Вто­рая ми­ро­вая вой­на в пле­ну ис­то­ри­че­ской по­ли­ти­ки

Zerkalo Nedeli - - ТИ­ТУЛЬ­НЫЙ ЛИСТ -

Ка­за­лось бы, нет ни­че­го стран­но­го в том, что ри­ту­ал с вы­хо­ло­щен­ным со­дер­жа­ни­ем стал для мно­гих ми­лее непри­ят­ной прав­ды об од­ной из са­мых страш­ных войн в ис­то­рии че­ло­ве­че­ства. Древ­няя рим­ская мак­си­ма «хле­ба и зре­лищ» не те­ря­ет ак­ту­аль­но­сти. На­мно­го ве­се­лее на­блю­дать за ко­стю­ми­ро­ван­ным мас­ка­ра­дом, в ко­то­рый пре­вра­тил­ся празд­ник По­бе­ды в РФ, чем по­гру­жать­ся в труд­ную ра­бо­ту с трав­мой вой­ны, ко­то­рая по сей день не от­пус­ка­ет пост­со­вет­ское об­ще­ство. Но речь не об ис­то­ри­че­ских фак­тах, хо­тя без них ни­как. От­вет на во­прос ле­жит в плос­ко­сти ис­то­ри­че­ской по­ли­ти­ки, или, как ее еще при­ня­то на­зы­вать, по­ли­ти­ки па­мя­ти.

Исто­ри­че­ская па­мять и исто­ри­че­ская по­ли­ти­ка во вза­и­мо­дей­ствии

Исто­ри­че­ская па­мять — это, по боль­шо­му сче­ту, со­во­куп­ность раз­ных (на­уч­ных и псев­до­на­уч­ных) зна­ний и мас­со­вых пред­став­ле­ний об­ще­ства о сво­ем про­шлом. То­гда как исто­ри­че­ская по­ли­ти­ка яв­ля­ет­ся пре­ро­га­ти­вой го­су­дар­ства. Ее цель — вос­пи­тать ло­яль­ных граж­дан, объ­еди­нен­ных иде­ей об­ще­го про­шло­го и об­щим ви­де­ни­ем сво­е­го бу­ду­ще­го. Ведь для успеш­но­го функ­ци­о­ни­ро­ва­ния и про­грес­са об­ще­ство долж­но чет­ко ви­деть две пер­спек­ти­вы: кто мы та­кие и ку­да идем.

Го­су­дар­ствен­ная исто­ри­че­ская по­ли­ти­ка тра­ди­ци­он­но внед­ря­ет­ся че­рез си­сте­му об­ра­зо­ва­ния и офи­ци­аль­ные го­су­дар­ствен­ные празд­ни­ки. В этом смыс­ле учеб­ник ис­то­рии пре­вра­ща­ет­ся в мощ­ный ин­стру­мент вли­я­ния. Во вре­мя празд­ни­ков внед­ря­ют­ся опре­де­лен­ные ри­ту­а­лы — ко­ме­мо­ра­тив­ные прак­ти­ки, при­зван­ные объ­еди­нять граж­дан. Что ка­са­ет­ся 9 Мая, в Со­вет­ском Со­ю­зе та­кой прак­ти­кой ста­ли во­ен­ные па­ра­ды, воз­ло­же­ние цве­тов, встре­чи и че­ство­ва­ние ве­те­ра­нов.

По­ли­ти­ка па­мя­ти, по су­ти, яв­ля­ет­ся со­став­ля­ю­щей про­цес­са фор­ми­ро­ва­ния на­ци­о­наль­ной иден­тич­но­сти. Вто­рая ми­ро­вая бро­си­ла вы­зов ис­то­ри­че­ской по­ли­ти­ке всех ев­ро­пей­ских стран, каж­дая из ко­то­рых ре­ша­ла ее по-сво­е­му.

Ис­то­рия, име­ю­щая жи­вых сви­де­те­лей, как в слу­чае Вто­рой ми­ро­вой вой­ны, с су­гу­бо тех­ни­че­ско­го взгля­да — еще не со­всем ис­то­рия. И здесь воз­ни­ка­ет мно­же­ство про­блем. Что де­лать со слож­ны­ми эпи­зо­да­ми меж­на­ци­о­наль­ной враж­ды, имев­ши­ми ме­сто во вре­мя вой­ны? Как быть, ко­гда опыт вой­ны для раз­ных ре­ги­о­нов стра­ны не оди­на­ков? Ку­да де­вать эпи­зо­ды ис­то­рии, ко­то­рые не уда­ет­ся ин­те­гри­ро­вать в об­щий на­ци­о­наль­ный ис­то­ри­че­ский ка­нон?

Все эти во­про­сы ак­ту­аль­ны для укра­ин­ской го­су­дар­ствен­ной ис­то­ри­че­ской по­ли­ти­ки. Вслед­ствие немец­кой ок­ку­па­ции Укра­и­на бы­ла раз­де­ле­на на че­ты­ре зо­ны, с раз­ной сте­пе­нью ре­прес­сив­но­сти ок­ку­па­ци­он­но­го ре­жи­ма, по­это­му опыт вой­ны, а со­от­вет­ствен­но и па­мять о ней для пред­ста­ви­те­лей укра­ин­ских ре­ги­о­нов раз­ные. Ис­то­рия Вто­рой ми­ро­вой для Укра­и­ны не огра­ни­чи­ва­ет­ся лишь по­бед­ным по­хо­дом Крас­ной ар­мии и опе­ра­ци­я­ми на ев­ро­пей­ском те­ат­ре во­ен­ных дей­ствий, как это по­да­ва­лось в со­вет­ском ка­ноне Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны. На­ря­ду с офи­ци­аль­ной вер­си­ей ти­хо про­дол­жа­ла жить лич­ная и се­мей­ная па­мять о войне. Эта контр­па­мять, вы­шед­шая из под­по­лья по­сле про­воз­гла­ше­ния неза­ви­си­мо­сти, за­го­во­ри­ла об ОУН–УПА, Хо­ло­ко­сте, Во­лын­ской тра­ге­дии, де­пор­та­ции крым­ских та­тар и ге­но­ци­де ро­мов. Ста­ла оче­вид­ной еще од­на про­бле­ма. Опыт Вто­рой ми­ро­вой в Укра­ине для раз­ных на­ци­о­наль­ных групп не толь­ко раз­ли­чен, но и по­тен­ци­аль­но кон­флик­тен, как, к при­ме­ру, ис­то­рия укра­ин­ско­го осво­бо­ди­тель­но­го дви­же­ния и Хо­ло­кост с од­ной сто­ро­ны, и Во­лын­ская тра­ге­дия — с дру­гой.

Но глав­ный вы­зов для укра­ин­ской го­су­дар­ствен­ной по­ли­ти­ки па­мя­ти о Вто­рой ми­ро­вой войне со­став­ля­ет рос­сий­ская агрес­сия, про­ис­хо­дя­щая в сим­во­ли­че­ском по­ле Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны. Она на­вя­зы­ва­ет укра­ин­ско­му об­ще­ству и ми­ро­во­му со­об­ще­ству ста­рые со­вет­ские про­па­ган­дист­ские кли­ше об «укра­ин­ских фа­ши­стах», «бан­де­ров­цах», «ка­ра­те­лях». Ис­поль­зу­ет язык нена­ви­сти, сфор­ми­ро­ван­ный еще в со­вет­ское вре­мя. Растрав­ля­ет ста­рые ра­ны и по­до­гре­ва­ет меж­на­ци­о­наль­ные про­ти­во­ре­чия, вы­став­ляя ста­рые сче­та.

В та­ких усло­ви­ях до­воль­но слож­но со­здать на­ци­о­наль­ную ис­то­рию Вто­рой ми­ро­вой вой­ны, во­круг ко­то­рой мож­но объ­еди­нить укра­ин­скую по­ли­ти­че­скую на­цию. В иде­а­ле на­ци­о­наль­ная ис­то­рия в пуб­лич­ном из­ме­ре­нии долж­на быть бес­кон­фликт­ной. В луч­шем слу­чае — сгла­жи­вать ост­рые уг­лы. Не­смот­ря на всю слож­ность, этот про­цесс, за­пу­щен­ный Ев­ро­май­да­ном, про­дол­жа­ет­ся. Успех за­ви­сит от то­го, на­сколь­ко укра­ин­ско­му об­ще­ству удаст­ся вый­ти из пле­на ми­фа о Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войне.

Как со­зда­вал­ся со­вет­ский миф о Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войне?

Нео­све­дом­лен­но­му че­ло­ве­ку мо­жет по­ка­зать­ся, что пом­пез­ное празд­но­ва­ние Дня По­бе­ды бы­ло на­ча­то 9 мая 1945 г. и по­чти бес­пре­рыв­но про­дол­жа­ет­ся по сей день. Но на са­мом де­ле все бы­ло не так…

Впер­вые акт о без­услов­ной ка­пи­ту­ля­ции на­цист­ской Гер­ма­нии под­пи­сан в Рейм­се 7 мая 1945 г., но это не удо­вле­тво­ри­ло со­вет­скую сто­ро­ну. По­втор­ное под­пи­са­ние со­сто­я­лось ве­че­ром 8 мая в Карлсхор­сте — пред­ме­стье Бер­ли­на. В тот же день Пре­зи­ди­ум Вер­хов­но­го Со­ве­та СССР из­дал указ, ко­то­рым объ­явил 9 мая Днем По­бе­ды. Но на фрон­те все еще про­дол­жа­лись бои. Пра­гу окон­ча­тель­но осво­бо­ди­ли 10 мая, а по­след­ние груп­пы немец­ких войск на тер­ри­то­рии Че­хо­сло­ва­кии и Ав­стрии лик­ви­ди­ро­ва­ли лишь 19 мая.

Для Со­вет­ско­го Со­ю­за вой­на на ев­ро­пей­ском те­ат­ре бо­е­вых дей­ствий бы­ла офи­ци­аль­но за­кон­че­на толь­ко 25 ян­ва­ря 1955 г. по­ста­нов­ле­ни­ем Пре­зи­ди­у­ма Вер­хов­но­го Со­ве­та СССР «О пре­кра­ще­нии со­сто­я­ния вой­ны меж­ду СССР и Гер­ма­ни­ей». До­ку­мент при­ня­ли, ко­гда для со­вет­ско­го ру­ко­вод­ства ста­ло оче­вид­но, что Гер­ма­ния оста­нет­ся раз­де­лен­ной. В этих усло­ви­ях у СССР воз­ник­ла необ­хо­ди­мость уре­гу­ли­ро­вать ди­пло­ма­ти­че­ские от­но­ше­ния со сво­им са­тел­ли­том — Гер­ман­ской Де­мо­кра­ти­че­ской Рес­пуб­ли­кой (ГДР).

Но вер­нем­ся в 1945 г. 8 ав­гу­ста, вы­пол­няя взя­тые пе­ред со­юз­ни­ка­ми обя­за­тель­ства, Со­вет­ский Со­юз объ­явил вой­ну Япо­нии. 2 сен­тяб­ря, в день ка­пи­ту­ля­ции Япо­нии, Вер­хов­ный Со­вет СССР из­дал указ, ко­то­рым объ­яв­лял 3 сен­тяб­ря Днем По­бе­ды над ми­ли­та­рист­ской Япо­ни­ей. Оба празд­ни­ка — 9 мая и 3 сен­тяб­ря — объ­яви­ли вы­ход­ным днем. Но уже в 1947 г. эти дни сно­ва ста­ли ра­бо­чи­ми.

Стра­на тре­бо­ва­ла вос­ста­нов­ле­ния, да и це­на по­бе­ды бы­ла слиш­ком вы­со­ка — раз­ру­ха, ты­ся­чи ин­ва­ли­дов и си­рот, го­лод и об­ни­ща­ние. На­до ли бы­ло со­вет­ской вла­сти лиш­ний раз при­вле­кать вни­ма­ние на­ро­да к ка­та­стро­фи­че­ским по­след­стви­ям вой­ны — во­прос ри­то­ри­че­ский. Ре­аль­ное ко­ли­че­ство по­терь СССР в 26 мил­ли­о­нов 600 ты­сяч че­ло­век сде­ла­ли до­сто­я­ни­ем глас­но­сти толь­ко во вре­ме­на пе­ре­строй­ки. Ста­лин в 1946 г. в ин­тер­вью кор­ре­спон­ден­ту га­зе­ты «Прав­да» за­явил, что об­щие по­те­ри Со­вет­ско­го Со­ю­за в войне со­став­ля­ют семь мил­ли­о­нов. Эта циф­ра в офи­ци­аль­ной со­вет­ской ри­то­ри­ке про­дер­жа­лась 15 лет. В 1961 г. Ни­ки­та Хру­щев в пись­ме к пре­мьер-ми­ни­стру Шве­ции при­знал, что вой­на унес­ла жиз­ни 20 мил­ли­о­нов со­вет­ских граж­дан. И он знал, о чем го­во­рил, ведь этих ко­лос­саль­ных по­терь не мог­ла ута­ить да­же от­сро­чен­ная пе­ре­пись на­се­ле­ния 1959 г.

Все из­ме­ни­лось с при­хо­дом к вла­сти Лео­ни­да Бреж­не­ва. 8 мая 1965 г., по слу­чаю 20-ле­тия По­бе­ды, то­гда еще пер­вый сек­ре­тарь ЦК КПСС (че­рез год он ста­нет ге­не­раль­ным) вы­сту­пил с до­кла­дом «Ве­ли­кая по­бе­да со­вет­ско­го на­ро­да». Она за­ло­жи­ла ос­но­вы ми­фо­ло­гии Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны. Обра­зы Ве­ли­кой по­бе­ды и на­ро­да-по­бе­ди­те­ля ста­ли од­ни­ми из ее клю­че­вых эле­мен­тов, во­круг ко­то­рых крем­лев­ские идео­ло­ги на­ча­ли вы­стра­и­вать но­вую ис­то­ри­че­скую общ­ность — со­вет­ский на­род.

По­бе­ду со­вет­ско­го на­ро­да в мае 1945 г. объ­яви­ли за­ко­но­мер­ным след­стви­ем пре­иму­ществ со­ци­а­ли­сти­че­ско­го строя, ле­нин­ской на­ци­о­наль­ной по­ли­ти­ки и муд­ро­го ру­ко­вод­ства Ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии, а друж­бу на­ро­дов брат­ских рес­пуб­лик СССР, мо­раль­но-по­ли­ти­че­ское един­ство и пат­ри­о­тизм со­вет­ско­го на­ро­да — опре­де­ля­ю­щи­ми фак­то­ра­ми по­бе­ды. Са­мой по­бе­де при­да­ва­ли все­мир­но-ис­то­ри­че­ское зна­че­ние — она спас­ла че­ло­ве­че­ство от фа­шиз­ма. От­ныне 9 Мая ста­ло крас­ным днем ка­лен­да­ря. По слу­чаю 20-ле­тия По­бе­ды в Москве со­сто­ял­ся пом­пез­ный па­рад, ко­то­рый и за­ло­жил тра­ди­цию празд­но­вать 9 Мая на по­сле­ду­ю­щие пол­ве­ка.

В сущ­но­сти, миф Ве­ли­кий Оте­че­ствен­ной вы­хо­ла­щи­вал ис­то­рию вой­ны. Бы­ло за­тер­то все, что не вкла­ды­ва­лось в па­ра­диг­му един­ства со­вет­ско­го на­ро­да в борь­бе про­тив фа­шиз­ма — на­ци­о­наль­но-осво­бо­ди­тель­ные дви­же­ния нерус­ских на­ро­дов СССР, кол­ла­бо­ра­ци­о­низм. Не на­шлось ме­ста и Хо­ло­ко­сту. Со­вет­ские идео­ло­ги не хо­те­ли вы­де­лять стра­да­ния ев­ре­ев из об­щей кан­вы пре­ступ­ле­ний на­циз­ма про­тив мир­ных со­вет­ских граж­дан. То­гда же Бреж­нев сде­лал уточ­не­ние от­но­си­тель­но по­терь СССР в войне. Озву­чен­ная циф­ра ка­за­лась до­ста­точ­но ту­ман­ной — свы­ше (!) 20 мил­ли­о­нов че­ло­век.

Геор­ги­ев­ская vs гвар­дей­ская: про­ти­во­ре­чи­вый сим­вол Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной

По­нят­но, что та­кой празд­ник дол­жен был по­лу­чить свою со­от­вет­ству­ю­щую сим­во­ли­ку. Ею ста­ла гвар­дей­ская лен­та, ко­то­рую ныне, с лег­кой ру­ки рос­сий­ской про­па­ган­ды, на­зы­ва­ют ге­ор­ги­ев­ской, что про­ти­во­ре­чит здра­во­му смыс­лу. В на­град­ной си­сте­ме СССР ни ге­ор­ги­ев­ской лен­ты, ни со­от­вет­ству­ю­ще­го ей ор­де­на не бы­ло. И это вполне ло­гич­но, ведь ор­ден св. Геор­гия в 1769 г. ос­но­ва­ла Ека­те­ри­на ІІ. Поз­же геор­ги­ев­ская лен­та ста­ла ед­ва ли не по­пу­ляр­ней­шим сим­во­лом Рос­сий­ской им­пе­рии. В 1917 г. боль­ше­ви­ки лик­ви­ди­ро­ва­ли все до­ре­во­лю­ци­он­ные ор­де­на, ме­да­ли и от­ли­чия. В го­ды Вто­рой ми­ро­вой рос­сий­скую им­пер­скую сим­во­ли­ку, в том чис­ле и ге­ор­ги­ев­скую лен­ту, ис­поль­зо­ва­ли Рос­сий­ская осво­бо­ди­тель­ная ар­мия ге­не­ра­ла А.вла­со­ва, ка­за­чьи со­еди­не­ния ата­ма­на П.крас­но­ва и дру­гие рос­сий­ские кол­ла­бо­ра­ци­о­ни­сты. Сле­ва на­пра­во: Ана­стас Ми­ко­ян — пред­се­да­тель Пре­зи­ди­у­ма Вер­хов­но­го Со­ве­та СССР, Ро­ди­он Ма­ли­нов­ский — два­жды Ге­рой Со­вет­ско­го Со­ю­за, ми­нистр обо­ро­ны СССР 1957–1967 гг., Лео­нид Бреж­нев — пер­вый сек­ре­тарь ЦК КПСС, Ни­ко­лай Под­гор­ный — сек­ре­тарь ЦК КПСС

Так что сим­во­лизм ге­ор­ги­ев­ской лен­ты пря­мо про­ти­во­по­ло­жен идее по­бе­ды над на­циз­мом.

Од­на­ко во вре­мя со­вет­ско-немец­кой вой­ны Ста­лин так­же на­чал ак­тив­но воз­вра­щать ста­рую им­пер­скую сим­во­ли­ку, ко­то­рая апел­ли­ро­ва­ла к ге­ро­и­че­ско­му на­сле­дию рос­сий­ской ар­мии. Это долж­но бы­ло под­нять бо­е­вой дух и по­вы­сить пат­ри­о­тизм в ря­дах Крас­ной ар­мии.

21 мая 1942 г. ука­зом Пре­зи­ди­у­ма Вер­хов­ной Ра­ды СССР бы­ли воз­вра­ще­ны гвар­дей­ские зва­ния, ко­то­рые при­сва­и­ва­лись со­еди­не­ни­ям Крас­ной ар­мии и ВМФ за осо­бый ге­ро­изм и по­бе­ду. А спу­стя несколь­ко недель нар­ком ВМФ СССР ад­ми­рал Ни­ко­лай Куз­не­цов утвер­дил опи­са­ние гвар­дей­ской лен­ты — «шел­ко­вая реп­со­вая му­а­ро­вая лен­та оран­же­во­го цве­та с на­не­сен­ны­ми на нее тре­мя про­доль­ны­ми чер­ны­ми по­лос­ка­ми».

По­сле бит­вы под Ста­лин­гра­дом Пре­зи­ди­ум Вер­хов­но­го Со­ве­та СССР 8 но­яб­ря 1943 г. ос­но­вал ор­ден Сла­вы, сти­ли­сти­че­ски по­хо­жий на Геор­ги­ев­ский крест. А 9 мая 1945-го бы­ла ос­но­ва­на ме­даль «За по­бе­ду над Гер­ма­ни­ей в Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войне 1941– 1945 гг.». На ее ко­лод­ке так­же ис­поль­зо­ва­на гвар­дей­ская лен­та. В 1960-х го­дах гвар­дей­ская лен­та ста­ла од­ним из офи­ци­аль­ных сим­во­лов по­бе­ды, ко­то­рый ак­тив­но ис­поль­зо­ва­ли на от­крыт­ках и пла­ка­тах.

В мар­те 2005 г. рос­сий­ское го­су­дар­ствен­ное ин­фор­ма­гент­ство (РИА) «Но­во­сти» ини­ци­и­ро­ва­ло все­рос­сий­скую ак­цию «Геор­ги­ев­ская лен­та». Офи­ци­аль­ной це­лью ак­ции бы­ла за­яв­ле­на необ­хо­ди­мость «со­хра­нить и пе­ре­дать но­во­му по­ко­ле­нию па­мять о том, кто и ка­кой це­ной до­бил­ся по­бе­ды в Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войне». На са­мом же де­ле ак­ция ста­ла на­ча­лом при­ва­ти­за­ции Рос­си­ей ге­ро­и­че­ско­го на­сле­дия Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны. Вве­де­ние ге­ор­ги­ев­ской лен­ты как сим­во­ла по­бе­ды долж­но бы­ло со­еди­нить ге­ро­и­ку Рос­сий­ской им­пе­рии и СССР. Рос­сия те­перь ис­поль­зо­ва­ла ис­то­рию как ин­стру­мент в по­ли­ти­че­ской борь­бе на пост­со­вет­ском про­стран­стве. Та­ким об­ра­зом, геор­ги­ев­ская и гвар­дей­ская лен­ты сли­лись во­еди­но.

По­сле рас­па­да СССР им­пер­скую сим­во­ли­ку на­ча­ли воз­вра­щать в рос­сий­ское пуб­лич­ное про­стран­ство. В 1992 г. Пре­зи­ди­ум Вер­хов­но­го Со­ве­та РФ вос­ста­но­вил ор­ден св. Геор­гия и Геор­ги­ев­ский крест, а в 2008-м утвер­дил их устав. Геор­ги­ев­ская лен­та ста­ла од­ним из ат­ри­бу­тов этих на­град. Пер­вы­ми вос­кре­шен­ные на­гра­ды по­лу­чи­ли во­ен­но­слу­жа­щие, при­ни­мав­шие уча­стие в агрес­сии про­тив Гру­зии.

Ко­гда все вра­ги СССР пре­вра­ти­лись в фа­ши­стов?

Ес­ли по­слу­шать со­вре­мен­ные рос­сий­ские СМИ, скла­ды­ва­ет­ся впе­чат­ле­ние, что Рос­сия, как в свое вре­мя и СССР, во­ю­ет ис­клю­чи­тель­но с фа­ши­ста­ми. Как же так слу­чи­лось? Тра­ди­ция на­зы­вать немец­ких на­ци­о­нал-со­ци­а­ли­стов (на­ци­стов) фа­ши­ста­ми ко­ре­нит­ся в 1930-х го­дах. Ста­ли­ну не нра­ви­лась экс­плу­а­та­ция Гит­ле­ром по­пу­ляр­но­го то­гда тер­ми­на «со­ци­а­лизм».

В по­ли­ти­че­ской ри­то­ри­ке СССР тер­мин «фа­шизм» по­явил­ся за­дол­го до на­ча­ла со­вет­ско-немец­кой вой­ны. В 1920-е го­ды со­вет­ская пе­чать поль­зо­ва­лась им для опре­де­ле­ния «укра­ин­ско­го бур­жу­аз­но­го на­ци­о­на­лиз­ма». Поз­же сло­во­со­че­та­ние «укра­ин­ский фа­шизм» проч­но за­кре­пи­лось за ОУН. Во вре­мя ре­прес­сий 1930-х го­дов к фа­ши­стам при­чис­ля­ли да­же «на­ци­о­нал-укло­ни­стов» из ря­дов КП(Б)У.

Чет­кое раз­де­ле­ние на сво­их и чу­жих, пат­ри­о­тов и вра­гов, ло­яль­ных граж­дан и пре­да­те­лей — необ­хо­ди­мое усло­вие функ­ци­о­ни­ро­ва­ния то­та­ли­тар­но­го ре­жи­ма. Здесь нет ме­ста для по­лу­то­нов. Си­сте­ма ра­бо­та­ет по прин­ци­пу «кто не с на­ми, тот про­тив нас».

По­сле на­па­де­ния Гер­ма­нии на СССР, в го­су­дар­ствен­ной док­трине ко­то­ро­го бы­ла за­креп­ле­на ве­ду­щая роль Ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии, во­прос опре­де­ле­ния «свой — чу­жой» лег­ло на уже под­го­тов­лен­ную поч­ву. В со­вет­ском об­ще­ствен­ном со­зна­нии окон­ча­тель­но уко­ре­ни­лось про­ти­во­по­став­ле­ние «ком­му­ни­сты — фа­ши­сты».

По­сколь­ку со­юз­ни­ки по ан­ти­гит­ле­ров­ский ко­а­ли­ции не впи­сы­ва­лись в этот шаб­лон, то их вклад в по­бе­ду вся­че­ски при­умень­ша­ли и за­мал­чи­ва­ли, за­то роль ком­му­ни­сти­че­ско­го под­по­лья и пар­ти­зан­ских дви­же­ний в ок­ку­пи­ро­ван­ных стра­нах и стра­нах — со­юз­ни­ках на­цист­ской Гер­ма­нии, на­обо­рот, под­чер­ки­ва­ли. При­ход к вла­сти в «осво­бож­ден­ных» Со­вет­ским Со­ю­зом стра­нах Ев­ро­пы дру­же­ствен­ных к СССР ком­му­ни­сти­че­ских пра­ви­тельств дол­жен был под­твер­дить пра­виль­ность этой фор­му­лы.

Раз­де­ле­ние на хо­ро­ших сво­их и пло­хих чу­жих — фа­ши­стов — на­столь­ко глу­бо­ко уко­ре­ни­лось в об­ще­ствен­ном со­зна­нии, что и сей­час его успеш­но ис­поль­зу­ет рос­сий­ская про­па­ган­да про­тив Укра­и­ны. В об­щем, это уни­вер­саль­ная мо­дель, ко­то­рую при­ме­ня­ют к лю­бо­му оп­по­нен­ту офи­ци­аль­ной рос­сий­ской по­ли­ти­че­ской ли­нии.

Пост­со­вет­ские транс­фор­ма­ции ми­фа о Ве­ли­кий Оте­че­ствен­ной в со­вре­мен­ной Рос­сии

От­став­ка рос­сий­ско­го пре­зи­ден­та Б.ель­ци­на зна­ме­но­ва­ла ко­нец непро­дол­жи­тель­но­го пе­ри­о­да де­мо­кра­ти­за­ции Рос­сии. В 2000-е го­ды про­изо­шло пе­ре­фор­ма­ти­ро­ва­ние рос­сий­ской на­ци­о­наль­ной идеи. В рос­сий­ское пуб­лич­ное про­стран­ство вер­ну­ли со­вет­ский миф о Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войне, ко­то­рый дол­жен был обес­пе­чить со­хра­не­ние рос­сий­ско­го вли­я­ния на пост­со­вет­ском про­стран­стве. Ис­то­рия в этом слу­чае ста­ла лишь ин­стру­мен­том. РФ за­ня­ла охра­ни­тель­ную по­зи­цию от­но­си­тель­но ис­то­ри­че­ской по­ли­ти­ки. Лю­бые по­пыт­ки пе­ре­осмыс­лить уро­ки Вто­рой ми­ро­вой вой­ны под дав­ле­ни­ем но­вых до­ку­мен­тов, став­ших до­ступ­ны­ми бла­го­да­ря от­кры­тию ар­хи­вов, на­ча­ли вос­при­ни­мать­ся как ис­ка­же­ние ис­то­ри­че­ской прав­ды.

В стра­нах Во­сточ­ной Ев­ро­пы со­вет­ский во­ин-осво­бо­ди­тель оста­вил по се­бе неод­но­знач­ную па­мять. По­это­му неуди­ви­тель­но, что из­ме­не­ние рос­сий­ской ис­то­ри­че­ской по­ли­ти­ки вы­зва­ло «вой­ны па­мя­ти» с Поль­шей, Укра­и­ной, Лат­ви­ей, Лит­вой и Эсто­ни­ей.

В 2007 г. в Тал­линне па­мят­ник Во­и­ну-осво­бо­ди­те­лю из цен­тра го­ро­да пе­ре­нес­ли на во­ен­ное клад­би­ще. Это со­бы­тие спро­во­ци­ро­ва­ло в Рос­сии ан­ти­э­с­тон­скую ис­те­рию, ко­то­рая вы­ли­лась в идею за­пре­тить «ре­а­би­ли­та­цию на­циз­ма» на за­ко­но­да­тель­ном уровне.

В 2009 г. при пре­зи­ден­те РФ Дмит­рии Мед­ве­де­ве со­зда­ли ко­мис­сию по про­ти­во­дей­ствию по­пыт­кам фаль­си­фи­ка­ции ис­то­рии в ущерб Рос­сии. Ее воз­гла­вил ди­рек­тор Ин­сти­ту­та рос­сий­ской ис­то­рии РАН Ан­дрей Са­ха­ров (не пу­тать с от­цом во­до­род­ной бом­бы и со­вет­ским дис­си­ден­том Ан­дре­ем Са­ха­ро­вым!). В со­став ко­мис­сии во­шли пре­иму­ще­ствен­но чи­нов­ни­ки выс­ше­го ран­га и де­пу­та­ты Го­су­дар­ствен­ной ду­мы РФ. Так и не вы­ра­бо­тав­шую ни­ка­кой стра­те­гии ко­мис­сию в фев­ра­ле 2012-го лик­ви­ди­ро­ва­ли.

5 мая 2014 г. Пу­тин под­пи­сал за­кон «О вне­се­нии из­ме­не­ний в от­дель­ные за­ко­но­да­тель­ные ак­ты Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции», боль­ше из­вест­ный как «за­кон Яро­вой», по фа­ми­лии его ини­ци­а­то­ра — де­пу­та­та Го­с­ду­мы РФ Ири­ны Яро­вой. Этот за­кон преду­смат­ри­ва­ет уго­лов­ное на­ка­за­ние за от­ри­ца­ние фак­тов, уста­нов­лен­ных Меж­ду­на­род­ным Нюрн­берг­ским три­бу­на­лом, и рас­про­стра­не­ние со­зна­тель­но лож­ных све­де­ний о де­я­тель­но­сти СССР в го­ды Вто­рой ми­ро­вой вой­ны. За­кон остав­ля­ет мно­го про­стран­ства для сво­бод­но­го тол­ко­ва­ния. Так что, по су­ти, речь идет о вве­де­нии цен­зу­ры.

Исто­ри­че­ская по­ли­ти­ка Рос­сии опре­де­ля­ет­ся по­ли­ти­че­ской конъ­юнк­ту­рой, ко­то­рая обу­слов­ли­ва­ет ее непо­сле­до­ва­тель­ность. С од­ной сто­ро­ны, Рос­сия от­ри­ца­ет пра­во дру­гих пе­ре­смат­ри­вать ис­то­рию вой­ны, ве­дет агрес­сив­ную ин­фор­ма­ци­он­ную по­ли­ти­ку в от­но­ше­нии стран пост­со­вет­ско­го про­стран­ства, об­ви­няя оп­по­нен­тов в фа­шиз­ме. С дру­гой — рос­сий­ское ру­ко­вод­ство не ви­дит про­ти­во­ре­чия во вве­де­нии ге­ор­ги­ев­ской лен­ты как но­во­го сим­во­ла по­бе­ды.

Ру­ко­вод­ство Рос­сии сво­ей агрес­си­ей про­тив Укра­и­ны фак­ти­че­ски раз­ру­ши­ло кол­лек­тив­ную си­сте­му без­опас­но­сти, со­здан­ную по­сле Вто­рой ми­ро­вой вой­ны. Был на­ру­шен ба­зо­вый прин­цип меж­ду­на­род­но­го пра­ва — незыб­ле­мость по­сле­во­ен­ных гра­ниц. Тем са­мым Рос­сия при­бег­ла не про­сто к пе­ре­пи­сы­ва­нию ис­то­рии, но и к юри­ди­че­ско­му пе­ре­смот­ру ре­зуль­та­тов Вто­рой ми­ро­вой вой­ны.

Ка­за­лось бы, рос­сий­ская власть долж­на бы­ла бы пе­ре­стать иг­рать с сим­во­ли­че­ским ре­сур­сом про­шло­го, ведь кар­на­вал «по­бе­до­бе­сия» уже дав­но пе­ре­шел грань ко­щун­ства. В 2012 г. груп­па жур­на­ли­стов том­ско­го те­ле­ка­на­ла ТВ-2 — Сер­гей Ко­ло­тов­кин, Сер­гей Ла­пен­ков, Игорь Дмит­ри­ев — ини­ци­и­ро­ва­ла ак­цию «Бес­смерт­ный полк». Суть ее за­клю­ча­лась в том, что­бы лю­ди 9 мая вы­шли на марш па­мя­ти с порт­ре­та­ми сво­их род­ствен­ни­ков, при­ни­мав­ших уча­стие во Вто­рой ми­ро­вой войне. Это бы­ла по­пыт­ка рос­сий­ско­го об­ще­ства со­здать аль­тер­на­ти­ву го­су­дар­ствен­ным па­ра­дам По­бе­ды, ко­то­рые пре­вра­ти­лись в те­ат­раль­ное пред­став­ле­ние со­мни­тель­но­го ка­че­ства.

Но уже с 2015 г. по ни­зо­вой ини­ци­а­ти­ве ак­ция ста­но­вит­ся ча­стью го­су­дар­ствен­ной ис­то­ри­че­ской по­ли­ти­ки РФ. Имен­но то­гда к ней при­об­щил­ся пре­зи­дент Рос­сии Вла­ди­мир Пу­тин. Прав­да, его уча­стие по­зи­ци­о­ни­ро­ва­ли как част­ное, а не как офи­ци­аль­ное.

Фак­ти­че­ски на се­го­дняш­ний день в Рос­сии есть два «Бес­смерт­ных пол­ка». Пер­вый офор­ми­ли том­ские жур­на­ли­сты как меж­ре­ги­о­наль­ное ис­то­ри­ко-пат­ри­о­ти­че­ское дви­же­ние «Бес­смерт­ный полк», в уста­ве ко­то­ро­го чет­ко про­пи­са­но, что это неком­мер­че­ская, него­су­дар­ствен­ная и непо­ли­ти­че­ская ор­га­ни­за­ция. Вто­рой полк, име­ю­щий офи­ци­аль­ное на­зва­ние «Об­ще­рос­сий­ское об­ще­ствен­ное дви­же­ние «Бес­смерт­ный полк Рос­сии» (БПР), офи­ци­аль­но за­ре­ги­стри­ро­ван 5 ок­тяб­ря 2015 г. Его воз­глав­ля­ет де­пу­тат Го­су­дар­ствен­ной ду­мы РФ Ни­ко­лай Зем­цов.

В луч­ших тра­ди­ци­ях «сов­ка» БПР раз­да­ет школь­ни­кам и сту­ден­там порт­ре­ты, с ко­то­ры­ми они долж­ны ид­ти па­рад­ным хо­дом. Вме­сто ак­ции че­ство­ва­ния се­мей­ной па­мя­ти о Ве­ли­кий Оте­че­ствен­ной этот полк ста­но­вит­ся ин­стру­мен­том го­су­дар­ствен­но­го пат­ри­о­ти­че­ско­го вос­пи­та­ния мо­ло­де­жи. Как за­ме­тил один из ав­то­ров аутен­тич­но­го «Бес­смерт­но­го пол­ка» Сер­гей Ла­пен­ков, полк пре­вра­ща­ет­ся в ри­ту­ал. Несколь­ко по­след­них лет по­доб­ную ак­цию 9 мая про­во­дят в Ки­е­ве. Вме­сто ге­ор­ги­ев­ской лен­ты укра­ин­ско­му об­ще­ству пред­ла­га­ют но­вую иг­ру.

Уме­стить все ми­фы о Вто­рой ми­ро­вой в объ­ем од­ной ста­тьи невоз­мож­но, и глав­ное — по­нять, что в оберт­ке Ве­ли­кий Оте­че­ствен­ной Рос­сия при­нес­ла в Укра­и­ну вой­ну.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.