Оли­гар­хи­че­ская гид­ра пря­мых ино­стран­ных инвестиций: от мак­ро­фи­нан­со­вой неста­биль­но­сти к тех­но­ло­ги­че­ско­му от­ста­ва­нию

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Вик­тор КОЗЮК, д.э.н., про­фес­сор, член Со­ве­та НБУ

Па­ра­док­сы дви­же­ния ка­пи­та­ла

Дис­кус­сии о ро­ли пря­мых ино­стран­ных инвестиций (ПИИ) в эко­но­ми­че­ском раз­ви­тии про­дол­жа­ют­ся уже по­чти пол­сто­ле­тия. Во­пре­ки утвер­жде­нию скеп­ти­ков, что ПИИ су­ще­ствен­но не вли­я­ют на эко­но­ми­че­ский про­гресс, боль­шин­ство ис­сле­до­ва­ний ука­зы­ва­ют на пря­мые и кос­вен­ные по­ло­жи­тель­ные эф­фек­ты та­ких инвестиций. При­чем кон­ку­рен­ция за при­вле­ка­тель­ность стра­ны для при­то­ка ПИИ су­ще­ствен­но уси­ли­лась, и это яв­но дис­со­ни­ру­ет с раз­мыш­ле­ни­я­ми о неваж­но­сти этих инвестиций.

Тра­ди­ци­он­ный взгляд на дви­же­ние ка­пи­та­ла пред­по­ла­га­ет, что имен­но бед­ные стра­ны яв­ля­ют­ся его ре­ци­пи­ен­та­ми. Бо­лее вы­со­кие нор­мы от­да­чи на ка­пи­тал, бо­лее низ­кие за­тра­ты на опла­ту тру­да, бо­лее ве­ро­ят­ные пре­фе­рен­ци­аль­ные ре­жи­мы функ­ци­о­ни­ро­ва­ния. Дви­же­ние про­из­вод­ствен­ных фак­то­ров про­ис­хо­дит в со­от­вет­ствии с дей­стви­ем за­ко­на еди­ной це­ны. Та­кой под­ход по­лу­чил название «нео­клас­си­че­ский взгляд на дви­же­ние ка­пи­та­ла», или «дви­же­ние ка­пи­та­ла Се­вер—юг».

Но функ­ци­о­ни­ро­ва­ние гло­баль­ной эко­но­ми­ки де­мон­стри­ру­ет несколь­ко иную кар­ти­ну. Зна­чи­тель­ная до­ля ПИИ со­сре­до­та­чи­ва­ет­ся в раз­ви­тых стра­нах, ста­но­вясь про­дол­же­ни­ем ин­тра­сек­тор­ной тор­гов­ли. По­то­ки ка­пи­та­ла крайне чув­стви­тель­ны к ка­че­ству ин­сти­ту­тов. Осо­бен­но это ка­са­ет­ся ПИИ, в ос­нов­ном по­сту­па­ю­щих в стра­ны, где име­ет ме­сто вер­хо­вен­ство пра­ва (за­щи­та прав ин­ве­сто­ров, га­ран­тии вы­пол­не­ния кон­трак­тов, от­сут­ствие рей­дер­ства, за­щи­та конкуренции, свободный до­ступ к ре­сур­сам и ин­фра­струк­ту­ре и т.п.). Вы­го­ды от гло­баль­ной фи­нан­со­вой ин­те­гра­ции по­яв­ля­ют­ся только по­сле до­сти­же­ния опре­де­лен­но­го по­ро­га ка­че­ства ин­сти­ту­тов. И самое глав­ное, дви­же­ние ка­пи­та­ла Се­вер—юг не яв­ля­ет­ся им­пе­ра­ти­вом функ­ци­о­ни­ро­ва­ния гло­баль­ной эко­но­ми­ки. Дви­же­ние ка­пи­та­ла в про­ти­во­по­лож­ном на­прав­ле­нии не ме­нее зна­чи­мо.

От­вет на во­прос, по­че­му ка­пи­та­лы дви­га­ют­ся в на­прав­ле­нии Юг—се­вер, хо­тя тео­ре­ти­че­ски долж­на на­блю­дать­ся про­ти­во­по­лож­ная кар­ти­на, пре­иму­ще­ствен­но яв­ля­ет­ся ин­сти­ту­ци­о­наль­ным. Если аб­стра­ги­ро­вать­ся от на­коп­ле­ния зна­чи­тель­ных внеш­них ак­ти­вов мно­ги­ми стра­на­ми с фор­ми­ру­ю­щи­ми­ся рын­ка­ми (ва­лют­ные ре­зер­вы, фон­ды су­ве­рен­но­го бо­гат­ства), а так­же от то­го, что наи­бо­лее раз­ви­тые стра­ны со сред­ни­ми до­хо­да­ми так­же могут вести экс­пан­сию ре­аль­но­го ка­пи­та­ла на рын­ки раз­ви­тых стран, то ос­нов­ной мо­тив от­то­ка ка­пи­та­ла из юрис­дик­ций, ко­то­рые долж­ны бы­ли бы быть его ре­ци­пи­ен­та­ми, — вло­же­ние в ак­ти­вы, га­ран­ти­ру­ю­щие бо­лее вы­со­кий уро­вень за­щи­ты прав соб­ствен­но­сти и кон­фи­ден­ци­аль­но­сти.

Под это опре­де­ле­ние под­па­да­ет ши­ро­кий круг эко­но­ми­че­ской ак­тив­но­сти: от ле­га­ли­за­ции до­хо­дов, по­лу­чен­ных неза­кон­ным пу­тем, до вы­во­да ак­ти­вов из-под рис­ка экс­про­при­а­ции. То есть любой риск то ли ба­наль­но­го рей­дер­ства, то ли по­ли­ти­че­ски мо­ти­ви­ро­ван­но­го пе­ре­рас­пре­де­ле­ния ак­ти­вов внут­ри стра­ны, то ли давления с це­лью при­сво­е­ния со сто­ро­ны ре­гу­ля­тор­ных ор­га­нов, жаж­ду­щих кор­руп­ци­он­ной рен­ты, ав­то­ма­ти­че­ски ге­не­ри­ру­ет за­щит­ную ре­ак­цию со сто­ро­ны эко­но­ми­че­ских аген­тов. То, что из­вест­но как «бег­ство ка­пи­та­ла» (capital drain), очень ча­сто не столь­ко име­ет уго­лов­ную при­ро­ду, сколь­ко яв­ля­ет­ся спо­со­бом ди­вер­си­фи­ка­ции рис­ков пу­тем фор­ми­ро­ва­ния порт­фе­ля ак­ти­вов, ко­то­рый бы ба­лан­си­ро­вал по­ток до­хо­дов и за­щи­ту прав соб­ствен­но­сти.

Связь между ка­че­ством ин­сти­ту­тов и дви­же­ни­ем ка­пи­та­ла Юг—се­вер оче­вид­на. Сла­бые ин­сти­ту­ты не га­ран­ти­ру­ют пра­во соб­ствен­но­сти. Вы­со­кие рис­ки экс­про­при­а­ции вы­тал­ки­ва­ют ка­пи­тал из бо­лее бед­ных стран, при­том что та­кие стра­ны яв­ля­ют­ся ка­пи­та­ло­де­фи­цит­ны­ми. От­сут­ствие со­ци­аль­но­го со­гла­сия, со­рев­но­ва­тель­ный по­пу­лизм или «хищ­ни­че­ство элит», обу­слов­ли­вая по­сто­ян­ную кон­ку­рент­ную борь­бу за до­ступ к рен­те, яв­ля­ют­ся мощ­ны­ми фак­то­ра­ми по­сто­ян­но­го рис­ка пе­ре­рас­пре­де­ле­ния ак­ти­вов в эко­но­ми­ке.

До­пол­ни­тель­ным ис­точ­ни­ком та­ко­го рис­ка яв­ля­ет­ся неяв­ное об­ще­ствен­ное со­гла­сие от­но­си­тель­но ре­зуль­та­тов при­ва­ти­за­ции. Не­чест­ная, неспра­вед­ли­вая и неэф­фек­тив­ная при­ва­ти­за­ция все­гда будет под­ни­мать во­прос о пе­ре­смот­ре ее ре­зуль­та­тов. В де­мо­кра­ти­че­ском об­ще­стве нель­зя от­бра­сы­вать то­го, что постановка та­ко­го во­про­са может опи­рать­ся и на ле­ги­тим­ные, и на за­кон­ные ос­но­ва­ния, ина­че это не был бы по­ли­ти­че­ский ре­жим, га­ран­ти­ру­ю­щий за­кон­ность. Это не яв­ля­ет­ся сла­бым ме­стом де­мо­кра­тии. Ско­рее, де­мо­кра­тия, которая не может со­здать возможности для раз­ви­тия аль­тер­на­тив­ных биз­не­сов и оста­ет­ся уяз­ви­мой к хо­зяй­ствен­ным ре­ше­ни­ям от­дель­ных биз­нес-групп, де­мон­стри­ру­ет на­мно­го боль­ше сла­бо­сти. Та­кой сла­бо­стью могут поль­зо­вать­ся те, кто стре­мит­ся про­стей­шим спо­со­бом при­бег­нуть к от­чуж­де­нию ак­ти­вов. По­это­му по­иск луч­шей за­щи­ты прав соб­ствен­но­сти яв­ля­ет­ся за­ко­но­мер­ной при­чи­ной от­то­ка ка­пи­та­лов. И эта пробле­ма яв­ля­ет­ся ин­сти­ту­ци­о­наль­ной или по­ли­ти­че­ской ров­но в той сте­пе­ни, в ко­то­рой со­че­та­ют­ся и ре­а­ли­зу­ют­ся мо­ти­вы и спо­со­бы давления на эко­но­ми­че­ских аген­тов — вла­дель­цев ак­ти­вов.

Оли­гар­хизм и дви­же­ние ка­пи­та­лов

У оли­гар­хи­че­ской мо­де­ли эко­но­ми­ки есть несколь­ко клю­че­вых при­зна­ков, вно­ся­щих су­ще­ствен­ные ис­ка­же­ния в тра­ди­ци­он­ное по­ни­ма­ние дви­же­ния ка­пи­та­лов как по век­то­ру Се­вер— Юг, так и по век­то­ру Юг—се­вер. Это свя­за­но с ря­дом мо­мен­тов, вы­те­ка­ю­щих из са­мой сущ­но­сти оли­гар­хиз­ма. Ос­нов­ной мо­тив по­ве­де­ния оли­гар­хов со­сто­ит в мак­си­ми­за­ции ак­ти­вов. Мак­си­маль­ное при­сво­е­ние рен­ты с за­хва­чен­ных ак­ти­вов не тож­де­ствен­но по­ня­тию мак­си­ми­за­ции при­бы­ли из учеб­ни­ков по мик­ро­эко­но­ми­ке.

Мак­си­ми­за­ция ак­ти­вов уве­ли­чи­ва­ет по­ли­ти­че­ский вес и фор­ми­ру­ет пред­по­сыл­ки для до­ми­ни­ро­ва­ния, на ос­но­ва­нии че­го обес­пе­чи­ва­ет­ся од­но­вре­мен­но:

— им­пли­цит­ный уро­вень при­быль­но­сти, яв­но пре­вы­ша­ю­щий так на­зы­ва­е­мую нор­маль­ную при­быль;

— по­ли­ти­че­ская за­щи­та ак­ти­вов, уже на­хо­дя­щих­ся во вла­де­нии;

— ба­за для даль­ней­шей экс­пан­сии;

— ге­не­ри­ро­ва­ние ре­сур­сов для кон­тро­ля над об­ще­ством, на­при­мер че­рез масс-ме­диа, экс­перт­ные цен­тры, пря­мой подкуп по­ли­ти­ков или опи­ни­он-ли­де­ров;

— «за­хват ре­гу­ля­то­ров» (regulators capture), по­ли­ти­ка ко­то­рых сде­ла­ет воз­мож­ным не про­сто ло­яль­ность, а бла­го­при­ят­ную ре­гу­ля­тор­ную сре­ду для при­сво­е­ния рен­ты (вход­ные ба­рье­ры, це­мен­ти­ро­ва­ние мо­но­поль­но­го по­ло­же­ния, та­ри­фы, на­ло­го­об­ло­же­ние, ва­лют­ный курс, бюд­жет­ные транс­фер­ты, ре­жим опе­ра­ций с ин­сай­де­ра­ми и т.п.).

При­ни­мая во внимание огра­ни­чен­ный ха­рак­тер ак­ти­вов в эко­но­ми­ке и кон­ку­рен­цию за кон­троль над ни­ми, образование рав­но­ве­сия в до­сту­пе к но­вым ис­точ­ни­кам обо­га­ще­ния и в до­сту­пе к га­ран­ти­ям по­ли­ти­че­ской за­щи­ты уже за­хва­чен­ных ак­ти­вов не яв­ля­ет­ся ис­клю­чи­тель­но эко­но­ми­че­ским фе­но­ме­ном. Он яв­но сме­щен в по­ли­ти­че­скую плос­кость. Это де­ла­ет про­цес­сы оли­гар­хи­че­ско­го кон­тро­ля над эко­но­ми­кой чув­стви­тель­ны­ми к элек­то­раль­ным мо­мен­там.

Чем от­но­си­тель­но бо­лее раз­ви­ты­ми бу­дут фор­маль­ные ин­сти­ту­ты де­мо­кра­тии и чем кон­цен­три­ро­ван­нее будет ре­аль­ная власть оли­гар­хов, тем бо­лее ве­ро­ят­ны кон­флик­ты по по­во­ду пе­ре­рас­пре­де­ле­ния ак­ти­вов. В та­кой си­ту­а­ции по­ли­ти­ка, ори­ен­ти­ро­ван­ная на умень­ше­ние вла­сти оли­гар­хов, апри­о­ри может вы­гля­деть по­пу­лиз­мом из-за возможности ру­ко­во­ди­те­лей биз­не­с­групп шан­та­жи­ро­вать по­ли­ти­ков и чле­нов пра­ви­тель­ства за­ня­то­стью, экс­порт­ной вы­руч­кой, под­дер­жа­ни­ем про­из­вод­ства кри­ти­че­ски важ­ных благ и т.п. Кро­ме это­го, со­хра­ня­ют­ся су­ще­ствен­ные рис­ки пе­ре­рас­пре­де­ле­ния ак­ти­вов, если по­ли­ти­ки ис­поль­зу­ют­ся в конкуренции между оли­гар­ха­ми. Даль­ней­шая экс­пан­сия каж­до­го из них будет воз­мож­на ис­клю­чи­тель­но при по­ли­ти­че­ском про­тек­то­ра­те или при пря­мом со­дей­ству­ю­щем по­ли­ти­че­ском уча­стии, что, есте­ствен­но, рас­ша­ты­ва­ет оли­гар­хи­че­ский ста­тус-кво и уси­ли­ва­ет риск утра­ты по­зи­ций от­дель­ны­ми биз­нес-груп­па­ми.

Во­про­сы о при­ва­ти­за­ции в этом плане по­ка­за­тель­ны. Ко­гда пе­ре­рас­пре­де­ле­ние ак­ти­вов уже со­сто­я­лось, и на его ос­но­ве сфор­ми­ро­вал­ся опре­де­лен­ный ста­тускво по­тен­ци­а­ла вли­я­ния на по­ли­ти­че­скую власть со сто­ро­ны клю­че­вых эко­но­ми­че­ских иг­ро­ков, воз­врат к идее вос­ста­нов­ле­ния спра­вед­ли­во­сти при­ва­ти­за­ции яв­ля­ет­ся не про­сто раз­ру­ше­ни­ем та­ко­го ста­тус-кво, а ма­ни­фе­ста­ци­ей рис­ков экс­про­при­а­ции. Ни­кто не может пред­ви­деть то­го, ка­кие ло­зун­ги под­ни­мут на свои зна­ме­на «на­род­ные три­бу­ны». По­это­му про­стей­шим спо­со­бом га­ран­ти­ро­вать элек­то­раль­ную «эко­но­ми­че­скую невы­год­ность» для любой по­ли­ти­че­ской си­лы под­ни­мать во­прос об из­ме­не­нии ста­тус-кво в рас­пре­де­ле­нии ак­ти­вов будет спо­соб­ность вли­ять на эко­но­ми­че­скую си­ту­а­цию и в ито­ге ма­ни­пу­ли­ро­вать мак­ро­фи­нан­со­вой ста­биль­но­стью с элек­то­раль­ной це­лью.

«Эко­но­ми­че­ская мо­дель» по­ве­де­ния оли­гар­хи­че­ской биз­нес-груп­пы непо­сред­ствен­но ка­са­ет­ся дви­же­ния ка­пи­та­лов. В наи­бо­лее ла­ко­нич­ной фор­ме по­доб­ную мо­дель можно све­сти к фор­ми­ро­ва­нию се­тей дви­же­ния ка­пи­та­ла та­ким об­ра­зом, что­бы его при­то­ки и от­то­ки бы­ли жест­ко син­хро­ни­зи­ро­ва­ны с воз­мож­но­стя­ми:

— при­сва­и­вать чрез­мер­ные до­хо­ды;

— со­хра­нять по­ли­ти­че­ские га­ран­тии непри­кос­но­вен­но­сти ак­ти­вов;

— огра­ни­чи­вать по­тен­ци­аль­ные на­ме­ре­ния от­ме­нить та­кие га­ран­тии;

— фор­ми­ро­вать до­пол­ни­тель­ные источники даль­ней­шей экс­пан­сии в эко­но­ми­ке и по­ли­ти­ке и т.д.

Ко­неч­но, сле­ду­ет при­ба­вить об­ход ре­гу­ля­тор­ных огра­ни­че­ний, на­при­мер в фи­нан­со­вом сек­то­ре (раз­мы­ва­ние струк­ту­ры соб­ствен­но­сти бан­ков и за­ем­щи­ков яв­ля­ет­ся по­ка­за­тель­ным при­ме­ром об­хо­да огра­ни­че­ний на ин­сай­дер­ское кредитование, поз­во­ля­ю­щее кон­цен­три­ро­вать рис­ки и ми­ни­ми­зи­ро­вать соб­ствен­ное уча­стие в ка­пи­та­ле), или со­зда­ние транс­гра­нич­ных вер­ти­каль­но ин­те­гри­ро­ван­ных струк­тур там, где не уда­ет­ся пре­одо­леть фор­маль­ные тор­го­вые огра­ни­че­ния.

Из это­го сле­ду­ет, что оли­гар­хи­че­ская мо­дель дви­же­ния ка­пи­та­лов будет преду­смат­ри­вать со­че­та­ние их и вы­ве­де­ния, и за­ве­де­ния. Вы­ве­де­ние будет мо­ти­ви­ро­вать­ся необ­хо­ди­мо­стью фор­ми­ро­ва­ния порт­фе­ля ак­ти­вов, ко­то­рый бы га­ран­ти­ро­вал при­ем­ле­мый уро­вень рис­ка экс­про­при­а­ции на еди­ни­цу до­ход­но­сти, об­хо­да ре­гу­ля­тор­ных огра­ни­че­ний, по­ис­ка луч­ше­го ба­лан­са между защитой прав соб­ствен­но­сти и кон­фи­ден­ци­аль­но­стью и т.п. Транс­ферт­ное це­но­об­ра­зо­ва­ние яв­ля­ет­ся про­стей­шим спо­со­бом обес­пе­че­ния дви­же­ния ка­пи­та­лов из стра­ны. Но од­ним из важ­ней­ших мо­ти­вов вы­ве­де­ния яв­ля­ет­ся то, что та­кие сред­ства яв­ля­ют­ся «ин­сти­ту­ци­о­наль­но очи­щен­ным» ис­точ­ни­ком фи­нан­си­ро­ва­ния экс­пан­сии в стране про­ис­хож­де­ния (за­ве­де­ния). Имен­но та­кая мо­дель поз­во­ля­ет и про­дол­жать экс­пан­сию, и об­хо­дить ре­гу­ля­тор­ные ба­рье­ры, и огра­ни­чи­вать возможности кон­ку­рен­тов по рей­дер­ским за­хва­там, и ми­ни­ми­зи­ро­вать рис­ки экс­про­при­а­ции со сто­ро­ны нело­яль­ных по­ли­ти­че­ских сил, и фор­ми­ро­вать мак­ро­фи­нан­со­вые усло­вия в стране в со­от­вет­ствии с раз­вер­ты­ва­ни­ем элек­то­раль­ных про­цес­сов.

В бо­лее ши­ро­ком по­ни­ма­нии в оли­гар­хи­че­ской эко­но­ми­ке дви­же­ние ка­пи­та­лов про­ис­хо­дит и по век­то­ру Юг—се­вер (вы­ве­де­ние), и по век­то­ру Се­вер—юг (за­ве­де­ние). Ис­поль­зо­ва­ние юрис­дик­ций с низким уров­нем на­ло­го­об­ло­же­ния при­бы­ли ча­сто по­рож­да­ет ил­лю­зию при­то­ка ПИИ из раз­ви­тых стран. Но, в от­ли­чие от тра­ди­ци­он­ных ПИИ, та­кое ин­ве­сти­ро­ва­ние не при­вно­сит один из са­мых важ­ных кос­вен­ных по­зи­ти­вов — тех­но­ло­ги­че­ских спил­ло­ве­ров (эф­фек­ты пе­ре­ли­ва­ния: но­вые зна­ния, но­вые технологии, но­вые прин­ци­пы по­стро­е­ния биз­не­са и ор­га­ни­за­ции про­из­вод­ства и ме­недж­мен­та и т.п.), ко­то­рые, соб­ствен­но, и обес­пе­чи­ва­ют дол­го­сроч­ный по­ло­жи­тель­ный тренд про­из­во­ди­тель­но­сти тру­да, что яв­ля­ет­ся ос­но­вой эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия.

В са­мом ра­ди­каль­ном слу­чае стра­на ока­зы­ва­ет­ся не с ва­ри­ан­том вы­бо­ра между хо­ро­ши­ми и ус­лов­но хо­ро­ши­ми ин­ве­сти­ци­я­ми (без тех­но­ло­ги­че­ских спил­ло­ве­ров), а с ва­ри­ан­том вы­бо­ра между ус­лов­но хо­ро­ши­ми ин­ве­сти­ци­я­ми и их отсутствием, если не ска­зать — их бег­ством. Чем бо­лее неустой­чив оли­гар­хи­че­ский ста­тускво и чем бо­лее на­элек­три­зо­ва­но об­ще­ство, тем боль­шую функ­ци­о­наль­ную окрас­ку будет при­об­ре­тать об­ра­зо­ван­ная сеть вы­ве­де­ния-за­ве­де­ния ка­пи­та­лов биз­нес-груп­па­ми. Из об­слу­жи­ва­ния ис­клю­чи­тель­но эко­но­ми­че­ских мо­ти­вов она пре­вра­ща­ет­ся в ак­тив­ный по­ли­ти­че­ский фактор. Из­вест­ную мо­дель мак­ро­фи­нан­со­вых кри­зи­сов в стра­нах с фор­ми­ру­ю­щи­ми­ся рын­ка­ми — Sudden Stop (вне­зап­ная оста­нов­ка при­то­ка ка­пи­та­лов) — можно пе­ре­фра­зи­ро­вать: наи­бо­лее оли­гар­хи­зи­ро­ван­ные стра­ны оказываются в ло­вуш­ке ин­сти­ту­ци­о­наль­ных «вне­зап­ных оста­но­вок» при­то­ка ка­пи­та­лов. Из­ме­не­ние в ха­рак­те­ре га­ран­тий вла­де­ния ак­ти­ва­ми и при­сво­е­ния рен­ты с та­ко­го вла­де­ния бу­дут озна­чать кри­зис пла­теж­но­го ба­лан­са.

Укра­и­на: ПИИ и на­сколь­ко они ПИИ

О по­ступ­ле­нии ПИИ в Укра­и­ну, их струк­ту­ре и, самое глав­ное, стране про­ис­хож­де­ния на­пи­са­на не одна пе­чаль­ная ис­то­рия. По­ни­ма­ни­ем ин­сти­ту­ци­о­наль­но­го про­ва­ла в их при­вле­че­нии уже по­чти ни­ко­го не уди­вишь. Рей­тинг успеш­но­сти в при­вле­че­нии ПИИ (Inward FDI Performance Index) (рис. 1) ука­зы­ва­ет на то, что Укра­и­на оста­ет­ся аут­сай­де­ром по сво­ей при­вле­ка­тель­но­сти для за­ру­беж­но­го ка­пи­та­ла. Од­ним из сви­де­тельств это­го яв­ля­ет­ся то, что сре­ди ин­ве­сто­ров нет прак­ти­че­ски ни од­ной гло­баль­ной ком­па­нии — ли­де­ра в сек­то­ре ма­ши­но­стро­е­ния или дру­гих вы­со­ко­тех­но­ло­гич­ных сек­то­рах. Оте­че­ствен­ные про­из­во­ди­те­ли не во­вле­че­ны ак­тив­но в гло­баль­ные се­ти со­зда­ния до­бав­лен­ной сто­и­мо­сти, на их пло­щад­ках не со­би­ра­ют го­то­вые из­де­лия для даль­ней­ше­го экс­пор­та.

Как след­ствие, объ­е­мы при­вле­че­ния ПИИ в Укра­и­ну по срав­не­нию с на­ши­ми за­пад­ны­ми со­се­дя­ми по­мо­га­ют уви­деть чет­кую кар­ти­ну то­го, как разо­шлись ин­сти­ту­ци­о­наль­ные тра­ек­то­рии пост­со­ци­а­ли­сти­че­ских стран. Из рис. 2 вид­но, что сред­не­го­до­вые объ­е­мы при­то­ка ПИИ (inflow) в течение 1993– 2017 гг. в Укра­ине на уровне 3308,8 млн долл. США уступают всем при­ве­ден­ным стра­нам, кро­ме Сло­ва­кии. Но по объ­е­му на­коп­лен­ных ПИИ (stock) оте­че­ствен­ная эко­но­ми­ка усту­па­ет всем, при­том что чис­лен­ность на­се­ле­ния в Укра­ине срав­ни­ма с ко­ли­че­ством на­се­ле­ния ука­зан­ных стран, вме­сте взя­тых.

Раз­ни­ца в объ­е­мах при­то­ка и на­коп­ле­ния ПИИ во мно­гом объ­яс­ня­ет­ся ин­сти­ту­ци­о­наль­ны­ми фак­то­ра­ми, не только по­ощ­ря­ю­щи­ми при­ток, но так­же предот­вра­ща­ю­щи­ми от­ток. По­зи­ции Укра­и­ны в рей­тин­гах раз­но­об­раз­ных оце­нок ка­че­ства ин­сти­ту­тов вы­зы­ва­ют, ско­рее, фа­таль­ную грусть, чем раз­дра­же­ние. Для при­ме­ра, по ин­дек­су Rule of Law на 2016 г. (рас­счи­ты­ва­ет­ся Все­мир­ным бан­ком) Укра­и­на занимает 147-е ме­сто, в то вре­мя как Поль­ша — 46-е. По ин­дек­су Regulatory Quality на 2016 г. (то­же рас­счи­ты­ва­ет­ся Все­мир­ным бан­ком), со­от­вет­ствен­но, 121-е и 39-е.

Про­стой при­мер с эти­ми дву­мя ин­дек­са­ми чет­ко ука­зы­ва­ет на оче­вид­ную про­бле­му: низ­кий уро­вень за­щи­ты прав и низ­кое ка­че­ство регулирования яв­ля­ют­ся отоб­ра­же­ни­ем об­щей ин­сти­ту­ци­о­наль­ной сла­бо­сти. В та­кой сре­де как запросы по из­ме­не­нию ста­тус-кво в рас­пре­де­ле­нии ак­ти­вов, так и запросы по кон­ку­рент­ной экс­пан­сии за до­ступ к рен­те оди­на­ко­во воз­мож­ны. А учи­ты­вая факт рос­сий­ской агрес­сии, можно с уве­рен­но­стью ска­зать, что внешний фактор с лег­ко­стью ма­ни­пу­ли­ру­ет те­ми, кто хо­чет в наи­боль­шей сте­пе­ни вос­поль­зо­вать­ся та­кой сла­бо­стью ин­сти­ту­тов ра­ди соб­ствен­но­го бла­го­со­сто­я­ния, правда, за счет на­ци­о­наль­но­го су­ве­ре­ни­те­та. Не­слу­чай­но по ин­дек­су Political Stability (ана­ло­гич­но, рас­счи­ты­ва­ет­ся Все­мир­ным бан­ком) Укра­и­на занимает 183-е ме­сто, то­гда как Поль­ша — 65-е.

По­зи­ци­о­ни­ро­ва­ние Укра­и­ны в ко­ор­ди­на­тах данных ин­сти­ту­ци­о­наль­ных мет­рик чет­ко ука­зы­ва­ет, что фруст­ра­ция вер­хо­вен­ства пра­ва, де­гра­да­ция регулирования и по­ли­ти­че­ская неста­биль­ность яв­ля­ют­ся имен­но той сре­дой, которая пи­та­ет оли­гар­хи­че­скую мо­дель дви­же­ния ка­пи­та­лов. Вы­ве­де­ние ка­пи­та­лов за гра­ни­цу яв­ля­ет­ся спо­со­бом фор­ми­ро­ва­ния порт­фе­ля ак­ти­вов, ме­нее чув­стви­тель­но­го к по­ли­ти­че­ским рис­кам. За­ве­де­ние — фи­нан­си­ро­ва­ния экс­пан­сии та­ким об­ра­зом, что­бы но­вые ак­ти­вы в мень­шей сте­пе­ни под­па­да­ли под риск экс­про­при­а­ции и поз­во­ля­ли об­хо­дить ре­гу­ля­тор­ные ба­рье­ры. Вме­сте с тем, пы­та­ясь сни­зить по­ли­ти­че­ские рис­ки вла­де­ния ак­ти­ва­ми и при­сво­е­ния рен­ты с них, мо­ти­вы от­но­си­тель­но дви­же­ния ка­пи­та­лов по­ли­ти­че­ски струк­ту­ри­ро­ва­ны — от инвестиций под им­пли­цит­ные га­ран­тии до бег­ства во вре­мя ка­ден­ции нело­яль­ных сил при вла­сти.

Можно ли убе­дить­ся в этом с по­мо­щью данных? Для это­го необ­хо­ди­мо со­от­не­сти несколь­ко по­ка­за­те­лей: рост ре­аль­но­го ВВП, ин­декс им­порт­ных цен оте­че­ствен­но­го сы­рье­во­го экс­пор­та, ПИИ в Укра­и­ну (кро­ме вло­же­ний в фи­нан­со­вые ком­па­нии), до­лю ПИИ (кро­ме фи­нан­со­вых ком­па­ний), яв­ля­ю­щих­ся вло­же­ни­я­ми со сто­ро­ны нере­зи­ден­тов, кон­тро­ли­ру­е­мых ре­зи­ден­та­ми (так на­зы­ва­е­мые round-tripping ин­ве­сти­ции) (рис. 3). Осо­бен­но­стью round-tripping инвестиций яв­ля­ет­ся то, что они фак­ти­че­ски осу­ществ­ля­ют­ся за сред­ства, уже вы­ве­ден­ные из стра­ны­ре­ци­пи­ен­та. По­че­му вы­би­ра­ет­ся имен­но по­ка­за­тель сы­рье­вой конъ­юнк­ту­ры? От­вет кро­ет­ся не только в зна­че­нии сы­рье­во­го сек­то­ра в струк­ту­ре оте­че­ствен­но­го про­из­вод­ства и экс­пор­та. Имен­но сек­то­ры сы­рье­во­го экс­пор­та под­па­да­ют под оли­гар­хи­че­ское до­ми­ни­ро­ва­ние. И имен­но по экс­пор­ту сы­рья лег­че все­го при­бег­нуть к транс­ферт­но­му це­но­об­ра­зо­ва­нию. Со­от­вет­ствен­но, вы­ве­ден­ные че­рез ка­на­лы сы­рье­во­го экс­пор­та сред­ства яв­ля­ют­ся наи­бо­лее до­ступ­ным ис­точ­ни­ком фи­нан­си­ро­ва­ния ин­ве­сти­ци­он­ной экс­пан­сии.

В со­от­вет­ствии с дан­ны­ми рис. 3 можно вы­явить сле­ду­ю­щие за­ко­но­мер­но­сти. Эко­но­ми­че­ский рост до­воль­но чет­ко син­хро­ни­зи­ро­ван с цик­лом сы­рье­вых цен. В неко­то­рой ме­ре функ­ция ро­ста яв­ля­ет­ся сгла­жен­ным отоб­ра­же­ни­ем функ­ции сы­рье­вых цен. Та­кая вы­со­кая за­ви­си­мость эко­но­ми­че­ской ди­на­ми­ки в Укра­ине от сы­рье­вой конъ­юнк­ту­ры не выглядит стран­ной, учи­ты­вая на­ше вос­при­я­тие оте­че­ствен­ной эко­но­ми­ки как сы­рье­вой. Но по ин­дек­су эко­но­ми­че­ской слож­но­сти Укра­и­на опе­ре­жа­ет мно­гие дру­гие да­же до­ста­точ­но раз­ви­тые стра­ны. На­при­мер, сред­нее зна­че­ние ин­дек­са эко­но­ми­че­ской слож­но­сти Укра­и­ны за 1999– 2016 гг. со­став­ля­ет 0,35, а для Ав­стра­лии — 0,5, для Новой Зе­лан­дии — 0,1. Для при­ме­ра, для 68 бо­га­тых ре­сур­са­ми стран сред­нее зна­че­ние это­го ин­дек­са рав­ня­ет­ся 0,67. Та­кой па­ра­докс го­во­рит о том, что про­из­вод­ство бо­лее слож­ной про­дук­ции не на­хо­дит­ся в зоне ин­те­ре­са тех, кто спо­со­бен из­вле­кать из эко­но­ми­ки сы­рье­вую рен­ту.

По­ве­де­ние ПИИ в ре­аль­ный сек­тор во­об­ще де­мон­стри­ру­ет бо­лее низ­кую обу­слов­лен­ность це­но­вой конъ­юнк­ту­рой сы­рье­вых рын­ков, чем round-tripping ПИИ. По­след­ние чет­че кор­ре­ли­ру­ют с ди­на­ми­кой сы­рье­вых цен, по край­ней ме­ре, до 2014 г.

Кро­ме сы­рье­вой со­став­ля­ю­щей, в ди­на­ми­ке по­след­них про­сле­жи­ва­ет­ся чув­стви­тель­ность к по­ли­ти­че­ским со­бы­ти­ям. Они рос­ли до 2012 г. мед­лен­нее об­щей ве­ли­чи­ны ПИИ в ре­аль­ный сек­тор, но в 2013 г. на­ча­ли па­дать быст­рее. В 2014 г. они превратились в мас­штаб­ный от­ток. И если об­щие ПИИ не про­де­мон­стри­ро­ва­ли су­ще­ствен­но­го сжа­тия в са­мый кри­ти­че­ский для на­шей стра­ны период, то имен­но round-tripping ин­ве­сти­ции де­мон­стри­ру­ют свою «пре­да­тель­скую» на­ту­ру. Вос­ста­нов­ле­ние же та­ких инвестиций с 2016 г. про­ис­хо­дит зна­чи­тель­но мед­лен­нее, чем об­ще­го объ­е­ма ПИИ в ре­аль­ный сек­тор.

От­ли­чия в по­ве­де­нии roundtripping ПИИ до Ре­во­лю­ции до­сто­ин­ства и на­ча­ла рос­сий­ской агрес­сии и по­сле нее ука­зы­ва­ют на оче­вид­ную ло­ги­ку оли­гар­хи­че­ской мо­де­ли дви­же­ния ка­пи­та­ла. При­ток инвестиций про­ис­хо­дил под им­пли­цит­ные га­ран­тии. А от­ток обу­слов­лен тем, что в 2014 г. из­ме­нил­ся по­ли­ти­че­ский ста­тус-кво. Та­кой от­ток чет­ко про­де­мон­стри­ро­вал по­пыт­ки от­дель­ных оли­гар­хи­че­ских групп ми­ни­ми­зи­ро­вать рис­ки по­терь от вой­ны и по­тен­ци­аль­но­го пе­ре­рас­пре­де­ле­ния соб­ствен­но­сти. От­сут­ствие им­пли­цит­ных га­ран­тий от­но­си­тель­но экс­пан­сии биз­нес-групп по­сле 2014 г. яв­ля­ет­ся бо­лее ве­со­мым ар­гу­мен­том для объ­яс­не­ния их по­ве­де­ния по за­ве­де­нию ка­пи­та­лов по срав­не­нию, на­при­мер, с ро­лью сы­рье­вых цен.

По­ли­ти­че­ская ло­яль­ность вла­сти к та­ким ин­ве­сто­рам яв­ля­ет­ся ве­со­мым драй­ве­ром вло­же­ния средств в эко­но­ми­ку. В сущ­но­сти, ин­ве­сти­ци­он­ная ак­тив­ность под­дер­жи­ва­ет­ся не только сы­рье­вым цик­лом, а так­же тем, как с по­мо­щью вы­ве­ден­ных средств бу­дут про­фи­нан­си­ро­ва­ны ин­ве­сти­ции, но уже в из­ме­нен­ном ин­сти­ту­ци­о­наль­ном из­ме­ре­нии. С бо­лее вы­со­ки­ми га­ран­ти­я­ми прав соб­ствен­но­сти. С воз­мож­но­стя­ми раз­во­ро­та ин­ве­сти­ци­он­ных по­то­ков в слу­чае по­ли­ти­че­ской це­ле­со­об­раз­но­сти. Это объ­яс­ня­ет то, по­че­му ин­ве­сти­ци­он­ная ак­тив­ность в Укра­ине на­столь­ко чув­стви­тель­на к по­ли­ти­че­ско­му биз­нес-цик­лу, и по­че­му так труд­но разо­рвать за­кол­до­ван­ный круг оли­гар­хи­че­ско­го до­ми­ни­ро­ва­ния. Стоп-кран эко­но­ми­че­ской ак­тив­но­сти на­хо­дит­ся яв­но не в ру­ках ор­га­нов мак­ро­эко­но­ми­че­ской по­ли­ти­ки.

Дол­го­сроч­ные по­след­ствия

Од­ним из са­мых непри­ят­ных дол­го­сроч­ных по­след­ствий оли­гар­хи­че­ско­го до­ми­ни­ро­ва­ния в при­то­ке ка­пи­та­лов яв­ля­ет­ся то, что можно по­ста­вить под во­прос факт тех­но­ло­ги­че­ских спил­ло­ве­ров. При до­ле round-tripping ПИИ в об­щем объ­е­ме ПИИ (вклю­чая бан­ки) в 19,8% в 2010 г., 35,3 — в 2011-м, 33,8 — в 2012м, 23,4 — в 2013-м, -265,1 — в 2014-м, -8,8 — в 2015-м, -0,2 — в 2016-м и 8,3% — в 2017 г. вряд ли сто­ит ожи­дать, что в эко­но­ми­ке на­ко­пят­ся ку­му­ля­тив­ные тех­но­ло­ги­че­ские сдви­ги, ко­то­рые бу­дут со­от­вет­ство­вать по­ло­жи­тель­ным из­ме­не­ни­ям в фак­тор­ной про­из­во­ди­тель­но­сти.

Так­же вряд ли сле­ду­ет ожи­дать, что если ис­точ­ни­ком фи­нан­си­ро­ва­ния та­ких инвестиций яв­ля­ет­ся транс­ферт­ное це­но­об­ра­зо­ва­ние на про­дук­цию экс­трак­тив­ных сек­то­ров, то они (ин­ве­сти­ции) бу­дут вы­пол­нять функ­цию пе­ре­те­ка­ния в бо­лее ин­но­ва­ци­он­ные сек­то­ры. Ин­фан­тиль­но счи­тать, что roundtripping — это транс­фор­ма­ция риск-про­фай­ла порт­фе­ля ак­ти­вов: из рен­то­ге­не­ри­ру­ю­щих тра­ди­ци­он­ных от­рас­лей к вы­со­ко­ри­с­ко­ван­ным, но ин­но­ва­ци­он­ным. Хищ­ни­че­ская при­ро­да рас­ши­ре­ния биз­нес-групп, ско­рее все­го, не ме­ня­ет­ся в свя­зи с из­ме­не­ни­ем юрис­дик­ции фор­маль­но­го ин­ве­сто­ра. По­это­му та­кие ин­ве­сти­ции быст­рее кон­сер­ви­ру­ют струк­ту­ру эко­но­ми­ки, да­же если и по­ло­жи­тель­но вли­я­ют на ее по­тен­ци­ал в крат­ко­сроч­ном пе­ри­о­де.

Чув­стви­тель­ность roundtripping ин­ве­сти­ро­ва­ния к по­ли­ти­че­ским шо­кам сбли­жа­ет его с го­ря­чим ка­пи­та­лом. К транс­гра­нич­ным пе­ре­то­кам гло­баль­ных ка­пи­та­лов до­бав­ля­ют­ся «ру­ко­твор­ные» пе­ре­то­ки фак­ти­че­ски на­ци­о­наль­но­го ка­пи­та­ла. Это зна­чи­тель­но по­вы­ша­ет уяз­ви­мость Укра­и­ны и де­ла­ет мак­ро­фи­нан­со­вую ста­биль­ность шат­кой. Для ее под­дер­жа­ния, не ис­клю­че­но, по­на­до­бят­ся бо­лее вы­со­кие про­цент­ные став­ки, боль­шие объ­е­мы ва­лют­ных ре­зер­вов, бо­лее су­ще­ствен­ный пер­вич­ный про­фи­цит бюд­же­та по срав­не­нию с их оп­ти­маль­ны­ми зна­че­ни­я­ми без до­пол­ни­тель­ной по­ли­ти­че­ской чув­стви­тель­но­сти по­то­ков ка­пи­та­ла. В дол­го­сроч­ном пе­ри­о­де это озна­ча­ет от­кло­не­ние объ­е­мов инвестиций и по­треб­ле­ния от по­тен­ци­аль­но воз­мож­ных. Как след­ствие, от­ста­ва­ние об­ще­ствен­но­го бла­го­со­сто­я­ния от то­го, ка­ким бы оно мог­ло быть.

Низ­кие объ­е­мы ПИИ и по­ве­де­ние round-tripping инвестиций как го­ря­че­го ка­пи­та­ла вли­я­ют на то, как пла­теж­ный баланс на­кла­ды­ва­ет огра­ни­че­ния на мо­не­тар­ную по­ли­ти­ку. В нор­маль­ных усло­ви­ях ста­биль­ный при­ток ПИИ, по­ло­жи­тель­но ска­зы­ва­ясь на фак­тор­ной про­из­во­ди­тель­но­сти, поз­во­ля­ет об­мен­но­му кур­су су­ще­ствен­но уси­ли­вать­ся без нега­тив­ных по­след­ствий. Де­фи­цит те­ку­ще­го сче­та не вы­зы­ва­ет необ­хо­ди­мо­сти по­вы­шать про­цент­ные став­ки ра­ди преду­смот­ри­тель­но­го предот­вра­ще­ния раз­ру­ши­тель­ных де­валь­ва­ций. Но в си­ту­а­ции, ко­гда ПИИ незна­чи­тель­ны, по­сколь­ку их при­ток бло­ки­ро­ван низким ка­че­ством ин­сти­ту­тов, у цен­тро­бан­ка огра­ни­че­ны возможности по рав­но­вес­но­му уси­ле­нию об­мен­но­го кур­са. Дол­го­вое фи­нан­си­ро­ва­ние де­фи­ци­та пла­теж­но­го ба­лан­са так­же де­ла­ет об­мен­ный курс бо­лее раз­ру­ши­тель­ным при де­валь­ва­ци­ях. В неко­то­рой ме­ре ко­ри­дор до­пу­сти­мых ко­ле­ба­ний об­мен­но­го кур­са сужи­ва­ет­ся вслед­ствие вы­тес­не­ния ПИИ (с по­ло­жи­тель­ны­ми тех­но­ло­ги­че­ски­ми спил­ло­ве­ра­ми) из струк­ту­ры при­то­ка ка­пи­та­лов. А это де­ла­ет эко­но­ми­ку бо­лее уяз­ви­мой к необ­хо­ди­мым кор­рек­ци­ям об­мен­но­го кур­са в обе сто­ро­ны. Стра­на с лег­ко­стью под­са­жи­ва­ет­ся на дур­ман кур­со­вой ста­биль­но­сти. А боль­шин­ство граж­дан ока­зы­ва­ет­ся во вла­сти ил­лю­зии, что их бла­го­со­сто­я­ние за­ви­сит от уров­ня об­мен­но­го кур­са.

Да. В крат­ко­сроч­ном пе­ри­о­де. Ко­гда сы­рье­вые це­ны вы­со­кие, а биз­нес-груп­пы фи­нан­си­ру­ют свою экс­пан­сию вро­де бы из офи­сов, раз­ме­щен­ных в ре­спек­та­бель­ных раз­ви­тых стра­нах, а в ос­нов­ном — из оф­шо­ров. Но в то же вре­мя за­кла­ды­ва­ют пред­по­сыл­ки для бу­ду­ще­го кри­зи­са. Экс­плу­а­ти­ру­ю­щая эко­но­ми­ка не может по­сто­ян­но ге­не­ри­ро­вать бла­го­со­сто­я­ние или создавать кон­ку­рен­то­спо­соб­ный продукт. Так же, как экс­плу­а­ти­ру­ю­щие по­ли­ти­че­ские ин­сти­ту­ты не могут га­ран­ти­ро­вать пра­во соб­ствен­но­сти и до­ступ к ре­сур­сам на рав­ных на­ча­лах, тем са­мым под­ры­вая сти­му­лы к ин­ве­сти­ци­ям и ин­но­ва­ци­ям. И каждый та­кой кри­зис — оче­ред­ной ра­унд эс­ка­ла­ции по­ли­ти­че­ских про­ти­во­сто­я­ний, в рам­ках ко­то­рых раз­во­ра­чи­ва­ют­ся или зна­ме­на со­рев­но­ва­тель­но­го по­пу­лиз­ма, или штан­дар­ты то­го же со­рев­но­ва­тель­но­го по­пу­лиз­ма, но хо­ро­шо кон­тро­ли­ру­е­мо­го те­ми, кто хеджи­ру­ет по­ли­ти­че­ские рис­ки.

Воз­мож­ны ли из­ме­не­ния?

Не яв­ля­ют­ся ли любые ре­фор­мы в та­ких усло­ви­ях бе­гом по кру­гу? В неко­то­рой ме­ре — да. Есте­ствен­но, что умень­шить кри­ти­че­скую за­ви­си­мость по­ли­ти­ко-эко­но­ми­че­ских про­цес­сов в стране от биз­нес-групп можно, только со­здав им аль­тер­на­ти­ву в виде де­сят­ков ты­сяч но­вых биз­не­сов. Но­вых биз­не­сов, ко­то­рые из­ме­нят струк­ту­ру про­из­вод­ства и струк­ту­ру со­ци­аль­ных клас­сов. Это эво­лю­ци­он­ный путь. Он длинный, слож­ный, но неиз­беж­ный. Ра­ди­каль­ные тех­но­ло­ги­че­ские из­ме­не­ния яв­ля­ют­ся еще од­ним при­ме­ром драй­ве­ров струк­тур­ных сдви­гов. Но в слу­чае, ко­гда ка­че­ство ин­сти­ту­тов па­да­ет до та­ко­го уров­ня, что да­же пред­ста­ви­те­ли ма­ло­го или сред­не­го биз­не­са ис­поль­зу­ют схе­му round-tripping, внеш­нее дав­ле­ние от­но­си­тель­но ре­форм выглядит вполне же­ла­тель­ной оп­ци­ей.

Ста­тья предо­став­ле­на Киевской шко­лой эко­но­ми­ки

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.