­би, по­ни­ма­ешь? Ес­ли хо­чешь знать, у лю­бо­го нор­маль­но­го че­ло­ве­ка долж­но быть увле­че­ние. А ты... ты... Все ин­те­ре­сы — ка­кой суп на обед сва­рить и в ка­ком магазине греч­ка и ма­ка­ро­ны де­шев­ле. Да­же за со­бой сле­дить и то пе­ре­ста­ла!!! В сло­вах му­жа бы­ло больше эмо­ций, чем прав­ды: хоб­би у ме­ня есть — ку­ли­на­рия. Вкус­но по­есть мой Ва­ся ой как лю­бит! А вот по­след­няя фра­за ме­ня, при­зна­юсь, за­де­ла за

жи­вое. По- то­му что тут он в точ­ку по­пал. Дей­стви­тель­но, как ушла на пен­сию, мах­ну­ла на свою внешность ру­кой. Но я да­же и пред­по­ло­жить не мог­ла, что по­сле со­ро­ка лет сов­мест­ной жиз­ни муж на это об­ра­тит вни­ма­ние. Но об­ра­тил же, да еще в та­кой обид­ной фор­ме. Я си­де­ла в кухне и стра­да­ла, ко­гда сын при­вез внуч­ку (ее к нам по­чти все­гда под­бра­сы­ва­ют на вы­ход­ные или ко­гда в са­ди­ке ка­ран­тин). Зо­вут внуч­ку Али­са, но я на­зы­ваю ее про­сто Ли­сой или Ли­сич­кой: во-пер­вых, она ры­жая, а во-вто­рых — жут­кая хит­рю­га. По­нят­ное де­ло, я по­ста­ра­лась не по­ка­зать ви­ду, что рас­стро­е­на, но про­ни­ца­тель­ная Ли­сич­ка ме­ня вмиг рас­ку­си­ла: — Бул Бу­ля, а че­го ты се­го­дня та­кая грустн груст­ная? — спро­си­ла, ко­гда я кор­ми кор­ми­ла ее ужи­ном. — Мен Ме­ня де­душ­ка по­кри­ти­ко­вал, — при при­зна­лась чест­но (де­тям врать нельзя нельзя!). — По-к По-кри-ти-ко-вал, — с тру­дом по­втор по­вто­ри­ла внуч­ка незна­ко­мое сло­во, — это з зна­чит, по­ру­гал? — Не с со­всем. Про­сто де­душ­ка ска­зал ска­зал, что я не та­кая, как ему хо­те­ло хо­те­лось бы. — А че­го че он то­гда на те­бе же­нил­ся? — —вл в ло­ги­ке ей точ­но не от­ка­жешь! — —Н Ну, ко­гда это бы­ло... Ведь со дня на­шей сва­дьбы по­чти со­рок лет про­шло. — Это рань­ше, чем я ро­ди­лась? — Это да­же на че­ты­ре го­да рань­ше, ше чем ро­дил­ся твой па­па. Внуч­ка Вн неко­то­рое вре­мя мол­ча-

ла, на­мор­щив ло­бик, по­том вы­да­ла: — А то­гда ты бы­ла та­кая? — На­вер­ное... Хо­чешь по­смот­реть? Я при­нес­ла из сер­ван­та боль­шой фо­то­аль­бом со сним­ка­ми, где мы с Ва­си­ли­ем еще со­всем мо­ло­дые, по­ло­жи­ла пе­ред Ли­сич­кой и ста­ла ли­стать. Внуч­ка при­сталь­но рас­смат­ри­ва­ла каж­дую фо­то­гра­фию, а по­том вы­нес­ла свой вер­дикт: — Здесь ты дей­стви­тель­но не та­кая! Я со вздо­хом кив­ну­ла: — Ко­неч­но. На сним­ках я мо­ло­дая, а на са­мом де­ле — ста­рая. — Де­душ­ка ведь то­же ста­рень­кий стал. Ду­маю, он не это имел в ви­ду. Я ис­кренне вос­хи­ти­лась: у внуч­ки не толь­ко же­лез­ная ло­ги­ка, но и яв­ные за­дат­ки фи­ло­соф­ско­го мыш­ле­ния! — А что он имел в ви­ду? — Смот­ри, — Ли­сич­ка ткну­ла паль­чи­ком в од­ну из фо­то­гра­фий. — Ты здесь в кра­си­вом пла­тье. А почему те­перь толь­ко в брю­ках хо­дишь? — Но ведь ты са­ма тер­петь не мо­жешь в пла­тьях хо­дить! — воз­ра­зи­ла я (у ме­ня с при­клад­ной ло­ги­кой де­ла то­же об­сто­ят непло­хо). — Как вле­зешь в ста­рые джин­сы, так те­бя из них по­том не вы­трях­нешь! — Со­глас­наю Но ведь ме­ня ни­кто не по-кри-ти-ко-вал! — мол­ние­нос­но па­ри­ро­ва­ла Ли­са. — Кста­ти, я не толь­ко в брю­ках хо­жу. А это? — по­дер­га­ла я за­вя­зан­ный на ме­сте, где ко­гда-то бы­ла та­лия, по­яс. — Бу­ля, это не пла­тье, а ха­лат. К то­му же ста­рый. И некра­си­вый. На это за­ме­ча­ние контр­ар­гу­мен­тов у ме­ня не на­шлось. Сно­ва вздох­ну­ла. Внуч­ка меж­ду тем уве­рен­но про­дол­жа­ла гнуть свою ли­нию: — А при­чес­ка? Смот­ри, ка­кая здесь кра­си­вая. С чел­кой. С за­вит­ка­ми. — ткну­ла ма­лыш­ка паль­цем еще в од­но фото со­ро­ка­ле со­ро­ка­лет­ней дав­но­сти. — А сей­час? И сно­ва я не на­шлась на­шлась, что ска­зать в от­вет. Ведь пра­ва Л Ли­са Ста­ни­сла­вов­на, на сто про­це про­цен­тов пра­ва! По­след­ние три го­да я во­об­ще не хо­ди­ла в па­рик­ма­хер па­рик­ма­хер­скую — эко­но­ми­ла скром­ную пе пен­сию. Да и до­ма не стриг­лась и н не кра­си­лась, про­сто-на­про­сто за­вя за­вя­зы­ва­ла от­рос­шие се­дые во­ло­сы в х хвост ап­теч­ной ре­зин­кой, что­бы не л лез­ли в гла­за. — Бу­ля, ты че­го молч мол­чишь? — дер­ну­ла ме­ня внуч­ка за ру­кав. — Да, дей­стви­тель­но дей­стви­тель­но... Не­кра­си­вая у ме­ня сей­час при­чес при­чес­ка. Ни чел­ки, ни за­вит­ков... — про про­бор­мо­та­ла я. Мне бы­ло очень стыд стыд­но. Прав Ва­ся: со­всем пе­ре­ста­ла за с со­бой сле­дить... — И глаз­ки ты рань­ше кра­си­ла, и губ­ки, — про­дол­жа­ла кри­ти­ко­вать ме­ня Ли­сич­ка (вид­но, де­душ­ки­ны ге­ны по­пер­ли). — А че­го сей­час не кра­сишь? — Да у ме­ня и кос­ме­ти­ки нет... — Пло­хо. А ко­ле­чек и се­ре­жек у те­бя то­же нет? — Есть. Це­лая шка­тул­ка, — я обра­до­ва­лась, что хоть на один внуч­кин во­прос мо­гу от­ве­тить не толь­ко внят­но, но и с до­сто­ин­ством. Но она тут же оза­да­чи­ла сле­ду­ю­щим во­про­сом: — А че­го не но­сишь? — Да мне их на­де­вать неку­да. — А за­чем то­гда по­ку­па­ла? — За­чем? Ну... что­бы те­бе в на­след­ство оста­вить, — на­шлась я. — Это хо­ро­шо, — важ­но кив­ну­ла Ли­са. — Толь­ко у ме­ня в ушах ды­ро­чек нет, так что мо­жешь по­ка са­ма по­но­сить... — Спа­си­бо, — рас­сме­я­лась я. Внуч­ка по­мол­ча­ла, вид­но, об­ду­мы­вая сле­ду­ю­щий во­прос. А по­том вдруг вы­да­ла: — Бу­ля, вот ты ска­за­ла, де­душ­ка те­бя се­го­дня по-кри-ти-ко-вал. А ка­кое сло­во бу­дет на­о­бо­рот? — Как это — на­о­бо­рот? — не по­ня­ла я. — Ну, го­ря­чий, а на­о­бо­рот — хо­лод­ный. Бе­лый, а на­о­бо­рот — чер­ный, — объяснила Ли­сич­ка. — Ты про ан­то­ним? На­вер­ное, «по­хва­лил». — Вот. Нуж­но сде­лать так, что­бы де­душ­ка те­бя по­хва­лил. У те­бя де­неж­ка есть? — За­чем те­бе? — Хо­чу, что­бы ты сно­ва ста­ла, как здесь, — при­хлоп­ну­ла внуч­ка ла­до­шкой бар­хат­ную об­лож­ку фо­то­аль­бо­ма. — К со­жа­ле­нию, та­кой, как здесь, мне уже ни­ко­гда не стать... Го­ды свое бе­рут... — Ста­рые то­же бы­ва­ют кра­си­вые. Ес­ли в пла­тье, с при­чес­кой и с се­реж­ка­ми. Так есть у те­бе де­неж­ка? — Во­об­ще-то есть не­боль­шая за­нач­ка, — при­зна­лась со вздо­хом. — От­кла­ды­ва­ла, что­бы в дач­ном до­ми­ке ре­монт сде­лать. — На да­че и без ре­мон­та хо­ро­шо. А те­бе без кра­со­ты пло­хо! Я уми­ли­лась. Дру­гой ре­бе­нок, узнав, что у ба­буш­ки есть де­неж­ка, стал бы про­сить иг­руш­ку или но­вые одеж­ки для се­бя, а эта тре­бу­ет их по­тра­тить на ба­буш­ки­ну кра­со­ту. Ай да Ли­сич­ка! — Лад­но. Зав­тра де­душ­ка уедет на ры­бал­ку, а мы с то­бой пой­дем про­гу­ля­ем­ся по ма­га­зи­нам. Ку­пим мне пла­тье и ка­кую-ни­будь по­ма­ду. Толь­ко де­ду ни­че­го не го­во­ри, хо­ро­шо? Пусть это бу­дут на­ши с то­бой маленькие жен­ские сек­ре­ты. На­зав­тра я (не без по­мо­щи внуч­ки) ку­пи­ла два пла­тья, кос­ме­ти­ку, туфли на неболь­шом каб­луч­ке, по­кра­си­ла в па­рик­ма­хер­ской во­ло­сы и сде­ла­ла стриж­ку. Ве­че­ром в вос­кре­се­нье Ли­сич­ка за­ста­ви­ла ме­ня на­деть об­нов­ки, вдеть в уши се­реж­ки и на­кра­сить­ся. По­том за ру­ку под­ве­ла к зер­ка­лу: — Бу­ля, ну как? — По-мо­е­му, это не я! — А вот по­смот­рим, де­да, ко­гда вер­нет­ся, те­бя узна­ет или нет? Ва­ся ме­ня узнал. Но не сра­зу. Ко­гда я от­кры­ла ему дверь, так уди­вил­ся, что да­же уро­нил на пол удоч­ки: — Ух ты! Что слу­чи­лось, по­ка ме­ня не бы­ло? — Бу­ля сно­ва ста­ла кра­си­вой, — объяснила Ли­сич­ка и лу­ка­во до­ба­ви­ла: — А почему — мы те­бе не ска­жем. Это на­ши маленькие жен­ские сек­ре­ты!

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.