Ве­ли­кий шел­ко­вый путь: роль в ис­то­рии че­ло­ве­че­ства

Ци­ви­ли­за­ция — это не толь­ко язык, об­раз жиз­ни, куль­ту­ра и вся­че­ские до­сти­же­ния. Ци­ви­ли­за­ция — это в первую оче­редь свя­зи меж­ду людь­ми. Близ­ки­ми и да­ле­ки­ми. А что ис­ста­ри свя­зы­ва­ет нас меж­ду со­бой? До­ро­га, путь. Об од­ной из них, без ко­то­рой вряд ли со­вре­ме

Veliky Providents - - Первая Страница - Аким БУХТАТОВ

Ско­то­во­ды и Алек­сандр Ма­ке­дон­ский

В про­шлом но­ме­ре «Ве­ли­ко­го про­вид­ца из Opaky» в за­мет­ке «Как воз­ник Шел­ко­вый путь» мы пи­са­ли о на­ход­ках, сде­лан­ных ин­тер­на­ци­о­наль­ным от­ря­дом ар­хео­ло­гов в Алай­ской до­лине (Кир­ги­зия). Че­рез эту до­ли­ну про­ле­гал неко­гда Ве­ли­кий шел­ко­вый путь, из­вест­ный лю­бо­му че­ло­ве­ку, учив­ше­му­ся в шко­ле. Ар­хео­ло­ги ис­сле­до­ва­ли пе­ще­ру, в ко­то­рой лю­ди жи­ли за­дол­го до по­яв­ле­ния Ве­ли­ко­го шел­ко­во­го пу­ти. И что же? Най­ден­ные в ней пред­ме­ты бы­та, чей воз­раст оце­ни­ва­ет­ся в 8–11 ты­сяч лет, прак­ти­че­ски иден­тич­ны тем, что бы­ли об­на­ру­же­ны в Фер­ган­ской до­лине (Уз­бе­ки­стан) и на Па­ми­ре. А это озна­ча­ет, что лю­ди хо­ди­ли по марш­ру­там бу­ду­ще­го Шел­ко­во­го пу­ти и об­ме­ни­ва­лись то­ва­ра­ми за­дол­го до по­яв­ле­ния оно­го. Кто же бы­ли эти лю­ди? Как по­ка­зы­ва­ют по­след­ние ис­сле­до­ва­ния, про­ве­ден­ные в том чис­ле с по­мо­щью ком­пью­тер­но­го мо­де­ли­ро­ва­ния, — это бы­ли пас­ту­хи. Де­ло в том, что осед­лые зем­ле­дель­цы вре­мен нео­ли­та се­ли­лись в ос­нов­ном на рав­ни­нах вдоль рек и там боль­шей ча­стью и оста­ва­лись. Иное де­ло ско­то­во­ды-пас­ту­хи. При­мер­но 5 ты­сяч лет на­зад они на­ча­ли па­сти свои ста­да по­всю­ду — от Кав­ка­за и Гин­ду­ку­ша до Ал­тая и Тянь-Ша­ня. Ле­том — на вы­со­ко­гор­ных паст­би­щах. Зи­мой скот пе­ре­го­ня­ли вниз, на рав­ни­ны. Ко­гда паст­би­ща ску­де­ли, ско­то­во­ды от­прав­ля­лись на по­ис­ки но­вых. И так год за го­дом, сто­ле­тие за сто­ле­ти­ем. В кон­це кон­цов пас­ту­шьи тро­пы опу­та­ли все го­ры Евра­зии, ве­дя от паст­би­ща к паст­би­щу, из до­ли­ны в до­ли­ну. А по­том ро­дил­ся и вы­рос Алек­сандр Ма­ке­дон­ский, про­зван­ный Ве­ли­ким за свои со­вер­шен­но непо­мер­ные ам­би­ции и уме­ние их удо­вле­тво­рять. Имен­но он пер­вым в ис­то­рии че­ло­ве­че­ства по­пы­тал­ся объ­еди­нить Ев­ро­пу, Аф­ри­ку и Азию, прой­дя со сво­и­ми сол­да­та­ми тот путь, ко­то­рый поз­же ста­нет ча­стью Ве­ли­ко­го шел­ко­во­го пу­ти. Про­вод­ни­ка­ми в го­рах ему слу­жи­ли мест­ные пас­ту­хи.

Без Китая ни­ку­да

Им­пе­рия Алек­сандра Ма­ке­дон­ско­го раз­ва­ли­лась очень быст­ро. По ис­то­ри­че­ским мер­кам — прак­ти­че­ски мгно­вен­но. Но на­ча­ло бы­ло по­ло­же­но. Од­на­ко без Китая — стра­ны, чьи бе­ре­га омы­ва­ет Ти­хий оке­ан, ни­че­го бы не вы­шло. В первую оче­редь по­то­му, что две с лиш­ним ты­ся­чи лет на­зад ки­тай­ская ци­ви­ли­за­ция ни в чем не усту­па­ла, а во мно­гом и пре­вос­хо­ди­ла как эл­ли­ни­сти­че­скую и древ­не­рим­скую ци­ви­ли­за­ции, так и сред­не­ази­ат­скую. И она нуж­да­лась для сво­е­го раз­ви­тия в но­вых тор­го­вых, куль­тур­ных и по­ли­ти­че­ских свя­зях. Так и по­лу­чи­лось, что в 138 го­ду до н. э. весь­ма энер­гич­ный ки­тай­ский чи­нов­ник, ди­пло­мат и шпи­он Чжан Цянь во вре­мя сво­ей ди­пло­ма­ти­че­ско-шпи­он­ской миссии к ко­че­во­му на­ро­ду юэчжи (во­сточ­ные сар­ма­ты) от­крыл для себя и со­оте­че­ствен­ни­ков Сог­ди­а­ну и Бак­трию. Чжан Цянь быст­ро со­об­ра­зил, какие вы­го­ды су­лит тор­гов­ля с Бактрой, Са­мар­кан­дом и Бу­ха­рой, и, воз­вра­тив­шись на ро­ди­ну, предо­ста­вил им­пе­ра­то­ру по­дроб­ней­ший до­клад, а го­во­ря со­вре­мен­ным язы­ком — биз­нес-план, в ко­то­ром рас­пи­сал упо­мя­ну­тые вы­го­ды. До­клад был при­нят бла­го­склон­но, а еще че­рез несколь­ко лет ки­тай­ские вой­ска раз­гро­ми­ли пле­ме­на хун­ну (гун­нов), и путь на за­пад для ки­тай­ских куп­цов (а рав­но и на во­сток для сог­ди­ан­ских и бак­трий­ских) стал без­опа­сен. Та­ким об­ра­зом, ки­тай­ская часть пу­ти со­еди­ни­лась с за­пад­ной, про­ло­жен­ной еще ма­ке­дон­ца­ми, и по Ве­ли­ко­му шел­ко­во­му пу­ти дви­ну­лись в обе сто­ро­ны пер­вые тор­го­вые ка­ра­ва­ны и ди­пло­ма­ти­че­ские миссии.

То­ва­ры и до­ро­ги

Ра­зу­ме­ет­ся, ос­нов­ным то­ва­ром был шелк, ко­то­рый и дал на­зва­ние пу­ти. Как шелк-сы­рец, так и раз­но­об­раз­ные шел­ко­вые тка­ни. Лег­кий, тон­кий, проч­ный и кра­си­вый — шелк це­нил­ся в Ев­ро­пе на вес зо­ло­та, и во­зить его бы­ло чрез­вы­чай­но вы­год­но. Осо­бен­но с уче­том то­го, что вплоть до VI ве­ка н. э. Китай был шел­ко­вым мо­но­по­ли­стом.

Кро­ме то­го, в Сред­ние ве­ка из Китая в Сред­нюю Азию и даль­ше в Ев­ро­пу шли фар­фор, бу­ма­га, по­рох, рис, чай. А на­встре­чу в ка­ра­ван­ных тю­ках плы­ли зо­ло­то, шерсть, пря­но­сти, ору­жие, дра­го­цен­ные кам­ни, ко­жа… Все­го не пе­ре­чис­лить. Да и не на­до. До­ста­точ­но ска­зать, что тор­го­ва­ли всем, что име­ло хоть ка­кую-то цен­ность. Вклю­чая жи­вой то­вар — ра­бов.

Не сле­ду­ет ду­мать, что Ве­ли­кий шел­ко­вый путь — это од­на древ­няя очень длин­ная до­ро­га, со­еди­ня­ю­щая За­пад и Во­сток. Путь был длин­ный, это вер­но. Что­бы до­брать­ся от Ри­ма до Пе­ки­на, нуж­но бы­ло по­тра­тить ми­ни­мум 2 го­да. Это при са­мом бла­го­при­ят­ном рас­кла­де. Что же ка­са­ет­ся до­рог, то их бы­ло мно­го, це­лая до­воль­но раз­ветв­лен­ная си­сте­ма. В нее вхо­ди­ли и упо­мя­ну­тые тро­пы ско­то­во­дов, и до­ро­ги, про­ло­жен­ные еще древни­ми шу­ме­ра­ми, и пу­ти сол­дат Ма­ке­дон­ско­го, и зна­ме­ни­тые рим­ские до­ро­ги, до сих пор вклю­чен­ные в до­рож­ную сеть Ев­ро­пы, и до­ро­ги древ­них пер­сов… Бы­ли се­вер­ный и юж­ный участ­ки пу­ти. Бы­ла Степ­ная до­ро­га, ко­то­рая на­чи­на­лась в го­ро­дах При­чер­но­мо­рья: Оль­вии, Хер­со­не­се, Пан­ти­ка­пее, шла к Та­наи­су в ни­зо­вьях До­на и даль­ше че­рез Ниж­нее По­вол­жье на Ал­тай и в Тур­ке­стан. Был Не­ф­ри­то­вый путь, по ко­то­ро­му в Китай из окрест­но­стей Бай­ка­ла вез­ли чрез­вы­чай­но там це­нив­ший­ся неф­рит. И мно­гие дру­гие пу­ти и до­ро­ги. 13 ты­сяч ки­ло­мет­ров — та­ко­ва бы­ла при­мер­ная дли­на Ве­ли­ко­го шел­ко­во­го пу­ти.

Пе­ре­се­ле­ние на­ро­дов

Сле­ду­ет за­ме­тить, что Ве­ли­кий шел­ко­вый путь по­явил­ся очень вовремя. И не толь­ко по­то­му, что ве­ду­щие ци­ви­ли­за­ции то­го вре­ме­ни хо­те­ли тор­го­вать и на­ла­жи­вать куль­тур­ные и ди­пло­ма­ти­че­ские свя­зи. Они еще и во­е­ва­ли. А так­же при­хо­ди­ли в упа­док и раз­ва­ли­ва­лись. К это­му до­бав­ля­лись и кли­ма­ти­че­ские из­ме­не­ния. Мы уже упо­ми­на­ли о войне Китая с пле­ме­на­ми хун­ну, ко­то­рые бо­лее из­вест­ны нам под на­зва­ни­ем гун­ны. Да-да, те са­мые гун­ны, чье на­ше­ствие на За­пад да­ло тол­чок па­де­нию Ри­ма и Ве­ли­ко­му пе­ре­се­ле­нию на­ро­дов. А ку­да гун­нам бы­ло де­вать­ся, ес­ли Китай их по­бе­дил и пре­сле­до­вал? Вот они и по­бе­жа­ли. По до­ро­гам Ве­ли­ко­го шел­ко­во­го пу­ти, меж­ду про­чим, дру­гих не бы­ло. А вслед за ни­ми, в те­че­ние 300 лет (с IV по VII век н. э.), и мно­гие дру­гие на­ро­ды сдви­ну­лись с на­си­жен­ных мест, че­му спо­соб­ство­вал и так на­зы­ва­е­мый кли­ма­ти­че­ский пес­си­ум ран­не­го Средневековья — силь­ное об­щее по­хо­ло­да­ние, на­чав­ше­е­ся в III ве­ке н. э. и за­кон­чив­ше­е­ся при­мер­но к 750 го­ду н. э. Рим­ляне, гер­ман­ские пле­ме­на, сла­вяне, гун­ны, сар­ма­ты, ски­фы… Кто толь­ко не пе­ре­дви­гал­ся по Ве­ли­ко­му шел­ко­во­му пу­ти в по­ис­ках луч­шей до­ли! Но за­кон­чи­лось по­хо­ло­да­ние, сло­жи­лась и бо­лее-ме­нее усто­я­лась но­вая по­ли­ти­че­ская кар­та ми­ра, на­ро­ды слег­ка по­дуспо­ко­и­лись, осе­ли в но­вых ме­стах, и по Ве­ли­ко­му шел­ко­во­му пу­ти вновь за­ша­га­ли богатые тор­го­вые ка­ра­ва­ны и ди­пло­ма­ти­че­ские миссии. На За­па­де окреп­ла и рас­цве­ла Ви­зан­тия — прямая на­след­ни­ца Ри­ма, и ей то­же нуж­ны бы­ли ки­тай­ские шел­ка, да­мас­ская сталь, ра­бы и круп­ный ро­га­тый скот из Сог­ди­а­ны, а те в от­вет по­лу­ча­ли ви­но, по­су­ду из стек­ла, эмаль, ору­жие, вы­со­ко­ка­че­ствен­ную одеж­ду из шер­сти и хлоп­ка. Ве­ли­кий шел­ко­вый путь про­дол­жал свя­зы­вать на­ро­ды, стра­ны и го­ро­да.

Ко­нец пу­ти

Шли сто­ле­тия, и вме­сте с ни­ми шли не толь­ко тор­го­вые ка­ра­ва­ны по Ве­ли­ко­му шел­ко­во­му пу­ти, но и про­гресс. Во мно­гом, кста­ти, этим са­мым пу­тем и обу­слов­лен­ный. В XIV–XV ве­ках н. э. ко­раб­ле­стро­е­ние и мо­ре­ход­ство раз­ви­лись до та­кой сте­пе­ни, что пе­ре­во­зить то­ва­ры мо­рем ста­ло го­раз­до вы­год­нее, чем та­щить их по су­ше на спи­нах вер­блю­дов и ло­ша­дей. До­ро­га, на ко­то­рую по су­ше нуж­но бы­ло по­тра­тить по­чти год, мо­рем укла­ды­ва­лась в 5 ме­ся­цев. А один хо­ро­ший гру­зо­вой ко­рабль брал в свои трю­мы та­кое ко­ли­че­ство то­ва­ра, какое пе­ре­во­зил ка­ра­ван в ты­ся­чу вер­блю­дов. Ко все­му про­че­му, в се­ре­дине XV ве­ка при­ка­за­ла дол­го жить Ви­зан­тия, что то­же ска­за­лось на «здоровье» пу­ти. И в XVI ве­ке он за­хи­рел окон­ча­тель­но. Но в па­мя­ти че­ло­ве­че­ства Ве­ли­кий шел­ко­вый путь жив до сих пор, как до­ка­за­тель­ство то­го, что тор­гов­ля и куль­тур­ный об­мен вы­год­нее и луч­ше вой­ны. Во все вре­ме­на.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.