ЕСПЧ обя­зал Рос­сию предо­ста­вить ин­фор­ма­цию об укра­ин­ских мо­ря­ках

Zerkalo Nedeli - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ -

«В Ука­зе я не преду­смат­ри­ваю ни­ка­ких мер, свя­зан­ных с огра­ни­че­ни­ем прав и сво­бод граж­дан». Несколь­ко ча­сов спу­стя по­вто­рит то же са­мое с пар­ла­мент­ской три­бу­ны: «Я за­яв­ляю как пре­зи­дент и Вер­хов­ный Глав­но­ко­ман­ду­ю­щий: не бу­дет огра­ни­че­ния прав, не бу­дет огра­ни­че­ния сво­бод!». И спу­стя сут­ки за­кре­пит в ин­тер­вью оте­че­ствен­ным те­ле­ка­на­лам: «Это моя прин­ци­пи­аль­ная по­зи­ция — ни­ка­ких огра­ни­че­ний кон­сти­ту­ци­он­ных прав и сво­бод не про­изой­дет».

Петр Алек­се­е­вич точ­но кан­ди­дат юри­ди­че­ских на­ук? А,.. он за­щи­щал­ся в Ака­де­мии Ки­ва­ло­ва… То­гда лад­но.

Во­ен­ное по­ло­же­ние ВСЕ­ГДА огра­ни­чи­ва­ет пра­ва граж­дан. Имен­но по­это­му оно но­сит ха­рак­тер осо­бо­го пра­во­во­го ре­жи­ма, ПРИМЕНЯЕМОГО ТОЛЬ­КО ТО­ГДА, КО­ГДА БЕЗ ОГРА­НИ­ЧЕ­НИЯ ПРАВ СВО­ИХ ГРАЖ­ДАН ГО­СУ­ДАР­СТВО ОБОЙ­ТИСЬ НЕ МО­ЖЕТ.

«Нам на­до при­нять ре­ше­ние о вве­де­нии во­ен­но­го по­ло­же­ния. Я хо­чу от­дель­но за­явить, что оно бу­дет при­ме­не­но толь­ко в слу­чае на­зем­ной рос­сий­ской во­ен­ной агрес­сии», — ци­ти­ру­ет пре­зи­ден­та Ин­тер­факс-укра­и­на (26 но­яб­ря). Но усло­вия ре­жи­ма во­ен­но­го по­ло­же­ния при­ме­ня­ют­ся с мо­мен­та вступ­ле­ния в си­лу за­ко­на, утвер­жда­ю­ще­го пре­зи­дент­ский указ. И с то­го же мо­мен­та юри­ди­че­ски на­сту­па­ет огра­ни­че­ние прав.

Есть пра­ва, суже­ние или вре­мен­ная от­ме­на ко­то­рых не до­пус­ка­ет­ся да­же в слу­чае вве­де­ния ВП. Есть пра­ва, огра­ни­че­ние ко­то­рых долж­но быть про­пи­са­но в пре­зи­дент­ском ука­зе и под­твер­жде­но выс­шим за­ко­но­да­тель­ным ор­га­ном. А есть огра­ни­че­ние прав, на­сту­па­ю­щее по­сле вве­де­ния ВП АВТОМАТИЧЕСКИ. Пе­ре­чень этих огра­ни­че­ний ука­зан и в ст. 19 За­ко­на «О пра­во­вом ре­жи­ме во­ен­но­го по­ло­же­ния»: Ев­ро­пей­ский суд по пра­вам че­ло­ве­ка (ЕСПЧ) обя­зал пра­ви­тель­ство Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции предо­ста­вить ин­фор­ма­цию о плен­ных мо­ря­ках Во­ен­но-мор­ских сил Укра­и­ны до сле­ду­ю­ще­го по­не­дель­ни­ка, 3 де­каб­ря. Об этом со­об­щил ми­нистр юс­ти­ции П.пет­рен­ко.

От­ме­ча­ет­ся, что в от­вет на за­яв­ле­ние укра­ин­ско­го пра­ви­тель­ства от­но­си­тель­но за­щи­ты прав мо­ря­ков, за­хва­чен­ных в Кер­чен­ском про­ли­ве, ЕСПЧ в со­от­вет­ствии с пра­ви­лом 54 Ре­гла­мен­та, обя­зал РФ предо­ста­вить ин­фор­ма­цию: о за­хва­те мо­ря­ков и юри­ди­че­ских ос­но­ва­ни­ях их удер­жи­ва­ния; о ме­стах удер­жи­ва­ния; о при­чи­нен­ных ра­не­ни­ях; об ока­зан­ной ме­ди­цин­ской по­мо­щи.

В Ми­ню­сте на­пом­ни­ли, что по­пыт­ки Рос­сии при­ме­нить свой уго­лов­ный ко­декс к укра­ин­ским во­ен­ным про­ти­во­ре­чит всем нор­мам меж­ду­на­род­но­го пра­ва. За­хва­чен­ные укра­ин­ские мо­ря­ки яв­ля­ют­ся во­ен­но­плен­ны­ми, и к ним долж­ны при­ме­нять­ся все га­ран­тии за­щи­ты, опре­де­лен­ные со­от­вет­ству­ю­щи­ми меж­ду­на­род­ны­ми кон­вен­ци­я­ми.

Под­кон­троль­ные Рос­сии «су­ды» Сим­фе­ро­по­ля и Кер­чи на два ме­ся­ца аре­сто­ва­ли 24 плен­ных укра­ин­ца по об­ви­не­нию в «неза­кон­ном пе­ре­се­че­нии гра­ни­цы, со­вер­шен­ном груп­пой лиц по пред­ва­ри­тель­но­му сго­во­ру или ор­га­ни­зо­ван­ной груп­пой, ли­бо с при­ме­не­ни­ем на­си­лия или с угро­зой его при­ме­не­ния».

Укра­и­на ука­за­ла на непра­во­мер­ность су­да над укра­ин­ски­ми во­ен­ны­ми, по­сколь­ку они яв­ля­ют­ся во­ен­но­плен­ны­ми.

Укра­и­на на­ме­ре­на рас­торг­нуть око­ло 40 до­го­во­ров с РФ

Укра­и­на пре­кра­ти­ла дей­ствие 48 дву­сто­рон­них до­го­во­ров с Рос­си­ей. В бли­жай­шее вре­мя пла­ни­ру­ет­ся пре­кра­ще­ние еще око­ло 40 до­го­во­ров, за­явил ми­нистр ино­стран­ных дел Укра­и­ны П.клим­кин в эфи­ре ток-шоу «Пра­во на вла­ду».

«Мы за по­след­нее вре­мя «уби­ли» 48 дву­сто­рон­них до­го­во­ров... Сле­ду­ю­щая пор­ция бу­дет очень ско­ро, око­ло 40 до­го­во­ров. Мы дос­ко­наль­но пе­ре­смат­ри­ва­ем на­шу до­го­вор­ную ба­зу», — ска­зал он.

По его сло­вам, в част­но­сти, пре­кра­тит свое дей­ствие до­го­вор «О друж­бе, со­труд­ни­че­стве и парт­нер­стве с РФ».

Клим­кин так­же анон­си­ро­вал санк­ции про­тив РФ за агрес­сию в Кер­чен­ском про­ли­ве. Од­на­ко не стал рас­кры­вать де­та­ли и со­об­щать, ка­кие го­су­дар­ства на­ме­ре­ны уси­лить санк­ци­он­ное дав­ле­ние на Кремль.

«В усло­ви­ях во­ен­но­го по­ло­же­ния ЗА­ПРЕ­ЩА­ЮТ­СЯ: — из­ме­не­ние Кон­сти­ту­ции Укра­и­ны; — из­ме­не­ние Кон­сти­ту­ции Ав­то­ном­ной Рес­пуб­ли­ки Крым; — про­ве­де­ние вы­бо­ров пре­зи­ден­та Укра­и­ны, а так­же вы­бо­ров в Вер­хов­ную Ра­ду Укра­и­ны, Вер­хов­ную Ра­ду Ав­то­ном­ной Рес­пуб­ли­ки Крым и ор­га­нов мест­но­го са­мо­управ­ле­ния; — про­ве­де­ние все­укра­ин­ско­го и мест­но­го ре­фе­рен­ду­мов; — про­ве­де­ние за­ба­сто­вок, мас­со­вых со­бра­ний и ак­ций».

То есть де-юре с 26 но­яб­ря, а де­фа­кто с 28-го (еще од­на лю­бо­пыт­ная де­таль, за­слу­жи­ва­ю­щая от­дель­но­го вни­ма­ния) в 10 об­ла­стях стра­ны вре­мен­но огра­ни­че­ны как ми­ни­мум пра­ва граж­дан из­би­рать и быть из­бран­ны­ми и пра­во на сво­бо­ду со­бра­ний. Под­чер­ки­ваю, уже огра­ни­че­ны. Фор­маль­но лю­бой пи­кет, ми­тинг, флеш­моб (не го­во­ря уже о «по­ка­за­тель­ных вы­ступ­ле­ни­ях» «ев­роб­ля­хе­ров») на тер­ри­то­рии Вин­нит­чи­ны, Чер­ни­гов­щи­ны, Хер­сон­щи­ны et cetera — уже вне за­ко­на. Но, по­хо­же, одес­ские ти­ту­ха­ны и одес­ские ко­пы — не в кур­се.

Дан­ные за­пре­ты всту­па­ют в си­лу неза­ви­си­мо от то­го, бы­ло ли что-то из вы­ше­ука­зан­но­го про­пи­са­но в пре­зи­дент­ском ука­зе или нет. А про­пи­са­но, кста­ти, бы­ло. Об этом ни­же.

С юри­ди­че­ской точ­ки зре­ния огра­ни­че­ния уже дей­ству­ют, по­то­му что они — им­пе­ра­тив­ная нор­ма про­филь­но­го за­ко­на, вклю­ча­ю­ща­я­ся в слу­чае вве­де­ния ВП. А оно вве­де­но. Огра­ни­че­ния дей­ству­ют сей­час. А не бу­дут дей­ство­вать «в слу­чае от­кры­то­го втор­же­ния Рос­сии», как за­ве­рял пар­ла­мен­та­ри­ев, те­ле­жур­на­ли­стов и всех со­граж­дан во­об­ще га­рант прав и сво­бод. Лгал ли он или про­сто пло­хо учил мат­часть, су­дить не бе­русь.

До­ка­за­тель­ством «вклю­че­ния» ав­то­ма­ти­че­ских огра­ни­че­ний, преду­смот­рен­ных за­ко­ном о ВП, яв­ля­ет­ся за­прет, на­ло­жен­ный Цен­триз­бир­ко­мом на про­ве­де­ние мест­ных вы­бо­ров в об­ла­стях, упо­мя­ну­тых в пре­зи­дент­ском ука­зе. И это не са­мо­де­я­тель­ность ЦИК, а, как она са­ма офи­ци­аль­но за­яви­ла, «неукос­ни­тель­ное со­блю­де­ние тре­бо­ва­ний (…) ст. 19 За­ко­на Укра­и­ны «О пра­во­вом ре­жи­ме во­ен­но­го по­ло­же­ния».

Яв­ля­ет­ся ли ука­зан­ный нами спи­сок огра­ни­чен­ных прав ис­чер­пы­ва­ю­щим? Нет. Но для на­ча­ла по­яс­ню, как имен­но они долж­ны огра­ни­чи­вать­ся.

Как я уже пи­сал, Глав­ко­верх и про­чие от­вет­ствен­ные за без­опас­ность го­су­дар­ства ли­ца и ор­га­ны сна­ча­ла долж­ны бы­ли опре­де­лить, ка­кие имен­но пра­ва и сво­бо­ды граж­дан долж­ны быть огра­ни­че­ны. Ра­ди то­го, что­бы со­от­вет­ству­ю­щие си­ло­вые струк­ту­ры смог­ли эф­фек­тив­но за­щи­тить го­су­дар­ство от су­ще­ству­ю­щих угроз.

Да­лее (со­глас­но тре­бо­ва­ни­ям За­ко­на «О пра­во­вом ре­жи­ме во­ен­но­го по­ло­же­ния) гла­ва го­су­дар­ства обя­зан про­пи­сать в ука­зе не толь­ко точ­ный пе­ре­чень вре­мен­ных ущем­ле­ний прав и сво­бод, но и ука­зать точ­ный срок дей­ствия этих огра­ни­че­ний.

Как пре­зи­дент ис­пол­нил дан­ные тре­бо­ва­ния? Сквер­но. В окон­ча­тель­ном ва­ри­ан­те ука­за от­ме­че­но, что «В свя­зи с вве­де­ни­ем в Укра­ине во­ен­но­го по­ло­же­ния, вре­мен­но, на пе­ри­од дей­ствия пра­во­во­го ре­жи­ма во­ен­но­го по­ло­же­ния, мо­гут огра­ни­чи­вать­ся кон­сти­ту­ци­он­ные пра­ва и сво­бо­ды че­ло­ве­ка и граж­да­ни­на, преду­смот­рен­ные ст. 30–34, 38, 39, 41–44, 53 Кон­сти­ту­ции Укра­и­ны, а так­же вво­дить­ся вре­мен­ные огра­ни­че­ния прав и за­кон­ных ин­те­ре­сов юри­ди­че­ских лиц в пре­де­лах и объ­е­ме, ко­то­рые необ­хо­ди­мы для обес­пе­че­ния воз­мож­но­сти внед­ре­ния и осу­ществ­ле­ния мер пра­во­во­го ре­жи­ма во­ен­но­го по­ло­же­ния, преду­смот­рен­ные ч. 1 ст. 8 За­ко­на Укра­и­ны «О пра­во­вом ре­жи­ме во­ен­но­го по­ло­же­ния».

Га­рант был обя­зан ука­зать, КА­КИЕ ИМЕН­НО пра­ва и сво­бо­ды из пе­ре­чис­лен­ных в обо­зна­чен­ных ста­тьях Ос­нов­но­го за­ко­на бу­дут огра­ни­че­ны. На КА­КОЙ ИМЕН­НО срок бу­дет огра­ни­че­на КАЖ­ДАЯ ИЗ НИХ. И В КА­КИХ ИМЕН­НО ПРЕ­ДЕ­ЛАХ И ОБЪ­Е­МЕ. Ибо во­ен­ное по­ло­же­ние — чрез­вы­чай­ная ме­ра, за­пра­ши­ва­е­мая для ис­пол­не­ния кон­крет­ных за­дач. Бо­лее то­го, ре­жим во­ен­но­го по­ло­же­ния пло­хо вя­жет­ся с уста­нов­кой «мо­гут огра­ни­чи­вать­ся». По­сколь­ку за­кон опре­де­ля­ет, что за­ко­но­да­тель дол­жен знать, что имен­но, как имен­но и ко­гда огра­ни­чи­ва­ет­ся, и де­пу­тат­ский кор­пус, ИС­ХО­ДЯ ИМЕН­НО ИЗ ЭТО­ГО, дол­жен был да­вать ли­бо не да­вать со­гла­сие на вве­де­ние ВП. Со­из­ме­ряя мас­штаб и пра­во­мер­ность за­пра­ши­ва­е­мо­го пре­зи­ден­том с ре­аль­но­стью угро­зы и усло­ви­я­ми вы­пол­не­ния необ­хо­ди­мых за­дач. 26 де­каб­ря депутаты спо­ри­ли о чем угод­но, кро­ме это­го.

А как мож­но оце­нить пра­во­мер­ность аб­стракт­но­го? «Мо­гут огра­ни­чи­вать­ся» — это зна­чит, что с зав­траш­не­го дня мо­гут быть огра­ни­че­ны прак­ти­че­ски все граж­дан­ские пра­ва и сво­бо­ды. А мо­жет быть толь­ко, на­при­мер, сво­бо­да сло­ва, ска­жем, с 10 де­каб­ря. Ли­бо ни­че­го из ука­зан­но­го не бу­дет при­ме­нять­ся во­об­ще. По­доб­ная неопре­де­лен­ность непоз­во­ли­тель­на в лю­бом за­коне, а ко­гда речь идет о та­кой чув­стви­тель­ной ве­щи как во­ен­ное по­ло­же­ние — она за­пре­ще­на.

Но, воз­ра­зит мне чи­та­тель, пре­зи­дент ска­зал, что эти огра­ни­че­ния бу­дут вве­де­ны толь­ко в слу­чае «на­зем­ной рос­сий­ской во­ен­ной агрес­сии». Де­ло не толь­ко в том, что сло­во че­ло­ве­ка, так ча­сто из­ме­няв­ше­го сво­е­му сло­ву, недо­ро­го сто­ит. Про­сто «пре­зи­дент ска­зал» не яв­ля­ет­ся по­ло­же­ни­ем за­ко­на. По­ло­же­ни­ем за­ко­на яв­ля­ет­ся сле­ду­ю­щее: «на пе­ри­од дей­ствия пра­во­во­го ре­жи­ма во­ен­но­го по­ло­же­ния мо­гут огра­ни­чи­вать­ся кон­сти­ту­ци­он­ные пра­ва и сво­бо­ды». Ко­гда и на сколь­ко — ни­кто не зна­ет (при­вет на­род­ным из­бран­ни­кам за доб­ро­со­вест­ное от­но­ше­ние к де­лу). Часть огра­ни­че­ний уже на­сту­пи­ла, — тот же ЦИК их ввел, не до­жи­да­ясь ни на­зем­ной, ни воз­душ­ной агрес­сии, про­сто вы­пол­няя за­кон.

И еще па­ру слов о пра­во­вой неопре­де­лен­но­сти. Мы уже от­ме­ча­ли, что, под­твер­жда­ю­щий вве­де­ние во­ен­но­го по­ло­же­ния указ всту­пил в си­лу 28 но­яб­ря. Но на­ча­лом сро­ка дей­ствия пра­во­во­го ре­жи­ма ВП ука­за­ны 14 ча­сов 26-го. До­пу­стим, вы участ­ник ми­тин­га в за­щи­ту вомба­тов в Хер­сон­ской об­ла­сти, ко­то­рый про­хо­дил в 14:30. За­ко­на вы не на­ру­ша­ли, по­сколь­ку на тот мо­мент депутаты еще да­же не со­бра­лись на ис­то­ри­че­ское за­се­да­ние Ра­ды. Но, по мне­нию ря­да юри­стов, се­го­дня вы мо­же­те счи­тать­ся фор­маль­ным пра­во­на­ру­ши­те­лем. По­сколь­ку по­сле вве­де­ния за­ко­на в си­лу ва­ша вомба­то­за­щит­ная де­я­тель­ность в обо­зна­чен­ный час яв­ля­ет­ся тео­ре­ти­че­ским на­ру­ше­ни­ем за­пре­та на сво­бо­ду со­бра­ний, преду­смот­рен­но­го за­ко­ном о ВП. Ерун­да, ска­же­те вы, ме­лочь. Но та­ких ме­ло­чей слиш­ком мно­го, их перечисление от­ня­ло бы из­ряд­ное ко­ли­че­ство вре­ме­ни и ме­ста. А по­доб­ных ме­ло­чей не мо­жет быть, ко­гда речь идет о столь де­ли­кат­ном во­про­се, как во­ен­ное по­ло­же­ние.

Юри­ди­че­ская неряш­ли­вость, со­про­вож­дав­шая про­цесс вве­де­ния ВП, на­во­дит на пе­чаль­ные мыс­ли. Ли­бо о со­мни­тель­ной про­ф­при­год­но­сти раз­ра­бот­чи­ков, ли­бо о на­ли­чии за­мыс­лов, не име­ю­щих ни­че­го об­ще­го с укреп­ле­ни­ем обо­ро­но­спо­соб­но­сти.

За­кон тре­бо­вал от пре­зи­ден­та обос­но­ва­ния необ­хо­ди­мо­сти вве­де­ния ВП в дан­ное кон­крет­ное вре­мя и обос­но­ван­но­сти сро­ков, на ко­то­рые оно вво­дит­ся. Су­дя по то­му, на­сколь­ко лег­ко гла­ва го­су­дар­ства со­гла­сил­ся вве­сти ВП не на 60 дней, а на 30, сро­ки (во вся­ком слу­чае, с точ­ки зре­ния обо­рон­ных ин­те­ре­сов) рас­счи­ты­ва­лись про­из­воль­но. Пред­ставь­те, вы — Глав­ко­верх, ва­шей стране угро­жа­ет ре­аль­ная опас­ность. Вы со­би­ра­е­те ком­пе­тент­ных лю­дей и вы­яс­ня­е­те, что для осу­ществ­ле­ния необ­хо­ди­мых мер по укреп­ле­нию обо­ро­но­спо­соб­но­сти вам тре­бу­ет­ся две неде­ли. Или два ме­ся­ца. Или два го­да. Вы при­хо­ди­те к за­ко­но­да­те­лям и го­во­ри­те: «Со­рат­ни­ки! Бра­тья и сест­ры! Враг у во­рот! Что­бы оста­но­вить, его нам нуж­но вы­пол­нить кон­крет­ный объ­ем за­дач. Для это­го тре­бу­ет­ся кон­крет­ный срок. Ни днем мень­ше. Са­ми по­су­ди­те…»

Но су­дить не о чем. Непо­нят­но, что имен­но со­би­рал­ся со­вер­шить Петр Алек­се­е­вич и вве­рен­ные ему го­сор­га­ны за 30 или 60 дней, че­го нель­зя бы­ло со­вер­шить за две неде­ли. Или для че­го тре­бо­вал­ся бы год. Мы это­го не услы­ша­ли. Мы услы­ша­ли дру­гое: «Не хо­ти­те 60? Лад­но, 30». «Не хо­ти­те по всей стране — лад­но, толь­ко в 10 об­ла­стях». «Бо­и­тесь, что со­рвут­ся вы­бо­ры — бу­дут вам вы­бо­ры». «Не хо­ти­те огра­ни­че­ния прав — не бу­дет».

Да, Кон­сти­ту­ция дей­стви­тель­но за­пре­ща­ет про­ве­де­ние пар­ла­мент­ских вы­бо­ров в усло­ви­ях во­ен­но­го по­ло­же­ния. А про­филь­ный за­кон — еще и пре­зи­дент­ских с мест­ны­ми. Но! Ес­ли угро­за ре­аль­на и страш­на, то пре­зи­дент, как един­ствен­ное ли­цо, в си­лу сво­е­го по­ло­же­ния об­ла­да­ю­щее всей пол­но­той ин­фор­ма­ции об этой угро­зе, дол­жен был в ле­пеш­ку рас­ши­бить­ся, но на­сто­ять на том, че­го тре­бо­вал вна­ча­ле — «Да, во­ен­ное по­ло­же­ние необ­хо­ди­мо по всей стране. Да, с воз­мож­но­стью про­ве­де­ния ча­стич­ной мо­би­ли­за­ции, как и преду­смот­ре­но ре­ше­ни­ем Сов­беза. Да, на 60 дней, ни­как не мень­ше. Да, с воз­мож­но­стью про­лон­га­ции, по­сколь­ку ни­кто не зна­ет, не ста­нет ли си­ту­а­ция еще бо­лее угро­жа­ю­щей че­рез два ме­ся­ца. Да, вы­бо­ры, воз­мож­но, при­дет­ся пе­ре­не­сти, и пра­ва граж­дан при­дет­ся огра­ни­чить, а что де­лать, ес­ли это­го тре­бу­ет без­опас­ность го­су­дар­ства…» Вер­хов­ный Глав­но­ко­ман­ду­ю­щий, гла­ва СНБОУ дол­жен не толь­ко по­ни­мать сте­пень угро­зы, но и сте­пень от­вет­ствен­но­сти за нее. А ес­ли пре­зи­дент так про­сто от­ка­зы­ва­ет­ся от то­го, что по­да­ва­лось как жиз­нен­но необ­хо­ди­мое, сле­до­ва­тель­но, его мо­тив был про­дик­то­ван не столь­ко обо­рон­ной, сколь­ко по­ли­ти­че­ской необ­хо­ди­мо­стью. И ес­ли депутаты до­ста­точ­но друж­но под­дер­жа­ли за­кон о вве­де­нии ВП, изоби­лу­ю­щий пра­во­вы­ми дву­смыс­лен­но­стя­ми и прак­ти­че­ски не вли­я­ю­щий на укреп­ле­ние обо­ро­но­спо­соб­но­сти, сле­до­ва­тель­но, они по­ни­ма­ли: это не об обо­роне, это о по­ли­ти­ке.

По­че­му я уве­рен, что на­шу­мев­ший па­кет — указ/за­кон о ВП не ста­но­вит­ся под­спо­рьем для тех, кто кре­пит обо­ро­ну? По­яс­ню.

Наи­бо­лее ча­сто упо­треб­ля­е­мые те­зи­сы в поль­зу вве­де­ния во­ен­но­го по­ло­же­ния:

— су­ще­ству­ет угро­за эс­ка­ла­ции во­ен­ных дей­ствий, в част­но­сти, угро­за пря­мо­го во­ен­но­го су­хо­пут­но­го втор­же­ния со сто­ро­ны Рос­сии. (Пре­зи­дент да­же ссы­лал­ся на раз­вед­дан­ные, сви­де­тель­ству­ю­щие о кон­цен­тра­ции войск у гра­ни­цы.);

— Рос­сия, ре­шив­ша­я­ся на от­кры­тую во­ору­жен­ную ата­ку на­ших во­ен­ных су­дов у Кер­чен­ско­го про­ли­ва и пле­не­ние на­ших во­ен­но­слу­жа­щих, долж­на по­лу­чить до­стой­ный от­вет. Она долж­на уви­деть на­ше един­ство и на­шу ре­ши­мость (об этом в той или иной фор­ме го­во­ри­ли, в част­но­сти, пре­зи­дент, пре­мьер, спи­кер);

— стра­на долж­на встрях­нуть­ся, вспом­нить (по­чув­ство­вать), что идет вой­на;

— го­су­дар­ство долж­но про­ве­сти ге­не­раль­ную ре­пе­ти­цию, на­ко­нец-то встать на во­ен­ные рель­сы, что­бы в слу­чае пря­мой агрес­сии, пол­но­мас­штаб­ной вой­ны от­но­си­тель­но без­бо­лез­нен­но вы­стро­ить эф­фек­тив­ную си­сте­му обо­ро­ны.

Труд­но спо­рить с лю­бым из этих ар­гу­мен­тов. Шту­ка, в том, что ВП в су­ще­ству­ю­щем ви­де прак­ти­че­ски ни од­ну из этих за­дач не ре­ша­ет.

Пер­вое. Об угро­зе эс­ка­ла­ции и кон­цен­тра­ции войск у гра­ниц пре­зи­дент и (или) ми­нистр обо­ро­ны, сек­ре­тарь Сов­беза и дру­гие от­вет­ствен­ные ли­ца го­во­рят раз в несколь­ко ме­ся­цев. До­пу­стим, ныне угро­за ре­аль­нее, чем ра­нее. То­гда по­че­му ВП толь­ко на 30 дней? Ген­штаб РФ со­об­щил, что ВС Рос­сии вторг­нут­ся имен­но в эти сро­ки? А 27 де­каб­ря угро­за ми­ну­ет окон­ча­тель­но?

Да­лее, ес­ли риск ско­ро­го втор­же­ния неимо­вер­но ве­лик, как утвер­жда­ет пре­зи­дент, то по­че­му не объ­яв­ля­ет­ся хо­тя бы ча­стич­ная мобилизация? Ее на­до объ­яв­лять до, а не по­сле втор­же­ния. По­сле втор­же­ния на­до бу­дет объ­яв­лять все­об­щую, по­сколь­ку вторг­нет­ся Рос­сия, а не Фар­рер­ские ост­ро­ва. По­че­му не вво­дит­ся ко­мен­дант­ский час хо­тя бы на тер­ри­то­рии, при­ле­га­ю­щей к зоне бо­е­вых дей­ствий? По­че­му не вво­дят­ся вре­мен­ные во­ен­ные ад­ми­ни­стра­ции хо­тя бы на тех тер­ри­то­ри­ях, ко­то­рые Ген­штаб счи­та­ет наи­бо­лее тан­ко­опас­ны­ми, а контр­раз­вед­ка — наи­бо­лее за­со­рен­ны­ми вра­же­ской аген­ту­рой?

Вто­рое. ВП — не от­вет Рос­сии, ибо оно ей ни­чем не вре­дит. Ну, раз­ве что но­си­те­лей рос­сий­ских пас­пор­тов ста­ли ча­ще за­во­ра­чи­вать. По­гранслуж­ба от­чи­та­лась, что на вре­мя во­ен­но­го по­ло­же­ния уже­сто­чи­ла кон­троль въез­да граж­дан РФ. А по­че­му толь­ко на вре­мя во­ен­но­го по­ло­же­ния? Раз­ве не бы­ло бы ло­гич­но уже­сто­чить та­кой кон­троль с 2014го и до окон­ча­ния вой­ны? Да, вой­ны, имен­но это сло­во Петр Алек­се­е­вич впер­вые упо­тре­бил в се­ре­дине 2014-го. В по­след­ний раз — в ав­гу­сте те­ку­ще­го го­да. Прав­да, со­всем недав­но уточ­нил: «Во­ен­ное по­ло­же­ние не озна­ча­ет объ­яв­ле­ние вой­ны. Укра­и­на ни с кем не пла­ни­ру­ет во­е­вать…» Ци­ти­рую офи­ци­аль­ный сайт гла­вы го­су­дар­ства.

Да, пре­зи­дент прав, бы­ва­ет во­ен­ное по­ло­же­ние без вой­ны. А бы­ва­ет вой­на без во­ен­но­го по­ло­же­ния. Как у нас бы­ло до 28 де­каб­ря. И как у нас бу­дет че­рез ме­сяц.

Вве­де­ние пол­но­цен­но­го во­ен­но­го по­ло­же­ния на­пра­ши­ва­лось в 2014-м, в 2015-м. Бо­лее то­го, судьи Кон­сти­ту­ци­он­но­го су­да Вик­тор Шиш­кин и Игорь Сли­ден­ко, со­от­вет­ствен­но три и два го­да то­му на­зад, в осо­бых мне­ни­ях к ре­ше­ни­ям КС утвер­жда­ли, что объ­ек­тив­ные пра­во­вые при­чи­ны для вве­де­ния ВП дав­но су­ще­ству­ют, и гла­ва го­су­дар­ства фак­ти­че­ски укло­нил­ся от сво­их кон­сти­ту­ци­он­ных обя­зан­но­стей, не из­дав со­от­вет­ству­ю­ще­го ука­за. Ни ра­зу за эти го­ды Вер­хов­ный Глав­но­ко­ман­ду­ю­щий, гла­ва Сов­беза, га­рант су­ве­ре­ни­те­та и тер­ри­то­ри­аль­ной це­лост­но­сти, пре­зи­дент во­ю­ю­щей стра­ны не пред­при­ни­мал по­пы­ток вве­сти во­ен­ное по­ло­же­ние. А ко­гда вспом­нил, сра­зу ого­во­рил­ся: «Укра­и­на ни с кем не пла­ни­ру­ет во­е­вать…»

От­вет Рос­сии? Это — раз­рыв ди­пот­но­ше­ний, пре­кра­ще­ние транс­порт­но­го со­об­ще­ния, тор­гов­ли, за­мо­ра­жи­ва­ние ак­ти­вов, вы­ход из меж­ду­на­род­ных до­го­во­ров, крест на Мин­ских до­го­во­рен­но­стях. Или хо­тя бы ви­зо­вый ре­жим, пре­кра­ще­ние по­ста­вок стра­те­ги­че­ско­го сы­рья агрес­со­ру и раз­рыв со­гла­ше­ния по Азо­ву. Мож­но сколь угод­но спо­рить о це­ле­со­об­раз­но­сти по­доб­ных ша­гов, об их по­след­стви­ях. Не го­то­вы? То­гда не на­до спе­ку­ли­ро­вать те­зи­сом об «от­ве­те Рос­сии», не на­до по­зо­рить­ся пе­ред те­ми, кто с ней во­ю­ет не в Твит­те­ре и кто ждет осво­бож­де­ния из пле­на. Не на­до за­яв­ле­ний вро­де «Я твер­до ве­рю в на­шу по­бе­ду в Оте­че­ствен­ной войне 2014-го» (ок­тябрь 2014-го), «Вой­на бы­ла ги­брид­ной, но те­перь ста­ла на­сто­я­щей вой­ной» (июль 2015-го), «Раз­ве это за­мо­ро­жен­ный кон­фликт? Это — на­сто­я­щая го­ря­чая вой­на. Это ре­аль­ная агрес­сия…» (ап­рель 2017-го), «У нас се­го­дня ни­ка­кой не за­мо­ро­жен­ный кон­фликт, как ко­е­кто пы­та­ет­ся по­дать, у нас го­ря­чая фа­за вой­ны» (июнь 2018-го). Не на­до всех этих над­рыв­но-па­фос­ных «Про­щай, немы­тая Рос­сия…» «До сви­да­ния наш лас­ко­вый Ми­ша…», укра­ден­но­го у Хвы­ле­во­го «Геть від Моск­ви». Или во­юй, или ка­му­фляж сни­ми. Или тор­гуй с Моск­вой, или «Геть від Мед­вед­чу­ка».

Тре­тье. Те, кто пом­нит о войне, о ней не за­бы­ва­ет. Те, кто до сих пор не встрях­нул­ся, то­го не встрях­нет та­кое ВП, ко­то­рое по сло­вам са­мо­го пре­зи­ден­та «ни од­но­го граж­дан­ско­го че­ло­ве­ка не кос­нет­ся».

Чет­вер­тое. Пе­ре­ход на во­ен­ные рель­сы? Как мо­тив — ра­зум­но. Рас­смот­рим. Ре­аль­ный ре­жим во­ен­но­го по­ло­же­ния, вве­де­ние ко­то­ро­го дик­ту­ет­ся обо­рон­ны­ми со­об­ра­же­ни­я­ми, а не по­ли­ти­че­ски­ми ре­зо­на­ми ли­бо пи­ар-ин­те­ре­са­ми. Про­филь­ный за­кон предо­став­ля­ет Глав­ко­вер­ху огром­ный ар­се­нал средств, из ко­то­рых он дол­жен вы­брать кри­ти­че­ски необ­хо­ди­мые. Что из это­го ар­се­на­ла вы­брал Петр Алек­се­е­вич? За­г­ля­нем в текст ука­за.

Пре­зи­дент пред­ла­га­ет мобилизацию? Нет. Соз­да­ние во­ен­ных ад­ми­ни­стра­ций? Ко­мен­дант­ский час? Тру­до­вую по­вин­ность? Ин­тер­ни­ро­ва­ние ино­стран­цев? Нет, нет и нет.

То­гда что? Обес­пе­че­ние ВСУ и дру­гих си­ло­вых струк­тур всем необ­хо­ди­мым. При­ве­де­ние ДСНС в пол­ную го­тов­ность. Ин­фор­ми­ро­ва­ние Ген­се­ка ООН о вве­де­нии во­ен­но­го по­ло­же­ния. По су­ти, все.

Во­прос — что из это­го нель­зя бы­ло сде­лать до вве­де­ния ВП? От­вет — про­ин­фор­ми­ро­вать Ген­се­ка ООН, по­сколь­ку до 28 но­яб­ря ВП не бы­ло.

Да, есть по­ру­че­ние всем го­сор­га­нам осу­ществ­лять ме­ры, необ­хо­ди­мые для обес­пе­че­ния обо­ро­ны, ме­ры, преду­смот­рен­ные за­ко­ном о ВП. Ка­кие?

Неиз­вест­но. Воз­мож­но, они сек­рет­ные?

Разъ­яс­ним. По­сколь­ку вой­на на­ча­лась не вче­ра (и, к со­жа­ле­нию, не зав­тра за­кон­чит­ся), за­ко­но­да­тель­ство, хоть и со скри­пом, адап­ти­ро­ва­лось к усло­ви­ям ее ве­де­ния. У нас и до 28 но­яб­ря, стро­го юри­ди­че­ски — не вполне мир­ное, с пра­во­вой точ­ки зре­ния, вре­мя. По­яв­ле­ние тер­ми­нов «осо­бый пе­ри­од», «АТО», «ООС» вы­нуж­да­ло кор­рек­ти­ро­вать за­ко­но­да­тель­ство в ин­те­ре­сах во­ен­ных. Це­лый ряд за­ко­нов (вклю­чая све­жие — «Об осо­бен­но­стях го­су­дар­ствен­ной по­ли­ти­ки по обес­пе­че­нию го­су­дар­ствен­но­го су­ве­ре­ни­те­та» и «О на­ци­о­наль­ной без­опас­но­сти») и мно­же­ство нор­ма­тив­ных ак­тов, при­ня­тых в их раз­ви­тие (ли­бо уточ­нен­ных в свя­зи с их при­ня­ти­ем) от­ре­гу­ли­ро­ва­ли мно­же­ство во­про­сов, свя­зан­ных с без­опас­но­стью и обо­ро­ной. В за­ко­но­да­тель­ном по­ле — мно­же­ство до­ку­мен­тов, обес­пе­чи­ва­ю­щих пе­ре­ход на во­ен­ные рель­сы. И они бу­дут при­ни­мать­ся и да­лее. И это пра­виль­но. Дру­гое де­ло, на­сколь­ко эф­фек­тив­ным яв­ля­ет­ся про­цесс пе­ре­хо­да. Но это не те­ма на­ше­го се­го­дняш­не­го раз­го­во­ра.

Так вот, пре­зи­дент как Глав­ко­верх уже об­ла­да­ет мас­штаб­ным на­бо­ром средств уси­ле­ния обо­ро­но­спо­соб­но­сти. На­пом­ним, что без вся­ко­го вве­де­ния ВП у нас про­шло несколь­ко волн мо­би­ли­за­ции, при­ни­ма­лись ре­ше­ния по огра­ни­че­нию дви­же­ния транс­пор­та, со­зда­ва­лись во­ен­но-граж­дан­ские ад­ми­ни­стра­ции, и еще мно­го че­го про­ис­хо­ди­ло. По­чти все, что про­ис­хо­дит сей­час как бы в рам­ках ВП — уси­ле­ние кон­тро­ля в раз­ных сфе­рах, уже­сто­че­ние про­пуск­но­го ре­жи­ма и т.д., — ли­бо уже про­ис­хо­ди­ло, ли­бо мог­ло быть внед­ре­но в рам­ках су­ще­ству­ю­ще­го за­ко­но­да­тель­ства без уста­нов­ле­ния пра­во­го ре­жи­ма во­ен­но­го по­ло­же­ния. Про­сто боль­шин­ство де­пу­та­тов, утвер­див­ших пре­зи­дент­ское ре­ше­ние, об этом по­че­му-то не зна­ли. И го­ло­со­ва­ли, ис­хо­дя их двух со­об­ра­же­ний:

— бо­я­лись по­ка­зать­ся непа­три­о­тич­ны­ми;

— счи­та­ли, что «луч­ше та­кое ВП, чем ни­ка­кое».

А оно ни­ка­кое и есть. По­то­му что вве­де­ние ВП, по­вто­рю еще раз, необ­хо­ди­мо толь­ко то­гда, ко­гда тре­бу­е­мые ме­ры ка­са­ют­ся огра­ни­че­ния прав че­ло­ве­ка. И при­ме­нить их мож­но толь­ко в усло­ви­ях во­ен­но­го по­ло­же­ния. Но то­гда эти ме­ры долж­ны быть на­зва­ны, а их ис­поль­зо­ва­ние — обос­но­ва­но.

Есть это в ука­зе? Нет. Есть на­мек — ссыл­ка на возможное огра­ни­че­ние прав че­ло­ве­ка в свя­зи с воз­мож­ным про­ве­де­ни­ем ме­ро­при­я­тий, преду­смот­рен­ных ч. 1 ст. 8 за­ко­на о ВП. А что там?

Ко­мен­дант­ский час. Тру­до­вая по­вин­ность. Ин­тер­ни­ро­ва­ние ино­стран­цев. Но ни­че­го из это­го сей­час пре­зи­дент не ис­поль­зу­ет. А то, что ис­поль­зу­ет, мог де­лать и без вве­де­ния ВП. То­гда за­чем ему ВП сей­час?

Один из чи­нов­ни­ков рас­ска­зы­вал, как в мае 2014-го Ка­б­мин рас­смат­ри­вал ра­бо­чий план воз­мож­но­го вве­де­ния ВП. Во вре­мя пре­зен­та­ции до­ку­мен­та то­гдаш­ний пре­мьер обо­рвал до­клад­чи­ка на се­ре­дине спис­ка пла­ни­ру­е­мых мер и на­сто­я­тель­но ре­ко­мен­до­вал боль­ше к это­му во­про­су не воз­вра­щать­ся. К нему и не воз­вра­ща­лись.

В 2014-м пре­зи­дент ре­ши­тель­но вы­сту­пал про­тив вве­де­ния ВП. Ар­гу­мен­ты:

— фи­нан­со­вые ин­сти­ту­ции не бу­дут кре­ди­то­вать Укра­и­ну;

— За­пад не смо­жет по­став­лять нам во­ору­же­ние и про­дук­цию двой­но­го на­зна­че­ния и мо­жет вклю­чить «зад­нюю» в во­про­се о санк­ци­ях;

— Рос­сия по­лу­чит до­пол­ни­тель­ные ар­гу­мен­ты в меж­ду­на­род­ных спо­рах.

Те, кто тре­бо­вал вве­де­ния ВП, на­ре­ка­лись ру­кой Крем­ля.

В 2018-м пре­зи­дент ре­ши­тель­но вы­сту­па­ет за вве­де­ние ВП. Те, кто про­тив, на­ре­ка­ют­ся ру­кой Крем­ля. Об­ра­бот­ка об­ще­ствен­но­го мне­ния идет под ак­ком­па­не­мент те­зи­сов:

— фи­нан­со­вые ин­сти­ту­ции бу­дут про­дол­жать кре­ди­то­вать Укра­и­ну, ВП — не по­ме­ха;

— пла­ни­ру­ет­ся рас­ши­ре­ние во­ен­но­тех­ни­че­ско­го со­труд­ни­че­ства с За­па­дом. Ожи­да­ет­ся уси­ле­ние санк­ций;

— Укра­и­на по­лу­ча­ет до­пол­ни­тель­ные ар­гу­мен­ты в меж­ду­на­род­ных спо­рах, так как агрес­сия Рос­сии при­об­ре­ла оче­вид­ные фор­мы.

В уме­нии ме­нять оберт­ку на ле­ту Пет­ру Алек­се­е­ви­чу нет рав­ных. Сум­ми­ру­ем все вы­ше­ска­зан­ное. Ни­ка­кие оче­вид­ные обо­рон­ные со­об­ра­же­ния пре­зи­ден­том при вне­се­нии в по­вест­ку дня во­про­са о ВП не ру­ко­во­ди­ли. При­чи­ны, ско­рее все­го, но­си­ли по­ли­ти­че­ский ха­рак­тер. Оче­вид­но, при­сут­ство­ва­ло на­ме­ре­ние ес­ли не от­ме­нить, то, как ми­ни­мум, пе­ре­не­сти вы­бо­ры. Кро­ме то­го тре­бо­ва­лось под­твер­жде­ние ими­джа глав­но­го за­щит­ни­ка стра­ны от Пу­ти­на.

По­че­му план не удал­ся до кон­ца? На­сколь­ко мож­но су­дить, сыг­ра­ли и внеш­ний, и внут­рен­ний фак­то­ры. За­пад в ли­це Мер­кель и Пом­пео узре­ли в плане вве­де­ния ВП на 60 дней по всей стране на­мек на по­пыт­ку от­ме­нить вы­бо­ры, а об этом с Пет­ром Алек­се­е­ви­чем ни­кто не до­го­ва­ри­вал­ся. По­это­му и раз­го­ва­ри­ва­ли жест­ко. Ах­ме­тов узрел в этом же плане по­пыт­ку узур­пи­ро­вать власть. Он это же про­хо­дил с Яну­ко­ви­чем по­сле ре­став­ра­ции Ос­нов­но­го за­ко­на в Кон­сти­ту­ци­он­ном су­де. Ри­на­ту Лео­ни­до­ви­чу то­гда бы­ло боль­но. Так все­гда бы­ва­ет, ко­гда в стране оста­ет­ся один центр вла­сти. По­вто­ре­ния Ах­ме­тов не хо­тел. Имен­но по этой при­чине, ве­ро­ят­но, ини­ци­а­ти­ву пре­зи­ден­та не под­дер­жа­ли без­ого­во­роч­но не толь­ко «ра­ди­ка­лы», но и На­род­ный фронт, с ли­де­ром ко­то­ро­го у глав­но­го оли­гар­ха осо­бые от­но­ше­ния. Кро­ме то­го, каж­до­му за­ви­си­мо­му де­пу­та­ту пе­ре­зво­нил Ко­ло­мой­ский лич­но: ни­ка­ких 60 дней!

В про­ме­жу­точ­ном ито­ге: пре­зи­дент не до­бил­ся це­ли – да­та вы­бо­ров на­зна­че­на на 31 мар­та; утра­тил остат­ки до­ве­рия ос­нов­ных за­пад­ных парт­не­ров; по­се­ял па­ни­ку в биз­нес-сре­де, где оста­но­ви­лись про­да­жи и за­сты­ли пла­те­жи; до­ба­вил се­ди­ны Гры­ни­ву, опе­ра­тив­но за­ме­ряв­ше­му по­след­ствия для рей­ти­ен­га.

Что бу­дет даль­ше? Ни­кто не зна­ет. Ведь на дво­ре вой­на. На­сто­я­щая, в от­ли­чие от во­ен­но­го по­ло­же­ния. А зна­чит, воз­мож­но все.

Ведь вой­ну от­ме­нить ку­да слож­нее, чем вы­бо­ры.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.