ЖИЗНЬ ВТО­РАЯ. СУ­ПЕР­МО­ДЕЛЬ И РЕ­ВО­ЛЮ­ЦИЯ В МИ­РЕ МО­ДЫ

RUS Monaco - - ПОРТРЕТ -

Как толь­ко На­о­ми по­па­ла в мо­дель­ное агент­ство, ее ка­рье­ра ста­ла на­би­рать обо­ро­ты стре­ми­тель­нее, чем де­вуш­ка мог­ла се­бе во­об­ра­зить. Ей не бы­ло и 16-ти лет, ко­гда она от­пра­ви­лась в Но­вый Ор­ле­ан, что­бы участ­во­вать в съем­ках для об­лож­ки бри­тан­ско­го Elle. По­сле вы­хо­да жур­на­ла сра­зу не­сколь­ко вли­я­тель­ных аме­ри­кан­ских аген­тов из ми­ра мо­ды при­ле­те­ли в Лон­дон, что­бы встре­тить­ся с вос­хо­дя­щей звез­дой. Че­рез не­сколь­ко ме­ся­цев На­о­ми впер­вые от­пра­ви­лась на съемки в Па­риж в со­про­вож­де­нии сво­ей те­туш­ки. Но про­шло со­всем немно­го вре­ме­ни, и мо­дель ста­ла ез­дить ту­да ре­гу­ляр­но в ко­рот­кие и длин­ные ко­ман­ди­ров­ки.

В од­ну из та­ких по­ез­док неопыт­ную в прак­ти­че­ских де­лах На­о­ми обо­кра­ли, и, по во­ле слу­чая, она по­па­ла в дом ту­нис­ско­го мо­де­лье­ра Аз­зе­ди­на Алайя (Azzedine Alaïa), ко­то­рый в 1980-е го­ды на­хо­дил­ся на пи­ке по­пу­ляр­но­сти. Эта встре­ча ста­ла на­ча­лом боль­шой и креп­кой дружбы: с тех пор, при­ле­тая в Па­риж, На­о­ми оста­ва­лась у Аз­зе­ди­на. Бла­го­да­ря ему она по­зна­ко­ми­лась со мно­же­ством из­вест­ных лю­дей не толь­ко из ми­ра мо­ды, но и в сфе­ре шоу-биз­не­са: в его до­ме по­яв­ля­лись Ти­на Тер­нер (Tina Turner), Жан-поль Го­де (Jean-paul Goude), Джер­ри Холл (Jerry Hall), Грейс Джонс (Grace Jones) и дру­гие зна­ме­ни­то­сти. Друж­ба мо­де­ли и про­слав­лен­но­го ди­зай­не­ра бы­ла креп­кой на­столь­ко, что На­о­ми да­же на­зы­ва­ла его па­пой, а он ее – сво­ей до­че­рью.

В 1986 го­ду в жиз­ни мо­де­ли про­изо­шла еще од­на судь­бо­нос­ная встре­ча – на съем­ках в Лон­доне На­о­ми по­зна­ко­ми­лась с мо­де­лью Кри­сти Тар­линг­тон (Christy Turlington), а к кон­цу го­да де­вуш­ки уже сни­ма­ли вме­сте жи­лье и бы­ли луч­ши­ми по­дру­га­ми. Че­рез не­сколь­ко ме­ся­цев Кэм­п­белл встре­ти­лась в Па­ри­же с дру­гой звез­дой по­ди­у­ма – Лин­дой Еван­ге­ли­стой (Linda Evangelista). Де­вуш­ки быст­ро на­шли об­щий язык. Так ро­ди­лось зна­ме­ни­тое трио при­знан­ных ко­ро­лев по­ди­у­ма, из­вест­ное в кон­це 1980-х го­дов как Тро­и­ца (Trinity).

Позд­нее, по­чти в пол­ном со­ста­ве (ме­сто Лин­ды зай­мет Син­ди Кро­уфорд (Cindy Crawford), это трио бу­дет ан­га­жи­ро­ва­но прин­цес­сой Ди­а­ной в ка­че­стве при­ят­но­го сюр­при­за для прин­ца Уи­лья­ма. Бла­го­да­ря это­му ма­те­рин­ско­му по­дар­ку На­о­ми по­зна­ко­мит­ся с прин­цес­сой Ди­а­ной, с ко­то­рой встре­тит­ся еще раз не­сколь­ко лет спу­стя на по­хо­ро­нах сво­е­го дру­га – мо­де­лье­ра Джан­ни Версаче (Gianni Versace).

В тот пе­ри­од мир мо­ды был до­ста­точ­но кон­сер­ва­ти­вен, и, не­смот­ря на ажи­о­таж во­круг На­о­ми и ее вос­тре­бо­ван­ность как мо­де­ли, цвет ее кожи за­кры­вал для нее мно­гие две­ри и воз­мож­но­сти. Вы­со­кая мо­да еще не бы­ла го­то­ва в пол­ной ме­ре предо­ста­вить тем­но­ко­жей мо­де­ли те же шан­сы, что и ее бе­ло­ко­жим кон­ку­рент­кам. На­о­ми не раз с го­ре­чью го­во­ри­ла, что мно­го­чис­лен­ные ка­стин­ги убе­ди­ли ее в од­ном: «ей нуж­но бы­ло быть в два ра­за луч­ше осталь­ных, что­бы до­бить­ся тех же ре­зуль­та­тов». И у упря­мой кра­са­ви­цы по­лу­ча­лось быть на го­ло­ву луч­ше мно­гих дру­гих. Не­слу­чай­но в 1987 го­ду На­о­ми три­ум­фаль­но по­яви­лась на об­лож­ке бри­тан­ско­го Vogue. До нее тем­но­ко­жая де­вуш­ка ока­за­лась на об­лож­ке Vogue лишь два­дца­тью го­да­ми ра­нее – в 1966 го­ду, а На­о­ми ста­ла пер­вой тем­но­ко­жей бри­тан­кой, по­пав­шей на об­лож­ку род­но­го Vogue.

Че­рез три ме­ся­ца мо­дель со­вер­ши­ла ре­во­лю­цию в ми­ре мо­ды, укра­сив об­лож­ку фран­цуз­ской вер­сии Vogue. Она ста­ла пер­вой тем­но­ко­жей мо­де­лью, по­пав­шей на первую стра­ни­цу фран­цуз­ско­го из­да­ния. Рань­ше, ко­гда она сни­ма­лась для па­риж­ско­го глян­ца, ей бы­ло ска­за­но, что де­вуш­ка с ее цве­том кожи мо­жет за­быть о пер­спек­ти­вах по­па­да­ния на об­лож­ку. Впро­чем, по­ми­мо соб­ствен­ных за­слуг На­о­ми и ее маг­не­ти­че­ской внеш­но­сти, нема­лую роль в ее успеш­ной ка­рье­ре сыг­ра­ла и под­держ­ка дру­зей и по­кро­ви­те­лей. Так, бли­жай­шие по­дру­ги Лин­да и Кри­сти вли­я­ли как мог­ли на даль­ней­шее про­дви­же­ние На­о­ми к Олим­пу мод­ной ин­ду­стрии. Неред­ко, при­ни­мая пред­ло­же­ние о съем­ках, мо­де­ли вы­дви­га­ли в ка­че­стве непре­мен­но­го усло­вия уча­стие в них и На­о­ми, в про­тив­ном слу­чае съемки не со­сто­ят­ся. Го­во­ри­ли, что на ре­ше­ние от­дать об­лож­ку На­о­ми по­вли­ял сам Ив Сен Ло­ран (Yves Sant Laurent), при­гро­зив­ший из­да­ни­ям снять свою ре­кла­му, ес­ли они про­дол­жат ра­со­вую дис­кри­ми­на­цию мо­де­лей. Толь­ко по­сле то­го как жур­нал вы­шел, На­о­ми поняла, что во­шла в ис­то­рию.

По­бед­ное ше­ствие «чер­ной пан­те­ры» по пла­не­те про­дол­жа­лось. Че­рез два го­да На­о­ми по­ко­ри­ла Аме­ри­ку. В 1989 го­ду Ан­на Вин­тур (Anna wintour) по­ме­сти­ла фо­то уже зна­ме­ни­той мо­де­ли на об­лож­ку сен­тябрь­ско­го вы­пус­ка аме­ри­кан­ско­го Vogue, са­мо­го пре­стиж­но­го и зна­чи­мо­го но­ме­ра го­да. Это был пер­вый сен­тябрь­ский вы­пуск Вин­тур в ро­ли глав­но­го ре­дак­то­ра и на­ча­ло но­вой эры для На­о­ми и для Vogue – до это­го ни од­на тем­но­ко­жая мо­дель не ста­но­ви­лась ли­цом са­мо­го круп­но­го и са­мо­го про­да­ва­е­мо­го в те­че­ние го­да но­ме­ра жур­на­ла. На­о­ми от­кры­ла но­вую стра­ни­цу в ис­то­рии мо­ды и на­нес­ла со­кру­ши­тель­ный удар по ра­со­вой дискриминации в сво­ей ин­ду­стрии.

Вско­ре по­сле это­го все­мир­но из­вест­ный фо­то­граф Пи­тер Линдберг (Peter Lindbergh) сде­лал свою зна­ме­ни­тую фо­то­гра­фию дей­ству­ю­щих ко­ро­лев мо­дель­ной ин­ду­стрии для об­лож­ки бри­тан­ско­го Vogue – Кри­сти Тар­линг­тон, Лин­ды Еван­ге­ли­сты, Син­ди Кро­уфорд, Та­тья­ны Па­титц (Tatjana Patitz) и, ра­зу­ме­ет­ся, На­о­ми, ко­то­рую на­зы­ва­ли ко­ро­ле­вой ко­ро­лев. Эта же пятерка сни­мет­ся чуть поз­же в из­вест­ном ви­део Freedom на пес­ню Джор­джа Майк­ла (George Michael) и прой­дет во всем блес­ке сво­ей кра­со­ты и три­ум­фа под зву­ки той же пес­ни, дер­жась за ру­ки, на по­ка­зе мод­но­го до­ма Версаче.

Вкон­це 1980-х – на­ча­ле 1990-х го­дов ко­ро­ле­вы мод­ной ин­ду­стрии На­о­ми Кэм­п­белл, Кри­сти Тар­линг­тон, Лин­да Еван­ге­ли­ста, Син­ди Кро­уфорд и Кла­удия Шиф­фер (Claudia Schiffer) при­ду­ма­ли для се­бя но­вый ти­тул – «су­пер­мо­де­ли», ко­то­ро­го рань­ше не существовало в мод­ной ин­ду­стрии. Ко­гда к ним при­со­еди­ни­лась Кейт Мосс (Kate Moss), су­пер­мо­де­лей ста­ли на­зы­вать «Боль­шой ше­стер­кой». Эра су­пер­мо­де­лей бы­ла от­кры­та, и На­о­ми сто­я­ла во гла­ве, сла­вясь сво­и­ми талантами, ха­риз­мой, гра­ци­ей пан­те­ры и спо­соб­но­стью пре­вра­щать да­же соб­ствен­ные про­ва­лы в ле­ген­ды. Так, в 1993 го­ду, на по­ка­зе Ви­вьен Ве­ствуд (Vivienne westwood), На­о­ми упа­ла на по­ди­у­ме со сво­их неве­ро­ят­ных 25-сан­ти­мет­ро­вых каб­лу­ков. Се­год­ня ви­део и фо­то это­го па­де­ния вхо­дят в ис­то­рию ми­ро­вой мо­ды, а те са­мые туфли бы­ли вы­став­ле­ны в Лон­доне, в Му­зее ко­ро­ле­вы Вик­то­рии и прин­ца Аль­бер­та.

В эпо­ху су­пер­мо­де­лей На­о­ми участ­во­ва­ла в по­ка­зах знаменитых ди­зай­не­ров, сни­ма­лась у ле­ген­дар­ных фо­то­гра­фов, во­ди­ла друж­бу со стол­па­ми ми­ро­вой мо­ды. Впро­чем, толь­ко съем­ка­ми и мод­ны­ми по­ка­за­ми она се­бя не огра­ни­чи­ва­ла: На­о­ми сня­лась в кли­пе Майк­ла Джек­со­на (Michael Jackson) на пес­ню In the Closet, по­зи­ро­ва­ла для об­лож­ки но­ме­ра Vogue, по­свя­щен­но­го 100-летнему юби­лею аме­ри­кан­ско­го из­да­ния, ее фо­то по­яви­лись в скан­даль­ной кни­ге Ма­дон­ны.

В 1998 го­ду жур­нал Time объ­явил о том, что эпо­ха су­пер­мо­де­лей по­до­шла к кон­цу, но для На­о­ми это не озна­ча­ло за­вер­ше­ния ка­рье­ры. На про­тя­же­нии по­след­них трид­ца­ти с лиш­ним лет она оста­ет­ся дей­ству­ю­щей ле­ген­дой, по-преж­не­му вы­сту­пая на по­ди­у­мах и по­яв­ля­ясь на об­лож­ках. Од­но ее уча­стие в по­ка­зе вы­зы­ва­ет у пуб­ли­ки неиз­мен­ную ова­цию – «черная пан­те­ра» по-преж­не­му хо­ро­ша, а ее зна­ме­ни­тая по­ход­ка оста­ет­ся лег­кой и ча­ру­ю­щей. Кто-то из знаменитых ди­зай­не­ров од­на­жды об­ро­нил, что, ес­ли бы в мо­дель­ном ми­ре был свой Оскар, он по пра­ву дол­жен был до­стать­ся На­о­ми.

По­ми­мо обыч­ных по­ка­зов На­о­ми охот­но участ­ву­ет и в эпо­халь­ных, зна­ко­вых со­бы­ти­ях, с до­сто­ин­ством пред­став­ляя эру су­пер­мо­де­лей и да­же вы­сту­пая по­слом бри­тан­ской мо­ды. На­при­мер, в 2007 го­ду она участ­во­ва­ла в шоу Мод­но­го до­ма Christian Dior по слу­чаю его 60-ле­тия, ко­то­рое со­сто­я­лось в Вер­са­ле. В 2008 го­ду она – вме­сте с дру­ги­ми участ­ни­ца­ми «Боль­шой ше­стер­ки» – по­яви­лась в спе­ци­аль­ном вы­пус­ке Vanity Fair, по­свя­щен­ном эпо­хе су­пер­мо­де­лей. В 2012 го­ду – вме­сте со сво­ей за­кля­той по­дру­гой Кейт Мосс – На­о­ми при­ни­ма­ла уча­стие в це­ре­мо­нии за­кры­тия Олим­пий­ских игр в Лон­доне, пред­став­ляя до­сти­же­ния бри­тан­ской мо­ды.

В те­че­ние 30-ти лет На­о­ми участ­во­ва­ла в по­ка­зах са­мых знаменитых и пре­стиж­ных ди­зай­не­ров и До­мов мо­ды. Ее при­гла­ша­ли Марк Якобс (Marc Jacobs), Ив Сен Ло­ран, Ди­а­на фон Фюр­стен­берг (Diane von Furstenberg), burberry, Карл Лагерфельд (Karl Lagerfeld), Джан­фран­ко Фер­ре (Gianfranco Ferré), Кри­сти­ан Диор (Christian Dior), Джон Га­лья­но (John Galliano), Ральф Ло­ран (Ralph Lauren), Жан-поль Го­тье (Jean Paul Gaultier), Том­ми Хиль­фи­гер (Tommy Hilfiger), Оскар де ла Рен­та (oscar de la Renta), Май­кл Корс (Michael Kors), Louis Vuitton, Hermés, Ро­бер­то Ка­вал­ли (Roberto Cavalli), Ва­лен­ти­но (Valentino) и мно­гие дру­гие.

© PHOTOGRAPHER HERB RITTS

Newspapers in Russian

Newspapers from Monaco

© PressReader. All rights reserved.