Нель­зя упраж­нять­ся в под­сче­тах жертв ми­нув­шей вой­ны

Та­ма­ра Крю­чен­ко:

Gomelskaya Pravda - - ГЛАС НАРОДА -

Вся­кий раз, ко­гда под­сту­па­ет этот день, неволь­но со­от­но­сишь со­бы­тия со­вре­мен­но­го хруп­ко­го мир­но­го вре­ме­ни и эту да­ту все­на­род­ной бе­ды. Ве­ли­кая Оте­че­ствен­ная вой­на унес­ла жиз­ни по­чти 27 мил­ли­о­нов со­вет­ских лю­дей. В ин­тер­не­те на раз­ных сай­тах на­зы­ва­ют са­мые раз­ные циф­ры жертв: и зна­чи­тель­но вы­ше, и на­по­ло­ви­ну меньше. Чуть ли не мод­ным ста­ло еже­год­но ве­сти но­вые под­сче­ты, рас­пи­сы­вать по­дроб­но ме­то­ди­ку рас­че­тов и спе­ку­ли­ро­вать на этой Па­мя­ти в за­ви­си­мо­сти “от де­неж­но­го меш­ка, под­ку­па, со­дер­жа­ния”…

56 ты­сяч го­мель­чан по­гиб­ли во вре­мя вой­ны. И за этой циф­рой каж­дая че­ло­ве­че­ская судьба, и бо­лит она в каж­дой се­мье, по­те­ряв­шей род­но­го че­ло­ве­ка. Мож­но ли поды­то­жить боль за каж­до­го пав­ше­го на фрон­те, в пар­ти­зан­ском от­ря­де, в под­по­лье, умер­ше­го от ран в оса­жден­ном Ле­нин­гра­де, за­му­чен­но­го во вра­же­ском пле­ну?

Встре­ча­ясь с род­ны­ми по­гиб­ших на войне, с ее непо­сред­ствен­ны­ми участ­ни­ка­ми, со всей остро­той при­ме­ря­ешь эту боль на се­бя. Во­прос по­эта Ев­ге­ния Ев­ту­шен­ко “Хотят ли рус­ские вой­ны? Спро­си­те вы у ти­ши­ны…” име­ет од­но­знач­ный от­вет и для бе­ло­ру­сов, по­те­ряв­ших каж­до­го тре­тье­го.

Гор­жусь сво­ей рес­пуб­ли­кой-пар­ти­зан­кой, ко­то­рая до­стой­но несет Па­мять и скорбь. Спи­сок жертв вой­ны все мно­жит­ся: ухо­дят по­след­ние участ­ни­ки Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной, ко­то­рым по­счаст­ли­ви­лось уви­деть рас­цвет Бе­ла­ру­си, сво­бо­ду и неза­ви­си­мость ко­то­рой от­ста­и­ва­ли. Мно­гим из во­е­вав­ших за об­щую Ро­ди­ну на­ша стра­на ста­ла в по­сле­во­ен­ное вре­мя вто­рой ро­ди­ной. Те­перь они ухо­дят, стой­ко вы­дер­жи­вая на­ка­ты бо­лез­ней, как по­до­ба­ет на­сто­я­щим сол­да­там и офи­це­рам.

Еще од­на утра­та. Участ­ник фор­си­ро­ва­ния Дне­пра Вла­ди­мир Клы­го, в со­ста­ве 106-й ди­ви­зии вы­шед­ший в ночь с 23 на 24 сен­тяб­ря 1943-го ак­ку­рат у мо­ну­мен­та Друж­бы на сты­ке Бе­ла­ру­си, Рос­сии и Укра­и­ны, что­бы го­то­вить­ся к фор­си­ро­ва­нию Дне­пра. Вла­ди­мир Иу­сти­но­вич не так дав­но де­лил­ся: “То­гда из на­ших трех стрел­ко­вых ба­та­льо­нов остал­ся лишь один. В укра­ин­ской Сень­ков­ке бы­ло пер­вое по­пол­не­ние, че­ло­век 200… На­ча­ли фор­си­ро­вать Дне­пр при­мер­но в 5.30 утра. Сто­ял ту­ман. До се­ре­ди­ны ре­ки до­бра­лись — ни вы­стре­ла. А ко­гда ста­ли при­бли­жать­ся к пра­во­му бе­ре­гу, нем­цы на­ча­ли вы­бра­сы­вать ра­ке­ты. Бес­спор­но, про­тив­ник не ожи­дал, что вдруг пойдет в на­ступ­ле­ние столь­ко на­ших сол­дат. К ис­хо­ду дня 16 ок­тяб­ря ча­сти на­шей ди­ви­зии осво­бо­ди­ли Ло­ев…”

Пол­ков­ни­ка Клы­го про­во­ди­ли как на­сто­я­ще­го офи­це­ра. Го­во­ри­ли о его жиз­не­лю­бии. Ис­пол­ня­ли его лю­би­мые пес­ни (он про­сил сам об этом). Вспо­ми­на­ли, как лю­бил ве­те­ран при­ез­жать в Ло­ев, об­щать­ся с кол­лек­ти­вом му­зея бит­вы за Дне­пр, лю­бо­вать­ся ве­ли­чи­ем ре­ки, мол­чать на бе­ре­гу. Мо­ги­лев­ский ис­сле­до­ва­тель те­мы фор­си­ро­ва­ния Дне­пра Фе­дор Свин­тиц­кий упо­ми­на­ет Вла­ди­ми­ра Иу­сти­но­ви­ча, уро­жен­ца Укра­и­ны, в кни­ге-мо­но­гра­фии “Ло­ев­ский плац­дарм”.

Вот та­кая по­те­ря в пред­две­рии 22 июня. Так мож­но ли циф­ра­ми вы­ра­зить жертв вой­ны и го­речь от ухо­да та­ких Лич­но­стей? Убеж­де­на, нель­зя.

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.