Уди­ви­тель­ная ма­тиль­да

RUS Monaco - - НЕДВИЖИМОСТЬ -

Кра­са­ви­ца, хоть и не об­ла­дав­шая чер­та­ми клас­си­че­ской кра­со­ты, вос­пи­тан­ная в ат­мо­сфе­ре обо­жа­ния, люб­ви и сказ­ки, Ма­тиль­да Кше­син­ская уве­рен­ны­ми ша­га­ми на­ча­ла за­во­е­вы­вать мир рус­ско­го ба­ле­та в кон­це XIX сто­ле­тия. Она вос­хи­ща­ла умы про­слав­лен­ных по­ста­нов­щи­ков сво­ей неве­ро­ят­ной мяг­ко­стью рук, гра­ци­оз­ны­ми вы­ве­рен­ны­ми па, бла­го­да­ря че­му яв­ля­лась при­ме­ром для под­ра­жа­ния для мно­гих ми­ро­вых ба­ле­рин. Неве­ро­ят­но тру­до­лю­би­вая, об­ла­да­ю­щая вы­да­ю­щи­ми­ся спо­соб­но­стя­ми, она каж­дый день ра­бо­та­ла над со­бой, са­мо­сто­я­тель­но от­та­чи­вая тех­ни­ку слож­ней­ше­го ба­лет­но­го дви­же­ния в 32 фу­эте, что­бы бли­стать на сцене Ма­ри­ин­ско­го те­ат­ра пе­ред чле­на­ми им­пе­ра­тор­ской се­мьи. «Мад­му­а­зель! Будьте сла­вою и укра­ше­ни­ем на­ше­го ба­ле­та!» – эти сло­ва, про­из­не­сен­ные в 1890 го­ду им­пе­ра­то­ром Алек­сан­дром III, от­цом на­след­ни­ка пре­сто­ла Ни­ко­лая II, ро­ман с ко­то­рым при­пи­сы­ва­ли де­вуш­ке, на­все­гда из­ме­ни­ли жизнь Матильды не толь­ко в лич­ном, но и в про­фес­си­о­наль­ном плане. По­кро­ви­тель­ство ко­ро­но­ван­ных особ, а так­же еже­днев­ные из­ну­ря­ю­щие тре­ни­ров­ки да­ли свои пло­ды – Кше­син­ская бы­ла при­зна­на луч­шей сре­ди ба­ле­рин рус­ско­го ба­ле­та, ра­ди ко­то­рой хо­рео­гра­фы со­зда­ва­ли спе­ци­аль­ные пар­тии, вы­год­но под­чер­ки­ва­ю­щие спо­соб­но­сти Матильды. Она бы­ла ба­ле­ри­ной, ко­то­рая про­слав­ля­ла шко­лу рус­ско­го ба­ле­та за ру­бе­жом, в том чис­ле на Фран­цуз­ской Ривьере.

На Ла­зур­ный бе­рег Ма­тиль­да впер­вые по­па­ла в фев­ра­ле 1895 го­да по при­гла­ше­нию ан­тре­пре­не­ра Ра­у­ля Гинс­бур­га (Raoul Gunsbourg) – бу­ду­ще­го ди­рек­то­ра Опе­ры Мон­те-кар­ло. Он пред­ло­жил Кшесинской весь­ма вы­год­ный кон­тракт на не­сколь­ко пред­став­ле­ний в те­ат­ре ка­зи­но в Монако. Ма­тиль­да без про­мед­ле­ния со­гла­си­лась, ведь ба­ле­ри­на бук­валь­но сра­зу же влю­би­лась в Ри­вье­ру бла­го­да­ря ее при­ят­но­му кли­ма­ту, окру­жа­ю­щим кра­со­там и осо­бен­но­му ши­ку, ко­то­рый на­пол­нял ат­мо­сфе­ру это­го рос­кош­но­го ме­ста. Здесь от­ды­ха­ли зна­ме­ни­то­сти, в том чис­ле из ми­ра ис­кус­ства, здесь все­гда бы­ло мно­го рус­ской аристократии, ко­то­рая нежи­лась на пля­жах под мяг­ки­ми лу­ча­ми сре­ди­зем­но­мор­ско­го солн­ца и ды­ша­ла мор­ским воз­ду­хом. На Ривьере Ма­тиль­да ни­ко­гда не ощу­ща­ла се­бя ото­рван­ной от род­ной зем­ли.

На вре­мя га­стро­лей ба­ле­ри­на все­гда оста­нав­ли­ва­лась в са­мых ши­кар­ных оте­лях – в Кан­нах ее лю­би­мой го­сти­ни­цей был Carlton, а в Мон­те-кар­ло – Hotel de Paris. Од­на­жды в 1912 го­ду, уже бу­дучи в от­но­ше­ни­ях с ку­зе­ном Ни­ко­лая II – Ве­ли­ким кня­зем Ан­дре­ем Вла­ди­ми­ро­ви­чем, Ма­тиль­да по­лу­чи­ла при­гла­ше­ние от из­вест­но­го те­ат­раль­но­го де­я­те­ля Сер­гея Дя­ги­ле­ва тан­це­вать пар­тию в его но­вой по­ста­нов­ке в Мон­те-кар­ло. По­ло­жи­тель­ный от­вет не за­ста­вил се­бя дол­го ждать, и Кше­син­ская от­пра­ви­лась на Ри­вье­ру в свой обо­жа­е­мый отель. Од­на­ко по­сле га­стро­лей ре­ши­ла остать­ся нена­дол­го на по­бе­ре­жье, что­бы от­дох­нуть здесь вме­сте со сво­им бу­ду­щим су­пру­гом.

Для дол­го­ждан­но­го от­пус­ка бы­ло ре­ше­но снять рос­кош­ную вил­лу Morla на мы­се Кап-д’ай, ко­то­рую лю­без­но предо­ста­ви­ла в арен­ду дво­ю­род­ная сест­ра Ан­дрея Вла­ди­ми­ро­ви­ча – гра­фи­ня Мор­ла. Ма­тиль­да сра­зу по­лю­би­ла этот особ­няк, да и жить в от­дель­ном до­ме с при­слу­гой, ко­неч­но же, по­нра­ви­лось чо­пор­ной ба­ле­рине го­раз­до боль­ше, чем в оте­ле. Имен­но по­это­му для бу­ду­щих при­ез­дов во Фран­цию Ма­тиль­да ре­ши­ла подыс­ки­вать се­бе соб­ствен­ное жи­лье.

По­сле дли­тель­ных по­ис­ков под­хо­дя­ще­го ва­ри­ан­та в 1913 го­ду Ве­ли­кий князь Ан­дрей, при­вык­ший ода­ри­вать свою воз­люб­лен­ную рос­кош­ны­ми по­дар­ка­ми, ку­пил Ма­тиль­де за 180 ты­сяч фран­ков вил­лу ее меч­ты – ту са­мую вил­лу Morla. Поз­же в сво­их ме­му­а­рах ба­ле­ри­на опи­сы­ва­ла ис­то­рию на­зва­ния это­го до­ма: «Мы ду­ма­ли, как на­звать вил­лу, и по­сле дол­гих спо­ров и про­ек­тов на­шли ре­ше­ние. По-фран­цуз­ски мое умень­ши­тель­ное имя зву­ча­ло Mala. Ес­ли чи­тать спра­ва на­ле­во, то по­лу­чит­ся «Алам». Так и наз­ва­ли мою но­вую вил­лу. Осе­нью, ко­гда жизнь в Санкт-пе­тер­бур­ге за­ми­ра­ла до на­ча­ла зим­не­го се­зо­на и все разъ­ез­жа­лись, я по­еха­ла на Кап-д’ай уже на свою соб­ствен­ную вил­лу «Алам».

Не­смот­ря на то что князь за­пла­тил за вил­лу ги­гант­скую по тем вре­ме­нам сум­му, дом на­хо­дил­ся не в са­мом луч­шем со­сто­я­нии. Зим­ний климат, ко­то­рый хоть и был до­ста­точ­но

мяг­ким, ино­гда удив­лял сво­и­ми при­чу­да­ми и на­по­ми­нал о том, что жи­лью в сроч­ном по­ряд­ке необ­хо­ди­ма соб­ствен­ная си­сте­ма цен­траль­но­го отоп­ле­ния. На ре­монт зда­ния хо­зя­е­вам при­шлось по­тра­тить око­ло 20 ты­сяч фран­ков. До­пол­ни­тель­ных вло­же­ний по­тре­бо­ва­ло и же­ла­ние Матильды по­стро­ить ря­дом с вил­лой неболь­шой двух­этаж­ный до­мик с га­ра­жом и ком­на­та­ми для го­стей, при­слу­ги и адъ­ютан­тов Ве­ли­ко­го кня­зя. Для это­го на ска­ли­стом участ­ке, при­ле­га­ю­щем к вил­ле, бы­ли про­ве­де­ны взрыв­ные ра­бо­ты, а спу­стя неко­то­рое вре­мя князь вы­ку­пил еще часть зем­ли для то­го, что­бы сде­лать на этом ме­сте тен­нис­ный корт и ма­лень­кую кре­пость для сы­на Вла­ди­ми­ра, что­бы тот мог иг­рать там со сво­и­ми дру­зья­ми.

Ма­тиль­да, с дет­ства при­вык­шая ку­пать­ся в рос­ко­ши, об­ла­да­ла изыс­кан­ным вку­сом во всем. Имен­но по­это­му она с осо­бой от­вет­ствен­но­стью по­до­шла к вы­бо­ру ме­бе­ли и дру­гих пред­ме­тов ин­те­рье­ра для сво­е­го но­во­го жи­лья. Так, на­при­мер, для спаль­ни Ан­дрея она за­ка­за­ла в Ниц­це, у са­мо­го из­вест­но­го ме­бель­но­го ма­сте­ра, но­вую эле­гант­ную мебель в сти­ле Regance: кро­вать, бе­лье­вой шкаф, пись­мен­ный и туа­лет­ный сто­лы, ноч­ной сто­лик, два сту­ла и крес­ло.

При­ма ба­ле­та пи­та­ла осо­бую страсть к на­ря­дам, ко­то­рые она с осо­бой ра­до­стью де­мон­стри­ро­ва­ла не толь­ко на сцене, но и в обыч­ной жиз­ни. Что­бы бли­стать в них на Фран­цуз­ской Ривьере, она сде­ла­ла на вил­ле две лич­ные гар­де­роб­ные – од­ну с по­все­днев­ной одеж­дой, а вто­рую со сце­ни­че­ской. В них хра­ни­лись де­сят­ки экс­клю­зив­ных

на­ря­дов руч­ной ра­бо­ты из до­ро­гих тканей. По­сто­ян­но пу­те­ше­ствуя по Ев­ро­пе, она по­пол­ня­ла свои шка­фы все бо­лее рос­кош­ны­ми но­вин­ка­ми от из­вест­ных кутю­рье. В ре­зуль­та­те при отъ­ез­де с Ривьеры у ба­ле­ри­ны ча­стень­ко, по ее вос­по­ми­на­ни­ям, бы­ло так мно­го ба­га­жа, что по­езд, ко­то­рый сто­ял на стан­ции не бо­лее од­ной ми­ну­ты, при­хо­ди­лось за­дер­жи­вать на це­лых пять, что­бы по­гру­зить все ее сун­ду­ки.

«Ком­па­нию» изыс­кан­ной одеж­де Матильды со­став­ля­ли не ме­нее эксклюзивные укра­ше­ния и дру­гие по­дар­ки, ко­то­ры­ми ба­ле­ри­ну ода­ри­ва­ли ее по­клон­ни­ки. В ее шка­тул­ке кра­со­ва­лась брошь в ви­де змеи с бриллиантами и сап­фи­ром-ка­бо­шо­ном, по­да­рен­ная тан­цов­щи­це Ни­ко­ла­ем II на 10-ле­тие ее тан­це­валь­ной ка­рье­ры. Там бы­ло так­же укра­ше­ние в ви­де дву­гла­во­го ор­ла с бриллиантами и под­вес­кой с ро­зо­вым сап­фи­ром, по­лу­чен­ное от им­пе­ра­то­ра на 20-лет­ний юби­лей. Не ме­нее за­мет­ное ме­сто в кол­лек­ции юве­лир­ных «иг­ру­шек» за­ни­ма­ли и зна­ме­ни­тые яй­ца от юве­ли­ра Его Им­пе­ра­тор­ско­го Ве­ли­че­ства Кар­ла Фа­бер­же, ко­то­рые од­но­знач­но счи­та­лись луч­шим цар­ским по­дар­ком. По вос­по­ми­на­ни­ям ба­ле­ри­ны, Ве­ли­кий князь Вла­ди­мир Алек­сан­дро­вич – сын Алек­сандра II – все­гда при­сы­лал ей на Пас­ху огром­ное яй­цо из лан­ды­шей с при­вя­зан­ным к нему дра­го­цен­ным яич­ком от Фа­бер­же. А еще один воз­ды­ха­тель ба­ле­ри­ны – князь Сер­гей Ми­хай­ло­вич – од­на­жды пре­зен­то­вал Ма­тиль­де шка­тул­ку ра­бо­ты ве­ли­ко­го Фа­бер­же с кол­лек­ци­ей жел­тых брил­ли­ан­тов. От бу­ду­ще­го су­пру­га Ан­дрея Вла­ди­ми­ро­ви­ча Ма­тиль­да то­же по­лу­ча­ла нема­ло укра­ше­ний, в ко­то­рых бли­ста­ла в свет­ском об­ще­стве Ривьеры. Сре­ди них бы­ли та­кие ми­лые жен­ско­му серд­цу ве­щич­ки, как бриллиантовые пряж­ки для ту­фель, брил­ли­ан­то­вая ти­а­ра-об­руч с ше­стью круп­ны­ми сап­фи­ра­ми от Фа­бер­же, а так­же сап­фи­ры-ка­бо­шо­ны в брил­ли­ан­то­вой опра­ве.

Од­на­ко по­жить в ат­мо­сфе­ре рос­ко­ши и бес­печ­но­сти в сво­ем ши­кар­ном до­ме на Ла­зур­ном бе­ре­гу Ма­тиль­де и ее се­мье уда­лось недол­го. В на­ча­ле мая 1914 го­да Кше­син­ская вме­сте с кня­зем и сы­ном уеха­ла в Рос­сию, рас­счи­ты­вая, как обыч­но, вер­нуть­ся на вил­лу осе­нью, но это­му не суж­де­но бы­ло сбыть­ся – Пер­вая ми­ро­вая вой­на и по­сле­ду­ю­щие со­бы­тия в Рос­сии по­ме­ша­ли ей это сде­лать.

ВО ВРЕ­МЯ ПРО­ЖИ­ВА­НИЯ НА ВИЛ­ЛЕ «АЛАМ» МА­ТИЛЬ­ДА НЕ НА ШУТ­КУ УВЛЕ­КА­ЛАСЬ ИГ­РОЙ В РУЛЕТКУ. ЕЕ ЧА­СТО ВИ­ДЕ­ЛИ В КА­ЗИ­НО МОН­ТЕ-КАР­ЛО ВМЕ­СТЕ С СУ­ПРУ­ГОМ И ПО­ДРУ­ГА­МИ, В ЧИС­ЛЕ КО­ТО­РЫХ БЫ­ЛА ЗНА­МЕ­НИ­ТАЯ БА­ЛЕ­РИ­НА АН­НА ПАВЛОВА. МАТИЛЬДУ ДА­ЖЕ НА­ЗЫ­ВА­ЛИ «МА­ДАМ СЕМ­НА­ДЦАТЬ» ИЗ-ЗА ТО­ГО, ЧТО ОНА ПО­СТО­ЯН­НО ДЕ­ЛА­ЛА СТАВ­КУ НА ЭТО ЧИС­ЛО.

Newspapers in Russian

Newspapers from Monaco

© PressReader. All rights reserved.