Эр­нест Джонс

Ernest Jones

Zdorovye - - СОДЕРЖАНИЕ -

Эр­нест Джонс — ан­глий­ский врач, пси­хо­лог и пси­хо­ана­ли­тик, сыг­рав­ший ос­но­во­по­ла­га­ю­щую роль в ста­нов­ле­нии пси­хо­ана­ли­за в Ан­глии и США, был уче­ни­ком, био­гра­фом и од­ним из бли­жай­ших спо­движ­ни­ков Зиг­мун­да Фрей­да бо­лее трид­ца­ти лет.

По­лу­чил уни­вер­си­тет­ское образование в Кар­диф­фе и в кол­ле­дже при Лон­дон­ском уни­вер­си­те­те, по­се­щал лек­ции в уни­вер­си­те­тах Мюн­хе­на, Па­ри­жа и Ве­ны. По­сле прак­ти­че­ской ра­бо­ты в несколь­ких лон­дон­ских боль­ни­цах он по­лу­ча­ет ме­сто про­фес­со­ра пси­хи­ат­рии То­ронт­ско­го уни­вер­си­те­та и од­но­вре­мен­но при­гла­ша­ет­ся воз­гла­вить кли­ни­ку нерв­ных бо­лез­ней в Он­та­рио. Но глав­ным де­лом его жиз­ни ста­ло пси­хо­ана­ли­ти­че­ское дви­же­ние, в ко­то­ром он сыг­рал од­ну из ве­ду­щих ро­лей.

Эр­нест Джонс (Alfred Ernest Jones), ев­рей, ро­дил­ся 1 ян­ва­ря 1879 го­да в Уэль­се. Его мать бы­ла бап­тист­кой, но впо­след­ствии при­ня­ла ан­гли­кан­скую ве­ру. Эр­нест был пер­вым сы­ном в се­мье, и мать его бо­го­тво­ри­ла. Отец ре­ли­ги­ей не ин­те­ре­со­вал­ся, он был про­цве­та­ю­щим дель­цом и мог обес­пе­чить образование сы­на. Эрнст ха­рак­те­ри­зо­вал сво­е­го от­ца как че­ло­ве­ка весь­ма доб­ро­душ­но­го скла­да.

В два­дцать один год Эр­нест по­лу­чил сте­пень по ме­ди­цине и первую зо­ло­тую ме­даль, сдав эк­за­ме­ны в кли­ни­че­ской шко­ле Лон­дон­ско­го уни­вер­си­те­та. Во вре­мя ра­бо­ты аку­ше­ром в гос­пи­та­ле ему при­хо­ди­лось при­ни­мать ро­ды на до­му в од­ном из бед­ней­ших ев­рей­ских квар­та­лов Лон­до­на.

По­лу­чив под­го­тов­ку нев­ро­па­то­ло­га, он ста­жи­ро­вал­ся три го­да при дет­ском гос­пи­та­ле. Здесь ему при­хо­ди­лось еще ра­бо­тать и за хи­рур­га, и за те­ра­пев­та. Го­во­рят, что он был из­лишне тре­бо­ва­те­лен к млад­ше­му ме­ди­цин­ско­му пер­со­на­лу, недо­уме­вав­ше­му, по­че­му они долж­ны ра­бо­тать не по­кла­дая рук.

Не­при­ят­но­сти на­ча­лись у него в кон­це тре­тье­го го­да, ко­гда он об­на­ру­жил на­рыв в гру­ди тя­же­ло­боль­ной де­воч­ки. При­гла­шен­ный для кон­суль­та­ции ав­то­ри­тет­ный врач не со­гла­сил­ся с ди­а­гно­зом Джон­са. Но ко­гда на гла­зах Джон­са лоп­нул на­рыв и боль­ная ста­ла за­ды­хать­ся от гноя, он ре­шил боль­ше не меш­кать с опе­ра­ци­ей. По­явив­ший­ся неза­мед­ли­тель­но кон­суль­тант за­явил, что Джон­су при­дет­ся нести от­вет­ствен­ность за свою ини­ци­а­ти­ву.

Дру­гая ис­то­рия та­к­же по­вре­ди­ла его ре­пу­та­ции. Его неве­сте тре­бо­ва­лась сроч­ная опе­ра­ция по по­во­ду ап­пен­ди­ци­та. Он за­хо­тел при­сут­ство­вать при этом, но как де­жур­ный врач не мог оста­вить гос­пи­таль. До­го­во­рив­шись с кол­ле­гой, что на не­ко­то­рое вре­мя по­ки­нет свой пост, он от­пра­вил­ся на по­мощь неве­сте. На сле­ду­ю­щий день ру­ко­вод­ство бы­ло по­став­ле­но в из­вест­ность млад­шим ме­ди­цин­ским пер­со­на­лом о его са­мо­управ­стве, и его бес­це­ре­мон­но уво­ли­ли. С это­го вре­ме­ни все пошло на­пе­ре­ко­сяк.

Весь сле­ду­ю­щий ме­сяц он по­свя­тил под­го­тов­ке к за­вер­ша­ю­щим эк­за­ме­нам и успеш­но их сдал, по­лу­чив вто­рую зо­ло­тую ме­даль. Эр­нест на­де­ял­ся, что смо­жет убе­дить ру­ко­вод­ство На­ци­о­наль­но­го гос­пи­та­ля вос­ста­но­вить его в долж­но­сти. Эта уве­рен­ность ос­но­вы­ва­лась на том, что не бы­ло в гос­пи­та­ле нев­ро­ло­га, рав­но­го ему по ква­ли­фи­ка­ции. Од­на­ко все ре­ши­лось не в его поль­зу, и к это­му при­ло­жил ру­ку кон­суль­тант, оши­боч­ность ди­а­гно­сти­ки ко­то­ро­го до­ро­го обо­шлась Джон­су.

Слу­хи рас­про­стра­ня­лись в Лон­доне быст­ро, и ку­да бы он ни об­ра­тил­ся, вклю­чая уни­вер­си­тет, всю­ду слы­шал веж­ли­вый от­каз. Де­лать бы­ло нече­го, и ему при­шлось ос­но­вать част­ную кон­то­ру на ули­це Хар­ли вме­сте с бо­лее из­вест­ным вра­чом. Отец Джон­са арен­до­вал офис и опла­тил за него счет. Од­на­ко Эр­нест не те­рял на­деж­ду и в те­че­ние двух лет пла­но­мер­но об­хо­дил лон­дон­ские боль­ни­цы, учеб­ный гос­пи­таль на ули­це Ча­ринг-кросс, боль­ни­цу для нерв­но­боль­ных в Вест-Эн­де, да­же ма­ло­из­вест­ные боль­ни­цы для де­тей и для нерв­но­боль­ных. На­ко­нец, уда­ча ему улыб­ну­лась, и он по­лу­чил на­зна­че­ние в Фа­ринг­тон­ский дис­пан­сер, а позд­нее в мор­ской гос­пи­таль, где чи­тал лек­ции по нев­ро­ло­гии. Нуж­да в день­гах по­бу­ди­ла его стать ре­пор­те­ром ме­ди­цин­ской прес­сы. По­ме­щая от­че­ты о фа­куль­та­тив­ных за­ня­ти­ях, он смог несколь­ко по­пра­вить свое ма­те­ри­аль­ное по­ло­же­ние.

Как-то раз один при­я­тель при­гла­сил его по­се­тить Фа­би­ан­ское об­ще­ство, где чи­та­ли лек­ции Бер­нард Шоу, Гер­берт Уэллс и Сид­ней Веб­ба. Там же, в об­ще­стве, он по­зна­ко­мил­ся с мо­ло­дой гол­ланд­кой по име­ни Лоу и влю­бил­ся до бес­па­мят­ства. Она бы­ла бес­ша­баш­ной жен­щи­ной нев­ро­ти­че­ско­го скла­да. Мо­ло­дые про­ве­ли несколь­ко лет вме­сте, жи­вя то у него, то у нее. Лоу на­зы­ва­ла се­бя мис­сис Джонс, не­смот­ря на то, что фор­маль­но брак не был оформ­лен. Впо­след­ствии Лоу за­бо­ле­ла пси­хи­че­ски и при­стра­сти­лась к мор­фию. Эр­нест при­ве­зет ее в Ве­ну, где Фрейд с по­мо­щью пси­хо­ана­ли­за мед­лен­но со­кра­тит по­треб­ле­ние мор­фия на­по­ло­ви­ну, а за­тем до чет­вер­ти.

За­ни­ма­ясь ис­сле­до­ва­ни­ем афа­зии, Джон­су при­шлось неко­то­рые про­вер­ки про­во­дить в шко­ле ум­ствен­но от­ста­лых под­рост­ков. Две де­ви­цы об­ви­ни­ли его в недо­стой­ном по­ве­де­нии, и Джон­са аре­сто­ва­ли. Он про­си­дел три дня в ка­ме­ре, за­тем был от­пу­щен под за­лог. След­ствие и суд дли­лись дол­го, по­ка не бы­ла уста­нов­ле­на аб­сурд­ность об­ви­не­ния. Его кол­ле­ги со­бра­ли по­жерт­во­ва­ния, что­бы об­лег­чить Эр­не­сту бре­мя су­деб­ных из­дер­жек.

В 1906 го­ду он за­ин­те­ре­со­вал­ся кон­вуль­си­я­ми без ви­ди­мых ор­га­ни­че­ских на­ру­ше­ний, а та­к­же слу­ча­я­ми ане­сте­зии и па­ра­ли­ча. Он на­чал прак­ти­ко­вать пси­хо­те­ра­пию до то­го, как про­чи­тал ра­бо­ты Фрей­да. И сно­ва у него воз­ник­ли не­при­ят­но­сти. В боль­ни­це Вест-Эн­да для нерв­но­боль­ных на­хо­ди­лась де­ся­ти­лет­няя де­воч­ка с ис­те­ри­че­ским па­ра­ли­чом ле­вой ру­ки. Док­тор Са­виль, ле­чив­ший де­воч­ку, опуб­ли­ко­вал кни­гу о нев­ра­сте­нии; со­глас­но его ди­а­гно­зу, при­чи­ной ее бо­лез­ни бы­ло «недо­ста­точ­ное кро­во­снаб­же­ние ча­сти моз­га». Джонс вы­яс­нил у де­воч­ки, что она при­хо­ди­ла в шко­лу за­дол­го до на­ча­ла за­ня­тий, иг­рать с маль­чи­ком чуть стар­ше се­бя, по­пы­тав­шим­ся ее со­блаз­нить. Де­воч­ка от­би­ва­ла его по­полз­но­ве­ния ле­вой ру­кой, ко­то­рая сна­ча­ла оне­ме­ла, за­тем бы­ла па­ра­ли­зо­ва­на. Джонс за­явил, что про­ис­шед­шее с де­воч­кой вы­зва­но ее сек­су­аль­но­стью. Ан­глия — стра­на хан­же­ская. Раз­ра­зил­ся скан­дал. Ро­ди­те­ли де­воч­ки, узнав о слу­чив­шем­ся, по­жа­ло­ва­лись в гос­пи­таль­ный ко­ми­тет, а тот по­со­ве­то­вал Джон­су немед­ля по­дать в от­став­ку за неле­пые по­до­зре­ния.

В это вре­мя про­фес­сор пси­хи­ат­рии в уни­вер­си­те­те То­рон­то док­тор Кларк со­вер­шал по­езд­ку по Ев­ро­пе. По­пут­но он изу­чал де­я­тель­ность пси­хи­ат­ри­че­ских кли­ник и подыс­ки­вал ди­рек­то­ра для ос­но­ван­но­го им в Ка­на­де ин­сти­ту­та. От­ча­яв­ший­ся Эр­нест Джонс ухва­тил­ся за пред­ло­же­ние док­то­ра Клар­ка как за воз­мож­ность на­чать но­вую на­уч­ную жизнь. Он толь­ко по­про­сил бла­го­де­те­ля дать ему шесть ме­ся­цев для то­го, что­бы прой­ти под­го­тов­ку в Швей­ца­рии в из­вест­ном сво­и­ми на­уч­ны­ми тра­ди­ци­я­ми пси­хи­ат­ри­че­ском гос­пи­та­ле Бур­г­хельц­ли под ру­ко­вод­ством О. Блей­ле­ра и К. Юн­га. Здесь он «за­ра­зил­ся» пси­хо­ана­ли­зом, вер­ность ко­то­ро­му хра­нил до кон­ца сво­их дней.

Джонс недо­ста­точ­но хо­ро­шо знал немец­кий язык, что­бы вник­нуть в по­дроб­но­сти ме­то­да Фрей­да. Впе­чат­ле­ние, ко­то­рое про­из­ве­ли на него ра­бо­ты про­фес­со­ра Фрей­да, по­бу­ди­ли его вы­учить немец­кий язык и на­чать шту­ди­ро­вать «Тол­ко­ва­ние сно­ви­де­ний».

Эр­нест Джонс про­вел два го­да на аме­ри­кан­ском кон­ти­нен­те, за­ни­ма­ясь ис­сле­до­ва­тель­ской ра­бо­той и по воз­вра­ще­нии в Ан­глию в 1913 го­ду огра­ни­чил свою де­я­тель­ность ме­ди­цин­ской пси­хо­ло­ги­ей. Он сыг­рал важ­ную роль в ста­нов­ле­нии пси­хо­ана­ли­за в Ан­глии и Аме­ри­ке. Что это де­ло тре­бо­ва­ло из­вест­но­го му­же­ства, го­во­рит сле­ду­ю­щий факт. В Ка­на­де был за­крыт «При­ют­ский бюл­ле­тень» под тем пред­ло­гом, что Джонс на­пи­сал для него ста­тью о пси­хо­ана­ли­зе. То­гда он опуб­ли­ко­вал семь ста­тей в «Цен­траль­блатт» и стал из­вест­ным ав­то­ри­те­том в об­ла­сти суб­ли­ма­ции, пред­ста­вив свои ру­ко­пи­си в но­вый жур­нал Фрей­да «Цайтшрифт» и в «Джор­нэл оф ано­мал псай­ко­лод­жи».

При­сут­ство­вал Джонс на всех пси­хо­ана­ли­ти­че­ских кон­грес­сах, хо­тя пе­ре­ез­ды тре­бо­ва­ли ма­те­ри­аль­ных за­трат, так как кон­грес­сы про­хо­ди­ли в Нюрн­бер­ге, Вей­ма­ре, Мюн­хене (сен­тябрь 1913 г.) и дру­гих го­ро­дах Гер­ма­нии и Ав­стрии. Бро­дя­га Джонс разъ­ез­жал по ми­ру боль­ше, чем лю­бой член пси­хо­ана­ли­ти­че­ско­го со­об­ще­ства. Он та­к­же ра­бо­тал с Шан­до­ром Фе­рен­ци в Бу­да­пеш­те.

Эр­нест Джонс был же­нат и имел тро­их де­тей. Слыв­ший жу­и­ром, он лю­бил до­ро­гие ко­стю­мы, был за­все­гда­та­ем луч­ших ре­сто­ра­нов, фе­ше­не­бель­ных го­сти­ниц, зна­то­ком до­ро­гих вин. Он был невы­со­ко­го ро­ста, ка­за­лось, его го­ло­ва, по­кры­тая свет­ло-ко­рич­не­вы­ми шел­ко­ви­сты­ми во­ло­са­ми, бы­ла вы­кро­е­на для бо­лее им­по­зант­но­го и плот­но­го че­ло­ве­ка, но все же не на­ру­ша­ла про­пор­ци­о­наль­но­сти. По­доб­но боль­шин­ству невы­со­ких лю­дей, он оде­вал­ся эле­гант­но и сам вы­би­рал для се­бя пред­ме­ты туа­ле­та, вклю­чая гал­сту­ки и но­со­вые плат­ки. На­ту­ра Джон­са бы­ла от­кры­той. Он был невоз­му­тим, по его соб­ствен­но­му вы­ра­же­нию, как На­по­ле­он.

От­ли­чи­тель­ной осо­бен­но­стью его внеш­но­сти бы­ла блед­ность в свя­зи с пе­ре­не­сен­ной бо­лез­нью кро­ви в дет­стве. Тем­ные изо­гну­тые бро­ви рез­ко вы­де­ля­лись на фоне блед­но­го лба и тем­ных боль­ших и про­ни­ца­тель­ных глаз. На его во­ле­вом ли­це вы­да­вал­ся вну­ши­тель­ный рим­ский нос, уши бы­ли при­жа­ты к го­ло­ве, усы бы­ли шел­ко­ви­сты­ми. Ко­гда его ко­лю­чий юмор за­де­вал ко­го-ли­бо из чле­нов се­мьи, мать вос­кли­ца­ла, по­ка­зы­вая на его язык: «Он ост­рый, как игол­ка».

Бу­дучи чле­ном Лон­дон­ско­го Ко­ро­лев­ско­го об­ще­ства пси­хо­ло­гов, Джонс яв­лял­ся по­чет­ным кон­суль­тан­том боль­ни­цы для ду­шев­но­боль­ных в Грей­линг­вел­ле, по­чет­ным пре­зи­ден­том Меж­ду­на­род­ной пси­хо­ана­ли­ти­че­ской ас­со­ци­а­ции; Аме­ри­кан­ской пси­хо­ана­ли­ти­че­ской ас­со­ци­а­ции, Бри­тан­ско­го пси­хо­ана­ли­ти­че­ско­го об­ще­ства, ос­но­ван­но­го 30 ок­тяб­ря 1913 го­да, и Ин­сти­ту­та пси­хо­ана­ли­за. Он был ос­но­ва­те­лем и ре­дак­то­ром «Меж­ду­на­род­но­го жур­на­ла пси­хо­ана­ли­за» и по­чет­ным чле­ном мно­гих пси­хо­ло­ги­че­ских и пси­хи­ат­ри­че­ских ас­со­ци­а­ций и об­ществ.

Имен­но Джонс по­лу­чил раз­ре­ше­ние на пе­ре­езд Фрей­да, всей его мно­го­чис­лен­ной се­мьи, со­труд­ни­ков и вра­чей (и их се­мей), ле­чив­ших его от ра­ка че­лю­сти, в Ан­глию. И этим спас ве­ли­ко­го уче­но­го от неми­ну­е­мой смер­ти от рук фа­ши­стов. Джонс оби­вал по­ро­ги в Лон­доне, что­бы по­лу­чить для Фрей­дов бри­тан­ские ви­зы и раз­ре­ше­ние на ра­бо­ту. В тот пе­чаль­ный пе­ри­од Ан­глия неохот­но при­ни­ма­ла бе­жен­цев: они долж­ны бы­ли рас­по­ла­гать ма­те­ри­аль­ной под­держ­кой бри­тан­ских граж­дан, а раз­ре­ше­ния на ра­бо­ту по­чти ис­клю­ча­лись. Джонс об­ра­тил­ся пря­мо в Ко­ро­лев­ское об­ще­ство, ко­то­рое при­су­ди­ло Фрей­ду по­чет­ное зва­ние два го­да на­зад. Пре­зи­дент об­ще­ства Уи­льям Брэгг обе­щал свою под­держ­ку и вы­дал Джон­су ре­ко­мен­да­тель­ное пись­мо ми­ни­стру внут­рен­них дел сэ­ру Сэмю­э­лю Хо­ру. По­след­ний предо­ста­вил Джон­су пра­во за­пол­нить до­ку­мен­ты с раз­ре­ше­ни­ем на въезд про­фес­со­ру Фрей­ду, его се­мье, до­маш­не­му вра­чу, всем тем, кто тре­бу­ет­ся ему.

Эр­нест Джонс опуб­ли­ко­вал 12 книг и 300 на­уч­ных ра­бот, яв­ля­ясь ре­дак­то­ром жур­на­ла «Со­ци­аль­ные ас­пек­ты пси­хо­ана­ли­за», и на­пи­сал трех­том­ник «Зиг­мунд Фрейд: жизнь и тво­ре­ния». Он

был мо­би­ли­зо­ван са­мой судь­бой на­пи­сать био­гра­фию Фрей­да. Де­ло в том, что Джонс был уни­каль­но под­го­тов­лен для та­кой нелег­кой мис­сии. На сво­ем пу­ти к пси­хо­ана­ли­зу он изу­чал и прак­ти­ко­вал ана­ло­гич­ные дис­ци­пли­ны, что и Фрейд, — фи­ло­со­фию, нев­ро­ло­гию, рас­строй­ства ре­чи, пси­хо­па­то­ло­гию, и в та­ком же по­ряд­ке. Это по­мог­ло ему ис­сле­до­вать его ра­бо­ту в пре­да­на­ли­ти­че­ский пе­ри­од и ее пе­ре­ход в ана­ли­ти­че­ский пе­ри­од. Джонс был свя­зан с Фрей­дом 31 год, об­ла­дал гро­мад­ным за­па­сом зна­ний. Роль, ко­то­рую он иг­рал в ста­нов­ле­нии пси­хо­ана­ли­за на аме­ри­кан­ском кон­ти­нен­те и в Ан­глии, бы­ла ре­ша­ю­щей.

Из зна­ме­ни­то­го «Ко­ми­те­та» — груп­пы, ко­то­рую об­ра­зо­вал Фрейд из сво­их са­мых та­лант­ли­вых и наи­бо­лее близ­ких кол­лег для со­хра­не­ния це­лост­но­сти пси­хо­ана­ли­за по­сле сво­ей смер­ти, — док­тор Джонс был од­ним из двух или трех наи­бо­лее вы­да­ю­щих­ся по уму чле­нов. Пре­дан­ность пси­хо­ана­ли­зу в са­мых ор­то­док­саль­ных ас­пек­тах поз­во­ля­ла ему под­ни­мать и от­ста­и­вать пе­ред Фрей­дом свои взгля­ды на опре­де­лен­ные во­про­сы тео­рии. Его соб­ствен­ная из­вест­ность да­ва­ла ему воз­мож­ность су­дить объ­ек­тив­но о Фрей­де, так же как и вы­ра­жать свое вос­хи­ще­ние им. Ему уда­лось сов­ме­стить глу­бо­чай­шее ува­же­ние к на­де­лен­ной яр­кой ин­ди­ви­ду­аль­но­стью лич­но­сти Фрей­да с бес­страст­ным на­уч­ным ана­ли­зом его слож­ной жиз­ни, эво­лю­ции его мыш­ле­ния и твор­че­ства. С те­че­ни­ем вре­ме­ни бы­ли на­пи­са­ны дру­гие био­гра­фии Фрей­да, но все они про­иг­ры­ва­ют в срав­не­нии с ав­то­ри­тет­ным и мо­ну­мен­таль­ным тру­дом док­то­ра Джон­са.

В воз­расте се­ми­де­ся­ти вось­ми лет Джонс се­рьез­но за­бо­лел, пе­ре­нес слож­ную он­ко­ло­ги­че­скую опе­ра­цию. Че­рез несколь­ко дней по­сле вы­хо­да из гос­пи­та­ля к нему об­ра­ти­лись с пред­ло­же­ни­ем снять фильм в Нью-Йор­ке о жиз­ни и твор­че­стве ос­но­ва­те­ля пси­хо­ана­ли­за. Не­смот­ря на свое са­мо­чув­ствие, он по­ле­тел че­рез оке­ан. 11 фев­ра­ля 1958 го­да Эр­нест Джонс умер.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.