ТКАЧ СВОЕИ ЧУДОВИЩНОИ СУДЬ­БЫ

MK Estonia - - ШОК - Ири­на БОБРОВА.

В кон­це июля но­вость о том, что 27-лет­няя жи­тель­ни­ца Яро­слав­ской об­ла­сти вы­шла за­муж за 64-лет­не­го се­рий­но­го ма­нья­ка Сер­гея Тка­ча, взо­рва­ла Ин­тер­нет. Мы пы­та­лись свя­зать­ся с Еле­ной по го­ря­чим сле­дам. Тщет­но. Де­вуш­ка не вы­хо­ди­ла на связь. Про­лить свет на лав­сто­ри де­вуш­ки ре­ши­ли ее по­дру­ги по пе­ре­пис­ке с такими же по­жиз­нен­но осуж­ден­ны­ми. Да­мы сли­ли скуд­ную ин­фор­ма­цию про неве­сту ма­нья­ка. Но это­го хва­ти­ло, что­бы по­сле вы­хо­да ма­те­ри­а­ла ге­ро­и­ня гром­кой ис­то­рии са­ма свя­за­лась с на­ми. Та­ким об­ра­зом Еле­на от­кро­вен­но по­ве­да­ла ис­то­рию сво­е­го нерав­но­го бра­ка.

«Он мне ка­зал­ся страш­нее Чи­ка­ти­ло»

— Это бы­ла лю­бовь с пер­во­го взгля­да?

— Пер­вый раз я уви­де­ла Сер­гея, ко­гда мне бы­ло 16 лет. Смот­ре­ла пе­ре­да­чу «Чест­ный де­тек­тив». И не мог­ла ото­рвать­ся. Боль­ше все­го за­пом­нил­ся мо­мент, ко­гда его при­ве­ли на след­ствен­ный экс­пе­ри­мент, где он по­дроб­но рас­ска­зы­вал, как со­вер­шал то или иное пре­ступ­ле­ние. Вот эти де­та­ли про­из­ве­ли на ме­ня мощ­ное впе­чат­ле­ние. — Впе­чат­ле­ния бы­ли на­столь­ко силь­ны­ми, что вы в него влю­би­лись?

— На тот мо­мент он по­ка­зал­ся мне жут­ко­ва­тым и са­мым страш­ным че­ло­ве­ком, о ко­то­ром я ко­гда-ли­бо слы­ша­ла. Он ведь не ре­зал жертв но­жом, не вы­ре­зал их ор­га­ны, не про­бо­вал на вкус их мя­со, не пус­кал кровь, не му­чил, не пы­тал... Имен­но этим ка­зал­ся мне страш­нее Чи­ка­ти­ло и всех осталь­ных ма­нья­ков. Но тем не ме­нее с тех пор я боль­ше ни на ми­ну­ту не мог­ла его за­быть. Убий­ства с из­на­си­ло­ва­ни­я­ми в из­вра­щен­ной фор­ме Сер­гей Ткач со­вер­шал с 1980 по 2005 год на тер­ри­то­рии Укра­и­ны. В ка­че­стве жертв вы­би­рал де­во­чек от 9 до 17 лет. Ткач не остав­лял сле­дов на те­лах сво­их жертв: сни­мал с них все пред­ме­ты одеж­ды и обу­ви, на ко­то­рых мог­ли бы остать­ся от­пе­чат­ки его паль­цев, уни­что­жал ули­ки — за­тап­ты­вал сле­ды, вы­ти­рал спер­му. Де­ву­шек вы­сле­жи­вал в ле­со­по­сад­ках вбли­зи же­лез­но­до­рож­но­го по­лот­на и ав­то­страд. Пе­ред убий­ством вы­пи­вал ста­кан вод­ки с ди­мед­ро­лом. Уби­вая, Ткач пе­ре­жи­мал де­вуш­ке сон­ную ар­те­рию и брал что-то на па­мять: зо­ло­тые укра­ше­ния, по­ма­ду, зер­каль­це, су­моч­ку и ниж­нее бе­лье жерт­вы. По­след­ней жерт­вой Сер­гея Тка­ча ста­ла 9-лет­няя Ка­тя из го­ро­да По­ло­ги.

«С де­ся­ти лет мне сни­лось, как я уби­ваю лю­дей»

— Объ­яс­ни­те, по­че­му де­вуш­ки за­па­да­ют на пре­ступ­ни­ков?

— При­чин мо­жет быть мас­са — пло­хие от­но­ше­ния с ро­ди­те­ля­ми или сверст­ни­ка­ми, про­ти­во­по­лож­ным по­лом, нар­ко­ма­ния, пси­хи­че­ские от­кло­не­ния, же­ла­ние вы­де­лить­ся из тол­пы. Я вся­ких ви­де­ла. Есть дру­гая ка­те­го­рия — гла­мур­ные при­ли­зан­ные де­воч­ки, во всем пра­виль­ные в жиз­ни, ре­а­ли­зу­ю­щие свои тай­ные фан­та­зии че­рез пе­ре­пис­ку. Фу, я та­ких пре­зи­раю. Луч­ше уж пси­хи. Ис­поль­зо­вать без­за­щит­ных, имен­но так, осуж­ден­ных к ПЛС, хва­та­ю­щих­ся за любой по­след­ний шанс, как иг­руш­ки для вре­мен­но­го раз­вле­че­ния — это как ле­жа­че­го бить. Мерз­ко.

— Как бы вы их ни на­зы­ва­ли, но имен­но с эти­ми стран­ны­ми людь­ми вы про­во­ди­ли мно­го вре­ме­ни. На­при­мер, есть фо­то, где вы гу­ля­е­те вме­сте в том же Бит­цев­ском пар­ке.

— Я 8 лет про­ра­бо­та­ла в Москве и жи­ла как ро­бот. Мо­и­ми един­ствен­ны­ми «раз­вле­че­ни­я­ми» бы­ли офис, мет­ро и проб­ки. А посколь­ку кри­ми­наль­ны­ми ис­то­ри­я­ми ин­те­ре­со­ва­лась в дет­стве, на­шла се­бе зна­ко­мых с по­хо­жи­ми ин­те­ре­са­ми. Бит­ца бы­ла ме­стом для на­ших по­си­де­лок и раз­го­во­ров о ги­по­те­ти­че­ских убий­ствах, ко­то­рые лич­но я все­рьез со­вер­шать ни­ко­гда не со­би­ра­лась. Я окон­чи­ла юри­ди­че­ский вуз и от­лич­но знаю за­кон, ко­то­рый для ме­ня не пу­стой звук, — в тюрь­му я не со­би­ра­юсь. Не по­на­слыш­ке знаю, что там не ку­рорт.

— Вы зна­е­те био­гра­фии всех се­рий­ных убийц?

— Да, знаю био­гра­фии мно­гих, по­чти всех. В со­зна­тель­ном воз­расте ме­ня в боль­шей сте­пе­ни ин­те­ре­со­ва­ли ис­то­рии жен­щи­ну­бийц. Кста­ти, мне ведь лет с де­ся­ти по но­чам в крас­ках сни­лось, как я уби­ваю лю­дей. — Ро­ди­те­ли зна­ли о ва­ших увле­че­ни­ях?

— Я вы­рос­ла в очень ин­тел­ли­гент­ной небед­ной се­мье. Ро­ди­те­ли ме­ня лю­би­ли и ба­ло­ва­ли. Скан­да­лы бы­ли до­ма, но ру­ку на ме­ня ни­ко­гда не под­ни­ма­ли, хоть я то­го за­слу­жи­ва­ла. О мо­их по­след­них увле­че­ни­ях они го­во­ри­ли: «Ты ве­дешь се­бя как ин­фан­тиль­ный под­ро­сток. Ко­гда уже ты по­лю­бишь, вый­дешь за­муж, ро­дишь?» По­лю­би­ла. Вы­шла. Ро­ди­ла. Что же им те­перь не нра­вит­ся?

«Я ро­жа­ла для него»

— Сколь­ко лет дли­лась ва­ша пе­ре­пис­ка с Тка­чом пе­ред тем, как вы встре­ти­лись?

— Пе­ред встре­чей мы пе­ре­пи­сы­ва­лись 5 ме­ся­цев. Я до сих пор пом­ню да­ту, ко­гда по­лу­чи­ла его пер­вое пись­мо. Это бы­ло 8 ап­ре­ля 2015 го­да. А 9 де­каб­ря то­го же го­да мы уже рас­пи­са­лись. — Ко­гда пер­вый раз встре­ти­лись?

— Крат­кое сви­да­ние №1 со­сто­я­лось 3 ок­тяб­ря 2015 го­да че­рез стек­ло. Раз­го­вор шел по сло­ман­ной те­ле­фон­ной труб­ке.

— Вот уви­де­ли вы его че­рез стек­ло, ху­до-бед­но по­об­ща­лись и в тот день окон­ча­тель­но по­ня­ли, что этот се­рий­ный убий­ца — муж­чи­на ва­шей меч­ты?

— Так и слу­чи­лось. Все мои на­деж­ды в от­но­ше­нии него оправ­да­лись. Сра­зу по­сле этой встре­чи я от­пра­ви­лась по­да­вать до­ку­мен­ты в загс.

— Он не пы­тал­ся от­го­во­рить вас от по­спеш­но­го ре­ше­ния? Этот брак ведь за­ра­нее об­ре­чен? — Ко­неч­но, не пы­тал­ся. Ведь он и сде­лал мне пред­ло­же­ние, а не я ему. — Фа­ми­лию по­ме­ня­ли? — Сра­зу по­сле сва­дьбы. Же­на долж­на но­сить фа­ми­лию му­жа. — Чем же он вам так при­гля­нул­ся?

— При зна­ком­стве он за­це­пил ме­ня в первую оче­редь сво­ей ма­не­рой об­ще­ния. В от­ли­чие от дру­гих се­рий­ных убийц и во­об­ще зэ­ков он со­хра­нил об­лик нор­маль­но­го че­ло­ве­ка и ни­ко­гда не ба­хва­лил­ся «по­дви­га­ми», что обыч­но свой­ствен­но се­рий­ным убий­цам. Ко мне с пер­вых дней от­но­сил­ся с под­черк­ну­тым ува­же­ни­ем, на что в на­ше вре­мя муж­чи­ны не спо­соб­ны в прин­ци­пе, за ред­ким ис­клю­че­ни­ем. При этом, в от­ли­чие опять же от тю­рем­но­го кон­тин­ген­та, де­ше­вых ком­пли­мен­тов он мне ни­ко­гда не де­лал, ди­фи­рам­бов не пел. Го­во­рил все чест­но, как ду­ма­ет.

— Опи­ши его. Ка­кой он для те­бя — «по­ло­гов­ский ма­ньяк»?

— Доб­рый, ми­лый, скром­ный, об­хо­ди­тель­ный. Он ни­ко­гда со мной не спо­рит, вы­пол­ня­ет все мои ка­при­зы и стес­ня­ет­ся немно­го ме­ня до сих пор. — По­ми­мо вас ему пи­са­ли дру­гие де­вуш­ки?

— Мой муж имел об­ще­ние до зна­ком­ства со мной лишь с офи­ци­аль­ны­ми ли­ца­ми — ад­во­ка­та­ми, сле­до­ва­те­ля­ми, жур­на­ли­ста­ми. Сре­ди по­след­них бы­ли и жен­щи­ны. С од­ной из них я не­дав­но го­во­ри­ла по те­ле­фо­ну. Она ска­за­ла, что при об­ще­нии Сер­гей по­ка­зал­ся ей непри­ят­ным. Но тем луч­ше для ме­ня. Не знаю, что про­изо­шло бы с жен­щи­ной, ко­то­рая бы на­ча­ла его на­хва­ли­вать. А в тюрь­му я не хо­чу. Знаю, что за­оч­ни­цам он ни­ко­гда не пи­сал. И уж тем бо­лее не на­зна­чал ни­ка­ких сви­да­ний. Я об­ща­лась с его быв­ши­ми со­ка­мер­ни­ка­ми по дру­гим тюрь­мам, не в Жи­то­ми­ре. Мно­гое о нем уз­на­ла, пе­ред тем как уза­ко­нить от­но­ше­ния. По­верь­те, я хо­ро­шо под­го­то­ви­лась, преж­де чем свя­зы­вать свою судь­бу с этим че­ло­ве­ком. Так вот, со­ка­мер­ни­ки ни­ко­гда не слы­хи­ва­ли ни о ка­ких его де­вуш­ках с во­ли. Кста­ти, это од­на из при­чин, по ко­то­рым он мне под­хо­дит. Я у него един­ствен­ная.

— С пер­вой брач­ной но­чью вы с Тка­чом не ста­ли за­тя­ги­вать? — Ко­неч­но, не ста­ли тя­нуть. Все про­изо­шло на пер­вом дли­тель­ном сви­да­нии.

— И во вре­мя бли­зо­сти вы не бо­я­лись его? Ма­ло ли, что ма­нья­ку мог­ло взбре­сти в го­ло­ву по­сле мно­го­лет­не­го воз­дер­жа­ния, вдруг при­ду­шил бы вас?

— Че­го бо­ять­ся? Лю­би­мо­го че­ло­ве­ка? Ско­рее, он ме­ня бо­ял­ся. Ткач ни­ко­гда не ду­шил сво­их соб­ствен­ных жен и де­тей, да я сла­бо ве­рю, что он и с чу­жи­ми-то это де­лал. Ска­жу так, по­доб­ные мыс­ли мне и в го­ло­ву не при­хо­ди­ли. — Мо­жет, у вас со­всем от­сут­ству­ет чув­ство стра­ха?

— Я очень бо­юсь со­бак, бо­ли, а боль­ше все­го — вы­со­ты. — Ткач хо­тел ре­бен­ка или все-та­ки от­го­ва­ри­вал вас ро­жать? — Ре­бе­нок — его ини­ци­а­ти­ва. Я ро­жа­ла от него, по его прось­бе и для него. — Но он ведь ни­ко­гда не уви­дит дочь? — Я сде­лаю все воз­мож­ное, что­бы он уви­дел свою дочь.

— У него ведь есть и стар­шие де­ти? — Для дру­гих де­тей он умер.

— Ткач был же­нат пять раз. Вы пы­та­лись по­зна­ко­мить­ся с его род­ствен­ни­ка­ми?

— Я ни­ко­гда не про­бо­ва­ла зна­ко­мить­ся с эти­ми людь­ми. Бо­юсь, при встре­че не сдер­жусь. А мне про­бле­мы с за­ко­ном ни к че­му. Они все дав­но от­рек­лись от него. За 12 лет не на­пи­са­ли ему ни од­но­го пись­ма, не го­во­ря уже о боль­шем. Ну, быв­шие же­ны — по­нят­но, они ему са­мо­му на фиг не нуж­ны. А де­ти?

— Ткач при встре­че от­кро­вен­ни­чал о сво­их пре­ступ­ле­ни­ях? Мо­жет, что-то вас по­ра­зи­ло в его рас­ска­зах?

— Пре­ступ­ле­ния — это по­след­няя те­ма, о ко­то­рой он ста­нет го­во­рить мне. Ес­ли я за­даю во­про­сы по этой те­ме, он от­ве­ча­ет. Но без кра­соч­ных по­дроб­но­стей. Есть ве­щи, ко­то­рые ме­ня по­ра­зи­ли. На­при­мер, ко­гда я его рас­спра­ши­ва­ла про мно­го­чис­лен­ные эпи­зо­ды его пре­ступ­ле­ний, то он, кро­ме двух по­след­них убийств, вспом­нить ни­че­го не смог. Вы по­ни­ма­е­те, к че­му я это? И еще ме­ня уди­ви­ло, что че­ло­век, ко­то­рый яко­бы 25 лет скры­вал­ся от след­ствия, ино­гда с пер­вой по­пыт­ки не по­ни­ма­ет бо­лее про­стых ве­щей. Не бу­ду уточ­нять, о чем речь. Но мне эти мо­мен­ты ка­жут­ся стран­ны­ми.

— Как я по­ни­маю, вы не ве­ри­те, что Ткач убил имен­но столь­ко лю­дей, сколь­ко до­ка­за­ло след­ствие. Но это ва­ше мне­ние. Ска­жи­те, он рас­ка­и­ва­ет­ся?

— Да, он рас­ка­и­ва­ет­ся. На­зы­ва­ет се­бя мон­стром, убий­цей. И го­тов взять еще 300 тру­пов на се­бя, ес­ли его об этом по­про­сят. — За­чем?

— Что­бы еще 20 че­ло­век вы­шли на сво­бо­ду, а он про­дол­жал си­деть. Та­кой уж у него ха­рак­тер.

— То есть го­тов при­не­сти се­бя в жерт­ву. Вы же на­де­е­тесь, что ра­но или позд­но он все-та­ки осво­бо­дит­ся?

— Он то­же на­де­ет­ся, и я на­де­юсь. Воз­мож­но, это по­лу­чит­ся че­рез пе­ре­смотр уго­лов­но­го де­ла. Толь­ко для это­го ему нуж­но оста­вить все стра­хи и рас­ска­зать прав­ду. Ну и, ко­неч­но, ес­ли за де­ло возь­мет­ся очень се­рьез­ный ад­во­кат. Дру­гих ре­аль­ных ва­ри­ан­тов нет. — Вы осуж­да­е­те его?

— За что мне осуж­дать че­ло­ве­ка, ко­то­рый не при­чи­нил мне ни­ка­ко­го зла? А то, что он сде­лал дру­гим, для ме­ня это под боль­шим во­про­сом.

— Сей­час вы пе­ре­еха­ли на Укра­и­ну, что­бы быть по­бли­же к су­пру­гу. На ка­кие день­ги вы там жи­ве­те?

— Два го­да на­зад я пе­ре­бра­лась на Укра­и­ну. Сни­маю квартиру, устро­и­лась на ра­бо­ту. Ме­сто офи­ци­аль­но­го тру­до­устрой­ства жур­на­ли­стам я не со­об­щаю, еще не хва­та­ло, что­бы они ту­да с те­ле­ка­ме­ра­ми при­е­ха­ли, ме­ня то­гда сра­зу уво­лят.

«Я меч­таю, как му­жа за ру­ку вы­ве­ду из ко­ло­нии»

— Еле­на, по­ло­жа ру­ку на серд­це, вы дей­стви­тель­но лю­би­те Тка­ча? Или это чув­ство как-то ина­че на­зы­ва­ет­ся? Мо­жет, по­чи­та­е­те его как сво­е­го ку­ми­ра?

— Ко­неч­но, люб­лю. При чем тут по­чте­ние? Ес­ли вы­яс­нит­ся, что он не со­вер­шал этих пре­ступ­ле­ний, ес­ли он с воз­рас­том ста­нет плохо со­об­ра­жать или у него про­явят­ся от­кло­не­ния в пси­хи­ке, ес­ли от­кро­ют­ся еще ка­кие-то по­дроб­но­сти, за ко­то­рые ува­жать его бу­дет нель­зя, я все рав­но до кон­ца оста­нусь с ним, и мое от­но­ше­ние к нему ху­же не ста­нет.

— Ткач го­во­рит вам о люб­ви в сво­их пись­мах? Вы ве­ри­те в ис­крен­ность его чувств?

— Мы ча­ще со­зва­ни­ва­ем­ся, чем пе­ре­пи­сы­ва­ем­ся, и о люб­ви го­во­рим при каж­дой бе­се­де. У ме­ня нет ни ма­лей­ше­го со­мне­ния, что он не мо­жет без ме­ня жить, как и я без него.

— О чем вы меч­та­е­те? — О том, как я вы­ве­ду сво­е­го му­жу за ру­ку из ко­ло­нии, по­са­жу в ма­ши­ну и уве­зу.

— Ес­ли от­бро­сить ли­ри­ку, то ва­ша участь неза­вид­на. От вас от­вер­ну­лись близ­кие, вас хо­тят ли­шить ро­ди­тель­ских прав, сво­е­го су­пру­га вы ни­ко­гда не уви­ди­те на во­ле, ре­пу­та­ция ва­ша под­мо­че­на. Вам все­го 27 лет. Ес­ли бы зна­ли за­ра­нее, чем обер­нет­ся вся эта ис­то­рия для вас, не ста­ли бы то­ро­пить­ся с бра­ком?

— Вы ме­ня так и не по­ня­ли. Я все сде­ла­ла бы точ­но так же. Ни­ко­гда не по­жа­лею о том, что сде­ла­ла. Я его на­шла. На­шла сво­е­го муж­чи­ну. Это са­мое глав­ное, даль­ше толь­ко впе­ред и не огля­ды­вать­ся.

Же­на «по­ло­гов­ско­го ма­нья­ка» Еле­на Ткач: «С брач­ной но­чью тя­нуть не ста­ли»

Еле­на Ткач до за­му­же­ства.

Со­глас­но при­зна­тель­ным по­ка­за­ни­ям Сер­гея Тка­ча, он ли­шил жиз­ни бо­лее 100 де­во­чек, де­ву­шек и жен­щин.

Newspapers in Russian

Newspapers from Estonia

© PressReader. All rights reserved.