Мар­шал на ав­то­бус­ной оста­нов­ке

Два­жды Ге­рой Со­вет­ско­го Со­ю­за Кон­стан­тин Ро­кос­сов­ский был не толь­ко вы­да­ю­щим­ся пол­ко­вод­цем, но и уди­ви­тель­но скром­ным че­ло­ве­ком

Gomelskaya Pravda - - СОЛДАТЫ ПОБЕДЫ - Ал­ла ЕГО­РО­ВА, за­ве­ду­ю­щая от­де­лом Го­мель­ско­го об­ласт­но­го му­зея во­ен­ной сла­вы

Отец сол­да­там

В са­мые тя­же­лые дни Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны Ро­кос­сов­ский об­хо­дил око­пы, бе­се­до­вал с бой­ца­ми, рас­спра­ши­вал их, как они пи­та­ют­ся, есть ли пись­ма из до­ма, уго­щал лю­би­мы­ми па­пи­ро­са­ми “Каз­бек”, ел из сол­дат­ско­го ко­тел­ка, сло­вом, де­лил с ни­ми все тя­го­ты фрон­то­вой жиз­ни. Пер­вей­шим дол­гом счи­тал со­блю­де­ние стро­жай­шей дис­ци­пли­ны, во­ин­ско­го по­ряд­ка, суб­ор­ди­на­ции, точ­но­сти. Со­слу­жив­цы не при­по­ми­на­ли слу­чая, ко­гда он бы за­дер­жал­ся на то или иное ме­ро­при­я­тие, офи­це­ры по по­яв­ле­нию Ро­кос­сов­ско­го све­ря­ли ча­сы.

Кон­стан­тин Кон­стан­ти­но­вич вы­де­лял ко­ман­ди­ров ду­ма­ю­щих, не жду­щих по каж­до­му по­во­ду ука­за­ний. Пре­дель­но точ­но фор­му­ли­ро­вал и ста­вил бо­е­вые за­да­чи и ни­ко­гда не за­бы­вал от­ме­тить тех, кто от­ли­чил­ся в бою. Каж­до­го вхо­дя­ще­го в ка­би­нет встре­чал стоя и са­дил­ся, лишь уса­див го­стя. Об­щи­тель­ный и до­ступ­ный, Ро­кос­сов­ский умел со­че­тать во­ин­скую суб­ор­ди­на­цию с глу­бо­ким ува­же­ни­ем к каж­до­му че­ло­ве­ку. 23 но­яб­ря 1934 го­да, бу­дучи ко­ман­ди­ром 15-й ка­ва­ле­рий­ской ди­ви­зии, рас­сле­дуя фак­ты ненад­ле­жа­ще­го обра­ще­ния с под­чи­нен­ны­ми, он из­дал при­каз, в ко­то­ром бы­ли та­кие сло­ва: “Нет худ­ше­го в Крас­ной Ар­мии пре­ступ­ле­ния (кро­ме из­ме­ны и от­ка­за от служ­бы), как ру­ко­при­клад­ство, ма­тер­щи­на и гру­бость, т. е. слу­чаи уни­же­ния до­сто­ин­ства че­ло­ве­ка”.

Ге­не­рал-пол­ков­ник тан­ко­вых войск Г. Н. Орел, ко­то­рый про­шел с Ро­кос­сов­ским по­чти всю вой­ну, вспо­ми­нал об их пер­вой встре­че: “Вре­мя бы­ло труд­ное: от­ступ­ле­ния, бои и сно­ва от­ступ­ле­ния. По­те­ри. На­стро­е­ние, пря­мо при­зна­юсь, неваж­ное. Бы­ло нам то­гда не до бе­ло­снеж­ных под­во­рот­нич­ков, на­дра­ен­ных пу­го­виц, гу­та­ли­на и про­чих, как мы счи­та­ли, ты­ло­вых шту­чек. Вдруг по­яв­ля­ет­ся в шта­бе ар­мии вы­со­кий, кра­си­вый, мо­ло­жа­вый ге­не­рал, на­чи­щен­ный, от­утю­жен­ный, слов­но на бал со­брал­ся. Ска­жу по со­ве­сти, сра­зу нам это по­ка­за­лось на­иг­ран­ным, не ко вре­ме­ни и не к ме­сту. Про­шло несколь­ко дней, и не толь­ко мы, ра­бот­ни­ки шта­ба, но и ко­ман­ди­ры ча­стей ста­ли под­тя­ну­тее, опрятнее. Ме­лочь? Ан нет. В этом бы­ла не по­ка­зу­ха, не форс, а стиль но­во­го ко­ман­ду­ю­ще­го ар­ми­ей. Вой­на вой­ной, а ты ко­ман­дир и, будь добр, дер­жись!”

Мар­шал Со­вет­ско­го Со­ю­за Геор­гий Жу­ков от­ме­чал, что Кон­стан­тин Кон­стан­ти­но­вич об­ла­дал ред­ки­ми ду­шев­ны­ми ка­че­ства­ми — “они из­вест­ны всем, кто хоть немно­го слу­жил под его ко­ман­до­ва­ни­ем. Бо­лее об­сто­я­тель­но­го, ра­бо­то­спо­соб­но­го, тру­до­лю­би­во­го и по боль- шо­му сче­ту ода­рен­но­го че­ло­ве­ка мне труд­но при­пом­нить”. А ко­ман­ду­ю­щий 65-й ар­ми­ей П. И. Ба­тов пи­сал, что Ро­кос­сов­ский был са­мым яр­ким из пол­ко­вод­цев, с ко­то­ры­ми ему при­шлось встре­чать­ся. О нем сла­га­ли сти­хи, пи­са­ли пес­ни. Ком­по­зи­тор Михайлов по­свя­тил пол­ко­вод­цу марш “Ро­кос­сов­ский”, по ду­ху на­по­ми­нав­ший ста­рин­ные мар­ши рус­ской ар­мии вре­мен Ру­мян­це­ва и Су­во­ро­ва.

На­вер­ное, не все зна­ют, что до вой­ны Ро­кос­сов­ский был ре­прес­си­ро­ван и два с по­ло­ви­ной го­да на­хо­дил­ся в пи­тер­ских “Кре­стах”. Он дер­жал­ся до­стой­но и му­же­ствен­но. Ви­нов­ным се­бя не при­знал, ни­ко­го не окле­ве­тал и ни­че­го не под­пи­сал. В мар­те 1940-го Кон­стан­тин Кон­стан­ти­но­вич был осво­бож­ден и пол­но­стью вос­ста­нов­лен в граж­дан­ских пра­вах. Спу­стя го­ды Ста­лин из­ви­нил­ся пе­ред Ро­кос­сов­ским за необос­но­ван­ные об­ви­не­ния. Воз­мож­но, это был един­ствен­ный по­доб­ный слу­чай. По­сле Ста­лин­град­ской бит­вы Вер­хов­ный Глав­но­ко­ман­ду­ю­щий на­зы­вал Кон­стан­ти­на Кон­стан­ти­но­ви­ча по име­ни и от­че­ству. Та­кой че­сти удо­ста­и­вал­ся лишь мар­шал Ша­пош­ни­ков.

В 1962 го­ду, ко­гда по прось­бе Хру­ще­ва мар­шал от­ка­зал­ся на­пи­сать ста­тью про­тив Ста­ли­на, на сле­ду­ю­щий день он был снят с долж­но­сти за­ме­сти­те­ля ми­ни­стра обо­ро­ны СССР. Лю­ди, близ­кие к Ро­кос­сов­ско­му, в част­но­сти его бес­смен­ный адъ­ютант ге­не­рал­май­ор Куль­чиц­кий, объ­яс­ня­ют это от­нюдь не пре­дан­но­стью пол­ко­вод­ца Ста­ли­ну, а его глу­бо­ким убеж­де­ни­ем, что ар­мия не долж­на участ­во­вать в по­ли­ти­ке.

Уди­ви­тель­но скром­ным че­ло­ве­ком был Ро­кос­сов­ский. По­сле вой­ны он по­лу­чил от го­су­дар­ства в по­да­рок рос­кош­ный особ­няк на Пат­ри­ар­ших пру­дах. Кон­стан­тин Кон­стан­ти­но­вич раз­де­лил его на несколь­ко квар­тир и предо­ста­вил сво­им со­слу­жив­цам по шта­бу фрон­та. Бу­дучи на от­ды­хе в во­ен­ном са­на­то­рии в Со­чи, в сто­ло­вой от­ка­зал­ся от “мар­шаль­ско­го” за­ла, си­дел в об­щем. Его мож­но бы­ло уви­деть и сто­я­щим в оче­ре­ди на ав­то­бус­ной оста­нов­ке, хо­тя каж­до­му от­ды­ха­ю­ще­му мар­ша­лу для по­ез­док предо­став­ля­ли ав­то­мо­биль.

По­эт Са­му­ил Мар­шак рас­ска­зы­вал, что на от­ды­хе в од­ном из под­мос­ков­ных са­на­то­ри­ев ча­сто встре­чал вы­со­ко­го под­тя­ну­то­го муж­чи­ну. Они ста­ли здо­ро­вать­ся друг с дру­гом, по­том как-то вме­сте ока­за­лись на од­ной ска­мей­ке. “Бы­ло что-то очень зна­ко­мое в нем, в его вы­прав­ке, — вспо­ми­нал Мар­шак — и я спро­сил, не во­ен­ный ли он?” — “Во­ен­ный”, — от­ве­ча­ет муж­чи­на. — “На­вер­ное, вы бы­ли на фрон­те?” — “Во­е­вал. При­хо­ди­лось”. — “Я то­же ча­сто бы­вал на фрон­тах”, — ска­зал ему Мар­шак и стал го­во­рить о сво­их во­ин­ских доб­ле­стях. А по­том по­ин­те­ре­со­вал­ся фа­ми­ли­ей со­бе­сед­ни­ка. “Ро­кос­сов­ский”, — про­сто от­ве­тил но­вый зна­ко­мый. “Пред­став­ля­е­те мое со­сто­я­ние?!” — сме­ял­ся Са­му­ил Яко­вле­вич.

Ро­кос­сов­ский за­ни­мал­ся спор­том, преж­де все­го кон­ным, хо­ро­шо иг­рал в тен­нис и в волейбол, увле­кал­ся охо­той и ры­бал­кой. Страст­но лю­бил при­ро­ду. Ве­ли­ко­леп­но тан­це­вал ма­зур­ку. Лю­бил му­зы­ку. Осо­бен­но нра­вил­ся ему ро­манс Чай­ков­ско­го “Средь шум­но­го ба­ла”. В го­ды вой­ны, ко­ман­дуя ар­ми­ей и фрон­та­ми, все­гда на­хо­дил вре­мя, что­бы по­слу­шать вы­ступ­ле­ние фрон­то­вой бри­га­ды ар­ти­стов. Лю­бил рус­ские на­род­ные пес­ни, ко­то­рых знал ве­ли­кое мно­же­ство. Но как че­ло­век во­ен­ный, осо­бен­но це­нил пес­ни в ис­пол­не­нии Крас­но­зна­мен­но­го ан­сам­бля пес­ни и пляс­ки Со­вет­ской Ар­мии под ру­ко­вод­ством А. В. Алек­сан­дро­ва.

Го­мель­ские стра­ни­цы

10 октября 1943 го­да был осво­бож­ден от немец­ко-фа­шист­ских за­хват­чи­ков Добруш. Здесь раз­ме­сти­лись Го­мель­ский об­ком пар­тии и обл­ис­пол­ком, а на тер­ри­то­рии бу­маж­ной фаб­ри­ки “Ге­рой тру­да” — штаб Бе­ло­рус­ско­го фрон­та, ко­то­рым ко­ман­до­вал Ро­кос­сов­ский. Кро­ме то­го, до ле­та 1944 го­да в Доб­ру­ше в по­лу­раз­ру­шен­ных по­ме­ще­ни­ях бу­маж­ной фаб­ри­ки раз­ме­щал­ся штаб ты­ла 1-го Бе­ло­рус­ско­го фрон­та, ко­то­рый воз­глав­лял ге­не­рал-лей­те­нант Н. А. Ан­ти­пен­ко.

В но­яб­ре 1943 го­да вой­ска Бе­ло­рус­ско­го фрон­та осу­ще­стви­ли Го­мель­ско-Ре­чиц­кую на­сту­па­тель­ную опе­ра­цию, в хо­де ко­то­рой был осво­бож­ден Го­мель. Ко­манд­ный пункт пе­ре­ба­зи­ро­вал­ся в Но­во­бе­ли­цу. Здесь же раз­ме­сти­лись пра­ви­тель­ство и ЦК Ком­пар­тии Бе­ла­ру­си. 7 де­каб­ря штаб Бе­ло­рус­ско­го фрон­та пе­ре­дви­нул­ся в Го­мель, его опе­ра­тив­ная груп­па раз­ме­сти­лась в до­ме № 61 по ули­це Одес­ской (ныне ули­ца Ро­кос­сов­ско­го), где оста­ва­лась до 10 ап­ре­ля 1944-го, а сам штаб Бе­ло­рус­ско­го фрон­та (с 17 фев­ра­ля то­го же го­да — 1-го Бе­ло­рус­ско­го фрон­та) на­хо­дил­ся на окра­ине го­ро­да. Ге­не­рал ар­мии Ро­кос­сов­ский ру­ко­во­дил от­сю­да дей­стви­я­ми войск по за­вер­ше­нию про­ры­ва немец­кой обо­ро­ны на так на­зы­ва­е­мом Во­сточ­ном ва­лу и обес­пе­че­нию на­сту­па­тель­ных опе­ра­ций по осво­бож­де­нию Бе­ла­ру­си. В шта­бе бы­ли раз­ра­бо­та­ны Ка­лин­ко­вич­ско-Мо­зыр­ская и Ро­га­чев­ско-Жло­бин­ская на­сту­па­тель­ные опе­ра­ции. (В 1968 го­ду на до­ме, где раз­ме­ща­лась опе­ра­тив­ная груп­па, уста­нов­ле­на ме­мо­ри­аль­ная дос­ка, а в 1990-х го­дах за­ме­не­на на но­вую с ба­ре­лье­фом мар­ша­ла К. К. Ро­кос­сов­ско­го.)

Несмот­ря на боль­шую за­ня­тость, Ро­кос­сов­ский участ­во­вал во мно­гих об­ласт­ных и го­род­ских ме­ро­при­я­ти­ях: 26 де­каб­ря 1943 го­да в ми­тин­ге тру­дя­щих­ся, 1 ян­ва­ря 1944-го — в тор­же­ствен­ном за­се­да­нии Го­мель­ско­го об­ласт­но­го и го­род­ско­го Со­ве­та де­пу­та­тов в честь 25-ле­тия об­ра­зо­ва­ния БССР. В фев­ра­ле 1944 го­да по­се­щал гос­пи­та­ли в Го­ме­ле, Ре­чи­це и дру­гих на­се­лен­ных пунк­тах, где вру­чал го­су­дар­ствен­ные на­гра­ды бой­цам и ко­ман­ди­рам, от­ли­чив­шим­ся в Го­мель­ско-Ре­чиц­кой, Ка­лин­ко­вич­ско-Мо­зыр­ской и Ро­га­чев­ско-Жло­бин­ской опе­ра­ци­ях.

В 1944 го­ду кол­лек­тив Го­мель­ско­го пед­ин­сти­ту­та име­ни В. Чка­ло­ва по­лу­чил от мар­ша­ла пись­мо: это­му по­сла­нию пред­ше­ство­ва­ла прось­ба со­труд­ни­ков учеб­но­го за­ве­де­ния о вы­де­ле­нии для ве­де­ния сво­е­го хо­зяй­ства тех­ни­ки и ло­ша­дей. Ро­кос­сов­ский про­сил при­нять в ка­че­стве по­дар­ка 4 элек­тро­мо­то­ра, 3 ав­то­ма­ши­ны, 5 ло­ша­дей с упря­жью и окон­ное стек­ло. Друж­ба мар­ша­ла с ин­сти­ту­том, в даль­ней­шем Го­мель­ским го­су­ни­вер­си­те­том име­ни Ф. Ско­ри­ны, про­дол­жа­лась мно­гие го­ды.

Вес­ной 1944 го­да по прось­бе пер­во­го сек­ре­та­ря ЦК КП(б)Б П. К. По­но­ма­рен­ко ко­ман­до­ва­ние 1-го Бе­ло­рус­ско­го фрон­та вы­де­ли­ло для осво­бож­ден­ных рай­о­нов Го­мель­щи­ны трак­то­ры и го­рю­чее, по­сев­ной ма­те­ри­ал для ве­сен­них по­ле­вых ра­бот. Из во­ен­ных спе­ци­а­ли­стов со­зда­ва­лись бри­га­ды для ре­мон­та сель­хоз­ин­вен­та­ря, кол­хоз­ных по­стро­ек. Во­и­ны по­мог­ли обо­ру­до­вать дет­ские учре­жде­ния, обес­пе­чив ре­бят пи­та­ни­ем, одеж­дой и по­стель­ны­ми при­над­леж­но­стя­ми. В Го­ме­ле, в Но­во­бе­лиц­ком рай­оне, был от­крыт дет­ский дом № 2 име­ни Ро­кос­сов­ско­го для си­рот. Вос­ста­нав­ли­ва­ли и ме­ди­цин­ские учре­жде­ния. В срав­ни­тель­но ко­рот­кие сро­ки, бла­го­да­ря ка­пи­таль­но­му ре­мон­ту, про­ве­ден­но­му во­и­на­ми 1-го Бе­ло­рус­ско­го фрон­та, при­сту­пил к вы­пус­ку про­дук­ции Доб­руш­ский пис­че­бу­маж­ный ком­би­нат.

В июне 1944 го­да вре­мен­ный пункт управ­ле­ния 1-го Бе­ло­рус­ско­го фрон­та пе­ре­ме­стил­ся в де­рев­ню Ду­ра­ви­чи Бу­да-Ко­ше­лев­ско­го рай­о­на. Впе­ре­ди бы­ла опе­ра­ция “Ба­гра­ти­он”…

За огром­ный вклад в осво­бож­де­ние и вос­ста­нов­ле­ние раз­ру­шен­но­го вой­ной го­ро­да Кон­стан­тин Ро­кос­сов­ский в ян­ва­ре 1967 го­да был удо­сто­ен зва­ния по­чет­но­го граж­да­ни­на г. Го­ме­ля.

КО­МАН­ДУ­Ю­ЩИЙ 1- БЕ­ЛО­РУС­СКИМ ФРОН­ТОМ ГЕ­НЕ­РАЛ АР­МИИ К. К. РО­КОС­СОВ­СКИЙ (СПРА­ВА)

И ЧЛЕН ВО­ЕН­НО­ГО СО­ВЕ­ТА ГЕ­НЕ­РАЛ-ЛЕЙ­ТЕ­НАНТ К. Ф. ТЕ­ЛЕ­ГИН. ГО­МЕЛЬ. 1944

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.