ТАЙ­НЫ ПЕ­РЕ­ВО­РО­ТА

Спу­стя чет­верть ве­ка чле­нам ГКЧП на­шли оправ­да­ние

MK Estonia - - АВГУСТ 91-ГО -

ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ ЛЕТ НА­ЗАД, В НОЧЬ С 18 НА 19 АВ­ГУ­СТА, ДЛЯ «СТАБИЛИЗАЦИИ ОБСТАНОВКИ В СССР» БЫЛ СОЗДАН ГО­СУ­ДАР­СТВЕН­НЫЙ КО­МИ­ТЕТ ПО ЧРЕЗВЫЧАЙНОМУ ПОЛОЖЕНИЮ (ГКЧП), В СО­СТАВ КО­ТО­РО­ГО ВО­ШЛИ ВИЦЕ-ПРЕ­ЗИ­ДЕНТ СССР ГЕН­НА­ДИЙ ЯНАЕВ, ГЛА­ВА ПРА­ВИ­ТЕЛЬ­СТВА СЕР­ГЕЙ ПАВЛОВ, МИ­НИСТР ОБО­РО­НЫ ДМИТ­РИЙ ЯЗОВ, ДРУ­ГИЕ РУ­КО­ВО­ДИ­ТЕ­ЛИ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАР­ТИИ И СИЛОВЫХ СТРУК­ТУР.

Утром ими бы­ло объ­яв­ле­но о неспо­соб­но­сти Пре­зи­ден­та СССР Ми­ха­и­ла Гор­ба­че­ва ру­ко­во­дить стра­ной и о вве­де­нии чрез­вы­чай­но­го по­ло­же­ния. Сде­ла­но это бы­ло за сут­ки до под­пи­са­ния но­во­го Со­юз­но­го до­го­во­ра, со­глас­но ко­то­ро­му СССР ста­но­вил­ся бы кон­фе­де­ра­ци­ей. Ру­ко­вод­ство Рос­сии — пре­зи­дент рес­пуб­ли­ки Ель­цин и Вер­хов­ный со­вет РСФСР — рас­це­ни­ли дей­ствия ГКЧП как го­су­дар­ствен­ный пе­ре­во­рот. Их под­дер­жа­ло ру­ко­вод­ство Моск­вы. Пут­чи­сты вве­ли в Моск­ву тан­ки, а всю стра­ну сим­во­ли­че­ски раз­де­ли­ла бар­ри­ка­да воз­ле Бе­ло­го до­ма, где сот­ни ты­сяч за­щит­ни­ков де­мо­кра­тии со­бра­лись для про­ти­во­сто­я­ния с ГКЧП. За­щит­ни­ки Бе­ло­го до­ма одер­жа­ли по­бе­ду, Гор­ба­чев вер­нул­ся в Моск­ву. Чле­ны ГКЧП бы­ли аре­сто­ва­ны, а за­тем ам­ни­сти­ро­ва­ны. «Ста­би­ли­зи­ро­вать об­ста­нов­ку в СССР» в ито­ге ни­ко­му не уда­лось, Со­юз­ный до­го­вор под­пи­сан не был, и Со­юз вско­ре рас­пал­ся. Спу­стя чет­верть ве­ка мы спро­си­ли у три­ум­фа­то­ров ав­гу­ста 1991 го­да о тех со­бы­ти­ях и о том, пра­виль­но ли они рас­по­ря­ди­лись сво­ей по­бе­дой. — На­хо­ди­те ли вы оправ­да­ние дей­стви­ям чле­нов ГКЧП, ко­то­рые устро­и­ли путч в ав­гу­сте 1991 го­да? Алек­сандр КОРЖАКОВ, в 1991 го­ду — на­чаль­ник охра­ны Пре­зи­ден­та РСФСР Бо­ри­са Ель­ци­на: — Ко­неч­но, у них есть оправ­да­ние. Они пы­та­лись сде­лать за Гор­ба­че­ва непо­пу­ляр­ную ра­бо­ту и на­де­я­лись на него. Ес­ли бы план ГКЧП удал­ся, а имен­но — они на­ве­ли бы ми­ни­маль­ный по­ря­док в стране, немнож­ко при­пуг­ну­ли ко­го сле­ду­ет, по­ка де­мо­кра­тич­ный Гор­ба­чев яко­бы бо­ле­ет, — то он быст­рень­ко бы вы­здо­ро­вел и вер­нул­ся на бе­лом коне. Но Гор­ба­чев об­ма­нул сво­их со­рат­ни­ков по ГКЧП. Поз­во­лил по­са­дить их в «Матрос­скую Ти­ши­ну», и вы­пус­ка­ла их уже но­вая власть, ко­гда Гор­ба­чев пал окон­ча­тель­но.

Мы — те, кто счи­та­ет­ся по­бе­ди­те­ля­ми в ав­гу­стов­ских со­бы­ти­ях 1991 го­да, — не мо­жем силь­но ру­гать тех, ко­го обо­зва­ли пут­чи­ста­ми. Мы все — вос­пи­тан­ни­ки со­вет­ской стра­ны и хо­те­ли ее со­хра­нить. Хо­те­ли добра сна­ча­ла Со­вет­ско­му Со­ю­зу, по­том Рос­сии. Но как сде­лать это доб­ро — в тот мо­мент ни­кто не по­ни­мал или каж­дый по­ни­мал по­раз­но­му.

— Вы по­ла­га­е­те, что глав­ной це­лью ГКЧП бы­ло не до­пу­стить под­пи­са­ния Со­юз­но­го до­го­во­ра, ко­то­рое пла­ни­ро­ва­лось на 20 ав­гу­ста?

— Аб­со­лют­но нет! Это офи­ци­аль­ная вер­сия из учеб­ни­ков, под ко­то­рой по­том и чле­ны ГКЧП под­пи­са­лись, что­бы лег­че бы­ло оправ­ды­вать­ся. Я-то точ­но знаю, что ни­ка­ко­го Со­юз­но­го до­го­во­ра 20 ав­гу­ста под­пи­сы­вать уже ни­кто не со­би­рал­ся. Я все-та­ки нема­ло про­ра­бо­тал в спец­служ­бах и знаю, ка­кой бы­ла бы под­го­тов­ка для та­ко­го боль­шо­го ме­ро­при­я­тия, на ко­то­рое съез­жа­ют­ся гла­вы всех рес­пуб­лик и со­юз­ное ру­ко­вод­ство. Бы­ли бы за­ра­нее под­клю­че­ны боль­шие си­лы: ор­га­ни­за­то­ры це­ре­мо­ни­а­ла и тор­же­ства, служ­бы без­опас­но­сти… А тут ни­ка­кой под­го­тов­ки не шло! Гор­ба­чев ре­шил ни­че­го не под­пи­сы­вать, а спря­тать­ся. И обос­но­вать это он мог толь­ко сво­ей тя­же­лой бо­лез­нью. На­столь­ко тя­же­лой, что да­же власть вре­мен­но при­ш­лось пе­ре­дать ГКЧП. Он ее сам им пе­ре­дал, а по­том их же объ­явил пут­чи­ста­ми.

Ко­неч­но, как все пат­ри­о­ты, го­су­дар­ствен­ни­ки, чле­ны ГКЧП хо­те­ли не толь­ко вы­го­ро­дить Гор­ба­че­ва, но и вос­ста­но­вить управ­ле­ние стра­ной. По­то­му что к то­му мо­мен­ту со­вет­скую власть бра­ни­ли уже не толь­ко на кух­нях, а с те­ле­ви­зи­он­ных экра­нов. Для на­ча­ла они пла­ни­ро­ва­ли нор­ма­ли­зо­вать об­ста­нов­ку, а там вид­но бу­дет…

Дру­гое де­ло, что чле­ны ГЧП пе­ре­вол­но­ва­лись от от­вет­ствен­но­сти и ста­ли дей­ство­вать неадек­ват­но. За­чем-то по­сла­ли тан­ки к Бе­ло­му до­му, по­том за­па­ни­ко­ва­ли… Язов чуть не за­стре­лил­ся, ко­гда узнал о трех слу­чай­но по­гиб­ших го­ро­жа­нах на ули­це под бро­не­тех­ни­кой. Так пе­ре­жи­вал. Алек­сандр РУЦКОЙ, в 1991 го­ду — ви­це­пре­зи­дент РСФСР: — Ес­ли не знать, что пред­ше­ство­ва­ло так на­зы­ва­е­мо­му пут­чу, то мож­но дол­го спо­рить о ви­нов­но­сти или неви­нов­но­сти чле­нов ГКЧП. Есть суж­де­ния по это­му по­во­ду на ос­но­ве эмо­ций и на ос­но­ве до­ку­мен­тов. Лич­но я строю свои суж­де­ния на ос­но­ве до­ку­мен­тов и фак­тов.

Ес­ли знать предыс­то­рию про­ис­шед­ше­го, то чле­нов ГКЧП мож­но оправ­дать. Предыс­то­рия та­ко­ва, что про­цесс раз­ва­ла СССР был за­пу­щен за­дол­го до этих со­бы­тий. В 1988 го­ду был при­нят за­кон «Об эко­но­ми­че­ской са­мо­сто­я­тель­но­сти при­бал­тий­ских рес­пуб­лик». В ре­зуль­та­те пер­вы­ми из со­ста­ва СССР вы­шли имен­но при­бал­тий­ские рес­пуб­ли­ки. В 1989 го­ду Пле­нум ЦК КПСС при­нял по­ста­нов­ле­ние «О но­вой на­ци­о­наль­ной по­ли­ти­ке», со­глас­но ко­то­ро­му всем рес­пуб­ли­кам, вхо­дя­щим в со­став СССР, в том чис­ле и ав­то­ном­ным рес­пуб­ли­кам, вхо­дя­щим в со­став РСФСР, был дан ста­тус су­ве­рен­ных неза­ви­си­мых со­ци­а­ли­сти­че­ских го­су­дарств. В 1990 го­ду Съезд на­род­ных де­пу­та­тов при­ни­ма­ет ряд за­ко­нов по ини­ци­а­ти­ве Гор­ба­че­ва, спо­соб­ству­ю­щих не фор­ми­ро­ва­нию но­во­го Со­юз­но­го до­го­во­ра и со­хра­не­нию стра­ны, а стре­ми­тель­но­му раз­ва­лу: «О раз­гра­ни­че­нии пол­но­мо­чий меж­ду цен­тром и рес­пуб­ли­ка­ми, вхо­дя­щи­ми в со­став СССР» (со­глас­но ко­то­ро­му все рес­пуб­ли­ки име­ли пра­во на­ло­жить ве­то на ре­ше­ния ру­ко­вод­ства СССР); «О по­ряд­ке вы­хо­да рес­пуб­лик из со­ста­ва СССР»; «О на­ци­о­наль­ных язы­ках на­ро­дов СССР», да­ю­щий на­ци­о­наль­но­му язы­ку рес­пуб­лик ста­тус го­су­дар­ствен­но­го…

По ини­ци­а­ти­ве Гор­ба­че­ва бы­ла раз­ру­ше­на и вер­ти­каль вла­сти в стране. От­ме­на ше­стой ста­тьи Кон­сти­ту­ции СССР — о ру­ко­во­дя­щей ро­ли КПСС — по­ста­ви­ла вне за­ко­на сло­жив­шу­ю­ся си­сте­му управ­ле­ния го­су­дар­ством. Вза­мен был вве­ден пост Пре­зи­ден­та СССР, и 15 мар­та 1990 го­да Гор­ба­чев из­брал се­бя пре­зи­ден­том. Все это на­зы­ва­лось «пе­ре­строй­кой» — на фоне меж­на­ци­о­наль­ных кон­флик­тов, раз­го­нов де­мон­стра­ций, рез­ни в рес­пуб­ли­ках, то­таль­но­го эко­но­ми­че­ско­го кри­зи­са… Ви­ди­мо, за де­ста­би­ли­за­цию и вак­ха­на­лию в СССР Гор­ба­чев стал но­бе­лев­ским ла­у­ре­а­том. По мо­е­му мне­нию, пре­ступ­ни­ки — не чле­ны ГКЧП, а Гор­ба­чев, со­здав­ший ба­зо­вую ос­но­ву раз­ва­ла стра­ны.

В то вре­мя шел про­цесс под­го­тов­ки но­во­го Со­юз­но­го до­го­во­ра, в хо­де ко­то­ро­го рес­пуб­ли­кан­ские ли­де­ры на­ста­и­ва­ли на кон­фе­де­ра­тив­ном устрой­стве но­во­го со­ю­за, из ко­то­ро­го лю­бая рес­пуб­ли­ка мо­жет вый­ти ко­гда за­хо­чет и мо­жет при­ни­мать лю­бое ре­ше­ние, не со­гла­со­вы­вая с цен­тром.

Бы­ло оче­вид­но, что та­кая фор­ма устрой­ства го­су­дар­ства недо­пу­сти­ма. И у Ми­ха­и­ла Сер­ге­е­ви­ча воз­ник­ла идея: ес­ли за­клю­чить нор­маль­ный, фе­де­ра­тив­ный до­го­вор не по­лу­чит­ся — при­дет­ся по­да­вить воль­ни­цу рес­пуб­лик пу­тем вве­де­ния чрез­вы­чай­но­го по­ло­же­ния. Для удер­жа­ния си­ту­а­ции Гор­ба­чев и пред­ло­жил со­здать Го­су­дар­ствен­ный ко­ми­тет по чрезвычайному прав­ле­нию (ГКЧП), и бы­ло это еще в мар­те, за пять ме­ся­цев до ав­гу­стов­ских со­бы­тий. Увлек­шись ли­бе­ра­лиз­мом, де­ма­го­ги­ей, гла­ва СССР до­вел про­цесс под­го­тов­ки и под­пи­са­ния но­во­го Со­юз­но­го до­го­во­ра до кон­фе­де­ра­тив­но­го ту­пи­ка — и, что­бы уй­ти от от­вет­ствен­но­сти, на­ка­нуне 20 ав­гу­ста, под­пи­са­ния до­го­во­ра, сбе­жал в Крым, в Фо­рос, и изоб­ра­зил из се­бя уз­ни­ка. Тем са­мым он про­сто под­ста­вил сво­их то­ва­ри­щей. Воз­ни­ка­ет во­прос, на ко­то­рый 25 лет ищут от­вет по­ли­то­ло­ги: кто ви­но­ват? Мое мне­ние од­но­знач­но: это не ГКЧП. — Как мог­ли раз­ви­вать­ся со­бы­тия, ес­ли бы ГКЧП усто­ял, а не был по­беж­ден ру­ко­вод­ством Рос­сии и за­щит­ни­ка­ми Бе­ло­го до­ма? Алек­сандр КОРЖАКОВ: — Тра­ге­дия ГКЧПи­стов в том, что по­бе­дить по­сле то­го по­сы­ла, с ко­то­рым они вы­сту­пи­ли, бы­ло уже невоз­мож­но. Их по­ня­ли так, что они вы­сту­пи­ли про­тив сво­бо­ды, де­мо­кра­тии, что сей­час нач­нут­ся аре­сты. Сна­ча­ла аре­сту­ют ру­ко­во­ди­те­лей РСФСР, а по­том — всех осталь­ных, кто вы­со­вы­ва­ет­ся, со все­ми оста­нов­ка­ми, как в 1937-м… По­это­му лю­ди по­шли за­щи­щать Бе­лый дом. По раз­ным оцен­кам, там бы­ло и 50 ты­сяч че­ло­век, и 200 ты­сяч. Лю­ди при­хо­ди­ли, ухо­ди­ли, ме­ня­ли друг дру­га, по­это­му, по мо­им ощу­ще­ни­ям, за три дня там по­бы­ва­ло бо­лее по­лу­мил­ли­о­на че­ло­век. И они не про­сто при­шли, а ста­ли во­ору­жать­ся для бо­е­во­го со­про­тив­ле­ния. Уже за пер­вый день очень силь­но во­ору­жи­лись. Ото­бра­ли 200 ав­то­ма­тов у ми­ли­ци­о­не­ров, по­том за­щит­ни­кам Бе­ло­го до­ма по­мог­ли во­ен­ные — пу­ле­ме­та­ми, «Му­ха­ми» и «Шме­ля­ми». Ес­ли бы ГКЧПи­сты по­пы­та­лись си­ло­вы­ми сред­ства­ми за­хва­тить Бе­лый дом, на­ча­лась бы страш­ная мя­со­руб­ка, а как ми­нистр обо­ро­ны СССР от­ре­а­ги­ро­вал на пер­вые жерт­вы, я уже ска­зал.

Ни­кто в ГКЧП не хо­тел кро­ви. А спец­под­раз­де­ле­ние «Аль­фа», ко­то­рое, как пред­по­ла­га­лось, за­хва­тит Ель­ци­на и нас всех, не до­жда­лось внят­но­го при­ка­за от ГКЧП. У них все рав­но бы ни­че­го не вы­шло: я под­го­то­вил на слу­чай штур­ма эва­ку­а­цию Ель­ци­на и его со­рат­ни­ков в аме­ри­кан­ское по­соль­ство, где их бы­ло не до­стать. Мно­гие ду­ма­ли, что Ель­цин уже в аме­ри­кан­ском по­соль­стве, хо­тя на са­мом де­ле он от­ка­зал­ся ту­да ухо­дить. Так или ина­че, спец­под­раз­де­ле­ние сна­ча­ла без­дей­ство­ва­ло, а в ито­ге пе­ре­шло на на­шу сто­ро­ну. Во­ен­ные бы­ли про­тив штур­ма и кро­во­про­лит­ной бит­вы с за­щит­ни­ка­ми де­мо­кра­тии. Мы на это и на­де­я­лись, по­то­му и про­дер­жа­лись. Алек­сандр РУЦКОЙ: — ГКЧП до­пу­стил непо­пра­ви­мую ошиб­ку — точ­нее, глу­пость, вве­дя вой­ска в Моск­ву. Этим они окон­ча­тель­но де­ста­би­ли­зи­ро­ва­ли и без то­го неста­биль­ную об­ста­нов­ку в стране.

Вы­ход из ту­пи­ка без ка­ких-ли­бо мас­штаб­ных по­тря­се­ний был воз­мо­жен, тем бо­лее что Пре­зи­дент СССР са­мо­устра­нил­ся. В сло­жив­шей­ся си­ту­а­ции сле­до­ва­ло при­гла­сить на за­се­да­ние ГКЧП пред­се­да­те­ля Вер­хов­но­го Со­ве­та СССР Лу­кья­но­ва и пред­ло­жить сроч­но со­звать Чрез­вы­чай­ный съезд на­род­ных де­пу­та­тов СССР с по­вест­кой дня: от­ме­на за­ко­нов СССР, о ко­то­рых я го­во­рил вы­ше, как де­ста­би­ли­зи­ру­ю­щих об­ста­нов­ку в стране; объ­яв­ле­ние им­пич­мен­та Пре­зи­ден­ту СССР Гор­ба­че­ву с осво­бож­де­ни­ем от за­ни­ма­е­мой долж­но­сти и пе­ре­да­чей ру­ко­вод­ства стра­ной кол­ле­ги­аль­но­му ор­га­ну ГКЧП на пе­ри­од под­го­тов­ки но­вых вы­бо­ров Пре­зи­ден­та СССР.

Ярых сто­рон­ни­ков и ини­ци­а­то­ров раз­ва­ла стра­ны, на­вер­ное, сле­до­ва­ло аре­сто­вать или изо­ли­ро­вать на вре­мя. А в это вре­мя из­брать но­во­го Пре­зи­ден­та СССР и немед­лен­но при­сту­пить к кор­рек­ти­ров­ке Со­юз­но­го фе­де­ра­тив­но­го до­го­во­ра, ру­ко­вод­ству­ясь ито­га­ми Все­со­юз­но­го ре­фе­рен­ду­ма о со­хра­не­нии СССР. Толь­ко в этом слу­чае чле­ны ГКЧП во­шли бы в ис­то­рию как пат­ри­о­ты, со­хра­нив­шие ве­ли­кую стра­ну. А у нас по­лу­чи­лось, как го­во­рил поз­же Чер­но­мыр­дин: «Хо­те­ли сде­лать как луч­ше, а по­лу­чи­лось как все­гда». Что ка­са­ет­ся «аре­ста Гор­ба­че­ва в Фо­ро­се», то раз­об­ла­чи­ли этот спек­такль я, При­ма­ков и Ду­на­ев.

Ко­гда по­шли раз­го­во­ры о том, что Гор­ба­чев аре­сто­ван ГКЧПи­ста­ми, в чем я силь­но со­мне­вал­ся, и что­бы не до­пу­стить бой­ни в Москве, я убе­дил Ель­ци­на от­пу­стить ме­ня за Гор­ба­че­вым в Фо­рос. Я хо­тел при­вез­ти его в Моск­ву и разо­брать­ся, что же про­ис­хо­дит на са­мом де­ле. Ель­цин со­гла­сил­ся, со мной по­про­сил­ся в по­лет При­ма­ков, но нам нужен был са­мо­лет. При­ш­лось «по­за­им­ство­вать» борт гла­вы ГКЧП Яна­е­ва. Это бы­ло непро­сто, ле­теть при­ш­лось без дис­пет­че­ра, но 20 офи­це­ров, ко­то­рые бы­ли со мной, про­яви­ли му­же­ство и ре­ши­ли все эти за­да­чи.

И ко­гда мы при­ле­те­ли, то в Фо­ро­се и вы­яс­ни­лось, что ни­кто Гор­ба­че­ва не аре­сто­вы­вал. Он про­сто сбе­жал от от­вет­ствен­но­сти. Мы его за­бра­ли и при­вез­ли об­рат­но, хо­тя воз­вра­щать­ся он не хо­тел. — Пра­виль­но ли вы, по­бе­ди­те­ли со­бы­тий ав­гу­ста 1991 го­да, рас­по­ря­ди­лись сво­ей по­бе­дой? Алек­сандр КОРЖАКОВ: — Ель­цин непра­виль­но рас­по­ря­дил­ся этой по­бе­дой — тут толь­ко его лич­ный про­счет. Или он про­сто в тот мо­мент еще не осо­знал мас­штаб на­шей по­бе­ды, или ис­пу­гал­ся. Он мог в два­дца­тых чис­лах ав­гу­ста взять всю власть в СССР — из­брать­ся Пре­зи­ден­том СССР. То­гда это бы­ло про­сто: со­зы­вай съезд — и все де­ла. Де­пу­та­ты про­го­ло­со­ва­ли, Гор­ба­че­ва сня­ли — Ель­ци­на на­зна­чи­ли. И, став гла­вой СССР, он мог со­хра­нить Со­юз хоть в ка­ком-то ви­де. Он не смог бы, ве­ро­ят­но, удер­жать при­бал­тий­ские рес­пуб­ли­ки, но Укра­и­на и Бе­ло­рус­сия, Ка­зах­стан и Та­джи­ки­стан и мно­гие дру­гие ухо­дить из СССР в «са­мо­сто­я­тель­ное пла­ва­ние» в ав­гу­сте 1991 го­да еще не со­би­ра­лись.

Од­на­ко вме­сто то­го, что­бы взять власть в свои ру­ки по-на­сто­я­ще­му, Ель­цин вер­нул ее Гор­ба­че­ву и устро­ил се­бе свой Фо­рос. Ска­зал: «Я устал, при­бо­лел» — и уехал на две неде­ли в Лат­вию, от­ды­хать, под­ле­чи­вать­ся и пе­ре­жи­дать, что бу­дет.

Гор­ба­чев свой шанс то­же не ис­поль­зо­вал, по­сколь­ку со­рат­ни­ки ему уже не до­ве­ря­ли, огля­ды­ва­ясь на чле­нов его ка­би­не­та из ГКЧП, ока­зав­ших­ся в тюрь­ме. Вся сто­ли­ца мо­ли­лась на Ель­ци­на и жда­ла его воз­вра­ще­ния. Ко­гда ста­ло оче­вид­но, что Гор­ба­чев фак­ти­че­ски пал, Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич, пе­ре­си­дев ми­ну­ты неопре­де­лен­но­сти в При­бал­ти­ке, вер­нул­ся в Моск­ву. Но Со­юз был уже по­те­рян. Ель­ци­ну оста­ва­лось толь­ко ска­зать всем со­юз­ным рес­пуб­ли­кам: бе­ри­те неза­ви­си­мо­сти столь­ко, сколь­ко за­хо­ти­те, под­пи­сать в ито­ге в Бе­ло­веж­ской пу­ще бу­ма­ги о лик­ви­да­ции СССР и ду­мать о том, что нуж­но хо­тя бы Рос­сию спа­сти от рас­па­да. Ведь на тот мо­мент ав­то­ном­ные рес­пуб­ли­ки РСФСР — от Та­тар­ста­на до Чеч­ни — ста­ли очень се­рьез­но за­ду­мы­вать­ся о го­су­дар­ствен­ном су­ве­ре­ни­те­те… Алек­сандр РУЦКОЙ: — На мой взгляд, ни­ка­кой по­бе­ды не бы­ло. Ну как на­звать по­бе­дой по­те­рю сво­ей стра­ны? Это тра­ге­дия. Я ведь при­ся­гу на вер­ность СССР при­ни­мал, но вос­пре­пят­ство­вать его уни­что­же­нию так и не уда­лось. В ис­то­рии с ГКЧП нет по­бе­ди­те­лей — все по­беж­ден­ные. Ми­ха­ил ЗУБОВ.

Newspapers in Russian

Newspapers from Estonia

© PressReader. All rights reserved.