Швей­цар­ский арт-ме­не­джер: «На­ло­го­вая си­сте­ма Укра­и­ны долж­на быть из­ме­не­на в поль­зу куль­ту­ры»

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Ека­те­ри­на КОН­СТАН­ТИ­НО­ВА

Швей­цар­ка укра­ин­ско­го про­ис­хож­де­ния — арт-ди­рек­тор фе­сти­ва­ля Artdialog Свет­ла­на Ва­си­лье­ва — рас­ска­за­ла об опы­те про­ве­де­ния круп­ных арт-про­ек­тов в Ев­ро­пе, а так­же по­де­ли­лась сво­и­ми мыс­ля­ми от­но­си­тель­но ре­а­ли­за­ции ре­фор­мы в сфе­ре куль­ту­ры в на­шей стране.

Свет­ла­на Ва­си­лье­ва еще в 2001-м пе­ре­еха­ла вме­сте с му­жем и до­че­рью в Швей­ца­рию. Там она про­дол­жи­ла му­зы­каль­ную де­я­тель­ность в круп­ных ор­кест­рах. С Укра­и­ной ее свя­зы­ва­ют очень мно­гие жиз­нен­ные и твор­че­ские об­сто­я­тель­ства. Она вы­пуск­ни­ца На­ци­о­наль­ной ака­де­мии му­зы­ки им. П.чай­ков­ско­го по клас­су скрип­ки, ра­бо­та­ла в ор­кест­ре На­ци­о­наль­ной опе­ры Укра­и­ны, сто­я­ла у ис­то­ков со­зда­ния ор­кест­ра «Ки­ев­ские со­ли­сты» под ру­ко­вод­ством Бо­го­да­ра Ко­то­ро­ви­ча. На днях Свет­ла­на при­е­ха­ла в Ки­ев в рам­ках кон­кур­са Го­ро­ви­ца. — Свет­ла­на, а как по­лу­чи­лось, что в Швей­ца­рии вы ста­ли за­ни­мать­ся не толь­ко му­зы­каль­ной де­я­тель­но­стью по клас­су скрип­ки, но еще и ак­тив­ным куль­тур­ным ме­недж­мен­том? — Моя про­фес­сия и мое при­зва­ние — скрип­ка. Но я все­гда бы­ла ор­га­ни­за­то­ром раз­лич­ных ме­ро­при­я­тий.

Еще в 2005-м я про­шла обу­че­ние по спе­ци­аль­но­сти «Куль­тур­ный ме­недж­мент ARTOS» при Ло­занн­ском уни­вер­си­те­те, что­бы по­нять, как функ­ци­о­ни­ру­ет вся эта кух­ня.

В Швей­ца­рии у ме­ня есть друг, швей­цар­ский ди­ри­жер, с ко­то­рым по­зна­ко­ми­лись, ко­гда я толь­ко при­е­ха­ла из Укра­и­ны. Он ор­га­ни­зо­вал свою ком­па­нию и взял ме­ня в парт­не­ры.

И вот од­ним из весь­ма зна­чи­мых на­ших меж­ду­на­род­ных про­ек­тов (в со­труд­ни­че­стве с Jeune Opй­ra Compagnie) был швей­цар­ско-укра­ин­ский про­ект Requiem2mozart, ко­то­рый про­шел в Ки­е­ве и Ль­во­ве осе­нью 2008 г. Про­ект по­лу­чил мас­су по­ло­жи­тель­ных от­зы­вов. В нем участ­во­ва­ли 300 му­зы­кан­тов. Сло­вом, это был ме­га­про­ект.

И, зна­е­те, всех по­ра­зи­ла некая ду­шев­ность дан­но­го про­ек­та, несмот­ря на его мас­штаб­ность.

Есте­ствен­но, ес­ли про­во­дишь про­ек­ты в Укра­ине, то здесь много су­е­ты. Все нуж­но кон­тро­ли­ро­вать до по­след­не­го.

А уже в 2012-м ви­о­лон­че­лист­ка На­та­ша Гут­ман пред­ло­жи­ла сде­лать фе­сти­валь Artdialog. — Ваш фе­сти­валь Artdialog в Швей­ца­рии пред­по­ла­га­ет муль­ти­жан­ро­вость: ба­лет, клас­си­че­ская му­зы­ка, жи­во­пись. Нас­коль­ко это вос­тре­бо­ва­но со­вре­мен­ны­ми це­ни­те­ля­ми? — Пуб­ли­ка вез­де раз­ная. Но в прин­ци­пе, из­на­чаль­но хо­те­ли сде­лать Artdialog как муль­ти­жан­ро­вую пло­щад­ку. Од­ни лю­бят од­но, дру­гие — дру­гое, но в этом и суть. Нас под­дер­жа­ли сра­зу же — и го­род, и вла­сти кан­то­наль­ные (это по ана­ло­гии об­ласт­ных в Укра­ине). То есть мы су­ще­ству­ем на эти день­ги. Боль­ших спон­со­ров у нас нет. Но есть фон­ды, ко­то­рые нас под­дер­жи­ва­ют. Их день­ги как суб­си­дия. — Кто из му­зы­кан­тов, кол­лек­ти­вов, арт-пер­сон бы­ли участ­ни­ка­ми ва­ше­го фе­сти­ва­ля? — Бы­ли очень мно­гие му­зы­кан­ты — из Укра­и­ны, дру­гих стран. На­при­мер, Ан­то­ний Ба­ры­шев­ский, Ан­дрей Пуш­ка­рев, Ва­ле­рий Мур­га, Ок­са­на Кра­ма­ре­ва.

Де­ла­ли вы­став­ку укра­ин­ских ху­дож­ни­ков — Алек­сей По­ля­ков, Геор­гий Зай­чен­ко, Сер­гей Смир­нов. Это ма­сте­ра, работы ко­то­рых на­хо­дят­ся в фон­дах раз­лич­ных му­зеев. Это бы­ло парт­нер­ство с од­ной част­ной швей­цар­ской га­ле­ре­ей, и укра­ин­ские ху­дож­ни­ки там то­же при­сут­ство­ва­ли. Так что пы­та­ем­ся под­дер­жи­вать укра­ин­ских ху­дож­ни­ков и ар­ти­стов. — Швей­цар­ские звез­ды от­кли­ка­ют­ся на при­гла­ше­ние участ­во­вать в ва­шем фе­сти­ва­ле? — У нас укра­ин­ские кор­ни, и мы жи­вем в Швей­ца­рии с 2001 г. К со­жа­ле­нию, для боль­шин­ства та­мош­не­го на­се­ле­ния нет раз­ни­цы меж­ду укра­ин­ца­ми и рус­ски­ми. Мы и аме­ри­кан­цев при­гла­ша­ли, и из­ра­иль­тян. Но швей­цар­цы все рав­но счи­та­ют, что это «рус­ский фе­сти­валь».

Это тя­же­ло. Но, ви­ди­мо, долж­но прой­ти много вре­ме­ни, что­бы бы­ла диф­фе­рен­ци­а­ция.

На За­па­де у людей есть свои кли­ше, уста­нов­ки. Я сей­час го­во­рю о сред­нем клас­се людей, ко­то­рые не му­зы­кан­ты. — Свет­ла­на, а вы сле­ди­те из Швей­ца­рии за гром­ко за­де­кла­ри­ро­ван­ной куль­тур­ной ре­фор­мой в на­шей стране? Что ду­ма­е­те об этих про­цес­сах? — Эта ре­фор­ма до­ста­точ­но бо­лез­нен­но от­ра­зи­лась и на кол­лек­ти­ве, в ко­то­ром я ра­бо­та­ла. Это дей­стви­тель­но бо­лез­нен­но для му­зы­кан­тов. Но дру­го­го пу­ти нет. Кон­тракт­ная си­сте­ма есть во всем ми­ре. Но она вез­де раз­ная.

Пред­ставь­те, в Цю­ри­хе весь ба­лет­ный со­став ра­бо­та­ет по го­до­во­му кон­трак­ту. И это все­гда очень боль­шое на­пря­же­ние. А вот пев­цы мо­гут быть уво­ле­ны сра­зу!

Свет­ла­на Ва­си­лье­ва То есть кон­тракт­ная си­сте­ма — дав­но нор­ма для за­пад­но­го ар­ти­ста. И все к это­му при­вык­ли. Да, мно­гие все­гда на­хо­дят­ся в на­пря­же­нии. Но «про­сто так» че­ло­ве­ка уво­лить нель­зя. Есте­ствен­но, со­би­ра­ют­ся ко­мис­сии, в ре­зуль­та­те нет ко­го-то кон­крет­но­го ви­но­ва­то­го в том, что те­бя уво­ли­ли. Но на под­со­зна­тель­ном уровне лю­ди все­гда го­то­вы к то­му, что те­бя мо­гут уво­лить.

На­при­мер, в Цю­ри­хе в опер­ном те­ат­ре в 2008-м по­ме­нял­ся ин­тен­дант. И в свя­зи с этим 30% во­каль­но­го со­ста­ва бы­ло уво­ле­но. Так­же прак­ти­че­ски весь ба­лет, все ба­лет­мей­сте­ры, вся ад­ми­ни­стра­ция. Ведь ко­гда при­хо­дит но­вый ди­рек­тор, то вме­сте с ним в те­атр внед­ря­ет­ся и но­вая по­ли­ти­ка. Да, это мо­жет быть и по­сте­пен­ный про­цесс, ино­гда ста­рые про­ек­ты про­дол­жа­ют­ся. Но много че­го на­чи­на­ет­ся «сна­ча­ла». И это так. — А в Укра­ине в свя­зи с кон­тракт­ной си­сте­мой ви­ди­те про­бле­мы? — Здесь бо­ят­ся по­те­рять ра­бо­ту, это есте­ствен­но. Ведь бо­лее со­ци­аль­но за­щи­щен­ной си­сте­мы, неже­ли со­вет­ская, нет и не бы­ло. Ты по­па­дал в кол­лек­тив, и уво­лить те­бя бы­ло прак­ти­че­ски невоз­мож­но. Со­от­вет­ству­ешь ты про­фес­си­о­наль­но­му уров­ню или не со­от­вет­ству­ешь. Но ведь не все же под­дер­жи­ва­ют твор­че­ский уро­вень и раз­ви­ва­ют­ся? Кто­то не хо­чет, кто-то по здо­ро­вью не мо­жет, кто-то на что-то оби­жен. В твор­че­ских кол­лек­ти­вах это все­гда слож­но. И, на­вер­ное, это пра­виль­но — под­дер­жи­вать жи­вую кон­ку­рен­цию для долж­но­го твор­че­ско­го уров­ня кол­лек­ти­ва.

Но я, кста­ти, бы­ла при­ят­но удив­ле­на вы­со­чай­шим уров­нем ор­кест­ра на­шей На­ци­о­наль­ной опе­ры Укра­и­ны, ко­гда по­па­ла на опе­ру «Нор­ма» Бел­ли­ни. Чув­ству­ет­ся, что в ор­кестр при­хо­дит твор­че­ская мо­ло­дежь дру­го­го уров­ня.

Есте­ствен­но, и ди­рек­цию те­ат­ра по­нять мож­но. Это же очень слож­но при кон­тракт­ной си­сте­ме вер­шить судь­бы му­зы­кан­тов. Но нуж­но ли­бо со­от­вет­ство­вать кри­те­ри­ям, ли­бо ухо­дить из те­ат­ра. Прав­да, субъ­ек­ти­визм все­гда при­сут­ству­ет.

Нуж­но по­ни­мать, кто име­ет власть, а кто — под­чи­нен­ный. На За­па­де имен­но так, ты к это­му при­вы­ка­ешь, не мо­жешь го­во­рить, мол, я «на­род­ный». Ес­ли ты не под­хо­дишь, те­бя веж­ли­во уво­лят. — Со все­ми ли укра­ин­ски­ми чи­нов­ни­ка­ми уда­ет­ся най­ти об­щий язык по ря­ду меж­ду­на­род­ных про­ек­тов? Все ли из них по­ни­ма­ют важ­ность ев­ро­ин­те­гра­ци­он­ных про­цес­сов? — Все за­ви­сит от лич­но­го кон­так­та: к ко­му ты при­хо­дишь, с ка­кой це­лью. Мне ка­жет­ся, что к лю­бо­му че­ло­ве­ку мож­но най­ти под­ход, убе­дить его, рас­по­ло­жить его к се­бе. В на­ших струк­ту­рах в ос­нов­ном оста­лась со­вет­ская си­сте­ма. В мое вре­мя нуж­но бы­ло прий­ти в ор­кестр, по­ста­вить скрип­ку — и все. А сей­час нуж­на ак­тив­ность. Воз­ник­ли та­кие име­на, как Ра­ду По­кли­та­ру. Есть пев­цы, ба­лет. Ре­сурс очень боль­шой. Дру­гое де­ло, «че­го» не хва­та­ет? Не хва­та­ет (на уровне по­ли­ти­ки) по­ни­ма­ния то­го, что ни­ко­гда не под­нять уро­вень стра­ны без куль­ту­ры. Эко­но­ми­ка — да, это мо­жет как-то вли­ять на уро­вень жиз­ни или на раз­ви­тие че­го-то. Но ес­ли го­во­рить об ими­дже Укра­и­ны на За­па­де, то это толь­ко куль­ту­ра, спорт, ди­пло­ма­тия. Три ве­щи. Уме­ние до­го­ва­ри­вать­ся, ид­ти на ком­про­мис­сы, дру­жить. — Это как мод­ный сей­час эмо­ци­о­наль­ный ин­тел­лект. — Да, имен­но эмо­ци­о­наль­ный. Сей­час это очень мод­ное по­ня­тие, ко­то­рое бо­лее ак­ту­аль­но, неже­ли IQ. Сло­вом, ува­же­ние к че­ло­ве­ку, ува­же­ние к твор­че­ской про­фес­сии, под­держ­ка. Да и на­ло­го­вая си­сте­ма в Укра­ине долж­на быть из­ме­не­на в поль­зу куль­ту­ры. Ведь все­гда вы­со­кая куль­ту­ра нуж­да­лась в под­держ­ке. Та­ра­са Гри­го­рье­ви­ча вы­ку­пи­ли, по су­ти, ме­це­на­ты. Ни­ко­лай Ва­си­лье­вич Го­голь ча­сто жил на «спон­сор­ские» день­ги. И по-дру­го­му быть не мо­жет. Ес­ли ты бо­га­тый, ты дол­жен от­да­вать день­ги на бла­го­тво­ри­тель­ность, куль­ту­ру. — Мно­гие го­во­рят, что в Укра­ине си­сте­ма куль­тур­но­го ме­недж­мен­та слиш­ком за­бю­ро­кра­ти­зи­ро­ва­на… — Воз­мож­но, в Укра­ине си­сте­ма не­до­ста­точ­но струк­ту­ри­ро­ва­на? На­при­мер, ес­ли срав­ни­вать с Фран­ци­ей, то там бюрократия силь­но раз­ви­та. А в Укра­ине все­гда мож­но до­го­во­рить­ся, боль­шую роль иг­ра­ет лич­ный фак­тор. Быть мо­жет, в Укра­ине нет чет­ко от­ла­жен­ной си­сте­мы? И по­это­му пра­вая ру­ка не зна­ет, что де­ла­ет ле­вая — что ка­са­ет­ся ор­га­ни­за­ции ме­недж­мен­та.

На­при­мер, ко­гда я при­ле­те­ла в Бор­исполь, то в аэро­пор­ту ра­бо­та­ет вся про­пуск­ная си­сте­ма. А вот в Аме­ри­ке на де­сять са­мо­ле­тов ра­бо­та­ют все­го три око­шеч­ка. Лю­бая си­сте­ма — бю­ро­кра­ти­че­ская. Бы­ва­ют слож­ные лю­ди, про­тив­ные или ка­приз­ные, но очень важ­но, как ор­га­ни­зо­вать про­цесс. — Ка­кие укра­ин­ские кол­лек­ти­вы хо­те­ли бы при­гла­сить в Швей­ца­рию в бли­жай­шее вре­мя? — Для ме­ня бы­ло бы боль­шой че­стью при­гла­сить в Швей­ца­рию те­атр Ра­ду По­кли­та­ру — Ки­ев мо­дерн-ба­лет. Еще за­ме­ча­тель­ный ба­лет на­ше­го опер­но­го те­ат­ра, там тан­цо­ры очень хо­ро­шие.

Есте­ствен­но, Ки­ев­ский ка­мер­ный На­ци­о­наль­ной фи­лар­мо­нии под ру­ко­вод­ством Ген­на­дия Коф­ма­на. В Укра­ине есть за­ме­ча­тель­ные му­зы­кан­ты — Дмит­рий Тка­чен­ко, Алек­сей Бот­ви­нов. Есть много до­стой­ных имен! Не мо­гу го­во­рить о дра­ма­ти­че­ском те­ат­ре, по­сколь­ку это не моя об­ласть, мо­жет, это по­лу­чит­ся в бу­ду­щем, по­че­му бы и нет?

Мне ка­жет­ся, сей­час об­щий твор­че­ский уро­вень укра­ин­ских кол­лек­ти­вов во­об­ще под­нял­ся, и есть ма­сте­ра, ко­то­рые до­стой­ны пред­став­лять Укра­и­ну за ру­бе­жом. — А в чем, на ваш взгляд, фе­но­мен на­ших укра­ин­ских звезд на За­па­де? Та­ких, на­при­мер, как Ка­ра­биц, Мо­на­стыр­ская, Ди­дык, Лы­нив, дру­гих? — Есте­ствен­но, это твор­че­ский по­тен­ци­ал. Плюс укра­ин­ская мен­таль­ность. Нет го­но­ра, ам­би­ци­оз­но­сти. С та­ки­ми людь­ми лег­ко ра­бо­тать. Есть же­ла­ние ин­те­гри­ро­вать­ся, слу­жить, мо­жет быть за­ни­же­на са­мо­оцен­ка, но это ино­гда и по­мо­га­ет при­спо­саб­ли­вать­ся к непро­стым об­сто­я­тель­ствам жиз­ни. — Вы до­ста­точ­но много лет про­ра­бо­та­ли в Ки­ев­ском опер­ном. По­том по­лу­чи­ли опыт работы в ев­ро­пей­ских твор­че­ских струк­ту­рах. Мо­же­те обоб­щить ли­бо срав­нить этот свой опыт? — В укра­ин­ских кол­лек­ти­вах все ос­но­вы­ва­ет­ся на друж­бе меж­ду кол­ле­га­ми, яко­бы все вме­сте, од­ни ин­те­ре­сы, при­ят­ное об­ще­ние. А на За­па­де каж­дый сам по се­бе. Из-за то­го, что за­ча­стую на­ци­о­наль­ность людей раз­ная, нет та­ких эмо­ци­о­наль­ных свя­зей.

Там му­зы­кант преж­де все­го — функ­ци­о­нер, дол­жен от­лич­но вы­пол­нять свою ра­бо­ту. И ни на что боль­ше не раз­ме­ни­вать­ся.

В Укра­ине боль­ше кон­цен­три­ру­ешь­ся не на ра­бо­те, а на гу­ман­ном ас­пек­те, на че­ло­ве­че­ской сфе­ре. Те­бя мо­ти­ви­ру­ют дру­гие ве­щи. А там ты дол­жен прид­ти, быть под­го­тов­лен­ным на 100% , а все осталь­ное — по­том. — В чем непо­сред­ствен­но Укра­ине нуж­но пы­тать­ся пе­ре­ни­мать ев­ро­пей­ский опыт? — Нуж­но на пер­вое ме­сто ста­вить ра­бо­ту, а не эмо­ци­о­наль­ную со­став­ля­ю­щую. Пря­тать ино­гда неумест­ные ам­би­ции, по­то­му что они толь­ко де­ста­би­ли­зи­ру­ют и раз­ру­ша­ют, неже­ли со­зи­да­ют. А еще быть от­вет­ствен­ным за твой ма­лень­кий эле­мент, ко­то­рый ты дол­жен вы­пол­нять на 100%. И, на­вер­ное, нуж­но на­учить­ся ра­бо­тать. — Недав­но в На­ци­о­наль­ной опе­ре Укра­и­ны про­шел конкурс на долж­ность ген­ди­рек­то­ра — ху­до­же­ствен­но­го ру­ко­во­ди­те­ля. Вы­иг­рал преж­ний ру­ко­во­ди­тель, с боль­шим опы­том работы в этом же те­ат­ре. Это хо­ро­шо или пло­хо? — По-мо­е­му, ни­че­го не из­ме­ни­лось. Бы­ли кон­кур­сы, но это фор­маль­ность. Яв­но и кол­лек­тив не го­тов ме­нять ру­ко­вод­ство, по­то­му что, как ви­дим, на се­го­дня нет до­стой­но­го кан­ди­да­та. В та­ких боль­ших струк­ту­рах су­ще­ству­ют своя внут­рен­няя по­ли­ти­ка и опре­де­лен­ные обя­за­тель­ства ру­ко­вод­ства пе­ред кол­лек­ти­вом.

И ес­ли вдруг по­ме­нять что-то кар­ди­наль­но, то мо­жет быть стресс для мно­гих твор­че­ских людей. Ведь лю­бой но­вый ру­ко­во­ди­тель — это осо­бая по­ли­ти­ка то­го или ино­го те­ат­ра.

Счи­таю, что на се­го­дняш­ний день нуж­но мед­лен­но ухо­дить от мо­де­ли ре­пер­ту­ар­но­го те­ат­ра, необ­хо­ди­мо внед­рять но­вые фор­мы. Но важ­но од­но­вре­мен­но смот­реть, как пуб­ли­ка на это ре­а­ги­ру­ет. Нас­коль­ко для мар­ке­тин­га са­мо­го те­ат­ра это вы­год­но.

В Швей­ца­рии есть спе­ци­аль­ный ко­ми­тет, ко­то­рый при­ни­ма­ет опре­де­лен­ные кад­ро­вые ре­ше­ния, де­скать, у ру­ко­во­ди­те­ля кон­тракт за­кан­чи­ва­ет­ся и, ско­рее все­го, про­длен не бу­дет. Так вот, пред­ставь­те, у нас бы­ло го­ло­со­ва­ние в 2017-м, что ди­рек­то­ра кол­лек­ти­ва уво­лят аж в 2022-м! И за этот пе­ри­од вре­ме­ни бу­дет ре­а­ли­зо­вы­вать­ся по­ли­ти­ка по вве­де­нию но­во­го че­ло­ве­ка. Это до­ста­точ­но мед­лен­ный про­цесс, но мак­си­маль­но ста­биль­ный для все­го твор­че­ско­го со­ста­ва.

Раз­ло­мать про­ще все­го. И ука­зать на не­ко­то­рые недо­стат­ки про­ще про­сто­го. А вот как кон­струк­тив­но по­сту­пить — для это­го все­гда нуж­ны муд­рость, опыт, же­ла­ние ра­бо­тать на пер­спек­ти­ву. — Свет­ла­на, как ча­сто вы се­го­дня бе­ре­те в ру­ки скрип­ку с уче­том ва­шей за­гру­жен­но­сти по ме­не­джер­ской ли­нии? — Я за­ня­та на 30% как скри­пач в ор­кест­ре. Я ра­бо­та­ла с та­ки­ми вы­да­ю­щи­ми­ся му­зы­кан­та­ми со­вре­мен­но­сти, как Зу­бин Ме­та, Джон Элиот Гар­ди­нер, Те­одор Ку­рент­зис, Ар­мин Жор­дан, Ни­ко­лаус Ар­нон­кур, Вла­ди­мир Фе­до­се­ев, Иван Фи­шер, Ми­шель Плас­сон, Да­ни­э­ле Гат­ти, Франц Вель­зер-м¸ст, Нел­ло Сан­ти, еще с вы­да­ю­щи­ми­ся опер­ны­ми ре­жис­се­ра­ми и ба­лет­мей­сте­ра­ми, сре­ди ко­то­рых Хайнц Шпер­ли, Ир­жи Ки­ли­ан, Алек­сей Рат­ман­ский. На­вы­ки му­зы­кан­та не те­ряю. Но по­ми­мо это­го хо­чет­ся де­лать раз­лич­ные арт-про­ек­ты. Ме­ня это боль­ше при­вле­ка­ет.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.