НЕРУС­СКИЕ РУС­СКИЕ И НА­ОБО­РОТ

Кто, за­чем и по­че­му уез­жа­ет из России

MK Estonia - - СВОБОДНАЯ ТЕМА - Сер­гей ГА­ПО­НОВ, по­эт и те­ле­жур­на­лист

ез­ды от Мар­ца­на, и ре­шил за­гля­нуть в бли­жай­ший ма­га­зин, ад­рес ко­то­ро­го на­шел в Ин­тер­не­те.

Неко­то­рые ат­ри­бу­ты Брай­тон-Бич в Мар­цане, без­услов­но, при­сут­ству­ют. Но лишь неко­то­рые. Ска­жу так: ес­ли кто-то очень ску­ча­ет по ат­мо­сфе­ре, ца­рив­шей в сто­лич­ных и пе­ри­фе­рий­ных рос­сий­ских го­ро­дах в се­ре­дине 90-х, — доб­ро по­жа­ло­вать в Мар­цан! Из ди­на­ми­ков, вы­не­сен­ных про­дав­цом ком­пакт-дис­ков на ули­цу, льет­ся та­кой шан­сон, что сам ко­роль жан­ра Шу­фу­тин­ский «по­за­ви­до­вал» бы ме­ло­ди­ке и тек­стам «про­из­ве­де­ний» неиз­вест­ных мне ав­то­ров. И лю­ди оде­ты так, как да­же то­гда, в 90-е, оде­ва­лись лишь са­мые бру­таль­ные пред­ста­ви­те­ли ра­бо­чих окра­ин.

До­ма в Мар­цане та­кие же па­нель­ные, как в Би­рю­ле­ве, а рус­ская речь так же бо­га­та «фра­зео­ло­гиз­ма­ми» и «меж­до­ме­ти­я­ми», как в са­мой России. Толь­ко она уже чуть-чуть с ак­цен­том как буд­то…

Я ку­пил бу­тыл­ку ква­са и, про­хо­дя ми­мо при­лав­ка с су­ше­ной ры­бой, за­ин­те­ре­со­вал­ся ас­сор­ти­мен­том. «Ка­кая воб­лоч­ка с ик­рой?» — спро­сил я по-рус­ски, ни се­кун­ды не со­мне­ва­ясь, что услы­шу от­вет на род­ном язы­ке. Но мне не про­сто от­ве­ти­ли на нем — ин­то­на­ция и ма­не­ра раз­го­во­ра то­же бы­ли род­ны­ми до бо­ли.

Про­дав­щи­ца Люд­ми­ла по­смот­ре­ла на ме­ня тя­же­лым взгля­дом из-под бро­вей: «Вы что, са­ми не ви­ди­те? Вот эта с ик­рой, а эта — без! Брать бу­де­те?» Взял. По­пут­но вы­яс­нив, что Люд­ми­ла жи­вет в Бер­лине уже лет де­сять, при­е­ха­ла с му­жем из Ка­зах­ста­на, немец­ко­го по­чти не зна­ет, да осо­бен­но и не нуж­да­ет­ся в нем: боль­шая часть ее жиз­ни про­хо­дит в рус­ско­языч­ном Мар­цане.

А чеш­ские Кар­ло­вы Ва­ры го­во­рят уже ис­клю­чи­тель­но по-рус­ски. Там пред­ста­ви­те­лю ко­рен­но­го на­се­ле­ния, че­ху, что­бы устро­ить­ся на ра­бо­ту, осо­бен­но в сфе­ре услуг, рус­ский язык нуж­но знать обя­за­тель­но. И не толь­ко по­то­му, что без него труд­но об­щать­ся с го­стя­ми ку­рор­та, боль­шин­ство из ко­то­рых россияне. Мно­гие биз­не­сме­ны из России ве­дут свои де­ла в Кар­ло­вых Ва­рах, яв­ля­ют­ся хо­зя­е­ва­ми го­сти­ниц, ре­сто­ра­нов, тор­го­вых фирм.

Но те из на­ших, кто при­е­хал в Че­хию все­рьез и на­дол­го, са­ми учат чеш­ский и учат­ся лю­бить эту стра­ну. В по­лу­ча­се ез­ды от Кар­ло­вых Вар есть го­ро­док Кин­шперк с на­се­ле­ни­ем пять ты­сяч че­ло­век. Несколь­ко ве­ков на­зад ко­роль сво­им ука­зом дал го­ро­ду пра­во ва­рить пи­во (до­ку­мент этот, кста­ти, со­хра­нил­ся до сих пор). То­гда и бы­ла по­стро­е­на мест­ная пи­во­вар­ня. По­след­ние ше­сть­де­сят лет она не ра­бо­та­ла и при­шла в та­кое со­сто­я­ние, что жи­те­ли Кин­шпер­ка бы­ли уве­ре­ны: пи­ва здесь боль­ше не бу­дет ни­ко­гда.

Но они ошиб­лись. Два мо­ло­дых че­ло­ве­ка из России, Сер­гей Чер­нич­кин и Де­нис Са­би­тов, купили пи­во­вар­ню — вер­нее, то, что от нее оста­лось, — от­ре­мон­ти­ро­ва­ли, уста­но­ви­ли обо­ру­до­ва­ние, на­шли хо­ро­ше­го пи­во­ва­ра-че­ха, зна­ю­ще­го сек­ре­ты про­из­вод­ства на­ци­о­наль­но­го на­пит­ка, — и кин­шперк­ское пи­во ста­ли пить не толь­ко го­ро­жане. В пер­вый же год ра­бо­ты за­во­да его про­дук­ция бы­ла при­зна­на луч­шей во всем Кар­ло­вар­ском крае.

В «про­шлой жиз­ни» Сер­гей Чер­нич­кин вла­дел че­тырь­мя по­пу­ляр­ны­ми ре­сто­ра­на­ми в Ека­те­рин­бур­ге. Несколь­ко лет на­зад там свой биз­нес про­дал, а по­лу­чен­ные день­ги вло­жил в чеш­ское пи­во. По­че­му свер­нул де­ла в Ека­те­рин­бур­ге и уехал в Кин­шперк — это от­дель­ная те­ма, с ко­то­рой хо­ро­шо зна­ко- мы все мел­кие и сред­ние пред­при­ни­ма­те­ли в России. Сам Сер­гей сфор­му­ли­ро­вал так: «В Че­хии че­ло­ве­ку, ко­то­рый хо­чет хо­ро­шо, на со­весть де­лать де­ло, не толь­ко не ме­ша­ют, а вся­че­ски со­дей­ству­ют. Здесь по­нят­ны пра­ви­ла иг­ры, и ес­ли ты жи­вешь и ра­бо­та­ешь по за­ко­ну, за завтрашний день мо­жешь не вол­но­вать­ся. В России ина­че…»

В ка­че­стве при­ме­ра Сер­гей при­вел тра­ге­дию в перм­ском клу­бе «Хро­мая ло­шадь», ко­то­рая про­изо­шла 5 де­каб­ря 2009 го­да (то­гда в по­жа­ре по­гиб­ли 156 че­ло­век). Чи­нов­ни­ки при­шли в ре­сто­ран к Сер­гею уже че­рез несколь­ко дней и по­тре­бо­ва­ли за­крыть за­ве­де­ние, ссы­ла­ясь на недо­ста­точ­ность про­ти­во­по­жар­ных мер, хо­тя за год до это­го все бы­ло тща­тель­но про­ве­ре­но, недо­стат­ки, ука­зан­ные спе­ци­а­ли­ста­ми, устра­не­ны и раз­ре­ше­ние на ра­бо­ту от со­от­вет­ству­ю­щих ин­стан­ций по­лу­че­но. Но про­ве­ря­ю­щие на­мек­ну­ли, что во­прос мож­но, как го­во­рит­ся, ре­шить. То­гда Сер­гей по­нял, что не хо­чет боль­ше за­ни­мать­ся биз­не­сом в России.

Его же­на Зла­та за­кон­чи­ла кон­сер­ва­то­рию. Сей­час, по­сле рож­де­ния ре­бен­ка, по­сте­пен­но при­хо­дит в свою нор­маль­ную во­каль­ную фор­му и со­би­ра­ет­ся про­слу­ши­вать­ся в од­ном из чеш­ских опер­ных те­ат­ров. Ко­гда я спро­сил ее, ску­ча­ет ли она по род­ным бе­рез­кам и «рус­ской ду­ше», она с улыб­кой от­ве­ти­ла: «Нет. При­ро­да здесь та­кая же, толь­ко чи­ще, а лю­ди улыб­чи­вее».

Не ску­чать по бе­рез­кам и ши­ро­те рус­ской ду­ши, од­на­ко, да­но не всем. Один мой ста­рый при­я­тель, на­зо­вем его Ни­ко­ла­ем, мно­го лет на­зад уехал в Ав­стрию — за сво­и­ми ро­ди­те­ля­ми-пен­си­о­не­ра­ми. Он про­жил там несколь­ко лет, пре­крас­но вы­учил язык, мог ра­бо­тать и хо­ро­шо за­ра­ба­ты­вать. Он ту­да пе­ре­вез же­ну, там у него ро­дил­ся ре­бе­нок, но... он вер­нул­ся в Рос­сию. Один. Ста­ри­ков и же­ну с сы­ном на­ве­ща­ет два ра­за в год.

На­до ска­зать, что мо­ло­дость у Ни­ко­лая вы­да­лась бур­ная, вполне в рам­ках (а мо­жет быть, и за рам­ка­ми) из­вест­но­го де­ви­за «Секс, нар­ко­ти­ки, рок-н-ролл». И хо­тя де­виз этот ро­дил­ся на За­па­де, мой то­ва­рищ при­вык вос­при­ни­мать его с мла­дых сво­их лет по-рус­ски.

«Ко­неч­но, я и там, в Ав­стрии, со­сто­ял в ро­кер­ском клу­бе. Но это бы­ло так прес­но, так куль­тур­но и сладко, что ме­ня во­ро­ти­ло в бук­валь­ном смыс­ле. В гра­ни­цах, опре­де­лен­ных спо­кой­ным и чо­пор­ным ав­стрий­ским об­ще­ством, бы­ло душ­но» — вот та­кая у Ни­ко­лая тос­ка по рус­ской ду­ше. Сей­час он, как в мо­ло­до­сти, го­ня­ет на мо­то­цик­ле по Москве. Сын его, ко­то­ро­му уже пят­на­дцать лет, по­рус­ски го­во­рит, но в Москве ни­ко­гда не был и при­ез­жать не хо­чет.

Чеш­ский пи­во­вар Сер­гей Чер­нич­кин не ис­клю­ча­ет, что ко­гда-ни­будь вер­нет­ся в Рос­сию. Но толь­ко как биз­нес­мен, ес­ли ре­шит про­дви­гать свой ев­ро­пей­ский бренд на быв­шую ро­ди­ну. Сей­час Сер­гей и Де­нис стро­ят в Кин­шпер­ке, пря­мо у себя на пи­во­варне, боль­шой ак­то­вый зал для нужд го­ро­да. Ра­бо­ты еще не за­кон­чи­лись, а зал за­ре­зер­ви­ро­ван на ме­сяц впе­ред. Та­ко­го ме­ста для со­бра­ний и тор­жеств в го­род­ке нет, и ста­ро­ста Кин­шпер­ка То­маш Сво­бо­да не на­ра­ду­ет­ся на этих русских, ко­то­рые сча­стьем «сва­ли­лись» на его се­дую го­ло­ву.

Раз­ме­рен­ная жизнь, уве­рен­ность в зав­траш­нем дне, воз­мож­ность чест­но учить­ся, ра­бо­тать и за­ра­ба­ты­вать, знать язы­ки, стро­ить бу­ду­щее сво­их де­тей — это­го хо­тят мно­гие. Не у всех по­лу­ча­ет­ся: не все рус­ские могут из­ба­вить­ся от ге­не­ти­че­ски за­ло­жен­ной по­треб­но­сти жить по-на­ше­му.

Те, ко­му это да­но — как рус­ским ма­те­ма­ти­кам, ме­ня­ю­щим си­сте­му об­ра­зо­ва­ния в США, или та­ким, как Сер­гей Чер­нич­кин, — они ра­но или позд­но объ­еди­нят в себе все луч­шее рус­ское со всем луч­шим из то­го, что при­ня­то счи­тать не сво­им. И как раз за та­ки­ми, мне ка­жет­ся, завтрашний день — при­чем не толь­ко за гра­ни­цей, но и в са­мой России. Ес­ли бы еще ее власть это по­ня­ла...

Нью-Йорк, Брай­тон-Бич.

Бер­лин, рай­он Мар­цан.

Кар­ло­вы Ва­ры.

Newspapers in Russian

Newspapers from Estonia

© PressReader. All rights reserved.