«Мы не мо­жем ощу­щать вре­мя, по­ка на­хо­дим­ся в нем»

11 ок­тяб­ря в ал­ма­тин­ском Го­су­дар­ствен­ном му­зее ис­кусств им. А. Касте­е­ва (ГМИ) от­кры­лась пер­со­наль­ная вы­став­ка рос­сий­ско­го ху­дож­ни­ка Зо­ри­кто Доржиева. Мас­штаб­ную экс­по­зи­цию под на­зва­ни­ем «Степ­ные ис­то­рии» со­ста­ви­ли бо­лее 50 жи­во­пис­ных и гра­фи­че­ских ра­бот.

Delovoy Kazakhstan - - Dk-Life - Ва­дим КРАВЦОВ, фо­то ав­то­ра

Вы­став­ка пред­став­ля­ет со­бой при­мер спла­ва неза­у­ряд­ной твор­че­ской ин­ди­ви­ду­аль­но­сти с ком­мер­че­ской­со­став­ля­ю­щей­успе­ха.Ксво­е­му­со­ро­ка­ле­тию Зо­ри­кто Доржиев по­до­шел сло­жив­шим­ся, узна­ва­е­мым ма­сте­ром с ши­ро­кой меж­ду­на­род­ной из­вест­но­стью. Его ра­бо­ты поль­зу­ют­ся успе­хом на пре­стиж­ных рос­сий­ских и за­ру­беж­ных вы­став­ках, за­ни­ма­ют по­чет­ное ме­сто в из­вест­ных го­су­дар­ствен­ных и част­ных со­бра­ни­ях. Сре­ди их об­ла­да­те­лей лич­но­сти раз­но­го тем­пе­ра­мен­та и твор­че­ских при­стра­стий: Вла­ди­мир Пу­тин и Ан­дрей Ма­ка­ре­вич, Дил­ма Ру­сеф и Ума Тур­ман, Жо­зе Ма­ну­эль Бар­ро­зу и Со­со Пав­ли­а­шви­ли. Про­из­ве­де­ния Доржиева про­да­ва­лись и на аук­ци­о­нах Christie’s, про­во­ди­мых сов­мест­но с Tibet House, аме­ри­кан­ской об­ще­ствен­ной ор­га­ни­за­ци­ей, про­дви­га­ю­щей­ти­бет­ску­ю­куль­ту­ру.Та­лан­тЗо­ри­кто Доржиева про­яв­ля­ет­ся в раз­ных ви­дах твор­че­ства: книж­ной ил­лю­стра­ции, скульп­ту­ре, кино. Кро­ме то­го, он из­ве­стен и как ди­зай­нер одеж­ды. Вер­ни­саж в ГМИ со­про­вож­дал­ся яр­ким де­фи­ле ка­зах­стан­ских мо­де­лей в ко­стю­мах от Зо­ри­кто Доржиева, со­здан­ных по мо­ти­вам его жи­во­пис­ной серии «На­лож­ни­цы».

Не­смот­ря на яв­ный, род­ной ему бу­рят­ский ко­ло­рит «Степ­ных ис­то­рий», ху­дож­ник не уста­ет по­вто­рять, что не нуж­но слиш­ком за­цик­ли­вать­ся на эт­но­гра­фи­че­ской со­став­ля­ю­щей его про­из­ве­де­ний. «Я не ис­то­рик и не пи­шу эт­но­гра­фию сво­е­го на­ро­да. Я ни­ко­гда не жил ни в 13-м, ни в 16-м ве­ке. У ме­ня есть ка­кие-то впе­чат­ле­ния об этом вре­ме­ни­по­кни­гам,до­ку­мен­там.На­са­мом де­ле я го­во­рю о се­го­дняш­ней жиз­ни.То, что вы ви­ди­те на мо­их кар­ти­нах, это ощу­ще­ния со­вре­мен­но­го го­род­ско­го че­ло­ве­ка. А при­е­мы… это все­го лишь при­е­мы. Спе­ци­аль­но я не об­ра­щал­ся к этой те­ме (Степ­ных ис­то­рий – прим. авт). Она са­ма при­шла че­рез ме­ня. Я не ис­хо­жу из то­го, что сей­час пой­ду и сде­лаю что-ни­будь на ис­то­ри­че­скую те­му. Все про­ис­хо­ди­ло как-то ин­ту­и­тив­но, есте­ствен­но».

На опре­де­лен­ном твор­че­ском эта­пе Зо­ри­кто Доржиев осмыс­ли­вал на­сле­дие ста­рых ма­сте­ров. Об этом го­во­рят на­пи­сан­ные око­ло 10 лет на­зад с из­ряд­ной до­лей юмо­ра «Джо­кон­да-Ха­тун» и «Де­вуш­ка с ко­рал­ло­вой се­реж­кой». «Ре­мейк ка­ких-то клас­си­че­ских про­из­ве­де­ний – те­ма сквоз­ная для ХХ ве­ка, а для ХХI во­об­ще не но­вая вещь. Мне за­хо­те­лось стать в од­ну пле­я­ду с лю­би­те­ля­ми по­шу­тить, с лю­би­те­ля­ми по­иг­рать­склас­си­кой.Хо­тя­эти­ра­бо­ты­сде­ла­ны­сдо­лей­сти­ли­за­ци­и­и­и­ро­ни­ей,но, тем­не­ме­нее,это­и­стин­но­е­вос­хи­ще­ние жен­ской кра­со­той. Мне скуч­но сто­ять на ме­сте, неин­те­рес­но за­ни­мать­ся од­ним и тем же – бес­ко­неч­но пи­сать джо­конд или сра­жа­ю­щих­ся во­и­нов. Все­гда хо­чет­ся ис­кать но­вые хо­ды, и не толь­ко во внеш­нем ре­ше­нии. Есте­ствен­но, в го­ло­ве про­ис­хо­дят ка­кие-то про­цес­сы, ко­то­рые за­став­ля­ют ис­кать но­вые пу­ти», – го­во­рит Доржиев.

Холст, фоль­га, ак­рил, па­ти­на. В та­кой тех­ни­ке сде­ла­но несколь­ко боль­ше­раз­мер­ных по­ло­тен с изоб­ра­же­ни­ем гро­теск­ных муж­ских го­лов. Сре­ди них рас­по­ло­жен­ные ря­дом «Пе­соч­ный че­ло­век» и две го­лу­бые «Нир­ва­ны», ис­пол­нен­ные в 2011 го­ду. Ху­дож­ник на­зы­ва­ет их «неким ар­хе­ти­пом, ко­то­рый на­тот­мо­мен­то­т­ве­чал­мо­им­пе­ре­жи­ва­ни­ям. Хо­те­лось на­пи­сать мас­штаб­ные ве­щи.На пер­вый взгляд они про­сты,но в про­сто­те по­да­чи я ви­жу некую си­лу. Здесь боль­шое по­ле де­я­тель­но­сти для фан­та­зии зри­те­ля.То,что я вкла­ды­ваю в ра­бо­ту, со­вер­шен­но не име­ет от­но­ше­ния к зри­тель­ским мыс­лям. Они не обя­за­тель­но долж­ны со­при­ка­сать­ся с мо­и­ми ощу­ще­ни­я­ми. Бы­ла необ­хо­ди­мость, и я сде­лал это. Для ху­дож­ни­ка это так же ор­га­нич­но, как ды­шать или упо­треб­лять пи­щу. Лю­бой твор­че­ский че­ло­век, ко­гда тво­рит, вряд ли ду­ма­ет, что он несет, ка­кое на­сле­дие остав­ля­ет, что он там хо­чет ска­зать. Я очень со­мне­ва­юсь, что 95% твор­че­ских лю­дей во­об­ще по­ни­ма­ют, что они де­ла­ют. И это наи­бо­лее ис­крен­ние, пра­виль­ные ощу­ще­ния, – мы не мо­жем по­ни­мать, что мы де­ла­ем, и не мо­жем ощу­щать вре­мя, по­ка на­хо­дим­ся в нем».

По все­му вид­но, что ра­бо­ты Зо­ри­кто Доржиева нра­вят­ся ал­ма­тин­ско­му зри­те­лю. Его по­лот­на при­тя­ги­ва­ют к се­бе, на их фоне хо­чет­ся фо­то­гра­фи­ро­вать­ся, что и де­ла­ют мно­гие по­се­ти­те­ли ГМИ. Вы­став­ка «Степ­ные ис­то­рии» про­длит­ся до 25 де­каб­ря.

На­лож­ни­цы от Зо­ри­кто ДОРЖИЕВА

«Джо­кон­да-Ха­тун». Холст, мас­ло. 2007 г.

Newspapers in Russian

Newspapers from Kazakhstan

© PressReader. All rights reserved.