КАК РОМАНЦЕВ НЕ СУ­МЕЛ ВЫ­ПОЛ­НИТЬ ПРОСЬ­БУ САДЫРИНА

Пуб­ли­ку­ем от­ры­вок из кни­ги Алек­сандра ЛЬВОВА

MK Estonia - - СПОРТ - Алек­сей ЛЕБЕДЕВ.

ВЫ­ХО­ДИТ В СВЕТ КНИ­ГА АЛЕК­САНДРА ЛЬВОВА «ОТ «СПАРТАКА» ДО СБОР­НОЙ:

СУДЬ­БЫ, СКАН­ДА­ЛЫ, ТРА­ГЕ­ДИИ». Ее ав­тор на­чи­нал свой твор­че­ский путь в на­шей га­зе­те, за­тем был ре­дак­то­ром еженедельника «МК-Фут­бол». С 1996 по 2001 год ра­бо­тал прес­сат­та­ше в сбор­ной и «Спар­та­ке» Оле­га Ро­ман­це­ва, с ко­то­рым шесть раз вы­иг­ры­вал рос­сий­ское «зо­ло­то».

Со­глас­но за­пи­си в тру­до­вой книж­ке, в долж­ность пресс-ат­та­ше «Спартака» я офи­ци­аль­но всту­пил 1 ок­тяб­ря 1996 го­да. Чест­но го­во­ря, пред­став­ле­ние о том, чем пред­сто­ит за­ни­мать­ся, имел смут­ное. Хо­тя за несколь­ко лет до это­го уже вы­пол­нял точ­но та­кую же ра­бо­ту в «Со­вин­тер­спор­те» — ор­га­ни­за­ции, ко­то­рая пер­вой в Со­вет­ском Со­ю­зе удо­сто­и­лась вы­со­чай­ше­го пра­ва на тру­до­устрой­ство за ру­бе­жом на­ших спортс­ме­нов и тре­не­ров. Де­ло это бы­ло но­вым, а по­то­му ка­зу­сы в ра­бо­те слу­ча­лись вся­кие. Что, к ра­до­сти шуст­рых га­зет­чи­ков, да­ва­ло воз­мож­ность пи­сать о ней вся­кие небы­ли­цы, сра­жая чи­та­те­ля «сен­са­ци­он­ны­ми раз­об­ла­че­ни­я­ми». По­это­му в мою за­да­чу вхо­ди­ло воз­вра­ще­ние доб­ро­го име­ни тем, кто пла­тил мне зар­пла­ту. Не скрою, де­лать это бы­ло при­ят­но: ведь ра­ди тор­же­ства ис­ти­ны на­чаль­ство каж­дый раз от­прав­ля­ло ме­ня в за­гран­ко­ман­ди­ров­ку для про­яс­не­ния си­ту­а­ции на ме­сте. А за­тем я в пла­мен­ных пуб­ли­ка­ци­ях за­щи­щал честь и до­сто­ин­ство род­ной кон­то­ры, за­од­но рас­ска­зы­вая, как с по­мо­щью все­мо­гу­ще­го «Со­вин­тер­спор­та» ска­зоч­но жи­вут-по­жи­ва­ют за кор­до­ном на­ши быв­шие звез­ды.

Ка­кие это бы­ли встре­чи! В Гре­ции до­ве­лось об­щать­ся с тре­не­ром по фи­гур­но­му ка­та­нию, оба­я­тель­ной Ни­ной Жук, в Фин­лян­дии с хок­ке­и­ста­ми — ле­ген­дар­ным Бо­ри­сом Май­о­ро­вым и Вик­то­ром Тю­ме­не­вым, в Тур­ции вме­сте с Ген­на­ди­ем Ор­ло­вым снимать фильм о веч­ном стран­ни­ке Ва­ле­рии Не­пом­ня­щем, в Из­ра­и­ле с Ан­ной Дмит­ри­е­вой де­лать для те­ле­ви­де­ния пе­ре­да­чу об Алек­сан­дре Ува­ро­ве, Ан­дрее Ба­ле и Алек­сан­дре По­лу­ка­ро­ве. А че­го сто­ит ис­то­рия о том, как уда­лось по­мочь Вя­че­сла­ву Фе­ти­со­ву от­сто­ять в аме­ри­кан­ском су­де мил­ли­он дол­ла­ров, ко­то­рый за­тре­бо­вал с него быв­ший агент-ма­ро­дер Мал­ко­вич!

Сло­вом, есть что вспом­нить. И, по­верь­те, несмот­ря на спе­ци­фи­ку жан­ра, ра­бо­та­лось лег­ко, с на­стро­е­ни­ем, по­сколь­ку хо­ро­шие су­точ­ные и дав­ние доб­рые от­но­ше­ния со спор­тив­ны­ми ге­ро­я­ми мо­гу­чей стра­ны по­мо­га­ли ре­шать лю­бые про­бле­мы. В об­щем, то­гда круг обя­зан­но­стей был хо­ро­шо из­ве­стен и по­ня­тен. Ва­ри­ант же пресс-ат­та­ше «Спартака» уга­ды­вал­ся с тру­дом и вы­гля­дел до­воль­но рас­плыв­ча­то. По­ка знал лишь од­но: по­сле каж­до­го мат­ча, хоть под ду­лом ав­то­ма­та, дол­жен при­во­дить на пресс-кон­фе­рен­цию глав­но­го тре­не­ра, для ко­то­ро­го это бы­ло срод­ни ви­зи­ту к нетрез­во­му сель­ско­му зуб­но­му вра­чу. Все осталь­ное пред­сто­я­ло осво­ить уже по хо­ду со­бы­тий, ко­то­рые, как я по­нял, ча­ще все­го ока­жут­ся непред­ска­зу­е­мы­ми. Уже на тре­тий день ра­бо­ты, ко­гда узнал, что из Та­ра­сов­ки бы­ла вы­дво­ре­на съе­моч­ная груп­па НТВ и на ка­на­ле со­би­ра­ют­ся объ­явить «Спар­та­ку» бой­кот, по­нял: жизнь на но­вом ме­сте ме­ня ожи­да­ет ве­се­лень­кая.

На мо­мент мо­е­го при­хо­да си­ту­а­ция в клу­бе и во­круг него бы­ла непро­стой. Ко­ман­дой ру­ко­во­дил Геор­гий Яр­цев, ко­то­ро­му взяв­ший по­сле Ев­ро-96 тайм-аут Олег Романцев вре­мен­но пе­ре­дал браз­ды прав­ле­ния. Мно­гих жур­на­ли­стов и бо­лель­щи­ков это раз­дра­жа­ло. И кри­ти­ки по по­во­ду и без в ад­рес пре­зи­ден­та и глав­но­го тре­не­ра клу­ба хва­та­ло. Осо­бен­но по­сле неуда­чи ро­ман­цев­ской сбор­ной на ев­ро­пей­ском пер­вен­стве в Ан­глии. Ка­юсь, и я до это­го был в чис­ле тех, кто ви­нил Оле­га Ива­но­ви­ча во всех смерт­ных фут­боль­ных гре­хах. Вот по­че­му неска­зан­но уди­вил­ся, ко­гда он по­сле дол­го­го пе­ре­ры­ва по­зво­нил мне и пред­ло­жил рас­ска­зать о том, что же на са­мом де­ле про­ис­хо­ди­ло в ко­ман­де на чем­пи­о­на­те Ев­ро­пы в Ан­глии.

Я со­гла­сил­ся, но по­ста­вил усло­вие: за ин­тер­вью возь­мусь, толь­ко ес­ли он бу­дет сто­про­цент­но от­кро­ве­нен.

Вско­ре под за­го­лов­ком «Эта сбор­ная не мог­ла не про­иг­рать» ма­те­ри­ал вы­шел в свет. И про­изо­шло по­чти неве­ро­ят­ное — вол­на «пра­вед­но­го гне­ва» пи­шу­щей бра­тии и бо­лель­щи­ков как-то са­ма со­бой по­утих­ла. Ока­зы­ва­ет­ся, со­всем неин­те­рес­но пе­ре­мы­вать ко­сти то­му, кто, опе­ре­див со­бы­тия, все уже по­ве­дал на­ро­ду сам. То­гда я впер­вые по­нял: по­доб­ный стра­те­ги­че­ский ход в мо­ей но­вой про­фес­сии очень ва­жен. И воз­мож­ность свое­вре­мен­но вы­ска­зать­ся для ока­зав­ше­го­ся в по­доб­ной си­ту­а­ции тре­не­ра до­ро­го­го сто­ит.

Ведь имен­но от­но­ше­ни­ем к нему и опре­де­ля­ет­ся от­но­ше­ние к его ко­ман­де. В этом и оказалась глав­ная слож­ность мо­ей но­вой ра­бо­ты. Бу­дучи по на­ту­ре че­ло­ве­ком не слиш­ком кон­такт­ным, Романцев не очень жа­ло­вал прес­су, из­бе­гал те­ле­ви­зи­он­щи­ков. По­шло это от неко­то­рых «жел­то­ва­тых» ре­пор­те­ров, ко­то­рые пуб­ли­ко­ва­ли то, че­го в бе­се­дах с ни­ми и в по­мине не бы­ло. В ре­зуль­та­те и рож­да­лись раз­но­го ро­да небы­ли­цы. Сре­ди про­чих, в част­но­сти, при­хо­ди­лось слы­шать и о яко­бы очень непро­стых от­но­ше­ни­ях Оле­га Ива­но­ви­ча с кол­ле­га­ми по тре­нер­ско­му це­ху. Мол, вы­со­ко­ме­рен, неува­жи­те­лен, с тем не раз­го­ва­ри­ва­ет, а с этим и во­все на но­жах. Есте­ствен­но, по дол­гу служ­бы все это при­хо­ди­лось вы­слу­ши­вать. Хо­тя спе­ци­аль­но вы­яс­нять, как же все об­сто­ит на са­мом де­ле, счи­тал не очень так­тич­ным. А по­то­му ре­шил по­ла­гать­ся на соб­ствен­ную ин­ту­и­цию и есте­ствен­ный ход со­бы­тий.

Сам Романцев, по­хо­же, на по­доб­ные разговоры то ли вни­ма­ния не об­ра­щал, то ли де­лал вид, что они ему без­раз­лич­ны. Во вся­ком слу­чае, ни­как их не ком­мен­ти­ро­вал. Лишь од­на­жды, в кон­це 90-х, я стал неволь­ным сви­де­те­лем его ре­ак­ции на сло­ва, ска­зан­ные яв­но в серд­цах од­ним из очень ува­жа­е­мых им кол­лег. Про­изо­шло это по­сле мат­ча с ЦСКА, ко­то­рый «Спар­так» в Чер­ки­зо­ве не без тру­да вы­иг­рал. И на пресс-кон­фе­рен­ции ра­бо­тав­ший то­гда с ар­мей­ца­ми Олег Дол­ма­тов, взо­рвав­шись, за­явил, что по­сле та­ко­го су­дей­ства те­перь зна­ет, как ре­гу­ляр­но ста­но­вит­ся чем­пи­о­ном его се­го­дняш­ний со­пер­ник. Не пе­ре­дать эти сло­ва Ро­ман­це­ву я не мог — и на­до бы­ло ви­деть его ре­ак­цию! «Не мо­жет быть! — изу­мил­ся он. — Уж от ко­го-ко­го, а от Оле­га я та­ко­го не ожи­дал». И боль­ше к этой те­ме не воз­вра­щал­ся ни­ко­гда. Лишь позд­нее, вер­нув­шись к той ис­то­рии в раз­го­во­ре с Дол­ма­то­вым, я узнал, что од­на­жды при слу­чай­ной встре­че он при­нес-та­ки Ро­ман­це­ву из­ви­не­ния. А тот при­нял их — ко­му, как не ему, знать, что в тре­нер­ском де­ле от по­сле­мат­че­вых сры­вов не за­стра­хо­ван ни­кто.

Вс­по­ми­на­ет­ся и дру­гой эпи­зод, в ко­то­ром про­яви­лась ро­ман­цев­ская непред­ска- зу­е­мость. В мае 97-го мой дав­ний то­ва­рищ Юрий Се­мин от­ме­чал пя­ти­де­ся­ти­лет­ний юби­лей, на ко­то­рый в ка­че­стве та­ма­ды при­гла­сил и ме­ня. Са­мо со­бой, от­ка­зать­ся я не мог. Но наш муд­рый ад­ми­ни­стра­тор Алек­сандр Ха­джи на вся­кий слу­чай по­со­ве­то­вал по­ста­вить в из­вест­ность Ро­ман­це­ва, у ко­то­ро­го, ес­ли ве­рить мол­ве, с тре­не­ром «Ло­ко» от­но­ше­ния бы­ли не са­мые доб­рые. По­го­ва­ри­ва­ли, что еще с той по­ры, ко­гда пе­ред чем­пи­о­на­том ми­ра в США груп­па спар­та­ков­цев от­ка­за­лась вы­сту­пать в сбор­ной Павла Садырина, у ко­то­ро­го Се­мин был по­мощ­ни­ком. И хо­тя в ито­ге в Америку все «от­каз­ни­ки» из чис­ла крас­но-бе­лых все-та­ки от­пра­ви­лись, непри­ят­ный оса­док в ду­ше мог остать­ся и у Се­ми­на, и у Ро­ман­це­ва. Ка­ко­во же бы­ло мое удив­ле­ние, ко­гда, узнав от ме­ня о го­то­вя­щем­ся тор­же­стве, Олег Ива­но­вич не толь­ко бла­го­сло­вил на за­столь­ные по­дви­ги, но и дал ко­ман­ду пре­под­не­сти име­нин­ни­ку мяч с его лич­ным ав­то­гра­фом и дар­ствен­ной над­пи­сью: «Па­лы­чу в день рож­де­ния! С по­же­ла­ни­ем тре­нер­ско­го здо­ро­вья и уда­чи!» Вру­че­ние по­дар­ка про­из­ве­ло эф­фект разо­рвав­шей­ся бом­бы. А сам юби­ляр был рас­тро­ган чуть ли не до слез. И бла­го­род­ный ро­ман­цев­ский жест, по­хо­же, стал для него в тот празд­нич­ный день са­мым боль­шим и при­ят­ным сюр­при­зом.

Ес­ли об от­но­ше­ни­ях Се­ми­на и Ро­ман­це­ва по­го­ва­ри­ва­ли с неко­то­рой неопре­де­лен­но­стью, то о нескры­ва­е­мой непри­яз­ни к главному тре­не­ру «Спартака» Садырина бы­ло из­вест­но всем. Да и сам Па­вел Фе­до­ро­вич это­го не пы­тал­ся скры­вать. Осо­бен­но по­сле то­го, как рос­сий­ская сбор­ная не­удач­но вы­сту­пи­ла в США. Есте­ствен­но, во всем был об­ви­нен ее глав­ный тре­нер, ко­то­рый, как по­ла­га­ет­ся в по­доб­ных слу­ча­ях, вы­нуж­ден был по­дать в от­став­ку. Уже по­том, ко­гда в мно­го­чис­лен­ных ин­тер­вью его спра­ши­ва­ли о причинах аме­ри­кан­ско­го фиа­ско, Са­ды­рин пря­мо за­яв­лял, что од­ной из них ста­ло позд­нее по­яв­ле­ние в ко­ман­де спар­та­ков­цев, ко­то­рые до это­го по при­ка­зу клуб­но­го тре­не­ра играть за сбор­ную от­ка­зы­ва­лись. Не за­бы­вал он об этом и по­том: на­при­мер, то ли в шут­ку, то ли все­рьез за­яв­лял, что вер­нул­ся с «Зе­ни­том» в выс­шую ли­гу с од­ной толь­ко це­лью — обыг­рать «Спар­так» (чи­тай Ро­ман­це­ва). Что и сде­лал в 96-м в Москве. При­чем ра­до­вал­ся так, как буд­то вы­иг­рал с ко­ман­дой «зо­ло­то».

Садырина я знал еще иг­ро­ком. Сдру­жи­лись же мы по­сле то­го, как его при­гла­си­ли воз­гла­вить ЦСКА. В жиз­ни он был та­ким же, как и на по­ле: чест­ным, бес­страш­ным, со взрыв­ным ха­рак­те­ром. В ка­кие-то мо­мен­ты по­след­нее об­сто­я­тель­ство по­мо­га­ло ему, а в ка­кие-то обо­ра­чи­ва­лось про­тив. Этим не слиш­ком по­ря­доч­ные лю­ди и поль­зо­ва­лись. Зная, что Са­ды­рин по на­ту­ре до­вер­чив, недру­ги, бы­ва­ло, его по­про­сту под­став­ля­ли. Слу­ча­лось это и в об­ще­нии с жур­на­ли­ста­ми. Осо­бен­но по­сле то­го, как пе­ред са­мым чем­пи­о­на­том ми­ра в США груп­па фут­бо­ли­стов-ре­во­лю­ци­о­не­ров, яв­но вы­пол­няя чей-то за­каз, ре­ши­ла убрать Павла Фе­до­ро­ви­ча с по­ста глав­но­го тре­не­ра сбор­ной. То­гда-то «доб­ро­же­ла­те­ли» и ста­ли недву­смыс­лен­но на­ме­кать ему, что Романцев — один из тех, кто встав­ля­ет пал­ки в ко­ле­са. Пе­ре­жить те бу­ри Са­ды­ри­ну уда­лось. Но че­го это сто­и­ло, зна­ли толь­ко он, его же­на Та- тья­на да Гос­подь Бог. Позд­ней осе­нью то­го же 96-го, ве­дя от­ча­ян­ную борь­бу за чем­пи­он­ство с «Ала­ни­ей», «Спар­так» встре­чал­ся в Пи­те­ре с «Зе­ни­том». Про­ни­зы­ва­ю­щий бал­тий­ский хо­лод, бит­ком на­би­тые три­бу­ны «Пет­ров­ско­го», ли­хой де­тек­тив­ный сю­жет встре­чи — все это бы­ло в тот ве­чер. По­бе­да в ито­ге оста­лась за го­стя­ми, ко­то­рые, ка­за­лось, по­на­ча­лу без­на­деж­но про­иг­ры­ва­ли. Но в ито­ге вы­рва­ли пра­во на зо­ло­той матч с вла­ди­кав­каз­ца­ми. Па­вел Фе­до­ро­вич ме­тал гром и мол­нии, из­вер­гая про­кля­тия в ад­рес всех, кто, как ему ка­за­лось, был про­тив его ко­ман­ды. По­сле той иг­ры еще дол­го хо­ди­ли вся­кие разговоры о ка­ких-то оче­ред­ных спар­та­ков­ских «про­ис­ках». Но то, что пер­вым стал клуб, ко­то­рый за­слу­жи­вал это боль­ше осталь­ных, со­мне­ний не вы­зы­ва­ло да­же у его недру­гов.

Те­ма от­но­ше­ний двух тре­не­ров неожи­дан­но всплы­ла ров­но пять лет спу­стя. В «Олим­пий­ском», во вре­мя Куб­ка Со­дру­же­ства, Романцев вдруг по­ин­те­ре­со­вал­ся, мо­гу ли я ка­ким-то об­ра­зом свя­зать­ся с Са­ды­ри­ным, ко­то­рый, как он слы­шал, на­хо­дит­ся в гос­пи­та­ле Бур­ден­ко.

— Мне са­мо­му не очень удоб­но, — объ­яс­нил Олег Ива­но­вич, — а вот ты свя­жись с ним, пе­ре­дай от ме­ня при­вет, узнай, чем необ­хо­ди­мо по­мочь, и по­же­лай ско­рей­ше­го вы­здо­ров­ле­ния.

Вы­пол­нить по­ру­че­ние по­мог ста­рей­ший ар­мей­ский эс­ку­лап, увы, уже по­кой­ный, Олег Мар­ко­вич Бе­ла­ков­ский, раз­до­быв­ший но­мер те­ле­фо­на, уста­нов­лен­но­го пря­мо в боль­нич­ной па­ла­те. И при этом с гру­стью со­об­щив­ший, что де­ла у Павла Фе­до­ро­ви­ча очень неваж­ные и его бу­ду­щее вы­гля­дит весь­ма мрач­но. Ска­зать, что мой зво­нок ока­зал­ся для ар­мей­ско­го тре­не­ра боль­шой неожи­дан­но­стью, зна­чит, не ска­зать ни­че­го. Мне да­же по­ка­за­лось, что по­на­ча­лу он по­те­рял дар ре­чи. Но, вы­слу­шав, при­шел в се­бя.

— Боль­шое спа­си­бо Оле­гу за вни­ма­ние, у ме­ня все есть, — от­ве­тил Па­вел Фе­до­ро­вич. — Уда­чи ему в Ли­ге чем­пи­о­нов. Бу­ду обя­за­тель­но бо­леть за него.

Ме­сяц спу­стя мы прилетели в Мюн­хен на встре­чу Ли­ги чем­пи­о­нов с «Ба­ва­ри­ей». Пер­вой, ко­го я уви­дел, ко­гда наш ав­то­бус за­тор­мо­зил у го­сти­ни­цы «Ара­бел­ла-Ше­ра­тон», неожи­дан­но оказалась Та­тья­на Садырина.

— Вы не мог­ли бы пе­ре­дать Оле­гу Ива­но­ви­чу, что с ним очень хо­чет по­го­во­рить Па­вел Фе­до­ро­вич. Он здесь на об­сле­до­ва­нии, — ска­за­ла она, кив­нув в сто­ро­ну чер­но­го с то­ни­ро­ван­ны­ми стек­ла­ми «Мер­се­де­са».

Романцев от­ре­а­ги­ро­вал мгно­вен­но. О чем го­во­ри­ли они те де­сять ми­нут с Са­ды­ри­ным, ко­то­рый да­же не вы­шел из ма­ши­ны, неиз­вест­но.

— Не­важ­но вы­гля­дит Паш­ка, — вер­нув­шись, со­об­щил мне за­мет­но рас­стро­ен­ный Олег Ива­но­вич. — Но на иг­ру на­шу прий­ти со­би­ра­ет­ся. Очень про­сил вы­иг­рать. Ты уж по­за­боть­ся о двух би­ле­тах — он за ни­ми зав­тра обе­щал ко­го-ни­будь при­слать.

На сле­ду­ю­щий день по­чти все остав­ше­е­ся до отъ­ез­да на ста­ди­он вре­мя я про­вел в хол­ле оте­ля. Но за кон­вер­том с при­гла­ше­ни­я­ми так ни­кто и не при­шел.

То бы­ла по­след­няя встре­ча двух боль­ших тре­не­ров. В де­каб­ре 2001-го Садырина не ста­ло. А «Спар­так» то­гда «Ба­ва­рии» усту­пил. Вот и по­лу­чи­лось, что вы­пол­нить по­след­нюю прось­бу Павла Фе­до­ро­ви­ча Романцев так и не су­мел.

P.S. С мо­мен­та той пе­чаль­ной ис­то­рии про­шло уже пол­то­ра де­сят­ка лет. Но уже по­том Романцев не раз с гру­стью вспо­ми­нал ее. Воз­мож­но, со­жа­лел о том, что они с Са­ды­ри­ным смог­ли по­го­во­рить, вы­яс­нить от­но­ше­ния и вновь по­жать друг дру­гу ру­ки уже на са­мом об­ры­ве жиз­ни кол­ле­ги. Ведь как бы ни скла­ды­ва­лись их тре­нер­ские судь­бы, они без­на­деж­но по­хо­жи непред­ска­зу­е­мо­стью, по­сто­ян­ным риском, сжи­га­ни­ем се­бя в ра­бо­те. И ко­му в их су­ма­сшед­шей ра­бо­те суж­де­но прой­ти под по­бед­ные зву­ки фан­фар, а ко­му — по­сы­пая го­ло­ву пеп­лом, пред­ска­зать не дано. Романцев и сам ис­пы­тал это. Вна­ча­ле вы­нуж­ден был по­ки­нуть «Спар­так», а за­тем, не же­лая про­ги­бать­ся под хо­зя­ев, ушел из «Са­тур­на» и «Ди­на­мо». Но не дрог­нул — ха­рак­тер не поз­во­лил. Неза­ви­си­мость во всем от­ли­ча­ла и Садырина, ко­то­ро­го в свое вре­мя «ухо­ди­ли» из «Зе­ни­та», а за­тем, пре­кло­нив ко­ле­ни, зва­ли на­зад. Не сло­ма­ла его и та мерз­кая ис­то­рия в сбор­ной в ка­нун чем­пи­о­на­та ми­ра в США. Кста­ти, из тех от­каз­ни­ков­бун­та­рей на большую фут­боль­ную вер­ши­ну так ни­кто и не под­нял­ся. Ну да бог им су­дья. Сло­вом, и у Павла Фе­до­ро­ви­ча, и у Оле­га Ива­но­ви­ча уда­ров судь­бы на­бра­лось нема­ло. Романцев про­дол­жа­ет их дер­жать. Са­ды­рин уже нет.

Это жизнь. Тре­нер­ская…

Newspapers in Russian

Newspapers from Estonia

© PressReader. All rights reserved.