ОТКПРОВЕННОЕ ПРИ­ЗНА­НИЕ ы Похме­лье от ви­на

Я ре­ши­ла ска­зать му­жу, что бы­ла не пра­ва. Что сду­ру на­го­во­ри­ла ему раз­ных глу­по­стей

Zhenskiye Istorii - - Содержание: - Аль­би­на, 30 лет

Ае­ще хотела по­про­сить про­ще­ния и уго­во­рить вер­нуть­ся до­мой, но те­ле­фон Русла­на упор­но мол­чал — на­вер­ное, спе­ци­аль­но от­клю­чил. Бы­ло та­кое ощу­ще­ние, буд­то ме­ня на­кры­ла снеж­ная ла­ви­на: мно­го­тон­ная ма­хи­на оди­но­че­ства да­ви­ла на грудь так, что не хва­та­ло воз­ду­ха. А еще бы­ло очень ти­хо, очень страш­но и очень холодно. Из­ба­вить­ся от чу­до­вищ­но­го дав­ле­ния и хоть немно­го со­греть­ся не по­мог­ло да­же вис­ки. Ко­гда оста­вать­сяв пу­стой квар­ти­ре ста­ло со­всем уж нев­мо­го­ту, я быст­ро сбе­жа­ла вниз, се­ла в при­пар­ко­ван- ную воз­ле до­ма ма­ши­ну и по­вер­ну­ла ключ за­жи­га­ния. «Руслан на­вер­ня­ка уехал на да­чу, — ре­ши­ла, вы­ру­ли­вая из ар­ки на ули­цу. — Или от­си­жи­ва­ет­ся у Вик­то­ра. Или… — ду­мать о том, что по­сле на­ше­го скан­да­ла он уехал к дру­гой, не хо­те­лось. — Нет у него ни­ка­кой

лю­бов­ни­цы! По­ду­ма­ешь, за­дер­жал­ся несколь­ко раз на ра­бо­те. По­ду­ма­ешь, стал в по­след­нее вре­мя зво­нить ко­му­то, за­пер­шись в ван­ной и вклю­чив во­ду… Это аб­со­лют­но ни о чем не го­во­рит. Все де­ло в мо­их баб­ских до­мыс­лах и ду­рац­кой рев­но­сти. Да, рев­ную. По­то­му что люб­лю. Но лю­бовь не мо­жет оправ­дать ту без­об­раз­ную ис­те­ри­ку, ко­то­рую я за­ка­ти­ла му­жу ве­че­ром. Ни один нор­маль­ный му­жик та­ко­го не стер­пит. Вот и Руслан не стер­пел. И где его те­перь ис­кать? К Вик­то­ру, ско­рее все­го, не по­едет: у них с Али­ной ма­лень­кий ре­бе­нок, и вряд ли там об­ра­ду­ют­ся незва­но­му ноч­но­му го­стю. Зна­чит, на да­че. Или все-та­ки…» До­ду­мать не успе­ла, по­то­му что ма­ши­ну вдруг трях­ну­ло. Так неожи­дан­но и силь­но, что я боль­но уда­ри­лась гру­дью о руль. Ма­ши­наль­но вда­ви­ла пе­даль тор­мо­за. Черт, яму «пой­ма­ла», что ли? Или ко­ле­со про­би­ла? На­до бы вый­ти, по­смот­реть. И тут ти­ши­ну ноч­ной ули­цы разо­рвал ис­тош­ный жен­ский крик: «Уби-и-и-ли!!!» От это­го жут­ко­го воп­ля я за­мерз­ла еще силь­нее, хо­тя еще мгно­ве­ние на­зад бы­ла уверена, что та­кое невоз­мож­но. Каж­дая кле­точ­ка мо­е­го те­ла пре­вра­ти­лась в ко­лю­чую острую ле­дыш­ку. «Ка­жет­ся, я ко­го-то сби­ла!!!» — прон­зи­ла мозг до­гад­ка. Пер­вое бес­со­зна­тель­ное же­ла­ние — по­ско­рее уехать. Нет-нет, не скрыть­ся с ме­ста пре­ступ­ле­ния, не сбе­жать, а про­сто уехать. Слов­но ме­ня здесь и не

Пер­вым же­ла­ни­ем бы­ло уехать. Не скрыть­ся с ме­ста пре­ступ­ле­ния, не сбе­жать, а про­сто уехать по­даль­ше...

бы­ло. Слов­но не бы­ло ни­ка­ко­го на­ез­да. Са­мое луч­шее сред­ство от стра­ха — дет­ское «я в до­ми­ке»… Даль­ней­шее пом­ню смут­но. Кто-то сил­ком вы­во­лок ме­ня из «Хон­ды» и цеп­ко дер­жал за ру­ки. Кто-то над­рыв­но кри­чал в труб­ку: «Ал­ло, «ско­рая»?» Еще ка­кая-то ста­ру­ха про­дол­жа­ла кли­ку­ше­ски за­вы­вать: «Лю­ди! Уби-и-ли!», а за спи­ной двое зе­вак оза­бо­чен­но об­суж­да­ли, ско­ро ли явит­ся ми­ли­ция или при­дет­ся два ча­са ждать. Пер­вой при­е­ха­ла «ско­рая». По­гру­зи­ли ле­жав­ше­го на ас­фаль­те че­ло­ве­ка на но- сил­ки и по­нес­ли к ма­шине. Я вы­тя­ну­ла шею, что­бы по­смот­реть, как он укрыт — до шеи или с го­ло­вой. Но по­стра­дав­ше­го по­че­му-то во­об­ще не ста­ли на­кры­вать: я так и не поняла, жив он или нет… Успе­ла толь­ко за­ме­тить, что это мо­ло­дой парень. Ми­нут че­рез пять по­яви­лись двое блю­сти­те­лей по­ряд­ка. Как у Че­хо­ва — тол­стый и тон­кий. Сви­де­те­ли ДТП (и от­ку­да их столь­ко взя­лось на ули­це в пол­пер­во­го но­чи?) ста­ли на­пе­ре­бой рас­ска­зы­вать, как все про­изо­шло. Тол­стый вни­ма­тель­но изу­чил мои до­ку­мен­ты, за­тем под­нял гла­за и холодно по­ин­те­ре­со­вал­ся: — Вы се­го­дня или вче­ра упо­треб­ля­ли ал­ко­голь? — Все­го три гло­точ­ка, — со­вра­ла, от­ве­дя взгляд. В дей­стви­тель­но­сти я вы­пи­ла не мень­ше тре­ти бу­тыл­ки вис­ки. А мо­жет, по­ло­ви­ну? Да ка­кая, в сущ­но­сти, раз­ни­ца? Хоть бы и всю це­ли­ком! Я ведь не пья­ная — го­ло­ва яс­ная, ру­ки не дро­жат, аб­со­лют­но нормально со­об­ра­жаю. Един­ствен­ное, че­го не мог­ла по­нять, — за­чем парень бро­сил­ся под ко­ле­са?! Сло­вам про три глот­ка ми­ли­ци­о­не­ры не по­ве­ри­ли и, уса­див в ма­ши­ну, от­вез­ли ме­ня в ла­бо­ра­то­рию, где сде­ла­ли ана­лиз. Тот по­ка­зал 1,2 про­мил­ле ал­ко­го­ля в кро­ви. По­том я ока­за­лась в РО­ВД. Там у ме­ня сра­зу ото­бра­ли су­моч­ку, шей­ный пла­ток и шнур­ки из крос­со­вок. Я ста­ла умо­лять оста­вить смарт­фон. Де­жур­ный на уго­во­ры не под­дал­ся, од­на­ко раз­ре­шил при нем сде­лать один зво­нок. Руслан по-преж­не­му был «вне зо­ны». Ма­му тре­во­жить не ста­ла: у нее сла­бое серд­це. Набрала но­мер Вик­то­ра — бли­жай­ше­го дру­га му­жа. Вкрат­це об­ри­со­ва­ла си­ту­а­цию и по­про­си­ла сроч­но най­ти Ру­си­ка. — Пе­ре­дай ему, что­бы вы… — хотела ска­зать «вы­та­щил ме­ня от­сю­да», но, пе­ре­хва­тив хму­рый взгляд ми­ли­ци­о­не­ра, осек­лась и то­роп­ли­во ис­пра­ви­лась, — что­бы по­мог. А еще ска­жи, что я его люб­лю и жа­лею, что за­те­я­ла ссо­ру… Вик­тор по­обе­щал разыс­кать Русла­на и пе­ре­дать, по­сле че­го сбро­сил вы­зов. А ме­ня от­ве­ли в ка­ме­ру. Я ста­ла воз­му­щать­ся, кри­чать, что они не име­ют пра­ва, но ми­ли­ци­о­нер от­ре­зал: «Име- ем» и с гро­хо­том за­хлоп­нул дверь. В ка­ме­ре бы­ло три спаль­ных ме­ста (уж не знаю, как их на­звать — кро­вать, кой­ка или на­ры), но, кро­ме ме­ня, никого не бы­ло. Оно и к луч­ше­му: ни­кто не ста­нет при­ста­вать с рас­спро­са­ми, осуж­дать, со­чув­ство­вать — в об­щем, лезть в ду­шу. Хо­те­лось од­но­го — по­коя...

В ка­ме­ре никого, кро­ме ме­ня, не ока­за­лось. Я это­му да­же об­ра­до­ва­лась: сей­час хо­те­лось од­но­го – по­коя

Про­шло неко­то­рое вре­мя, и я по­не­мно­гу на­ча­ла… трез­веть. Зна­чит, до это­го все-та­ки бы­ла пья­ной? Но ведь го­ло­ва и преж­де бы­ла яс­ной! И ру­ки не дро­жа­ли. И со­об­ра­жа­ла вро­де… Отрезв­ле­ние за­клю­ча­лось в том, что с каж­дой ми­ну­той я все мень­ше ду­ма­ла о на­шей с му­жем раз­молв­ке и все боль­ше — о че­ло­ве­ке, ко­то­ро­го сби­ла. В ка­кой-то мо­мент в го­ло­ве окон­ча­тель­но про­яс­ни­лось. И то­гда се­мей­ный скан­дал, ве­ро­ят­ная из­ме­на Русла­на, моя рев­ность — все это по­ка­за­лось мел­ким и неваж­ным. А по-на­сто­я­ще­му важ­ным бы­ло толь­ко од­но: вы­жил парень или нет. И еще вдруг поняла, по­че­му про­изо­шло ДТП. Не по­то­му, что парень бро­сил­ся под ко­ле­са, а по­то­му, что я все вре­мя смот­ре­ла по сто­ро­нам в на­деж­де уви­деть су­пру­га. И да­же в го­ло­ву не при­шло, что Руслан уехал на сво­ем «Опе­ле», зна­чит, не мо­жет бро­дить по ули­цам! А я, ду­ра, на до­ро­гу пе­ред со­бой не смот­ре­ла. И на спи­до­метр ни ра­зу не взгля­ну­ла. Гос­по­ди, как я смо­гу жить, ес­ли этот парень… К сча­стью, сби­тый мной че­ло­век вы­жил. Ин­ва­ли­дом то­же не стал — от­де­лал­ся несколь­ки­ми пе­ре­ло­ма­ми и силь­ны­ми уши­ба­ми. Мне да­ли год услов­но. Мы с му­жем по­ми­ри­лись, но вско­ре все рав­но раз­ве­лись — он та­ки ушел от ме­ня к лю­бов­ни­це. По­сле то­го ДТП про­шло уже боль­ше ше­сти лет. За это вре­мя я не вы­пи­ла не то что трех глот­ков спирт­но­го — да­же трех ка­пель. Не ко­ди­ро­ва­лась, не «за­ши­ва­лась», не да­ва­ла се­бе страш­ных клятв. Про­сто каж­дый раз, ко­гда слы­шу пред­ло­же­ние вы­пить, ме­ня охва­ты­ва­ет па­ни­че­ский страх: а вдруг сно­ва взбре­дет в го­ло­ву сесть за руль…

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.